They're called guardians

Казалось, сама Вселенная сбилась с ритма — настолько непривычным выдалось это утро. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь полупрозрачные занавески, стелился по комнате золотистыми бликами, а пылинки, словно крошечные звезды, кружились в его лучах, будто подчиняясь невидимому танцу. Саманта проснулась с ощущением легкости, которое давно уже стало для нее редким гостем. Обычно её пробуждение сопровождалось тяжёлым вздохом и мыслями, которые наваливались, как мокрая простыня, но сегодня всё было иначе. Даже противный визг будильника, разрывающий утреннюю тишину, не смог испортить её настроения. Она потянулась, чувствуя, как мышцы приятно напрягаются, и улыбнулась в потолок. Сегодня ночью полнолуние. Мысль, которая обычно заставляла её сердце сжиматься от тревоги, сейчас лишь скользнула по сознанию, не оставляя после себя привычного осадка. Скотт снова превратится, и снова будет мучиться, но почему-то сегодня это казалось… просто ещё одним днём в их безумной жизни. Раньше она бы не поверила, что станет отмечать фазы луны в календаре, словно расписание школьных экзаменов. Но теперь это стало её рутиной — такой же обыденной, как утренний кофе или домашние задания по химии. Она вскочила с кровати, ловко увернувшись от разбросанных по полу учебников, и быстро продела утренние ритуалы: душ с мятным гелем, лёгкий макияж, пара небрежных движений расчёской в волосах. В зеркале ей улыбалось отражение — глаза блестели, а на щеках играл румянец. Сегодня она чувствовала себя… живой. На кухне царила привычная утренняя суматоха. Стайлз, сгорбившись над тарелкой с хлопьями, лениво ковырял в них ложкой. Его волосы торчали в разные стороны, словно он всю ночь провёл, пытаясь изобрести вечный двигатель. Шериф, стоя у кофеварки, постукивал пальцами по столешнице, словно отсчитывая секунды до того момента, когда чёрный эликсир бодрости наполнит его кружку. Его форма, безупречно отглаженная — и да, это была заслуга Саманты, резко контрастировала с его помятым лицом и взглядом, полным немого укора в адрес утра вообще. — Утречко, моим любимым мужчинам! — Саманта влетела на кухню, словно ураган позитива, и грациозно подпрыгнула, ловя в воздухе яблоко, которое тут же откусила с аппетитом. — Кто-то сегодня в ударе, — Шериф поднял бровь, но в уголках его глаз заплясали смешинки. Он налил себе кофе, и аромат свежезаваренного напитка тут же разлился по кухне, смешиваясь с запахом тоста из тостера. — За мной зайдёт Айзек, — Саманта покружилась на месте, словно пытаясь удержать внутри себя этот странный, но приятный заряд энергии. — И расскажи-ка ещё раз, как Стайлз грохнулся при виде Лидии Мартин? Шериф усмехнулся, ставя кружку на стол с лёгким стуком. — Я рассказывал эту историю уже четыре раза. — От этого она не становится менее смешной! — Саманта прыснула, хватая со стола банан и ловко очищая его одним движением. — Эй, я всё ещё здесь! — возмущённо напомнил Стайлз, размахивая ложкой так, что несколько хлопьев улетели на пол. Саманта лишь рассмеялась в ответ, но её взгляд невольно скользнул к телефону, лежащему на столе. Экран оставался тёмным. Айзек до сих пор не ответил. Но чем дальше уходило время, тем сильнее сжимался узел тревоги у неё в груди. Утро, начавшееся так беззаботно, теперь казалось злой шуткой. Она пятый раз за последние десять минут проверяла телефон, но экран упорно не освещался новыми сообщениями. Айзек опаздывал. Нет, хуже — он вообще не давал о себе знать. — Ну что, мелкая, едем? — Стайлз высунулся из окна своего джипа, бренча пальцами по дверце. — Или будем ждать твоего рыцаря на своих двоих? Саманта сжала челюсть так сильно, что почувствовала, как напряглись виски. Где-то в глубине души она уже рисовала картины одна страшнее другой: Айзек в перевернутом автомобиле, Айзек в больнице, Айзек… просто забывший о ней. Последнее было, пожалуй, самым невыносимым. — Он не отвечает, — сквозь зубы процедила она, швыряя сумку на заднее сиденье. Дверца захлопнулась с таким грохотом, что даже сам джип, казалось, вздрогнул. Машина дёрнулась с места, а Саманта уткнулась лбом в холодное стекло, пытаясь не думать о худшем. Но мысли, как назойливые осы, лезли в голову: Что, если он попал в беду? Что, если он где-то там один, и ему нужна помощь? — Может, у него с телефоном что? — осторожно предположил Стайлз, нарочито медленно переключая передачи, словно давая ей время успокоиться. — Или он лежит где-нибудь с пробитой головой, — мрачно парировала Саманта, сжимая телефон в руке так, что корпус затрещал. — Окей, драматизируем. Она резко повернулась к брату, и тот инстинктивно прижался к двери, как будто ожидая физической атаки. — Он не такой! Айзек всегда предупреждает. Всегда. Если молчит — значит что-то случилось. Стайлз тяжело вздохнул, сворачивая на школьную парковку. Его пальцы нервно постукивали по рулю, а взгляд то и дело скользил к сестре, которая сидела рядом, сжавшись в комок. — Ладно, детектив Стилински, давай по порядку, — начал он, стараясь говорить как можно спокойнее, хотя сам чувствовал, как тревога сжимает ему горло. — Во-первых, перестань грызть подлокотник — папа ещё не простил нам прошлый. Во-вторых… — Хватит! — Саманта резко вскинула руку, словно отрезая его слова. Глаза её горели, а губы сжались в тонкую белую полоску. — Я пошла. И передай Лейхи, когда встретитесь на тренировке — что я лично прибью его! Дверь джипа захлопнулась с таким грохотом, что Стайлз вздрогнул и невольно прикрыл глаза. Когда он снова открыл их, Саманта уже шла к школе, её плечи были напряжены, а шаги — резкие, словно она готова была проломить асфальт каблуками. Школьные коридоры оглушали сегодня особенно. Каждый смех, каждый возглас, каждый скрип кроссовок по полу резал слух, будто нарочно подчёркивая её одиночество. Саманта шла, механически перекладывая учебники из руки в руку, даже не пытаясь притвориться, что слушает учителя на третьем уроке. Айзек так и не появился. Ни в школе. Ни в телефоне. Даже Стайлз перестал подкалывать, заметив, как сестра сжимает кулаки всякий раз, когда кто-то произносит имя Лейхи. — Сэм! Голос Скотта заставил её вздрогнуть. Она обернулась и увидела их — МакКолла и брата, стоящих в дальнем конце коридора. Их лица были бледными, глаза — широко раскрытыми, а губы плотно сжаты. Стайлз даже не ухмылялся, что само по себе было тревожным знаком. Они догнали её, когда она уже садилась за парту в кабинете химии. — Сэм, — Скотт схватил её за локоть. Его пальцы дрожали, а в глазах читалась паника, которую она никогда раньше не видела у обычно такого собранного МакКолла. Стайлз стоял рядом, бледный, как мел, с каплями пота на лбу. — Это серьёзно. Очень серьёзно, — прошептал он, облизывая пересохшие губы. Саманта почувствовала, как по спине пробежали мурашки. — Говорите уже! — её голос прозвучал резче, чем она планировала. Скотт оглянулся по сторонам, проверяя, не подслушивает ли кто. Дэнни, сидящий сзади, вроде бы был погружён в конспект, но МакКол всё равно понизил голос до шёпота: — Айзек… он оборотень. И вчера ночью… — Его отец… — Стайлз перехватил инициативу, глотая воздух, — Его нашли мёртвым сегодня утром. И все улики… — Он замолчал, не в силах закончить, заметив, как лицо сестры исказилось от ужаса. — Сэмми, мы… Саманта машинально посмотрела на привычное место Айзека — пустая парта смотрела на неё, как немой укор. В ушах зазвенело, а в груди вдруг стало так тяжело, будто кто-то положил туда камень. — Они думают, что это… он? — слова давались с трудом. Перед глазами поплыли тёмные пятна. Скотт кивнул, его лицо исказилось от боли. Саманта сжала кулаки так, что ногти впились в ладони. — Его… арестовали? — голос сорвался на шёпот, став чужим в её собственных ушах. Стайлз медленно развернулся, и в его обычно насмешливом взгляде читалось что-то новое — неподдельное сострадание. — Папа увел его прямо с поля, — прошептал брат, бросая осторожный взгляд на одноклассников. — В наручниках, Сэм. В полной экипировке. Скотт резко вдохнул: — Но это же… Он же несовершеннолетний! Они не могут просто… — Могут, — Стайлз сглотнул ком в горле, — Если есть веские доказательства. Или… свидетель. Последнее слово повисло в воздухе тяжёлым намёком. Саманта внезапно развернулась к Дэнни, который старательно выводил что-то в тетради. — Махилани! Где Уиттмор? Парень вздрогнул, будто разбуженный ото сна. — В кабинете у директора. С вашим отцом, — пробормотал он, даже не поднимая головы. Холодная волна прокатилась по телу Саманты. Руки задрожали так сильно, что ручка выскользнула из пальцев и с глухим стуком упала на пол. — С чего вдруг?! Дэнни наконец оторвался от конспекта, раздражённо моргнув: — Может, потому что они живут через дорогу? Вы вообще в курсе, кто с кем соседствует? — он опустил глаза, но тихо добавил: — Мне жаль, Саманта. Три пары глаз встретились в немом ужасе. Внезапно все кусочки пазла сложились в чудовищную картину. — Нам нужно в кабинет директора. Сейчас же, — прошипел Стайлз, уже хватая рюкзак. Его пальцы судорожно сжимали ремень, оставляя вмятины на коже. — Но у нас химия с Харрисом! — возразил Скотт, боясь очередного прогула. — Вы делайте, что хотите, а я пошла! Девушка вскочила из-за стола, выбегая из класса прямо мимо мистера Харриса, который что-то крикнул ей вслед. Ноги сами несли её вперёд — мимо шкафчиков, мимо удивлённых взглядов школьников, мимо всего, что вдруг стало таким неважным. В голове стучало только одно: Айзек. Айзек. Айзек. Она знала, что её отец сейчас в кабинете директора. Допрашивает Джексона. Выясняет детали убийства, которое могли повесить на её парня. — Чёрт, чёрт, чёрт! — Саманта споткнулась о собственную сумку, но не остановилась. Кабинет директора был в другом крыле. Она мчалась, как сумасшедшая, сердце колотилось так громко, что перекрывало все остальные звуки. Они не могли. Они не имели права. Он не мог этого сделать. Последний поворот — и вот она, дверь с табличкой «Директор». Саманта резко затормозила, едва не врезавшись в стену. За стеклом виднелись силуэты. Отец — высокий, в форме, с блокнотом в руках. Джексон — наглый, сидящий в развалку в кресле, словно он король этого чёртового мира. Шериф заметил мелькающую перед стеклом дочь и, извинившись, вышел, сразу же уводя Саманту подальше: — Ты что здесь делаешь? — прошипел он, заглядывая в лицо дочери, которая вся тряслась в его руках. — Сэм… — Пап… — всхлипнула девушка, подходя к отцу ближе, — пап… он не мог. Я знаю Айзека… он и мухи не обидит. Пап, пожалуйста… Тихая реплика шерифа прозвучала, как удар под дых: — Ты знала, что отец избивал Айзека? Саманта замерла. Пульс застучал в висках так громко, что почти заглушил голос учителя у доски. — Что… — её голос сорвался на шёпот. — Как? — Физически и морально. Он издевался над своим сыном. — мужчина осторожно положил руки на плечи дочери, успокаивающе поглаживая. — Похоже, это продолжалось годами. Пальцы Саманты непроизвольно впились в собственные волосы. В голове с болезненной ясностью всплывали детали: Айзек, всегда такой замкнутый. Айзек, избегающий разговоров о семье. Айзек, ненавидевший работу на отцовском кладбище, но покорно проводивший там все свободное время. Он двигался по школьным коридорам, как тень, вздрагивал от резких звуков, в первые дни их отношений смотрел на её энергичность с неподдельным изумлением. Все эти синяки, которые он объяснял падениями и тренировками… «Чёрт возьми», — мысленно выругалась Саманта. Она замечала странности, но Айзек просил верить ему и говорил, что сам разберётся. — О Боже… — вырвалось у неё. Отец оторвал её руки от волос, удерживая в своих ладонях, не давая им так сильно дрожать: — Джексон дал показания. Теперь Айзека могут продержать в участке сутки. Лицо Саманты побледнело. Сегодня же полнолуние, а он только обратился! — Иди домой, я отпрошу тебя. — девушка отрицательно замотала головой, смахивая влагу с глаз. — Без обсуждений, Саманта. — Пап, прошу… — девушка взяла отца за руку, заглядывая в его глаза. — Верь хотя бы мне, пожалуйста. Дай мне с ним поговорить. — Нет. И хватит, иди домой. Его голос звучал твёрдо, но в глазах читалась боль. Он знал, что ломает сердце дочери, но другого выбора у него не было.

***

Дверь в укрытие Дерека с оглушительным грохотом распахнулась, ударившись о стену. — Ты! — голос Саманты дрожал не только от ярости, но и от чего-то большего — от боли, предательства, беспомощности. Она стояла на пороге, сжав кулаки так, что ногти впились в ладони, оставляя красные полумесяцы. Её глаза пылали, словно две капли расплавленного золота. Дерек медленно повернулся к ней, будто ожидал этого визита. Его взгляд, холодный и оценивающий, скользнул по её взволнованной позе. — Саманта… — Не смей! — она резко шагнула вперёд, трясущимся пальцем тыча в его грудь. — Это ты во всём виноват! Ты превратил Айзека в монстра, ты втолкнул его в этот кошмар, а теперь его обвиняют в убийстве собственного отца! Дерек не моргнул, выдержав её взгляд. — Садись. Поговорим спокойно. — Спокойно?! — её смех прозвучал резко, неестественно, почти истерично. — Его отец избивал его годами, а теперь он мёртв, и все думают, что это сделал Айзек! И всё из-за тебя! Она швырнула в Хейла ключи, которые до этого сжимала в кулаке. Металл звонко ударился о его грудь и упал на пол, подпрыгнув несколько раз. Дерек тяжело вздохнул, проводя рукой по лицу. — Это твой план?! — взвизгнула она, подходя ещё ближе и ударяя мужчину в плечо. Он даже не пошатнулся, просто стоял, принимая её удары, словно понимая, что ей нужно выплеснуть эту ярость. — Обращать подростков? Нахрена надо было трогать моего парня?! Зачем?! — Извини, что так вышло. В комнате повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Саманта вдруг ощутила, как подкашиваются ноги. Она медленно опустилась на ближайший стул, её дыхание стало прерывистым. — Зачем? Дерек отвернулся, подошёл к окну, спиной к ней. Его плечи напряглись. — Потому что я думал… — его голос звучал глухо, — он был забитым подростком. Для него обращение — это дар. Кто ж знал, что так случится с его отцом? — Ты не имел права решать за него, — прошипела Саманта, возводя глаза к потолку, чтобы сдержать слёзы. — Этим ты не лучше Питера. — Айзек сам согласился. Она резко повернула голову, удивлённо уставившись на Дерека, который наконец развернулся к ней лицом. — Когда я ему всё рассказал… и когда он узнал о тебе. — Так ты ему ещё и всё растрепал?! — вновь закричала девушка, подрываясь со стула. — Признайся, ты манипулировал им с моей помощью! — Поехали за Скоттом, — проигнорировал её выпад Дерек, хватая куртку и очки со стола. — Будем решать проблему. Камаро Дерека с рёвом выехал со стоянки, подбрасывая Саманту на сиденье. Она вцеплялась в подлокотник, но не от страха — внутри всё горело от ярости и нетерпения. — Скотт уже ждёт у школы, — сквозь зубы процедила она, глядя в окно на мелькающие дома. Дерек лишь кивнул, крепче сжимая руль. Школа была пустынной — уроки ещё шли, поэтому все мирно сидели в классах. Скотт сидел на ступеньках у главного входа и вскочил, едва завидев знакомый автомобиль. — Это всё ты! — он запрыгнул на заднее сиденье, пахнущее кожей и сосной. — Ты сделал Айзека таким. Это твоя вина. — Я знаю, — резко оборвал его Дерек, поворачиваясь. — Помоги нам. Скотт побледнел. — Нет, у меня есть идея получше. Я лучше позвоню адвокату — так больше шансов достать Айзека из участка до заката. — Только не тогда, когда в доме проводится обыск, — Дерек резко дал по газам. — Чтобы Джексон не сказал копам, что творится в доме хуже — намного хуже. — Да заткнитесь вы! — прорычала Саманта, со всей силы вцепляясь в подлокотник. — Мы вытащим Айзека, все вместе! И ты, наш Альфа, не дашь моему обращённому парню разорвать глотки моему отцу и его коллегам, ясно?! Оборотни медленно кивнули. Саманта откинула голову на сиденье. — А теперь молча едем и думаем, как вытащить его. Они приехали в дом Айзека, где Дерек захотел показать им — что же там такое, что стопроцентно указывает на мотив Лейхи убить отца. — Если это не Айзек, то кто? — тихо спросил Скотт, ступая с фонарём в руке. — Я пока не знаю, — Сэм чувствовала, как Дерек неуверенно смотрит в её сторону, отвечая на вопрос МакКола. — Тогда откуда ты знаешь, что он говорит правду? — девушка молча стиснула зубы на вопрос друга, желая его чем-то стукнуть. — Я доверяю своим инстинктам. Оборотни начали вести свой странный разговор, на что Саманта старательно не обращала внимание, проходя через уже увиденную ранее гостиную. Пока дом выглядел абсолютно нормальным, но Дерек раскрыл перед подростками дверь в подвал. Мужчина остался вверху, позволяя друзьям осторожно спускаться. Саманта замерла, глядя на холодильную камеру с замком на ней. — О Боже… — замотала головой девушка, делая пару шагов назад. — Открывай, — сказал внезапно появившийся Дерек, подсвечивая фонарём. Скотт откинул замок вверх и приподнял крышку, поражено выдыхая. — Его отец запирал тут в качестве наказания. Хороший мотив для убийства, не так ли? Саманта испуганно обхватила собственные плечи и побежала наверх, желая как можно быстрее вытащить Айзека из участка. — Поэтому он согласился, — тихо проговорил Дерек, подходя к девушке. — Он хотел быть сильным. — Пообещай, что поможешь ему. Что с ним всё будет в порядке. — Обещаю.

***

Скотт остался в доме Айзека, пока Дерек и Саманта быстро ехали в сторону участка, лишь бы успеть раньше них… — Ардженты послали охотника в участок, вооружённого волчьим аконитом. Сэм, они собираются убить его. Так сказал Стайлз, нервно усаживаясь на заднее сиденье чёрного Камаро, с беспокойством смотря на сестру. Саманта нервно кусала внутреннюю сторону щеки, наблюдая, как полицейский участок стремительно приближался. В салоне автомобиля царила гнетущая тишина, нарушаемая только рёвом двигателя. Её мысли снова и снова возвращались к Айзеку — запертому в душном изоляторе, одинокому, напуганному. «Есть ли у него клаустрофобия? Сможет ли Дерек успокоить его, когда мы прорвёмся внутрь?» Эти вопросы крутились в голове, заставляя сердце биться чаще. — Ты подозрительно тихая, — неожиданно нарушил молчание Дерек. Саманта вздрогнула, подняв голову. Его лицо оставалось невозмутимым — это была не насмешка, а просто констатация факта. — У тебя есть какие-то возражения? — отрезала она, нервно пожимая плечами. — Айзек был твоим парнем… — начал Дерек. — Он и ОСТАЁТСЯ моим парнем! — резко оборвала его Саманта. Даже если теперь Айзек был частью долбанной стаи Хейла, это ничего не меняло в её чувствах. — И мне нечего сказать по поводу его… нового состояния. — Серьёзно? Ни-че-го? — Стайлз чуть не подавился воздухом, бросая на сестру обеспокоенный взгляд с заднего сиденья. — Сейчас главное — вытащить Айзека из этого ада, прежде чем он кого-нибудь случайно покалечит, — сквозь зубы процедила Саманта, сжимая кулаки. — Мы можем потом устроить разбор полётов насчёт безответственности некоторых альф, но сначала — спасательная операция. — Безответственности? — Дерек приподнял бровь. — Именно так! — вспыхнула Саманта, но тут же взяла себя в руки. — Тема закрыта. Сначала — Айзек. Потом — всё остальное. Дерек резко нахмурил брови, но после секундного колебания кивнул и вернул внимание к дороге. Камаро с рёвом въехал на парковку участка, шины скрипнули по асфальту. Они приехали. — Итак… — Стайлз перегнулся через сиденья, его пальцы нервно барабанили по пластику подлокотника. Он переводил взгляд с Дерека на Саманту и обратно, словно наблюдая за теннисным матчем. — Ключи от камер хранятся в сейфе в кабинете отца. Пароль у нас есть. — Он показал большим пальцем на окно, где в здании участка мелькали силуэты полицейских. — Проблема — вот она. Саманта пригнулась, разглядывая через стекло стройную темнокожую офицершу, которая с профессиональной бесстрастностью наливала себе кофе из автомата. Капли чёрной жидкости падали в картонный стаканчик, а её пальцы с коротко подстриженными ногтями плотно обхватывали ёмкость. Дерек уже хватался за дверную ручку, его пальцы сжали металл так, что костяшки побелели. — Я её отвлеку. — Эй, погоди! — Стайлз вцепился ему в плечо, затем мгновенно отдернул руку, будто обжёгшись, когда Дерек медленно перевёл на него ледяной взгляд своих бирюзовых глаз. — Ты… ты же понимаешь, что тебе там делать нечего, да? Ты же в их базе… — Оправдан, — сквозь зубы процедил Дерек, и Саманта заметила, как напряглись его скулы. — Но числишься в деле! — парировал Стайлз, его голос неожиданно подскочил на октаву. — Как непричастный, — голос Дерека звучал как скрежет металла по стеклу. Саманта фыркнула, скрестив руки на груди: — Ага, конечно. Тебя там сразу не узнают, особенно после того, как ты вломился в участок в прошлый раз. — Точно! — Стайлз фальшиво рассмеялся, но смех застрял в горле, когда встретился взглядом с Дереком. Его пальцы непроизвольно заёрзали по коленям. — Ладно… Так какой план? — Отвлечь её, — Дерек нарочито медленно поднял брови, будто объясняя что-то очень глупому ребёнку. Саманта прищурилась, её золотистые глаза сверкнули: — И как именно? Ударом в челюсть? Прямо как в прошлый раз? Стайлз вдруг скорчил гримасу, оскалился и издал жалкое рычание, изображая оборотня. Его руки согнулись в неестественных когтистых позах. Саманта не сдержала смешок, за что получила два недовольных взгляда — один ледяной от Дерека, другой раздражённый от брата. — Поговорю с ней, — Дерек закатил глаза так выразительно, что это было почти комично. Его длинные ресницы бросили тень на скулы. — О-о-о, — растянула Саманта, ухмыляясь. Её пальцы поиграли с прядями каштановых волос. — Наш грозный альфа собирается использовать… обаяние? Стайлз покачал головой, его волосы беспорядочно заколыхались: — Ну ладно, попробуем. Но если тебя узнают — мы все в дерьме. С чего начнёшь? Дерек тяжело выдохнул, бросив короткий взгляд в окно, прежде чем вновь устремить ледяные глаза на раздражающего подростка. Его губы сжались в тонкую линию. Саманта откинулась на сиденье, с лёгкой усталостью смотря на их очередную перепалку. Кожа сиденья была прохладной даже через её джинсы. — А в ответ тишина, — прошептал Стайлз, разводя руками. Его брови почти исчезли под чёлкой. — Ну просто гениальный план. Ещё бредовые идеи есть? Дерек на секунду задумался, наклонив голову так, что тень скрыла половину его лица. Затем невозмутимо произнёс: — Подумываю, врезать тебе по роже. Стайлз открыл рот, как рыба на берегу. Он начал набирать воздух для возмущённой тирады, но Саманта быстро влезла между ними, прерывая эту комедию. Её духи смешались с запахом кожи салона и соснового освежителя воздуха. — Ладно, самцы, хватит. — Она уставилась на брата, подчеркнуто медленно моргая. — Дерек справится лучше нас. У него, — она сделала драматическую паузу, приподняв указательный палец, — есть опыт. — Спасибо, — сухо бросил Дерек, его голос звучал как скрип двери в старом доме. — Ч-что? — Стайлз заморгал с частотой колибри. — Сэм, ты вообще понимаешь, о чём… — Боже, ты просто безнадёжен, — закатила глаза Саманта. Её ногти постучали по пластику дверцы. — Он же чертовски сексуален! В машине воцарилась такая тишина, будто кто-то выключил звук. Дерек застыл с выражением человека, внезапно осознавшего, будто он голый в общественном месте. Его уши заметно покраснели под тёмными волосами. Стайлз выглядел так, словно его ударили книгой по голове — его рот открывался и закрывался без звука. — ЧТО?! — брат закашлялся, будто проглотил язык. Его пальцы вцепились в сиденье. — Харизма, братик, — Саманта развела руками, как учительница в детском саду. — Он может отвлечь, не прибегая к насилию. Потому что, — она театрально указала на Дерека, — посмотрите на этого греческого бога в кожаной куртке! Дерек внезапно заинтересовался потолком машины, его пальцы нервно постукивали по рулю. — Хватит! — взвыл Стайлз, закрывая лицо руками. Его голос достиг такой высоты, что где-то на парковке залаяла собака. — Я умоляю, прекрати! У меня от тебя сплошные психологические пожизненные травмы! — Он резко развернулся к Дереку: — Просто… просто сделай уже что-нибудь. Без подробностей. Пожалуйста. Саманта удовлетворённо ухмыльнулась, наблюдая, как Дерек, всё ещё слегка смущенный, наконец выбирается из машины. Его кожаная куртка скрипнула при движении. Стайлз же выглядел так, будто только что пережил экзистенциальный кризис. — Ты невозможна. — пробубнил близнец, кидая на нее косые взгляды, перебравшись на место Дерека. Его пальцы нервно теребили ремень безопасности. — А ты девственник. Мы точно родные? Саманта едва сдерживала улыбку, когда они вышли из машины. Холодный бетон парковки был твёрдым под её кедами. Дерек буквально рванул вперёд, явно опасаясь новых комментариев о своей внешности. Его плечи были напряжены под курткой. Стайлз с раздражённым вздохом схватил сестру за руку и потащил за собой, бормоча что-то нелестное о её умственных способностях. — Чем могу помочь? — женщина-офицер даже не подняла глаз от документов, скучным голосом бросив стандартную фразу. Её ногти были покрыты прозрачным лаком. Притаившись у дверного проёма, Саманта замерла от изумления. Перед ней был совершенно иной Дерек Хейл — облокотившийся о стойку, с обаятельной ухмылкой и томным взглядом, медленно скользящим по фигуре офицера. Его поза была расслабленной, но в то же время полной скрытой силы. — Привет, — его голос звучал на два тона ниже обычного, с лёгкой хрипотцой. — При-вет… — Женщина наконец оторвалась от бумаг, и Саманта удивленно раскрыла рот. Её пальцы непроизвольно вцепились в дверной косяк. Попытка высунуться дальше для лучшего обзора провалилась — Стайлз с раздражением дёрнул её вниз, заставив присесть. Его дыхание было горячим у неё за ухом. — Э-э… У меня вопросик… — Дерек искусно изобразил замешательство, проводя рукой по волосам. Солнечный свет из окна играл на его тёмных прядях. — Я просто… не ожидал увидеть здесь кого-то вроде Вас. — Вроде меня? — Она скрестила руки на груди, и Саманта заметила, как блеснул её золотой браслет. — Настолько красивого, — он поправился с такой естественностью, что Саманта едва не подавилась от удивления. Его губы растянулись в обаятельной улыбке. — Хотя, пожалуй, это одно и то же. Как бы Сэм не хотелось досмотреть происходящее там, они крались на полусогнутых ногах по коридору. Прохладный линолеум скрипел под их ногами. — Господи, это же полный провал! — прошипел Стайлз, когда они наконец оказались в безопасности. Его шёпот был резким, как удар ножа. — По-моему, он в ударе, — Саманта сияла, получая в ответ убийственный взгляд брата. Её щёки покраснели от возбуждения. — Что? Альфа должен уметь пользоваться всеми своими… талантами. Темнота кабинета шерифа сгущалась, словно живая субстанция. Саманта, стиснув зубы, последовала за взвинченным братом, едва различая его силуэт в полумраке. Воздух пахнул кофе и бумагой. Стайлз с маниакальной сосредоточенностью бросился к настенному сейфу, его пальцы дрожали, набирая код — год их рождения. Металлическая дверца со скрипом открылась, обнажая… пустоту. — О нет, нет, нет… — его шёпот звучал как предсмертный стон. Капли пота блестели на его лбу. — Чёрт возьми! — Саманта с силой сжала виски. Её ногти впились в кожу. — Они нас опередили? Или папа вдруг решил перепрятать ключи? Ответа не последовало. Стайлз, как тень, скользнул к двери, замер на секунду, оценивая обстановку в коридоре, и двинулся вперёд. Саманта следовала за ним вплотную, её дыхание горячими волнами обжигало его спину. Сердце колотилось так, будто пыталось вырваться из груди. Поворот. Резкая остановка. Саманта врезалась в брата носом в спину. Перед ними стоял полицейский — незнакомое лицо, но форма как у всех. Логично: подозреваемый в убийстве требует усиленной охраны. Его пряжка блестела в тусклом свете. — Э-э-э, мы просто искали… — начал было Стайлз, но вдруг замолк. Его взгляд прилип к ноге «офицера». Саманта почувствовала, как внутри всё сжимается в ледяной ком. — Дерьмо! — её шёпот больше напоминал шипение разъярённой кошки. Губы онемели. Это не был полицейский. Кровавое пятно на штанине, торчащий из бедра обломок чёрной стрелы — следы перестрелки с Эллисон. Охотник Арджентов, проникший в участок, чтобы добить Айзека. Запах крови смешивался с дезинфицирующим средством. Мир замедлился. Стайлз резко толкнул её в сторону с криком «Беги!», и Саманта тяжело врезалась в стену, на миг теряя себя в пространстве. Боль пронзила плечо. За спиной раздались глухие удары, хриплое сопение. Подняв голову, она увидела кошмарную картину: незнакомец, зажав рукой рот брата, волок его к изолятору. Стайлз отчаянно дёргался, но раненый охотник всё равно был сильнее. Его пальцы оставляли синяки на коже брата. Саманта выпрямилась, готовясь закричать, но застыла с открытым ртом — блеснула сталь шприца у горла брата. Жидкость внутри выглядела мутной, зловещей. — Пикнешь — он труп, — прошипел мужчина, пятясь к изолятору. Его голос звучал как скрежет металла. Они двигались странным танцем: охотник спиной вперёд, Саманта — шаг за шагом, стиснув зубы до боли. На повороте мужчина на мгновение отвлёкся, и Стайлз, воспользовавшись моментом, рванул к пожарной сигнализации. Пронзительный вой сирены оглушил всех. Охотник разжал руки, и брат грузно рухнул на пол. Его голова ударилась о линолеум. Не думая, Саманта бросилась вперёд. «Одолженный» складной нож из джипа Стайлза со времен бала — наконец пригодился! Быстрое движение и щека мужчины была рассечена царапиной, по которой он медленно провел пальцами, замечая кровь. Его глаза сузились от боли. — Дрянь! — зарычал охотник, но его голос вдруг потерял угрозу. Саманта застыла, не веря глазам. Дверь изолятора… Она висела на одной петле, будто её вырвало взрывом изнутри. Металл был изогнут, как бумага. Пустая камера зияла чёрным провалом. Оттуда пахло чем-то диким, звериным. Охотник медленно обернулся — и окаменел. В воздухе повисло молчание, более страшное, чем все крики мира. Даже дыхание казалось преступлением в этой внезапной тишине. Где-то в темноте раздался низкий, хриплый рык, от которого по спине Саманты пробежали мурашки. Это звучало как предупреждение из самых глубин первобытного страха. Тень мелькнула в воздухе, и в следующий момент тело охотника с глухим стуком врезалось в стол. Деревянная столешница треснула под весом удара, разлетаясь щепками. Стайлз, всё ещё сидя на полу, резко отполз к стене, его глаза округлились от ужаса, отражая страх от зрелища. Ноги Сэм словно приросли к полу — лишь через пару секунд ей удалось сделать два шатких шага к брату, каждый шаг давался с трудом, будто она шла по дну океана. Охотник перестал быть их главной проблемой. Особенно после того, как Айзек, преображённый полнолунием, швырнул его через весь кабинет с силой, несоразмерной его хрупкой на вид фигуре. Мужчина отчаянно сопротивлялся, пытаясь вонзить шприц с аконитом — и тут же вскрикнул от хруста ломающейся руки. Звук костей, ломающихся под когтями, заставил Саманту содрогнуться. Шприц со звоном покатился по полу, оставляя за собой капли мутной жидкости. Но что-то было не так. В отличие от других оборотней, Айзек действовал… осознанно. Его жёлтые глаза, вспыхивая в полумраке, переводились с охотника на девушку, затем снова на охотника. Он не просто рычал — он дышал тяжело, будто боролся с собой, его грудь вздымалась в неровном ритме. Когда мужчина попытался подняться, Айзек резко двинулся вперёд — но не напал. Он лишь прижал его к стене, когти впились в штукатурку по обе стороны от головы охотника, оставляя глубокие борозды. Его дыхание было горячим и прерывистым, как у загнанного зверя. — Айзек… — Саманта неосознанно прошептала его имя, и её голос дрогнул. Его голова резко повернулась к ней. На морщинистом, искажённом лице мелькнуло что-то знакомое — проблеск того парня, которого она знала. Его губы дрожали, обнажая клыки, но в глазах читалась узнавание. В этот момент рядом раздался хруст стекла — Дерек наконец появился, раздавив шприц каблуком. Звук словно пробудил что-то в Айзеке. Айзек вздрогнул, но вместо того чтобы броситься на Стайлза, который был ближе всех к нему, он… замер. Его взгляд метался между возлюбленной и Дереком, в глазах читалась внутренняя борьба. Альфа не стал рисковать — издал другой рев, куда более мощный и громкий, наполненный властной силой. Саманта распахнула глаза, чтобы увидеть, как Дерек вышел на несколько шагов вперед, его рот был полон острых зубов, а глаза сияли ярко-алым, как сигнальные огни в ночи. Властный звук заставил Айзека отбежать к стене и сжаться в комок, прикрывая свою голову руками. Она зачарованно наблюдала, как острые когти втягиваются в пальцы, кончики ушей на глазах исчезали, возвращая нормальную закругленную человеческую форму. Когда парень снова осмелился посмотреть на девушку, Сэм узнала того самого милого Айзека. Его тело тряслось в страхе, как осиновый лист на ветру, а губы шептали что-то неслышное. Стайлз нервно откашлялся за ее спиной, пытаясь подняться, его пальцы дрожали, когда он опирался на стену. — Как ты это сделал? — шокировано уставившись на Айзека, спросил брат, в уме прикидывая, как применить эту фишку на Скотте. Его голос звучал хрипло от напряжения. Дерек обернулся, глядя на близнецов с небольшой усмешкой на губах, которая заставила девушку вспомнить, по чьей вине они здесь. — Я же альфа, — напомнил он им, а затем посмотрел на Саманту. Его взгляд стал мягче, но всё ещё сохранял оттенок тревоги. — Ты в порядке? — С-саманта… — неожиданно прозвучал голос Айзека — хрипло, но это был он. Настоящий. В его голосе слышались боль и стыд. За спиной девушки Стайлз издал странный звук, будто подавился собственным языком. Его пальцы сжали её плечо в немом вопросе. Дерек медленно подошёл, изучающе глядя на Айзека: — Ты… контролировал это? Айзек лишь покачал головой, его руки дрожали, когда он поднимал их, чтобы рассмотреть свои уже человеческие ладони: — Только… когда почувствовал, что ей угрожает опасность. Саманта резко выдохнула, намеренно игнорируя вопрос Дерека. Её внимание было приковано к Айзеку, который сидел на полу, его плечи судорожно вздрагивали. Золотистый отблеск в его глазах ещё не исчез полностью, а взгляд беспокойно метался по её фигуре, будто проверяя, не ранена ли она. — Вставай, — приказал Дерек, но Айзек лишь сильнее вжался в стену, пальцы впились в собственные колени до побеления костяшек. Казалось, он ожидал наказания за непослушание, его поза выражала покорность загнанного животного. Саманта не выдержала. Прежде чем Дерек успел схватить парня за воротник, она шагнула между ними, её руки упёрлись в бёдра в вызывающей позе. — Хейл, полегче! — её рука перехватила его запястье с неожиданной силой. — Он твой бета, а не боксёрская груша. Дерек сверкнул красноватыми глазами, но Саманта лишь бесстрашно подняла подбородок, встречая его взгляд без тени страха. Не сегодня. Не после всего, что они для него сделали. Между ними пробежала немая борьба взглядов, пока Дерек первым не отвел глаза. Айзек между тем съёжился ещё сильнее. Когда Саманта опустилась перед ним на колени, он потупил взгляд, будто внезапно заинтересовался узором на полу. Его дыхание было неровным, прерывистым. — Айзек… — её пальцы осторожно коснулись его щеки, ощущая под кожей дрожь и холодный пот. — Всё в порядке. Он поднял на неё глаза — стеклянные, полные ужаса и стыда. В них читалась немой вопрос — как она может вообще смотреть на него после того, что произошло? — Прости… — его шёпот больше походил на стон. — Я не хотел… чтобы ты видела… — Эй, — она мягко сжала его плечо, чувствуя, как мышцы напряглись под её пальцами, — ночь ещё не закончилась. Нам нужно уходить. Его взгляд метнулся к Дереку, и только после едва заметного кивка альфы Айзек осмелился принять протянутую руку. Его пальцы коснулись её ладони с такой осторожностью, будто боялись причинить боль, будто он не верил, что имеет право на это прикосновение. — Чёрный выход, — бросил Стайлз, уже копошась у компьютера. Его пальцы летали по клавиатуре с неестественной скоростью. — Я разберусь здесь. — Ты уверен? — Саманта оглянулась на брата, её брови сдвинулись в тревоге. — Кто-то же должен объяснить отцу, почему его участок выглядит как после нашествия орков, — он фыркнул, делая вид, что это его не беспокоит, но его пальцы нервно постукивали по столу. — Офицер уже вызвала подкрепление. Валите! Саманта кивнула, жестом показывая парням следовать за ней. Тишина в коридоре давила, прерываемая лишь их неровным дыханием и отдалёнными криками полицейских. Чёрный ход оказался завален коробками, но они протиснулись, ощущая холодный металл двери на своих спинах. Ночной воздух ударил по лицам, холодный и освежающий, пахнущий свободой. Айзек рванул вперёд, будто пытаясь убежать от самого себя, его силуэт дрожал в лунном свете. Дерек двинулся следом, но Саманта успела схватить его за куртку, её пальцы вцепились в кожу с неожиданной силой. — Что? — он обернулся, глаза снова стали человеческими, но не менее опасными. В них читалось нетерпение. — Я разберусь, — наконец сказал он, и в его голосе впервые прозвучало что-то, напоминающее усталость, почти человеческое. Саманта сделала шаг вперед, сжимая руку от нервов в кулак. Её голос звучал сердито, но без прежней резкости, скорее устало: — Ты хотя бы сейчас понимаешь, в какую историю втянул Айзека? — она бросила взгляд на дрожащего парня, и её выражение немного смягчилось. — Я видела, что происходит с людьми в этом городе. И мне не нужно, чтобы мой парень также боялся собственной тени. Дерек тяжело вздохнул, скрестив руки на груди. Его тень на асфальте казалась огромной в лунном свете: — Я вновь повторюсь — это был его выбор. Но теперь он часть стаи, и я отвечаю за него. — Именно поэтому ты должен помочь ему, — Саманта понизила голос, чтобы Айзек не слышал. Её слова звучали почти как мольба. — Он не справится один. Особенно после… — она кивнула в сторону участка, где уже слышались сирены подъезжающих машин. Дерек изучающе посмотрел на неё, затем на Айзека, который сел на край бордюра, обхватив колени руками. В его взгляде появилось что-то похожее на ответственность, может быть, даже на сожаление. — Ты права, — наконец сказал он. — Ему нужна помощь. И твоя тоже — ты сама видела, как он реагирует на тебя. Саманта кивнула, некоторое напряжение покинуло её плечи. Она почувствовала странное облегчение, будто только что заключила перемирие после долгой войны: — Значит, мы договорились? Ты учишь его контролировать это, а я… — она неуверенно пожала плечами, — буду рядом, когда нужно. Дерек коротко кивнул, его губы сжались в тонкую линию: — Договорились. Но если охотники снова появятся… — Я дам знать, — Саманта закончила за него, хоть и неохотно. — Но только если будет реальная угроза. Она повернулась к Айзеку, который поднял на них испуганный взгляд. Его глаза всё ещё светились золотистым отблеском, но уже не так ярко. Саманта сделала шаг к нему, пытаясь улыбнуться: — Ну что, милый, узнал мои секреты? — попыталась пошутить она, протягивая ему руку. Айзек неуверенно улыбнулся в ответ, и в этот момент Саманта поняла — несмотря на все разногласия, они теперь связаны этой странной историей. И ей предстоит научиться не только помогать Айзеку, но и работать вместе с Дереком. Лунный свет озарял их троих, создавая странную картину — оборотень, девушка и альфа, объединённые общими тайнами и опасностями, которые ещё предстояло преодолеть.