Ты не успеешь спасти меня.

Стайлз рассказал мне их историю — от самого начала и до того момента, когда наши пути пересеклись. Он не опускал ни одной детали, хотел, чтобы я поняла, через что им пришлось пройти. Как всё началось со Скотта, с одного укуса, что изменил не только его жизнь, но и судьбы всех, кто оказался рядом. Они многое пережили. Потери, предательства, страх, смерть — и всё это будучи не готовыми. Они просто учились выживать, шаг за шагом, не теряя веру в добро, даже когда весь мир показывал обратное. И, слушая его, я поняла, что Стайлз — настоящий друг. Не тот, кто рядом, пока удобно. А тот, кто остаётся, когда больно. Он был с самого начала и остаётся со Скоттом до сих пор. И, кажется, именно он удерживает всех на плаву, не давая тьме окончательно их проглотить. И да, я убедилась, что они ведь и правда не убивали. Наоборот — пытались спасти. Каждого. Даже тех, кто не хотел быть спасённым. Но я поняла: невозможно помочь всем. В этом мире жертвы — не выбор, а цена. Стайлз говорил, а я ловила себя на том, что его голос будто возвращает меня в реальность. Он мог быть резким, раздражённым, саркастичным — но за всем этим я чувствовала тепло. Человечность. С ним не нужно было притворяться. Я и не заметила, когда между нами появилось это доверие. Когда я перестала настораживаться и просто позволила ему быть рядом. Наверное, с того момента, как он впервые заставил меня рассмеяться с глупой истории случившейся с ними… или когда просто сидел молча, давая время переварить все услышанное. Терпеливо отвечал на вопросы или объяснял когда я путалась в событиях. Как можно не любить Стайлза? Он — тот редкий человек, в котором всё ещё есть свет, несмотря на то, что он видел слишком много тьмы. Лучший друг, лучший человек, лучший спасатель всех, кроме самого себя. Когда-то этим человеком для меня был Лукий. Он присматривал за мной с детства, до самой своей смерти. А теперь… после нашего разговора это начал делать Стайлз.

***

Коридор школы гудел сотнями голосов, хлопками шкафчиков, звонками телефонов. Всё это сливалось в единый гул — вязкий, шумный, раздражающий. Воздух был пропитан запахом дешёвого кофе и дезинфицирующего средства, и мне казалось, что каждая эта мелочь мешала сосредоточиться. Я устала. В этот раз, по крайней мере, смогла выспаться — если так можно сказать. Проснулась под утро, за пару часов до будильника. Вечером даже не поужинала: как только добралась до дома, успела лишь отчитаться перед Кларой и рухнула в постель. Скотт предлагал довезти, но я отказалась — мне нужно было побыть одной. Подумать. Осмыслить всё, что произошло. Улица погрузилась в ночную тишину, но на кухне всё ещё горел мягкий тёплый свет. Сквозь занавеску пробивалось жёлтое сияние лампы — знакомое, домашнее. Я вздохнула, поднимаясь по ступенькам. Деревянные доски тихо скрипнули под ногами. Открыв дверь, я прошла внутрь и замерла у кухни. Клара сидела за столом, держа в руках чашку чая. Перед ней стоял телефон, экран которого отражал мягкий свет в её глазах. Она заметила меня и сразу улыбнулась — устало, но по-доброму. — О, ты уже дома, милая. Ну как вечеринка? Я прошла внутрь, опёрлась на косяк двери и попыталась улыбнуться. — Вспомнила, почему не люблю такие места. Клара тихо хмыкнула и покачала головой. — Знаешь, я была очень удивлена, когда ты написала, что идёшь в клуб и вернёшься поздно. Даже подумала, может, что-то перепутала. Познакомилась там с кем-то? Может, мальчики подкатывали? Я закатила глаза, едва заметно усмехнувшись. — Нет, я вообще не собиралась с кем-то знакомиться. Я просто… хотела отвлечься. И знаешь, всё было не так уж и ужасно, как я думала. — Ну, хоть что-то, — улыбнулась Клара, поднимаясь за чайником. — Будешь ужинать? — Нет, спасибо. Я вымоталась. Хочу просто упасть спать. Клара кивнула, наливая себе ещё немного чая. Я уже почти вышла, но вдруг остановилась и повернулась к ней. — А ты когда на работу? — Завтра опять ночная. И, похоже, ещё на несколько недель вперёд работы будет много. У нас там аврал: двое наших ведущих врачей уволились, поэтому теперь всё держится на тех, кто остался. Придётся поработать сверхурочно. — Она посмотрела на меня с немым извинением. Я подошла, обняла её за плечи и легко поцеловала в щеку. — Всё в порядке, бабуль. Я понимаю. Главное — не загоняй себя. Она улыбнулась, сжимая мою руку. — Люблю тебя, Лили. — И я тебя. Мы ведь справимся, да? Вдвоём. — Конечно, справимся, — кивнула Клара. — Главное, чтобы ты не закрывалась в себе, как раньше. Я задумалась на мгновение, а потом все же решила успокоить ее: пусть не волнуется за меня сильно. — Не переживай. У меня… вроде как появились знакомые. Клара подняла брови и улыбнулась шире, чем прежде. — Правда? Ну вот видишь. Я так рада, что ты начала идти на контакт с другими людьми. Это важно, Лили. — Знаю, — Я кивнула, улыбнулась и, пожелав доброй ночи, тихо ушла к себе. Иногда простая фраза «мы справимся» звучала убедительнее любой магии. Удар. Кто-то толкнул меня плечом, едва не сбив с ног. — Эй! — возмутилась я, крепче сжимая лямку рюкзака. Но раздражение быстро испарилось, стоило увидеть, кто это был. Стайлз. Он даже не посмотрел в мою сторону — шёл быстро, словно был где-то далеко мыслями. Что-то было не так. Я знала, каким он бывает — вечно болтающим, саркастичным, всегда с ухмылкой или милой улыбкой на губах. Но сейчас? Сейчас он был совсем другим. Я догнала его у шкафчиков. — Стайлз? Он резко дёрнулся, будто вынырнул из собственных мыслей. — Лилит! — слишком резко, слишком громко. Он моргнул и попытался улыбнуться. — О, привет. Я скрестила руки на груди. — Ты в порядке? Он отвёл взгляд, сунул руку в карман, нервно перебирая что-то пальцами. — Конечно. Почему спрашиваешь? — Потому что ты выглядишь так, будто… не знаю, совершил что-то нелегальное. Шутка. Просто шутка. Но в его глазах мелькнула тень. На долю секунды. Настоящая паника. Вина. — Стайлз… — Всё нормально, Лилит, — быстро перебил он, резко открывая шкафчик. — Просто день паршивый. Ложь. Слишком быстрая, слишком выученная. — Что случилось? — Да ничего. — Он пожал плечами, резко захлопнув шкафчик. — Обычный день. Учёба, недосып, отец вечно на работе… Всё как всегда. — Ты плохо врёшь, — сказала я, чуть мягче. Он хмыкнул. — Вообще-то, я отличный лжец. — Только не для меня. Он опустил голову, потёр лицо, словно хотел стереть усталость, а потом вдруг сменил тему — резко, неловко: — Значит, ты реально ведьма? — спросил он, прищурившись. — Мне тут шепнули, что вчера в клубе ты… ну, скажем так, продемонстрировала нечто впечатляющее. Стайлз стоял напротив, задумчиво рассматривая меня, словно пытаясь разгадать очередную головоломку. Я усмехнулась, вспоминая клуб и всё, что произошло. И поняла, что теперь люблю такие места ещё меньше. — Использовала телекинез, — кивнула я. — А потом… исцелила Бретта. Стайлз присвистнул. — Вау. Алая ведьма из Марвел. Только без красного и без Вижена. — Ты сейчас серьёзно? — Абсолютно. Только у тебя, говорят, глаза голубым светились. Так что, наверное, ты… Голубая ведьма? Снежная? Эльза? Не подходит , значит будешь…— он задумался на секунду, потом усмехнулся. — Ведьмочка. — Ведьмочка? — повторила, скрестив руки. Я закатила глаза, но внутри стало чуть теплее. — Ну а что? Звучит мило, но с намёком на опасность, — пояснил он. — Идеальное описание. — Как скажешь, Стилински. Он усмехнулся, довольный собой. — Значит, ты можешь исцелять. Это… дар? Или все ведьмы так умеют? Я замялась. — У каждой ведьмы свой дар. Мой — целительство. А телекинез есть у всех, просто разной силы. Кто-то поднимает машины, кто-то — лишь ложки. Ну, и… ты знаешь, я чувствую эмоции людей. Но контролировать это не умею. Не знаю, почему я всё это рассказала так легко. Просто выдохнула — и будто стало легче. Стайлз кивнул, будто складывал всё в общую картину. — Знаешь, мне еще интересно… Как ты теперь себя чувствуешь рядом с оборотнями? — его взгляд стал чуть внимательнее. — Вроде бы ты недавно их боялась, а теперь… Ты буквально спасла одного из них. Я опустила взгляд. — Всё ещё страшно. Но, кажется, я начинаю видеть разницу между ними. Не все такие, как те… Он улыбнулся уголком губ. — Ну, если что — держись меня. Я, конечно, не исцеляю и не швыряю людей в воздух, но зато у меня есть бита и мозги. Я усмехнулась. — Бьюсь об заклад, что вторым ты гордишься больше. — Ещё бы! — фыркнул он. — Но знаешь, Лилит, мне кажется, ты вписываешься в нашу странную компашку быстрее, чем думала. Я не удержалась от улыбки. Он уже собирался снова что-то ляпнуть — это читалось по выражению лица, по лёгкому прищуру и движению губ, — но я вдруг поймала себя на мысли, что не могу отпустить то, что случилось накануне. Перед глазами вновь встал тот парень с шипами, с чёрными глазами и оскалом, не принадлежащим живому существу. В груди всё сжалось на мгновение. Он не просто пугал — он ощущался, как рана, которая не заживает. Как что-то, что не должно существовать, но всё же существует. — Стайлз, — тихо сказала я. — Можно спросить? Без шуток. Он тут же замер. Брови сдвинулись, взгляд стал внимательным, собранным. — Конечно. Я обернулась, убедившись, что поблизости никого. Мы стояли у шкафчиков; класс за нашими спинами был пуст, коридор тянулся длинной полосой. Луч света пробивался сквозь мутные стёкла, золотил частицы пыли в воздухе. — Расскажи мне. Всё, — сказала я наконец. — Как вы со Скоттом стали… ну, вот этими вами. Что тут вообще творится? Откуда берутся все эти чудовища? Тот парень с шипами — он был не просто страшным. Он был… — я запнулась, подбирая слово. — Словно сам по себе — кошмар, в который кто-то вдохнул жизнь. Стайлз нахмурился, в глазах мелькнуло понимание. Он быстро оглядел коридор, потом кивнул в сторону ближайшего открытого класса. — Окей, Ведьмочка, — произнёс он полушёпотом, с тем самым своим оттенком иронии. — Пойдём, расскажу. Только не удивляйся, если в какой-то момент всё станет звучать как сериал с очень плохим бюджетом. Мы зашли в кабинет. Воздух внутри был прохладнее, пахло пылью, деревом и мелом. Стайлз сел за парту у окна, я устроилась рядом. Свет ложился косыми полосами на паркет, по стеклу скользнула тень от пролетающей птицы. Где-то в коридоре хлопнула дверь — гулко, пусто. — Всё началось в лесу, — наконец заговорил он. — Тогда у нас с Скоттом не было ничего сверхъестественного. Он был… ну, просто чувак с астмой и проблемами с самооценкой, а я — парень с теорией заговора и избытком кофеина. Мы услышали, что в лесу нашли тело. Без половины. Разумеется, мы туда попёрлись. Я уставилась на него. — Вы пошли искать тело? — Ну, в мою защиту — это была половина тела. И да, не самая гениальная идея. Нас там и укусили. Вернее, Скотта. — Он замолчал, глядя на меня. — С этого всё и началось. Луна, когти, слух, нюх, бешеная тяга к лакроссу. Я удивлённо хмыкнула: — Лакросс? — Ну а что ты думала, он станет сразу охотиться на людей? Всё начиналось довольно невинно. Потом стали появляться другие — Альфы, Охотники, Канимы, Дарраки… Оно всё шло и шло, как снежный ком. А мы… Мы просто старались выжить и защитить тех, кто ничего не знает.— Он посмотрел на моё выражение лица и добавил: — И нет, я не выдумал ни одного из этих слов. Хотел бы. Я нахмурилась. — И ты… всё это время был рядом? Он усмехнулся. — Я — парень с битой. У меня должность такая. Следить, чтобы Скотт не потерял себя, чтобы нас не сожрали и чтобы мой папа-шериф не сошёл с ума. — И всё? Просто… укус? — я нахмурилась. — Да, просто укус. Добро пожаловать в клуб «У кого теперь новая жизнь». Я замолчала. Всё это звучало неправдоподобно… и при этом слишком реально. Я ведь знала об оборотнях, бакэнэко, духах и других сверхъестественных существ — так, в общих чертах. Что умеют, как выглядят, чего стоит опасаться. Но всё это было как набор теоретических знаний, что-то вроде учебника по выживанию среди мифов. А вот слышать это от живого человека, видеть в его глазах — не страх, а опыт… это было совсем другим. — А ты? У тебя ведь нет сверхспособностей. Почему ты всё ещё в этом? Он усмехнулся, пожал плечами. — Потому что он — мой лучший друг. А ещё потому что, видимо, у меня врождённая тяга к самоубийственно-героическим поступкам. — Он посмотрел на меня, чуть мягче. — И потому что кто-то должен следить, чтобы все не пошло по одному месту. Я отвела взгляд. — Ты сейчас один из немногих, кому я действительно… верю. — И правильно делаешь, — сказал он с тёплой улыбкой. — У меня есть бита и сарказм, как минимум. Этого хватает на большинство ночных монстров. Я слегка улыбнулась, чувствуя, как с плеч немного спадает напряжение. А он лишь выпрямился, положил локти на парту и слегка улыбнулся. — Ну что, — продолжил он, подмигнув, — готова к экспресс-курсу по ненормальности? Обещаю: будет жутко, странно и местами очень тупо. Я чуть склонила голову, показывая свою заинтересованность. — Рассказывай, Стилински. — Отлично, — он потер ладони, словно собирался начать настоящее представление. — Тогда начнём с того, как Скотт Макколл стал первым в истории Бейкон Хиллс оборотнем, который всерьёз пытался… быть героем.

***

Коридоры уже пустели, голоса растворялись где-то вдали, а свет от окон резал глаза. После уроков я вышла из класса, поправляя лямку рюкзака. Голова гудела от мыслей, тело требовало передышки — день выдался слишком долгим. — Эй, Дарк. Я вздохнула и остановилась. Тео стоял у шкафчиков, опершись плечом о металл. Скользящий по нему солнечный свет подчеркивал черты лица, а на губах играла та самая ленивая, чуть насмешливая улыбка, которая начинала меня раздражать. Или… нет? — Ты меня так называешь, потому что тебе лень запоминать моё имя? — Нет, Лилит Дарк, — медленно произнёс он, будто смакуя каждую букву. — Но ведьмочка звучит милее. Стайлз прав, тебе идёт. — Ты что, подслушивал нас? — я прищурилась. — Просто проходил мимо, — усмехнулся он. Я не поверила ни на секунду. Слишком уж хитрое выражение мелькнуло в его глазах. Сделав шаг, я собиралась пройти мимо, но Тео вдруг двинулся вперёд, лениво перегородив мне дорогу. — Как прошёл твой день? — Обычный, насколько это возможно, — пожала плечами я. — Новенькая в маленьком городе — повод для обсуждений. И правда. Я постоянно ловила на себе взгляды — настороженные, любопытные, иногда даже осуждающие. Но мне было всё равно. После того, что я пережила, сплетни казались чем-то смешным и мелким. — Да уж, — кивнул он. — Но дело не только в этом. Ты появилась в городе буквально на днях и уже успела кое-кого впечатлить. Я приподняла бровь. — Например? — Например, Бретта, который каким-то чудом исцелился за пару секунд и не испытывал ужасающей боли от яда. Я замерла. — Ты был в клубе? — Нет. Но слухи в Бэйкон Хиллс разносятся быстрее, чем вирус, — он наклонился чуть ближе, будто оценивая мою реакцию. — И что ты обо всём этом думаешь? Тео чуть склонил голову набок, оглядывая меня. — Думаю, ты чертовски сильная, Лилит, — произнёс он с лёгкой усмешкой.— И думаю, что у тебя были причины вмешаться. Ведь совсем недавно ты, кажется, старалась держаться подальше от оборотней. Он приблизился чуть ближе, его голос стал тише, почти интимным. — Но мне интересно… — он чуть усмехнулся. — Это было просто порывом? Или всё-таки… что-то изменилось? — Возможно, — выдохнула я. — Возможно, я просто начинаю привыкать. — Это хорошо, — его голос стал мягче, низкий, почти бархатный. Он не сводил с меня взгляда, будто изучал каждую деталь. — У тебя глаза светились, когда ты использовала силу? — спросил он тихо. — Тебе ведь уже все рассказали, зачем спрашиваешь? — Просто любопытно, — он улыбнулся уголком губ. — Значит, ведьмочка у нас не алая, а голубая. Я закатила глаза. Что, и он туда же? Ещё один фанат Марвел? Он хмыкнул, а потом вдруг наклонился ближе, его губы почти коснулись моего уха. — Ведьмочка… Мне нравится. Я почувствовала, как внутри что-то сжалось. По телу прошла дрожь. Но не от страха. Сердце замерло, потом ударило сильнее. Я быстро отступила назад, чтобы создать дистанцию. — Ты всегда так ведёшь себя с теми, кого едва знаешь? — Только с теми, кто мне интересен, — не моргнув, ответил он. В воздухе повисла тишина. Я не знала, что именно кроется за его словами — игра, интерес к моим силам… или что-то другое. — Значит, ты справишься? — тихо спросил он, не сводя взгляда. Я неуверенно кивнула. Тео мягко улыбнулся. — Знаешь, если что — я рядом. Я прищурилась. — Почему ты так добр ко мне? — Я же сказал, ты мне нравишься. Он произнёс это так легко, будто между нами не было ни тайн, ни недоверия. А я… я чувствовала, как учащается пульс от этой фразы. Он наверняка слышал это. — И потом, я всегда поддерживаю своих — добавил он. — Своих? — Тех, кто выделяется. Тех, кто отличается. Он провёл кончиками пальцев по моему запястью — лёгкое, едва ощутимое касание, но от него по коже прошла дрожь. — Мы ведь не такие уж и разные, правда, Дарк? Я не ответила. Он чуть улыбнулся, отступил и направился к выходу. — Ладно, не буду тебя отвлекать. Увидимся. Я смотрела ему вслед, пока он не растворился за поворотом. И в груди оставалось странное чувство — смесь тревоги, недоверия и чего-то… другого. Опасного. Притягательного. Тео Рэйкен был загадкой. И самое страшное — я начинала привыкать и к нему.

***

Я открыла дверь комнаты, скинула кофту и устало плюхнулась на кровать. Мышцы ныли после долгого дня, а мысли путались, словно клубок нитей, в котором невозможно найти начало. Особенно те, что касались Тео. Я не могла понять, чего он добивается. С одной стороны, он был обаятельным. Не тем навязчивым, нагло-флиртующим типом, от которых устаёшь через пять минут, — нет. Он действовал тоньше, будто знал, какие слова выбрать, чтобы попасть точно в нужную точку. По-своему уверенным, спокойным, с тем взглядом, от которого будто сжимается воздух. С другой — в нём было что-то тревожащее. Слишком внимательный взгляд, будто он постоянно что-то просчитывал. А его глаза… Когда он смотрел на меня, то будто видел больше, чем должен. Не просто лицо, а то, что за ним — то, что я старалась прятать даже от самой себя. Это настораживало. И одновременно притягивало. Я закрыла глаза, спрятавшись лицом в подушку, но стоило дыханию выровняться, как в дверь настойчиво постучали. — Серьёзно?.. — пробормотала я, нехотя поднимаясь. Кто вообще мог прийти к нам? Спустившись на первый этаж я открыла дверь. На пороге стояли Стайлз и… Лидия? — Эм… привет? — я моргнула, не до конца веря своим глазам. Стайлз широко улыбнулся. — Привет, Ведьмочка. Лидия лишь молча наблюдала за мной, будто оценивая. — Можно войти? — Можно, — я прищурилась. — Но сначала объясните, откуда вы вообще знаете, где я живу? Стайлз театрально всплеснул руками. — Воу, обидно. Ты что, не помнишь, кто мой отец? Я чуть напряглась, а потом вспомнила утренний разговор, из-за которого мы пропустили урок. — Точно. Шериф Бейкон Хиллс. — Именно! — довольно кивнул он. — Можно теперь к делу? — вмешалась Лидия, сдержанно, почти устало. Я уступила им проход, закрывая дверь. — У вас есть пять минут. Ужин ждет, а потом еще домашка. Стайлз, как ни странно, не обратил на мой тон внимания. Он окинул гостиную взглядом и кивнул. — Уютно у тебя тут. — Мы пришли за помощью, — без предисловий сказала Лидия. Я внимательно посмотрела на неё. — В чём именно? — Мы собираемся в Дом Айкина. Возможно, доктор Валак знает что-то о том, что происходит в городе. Я нахмурилась. Дом Айкина. Само это название отзывалось внутри холодом. Я слышала о нём достаточно, чтобы туда не хотелось идти. После рассказа Стайлза… от одной мысли о тех стенах по коже пробежали мурашки. Там он потерял себя. Там Ногицуне полностью овладел им. Он наверняка не хочет возвращаться туда. Но всё равно идёт. Ради других. Ради Лидии. И он всё ещё винит себя в смерти Элисон, это было заметно во время его рассказа, — хотя его вины в этом нет на самом деле. Но попробуй объясни это человеку, который знает, что из-за его действий умирает кто-то дорогой. Такое чувство не выжечь. Оно просто живёт в тебе, как шрам. И я понимаю его. Понимаю до боли. И всё же у нас разница. Его разрушил злой дух. А я разрушила всё сама. Безо всякого Ногицуне. И мне нет прощения. — Дом Айкина? — я всё же переспросила, будто надеясь, что ослышалась. — Да, да, та самая жуткая психбольница. — Стайлз махнул рукой. — Не волнуйся, если что, я прикрою тебя собой. — Сомневаюсь, что ты сможешь меня защитить, — фыркнула я. — Эй! Я очень даже способный в критических ситуациях! Лидия проигнорировала его возмущение. — Ты чувствуешь чужие эмоции, верно? Я напряглась. — Я не контролирую это. Лидия просто пожала плечами. —Но ты можешь уловить что-то, что упустим мы. Я молчала. Вмешиваться во всё это? Мне ведь хотелось хоть немного покоя. Но в её голосе звучала уверенность — и странное, знакомое понимание. Она тоже слышит то, чего другие не слышат. Только в её случае — смерть. И, наверное, она знает, что значит жить с этим, не имея покоя. Быть той, кто слышит то, чего не слышат другие… — тяжело. Иногда — невыносимо — Если ты не хочешь делать это ради нас, сделай это ради себя, — добавила она. — Разве тебе не интересно проверить свои способности? Чёрт. Она знала, на что давить. Я сжала губы, вздохнула. А потом внимательно посмотрела на Лидию. После той ночи в больнице я не видела её. Тогда она выглядела ужасно — бледная, измождённая, будто её выжали досуха. Сейчас она выглядела лучше. Но только снаружи. — Как ты? — спросила я, стараясь, чтобы голос звучал нейтрально. Лидия медленно моргнула, чуть приподняв брови. — Ты о чём? — О больнице, Лидия. Стайлз резко перестал улыбаться, переводя взгляд с неё на меня. Лидия на секунду отвела глаза, но потом посмотрела прямо на меня. — Я справлюсь. — Если бы ты не справлялась, ты бы призналась? Она слегка улыбнулась — без веселья, просто констатация факта. — Нет. Я пожала плечами. — Честно. Мы и правда похожи больше, чем я думала. Стайлз тихо вздохнул, явно не желая углубляться в эту тему. — Окей, мы же не за этим пришли. Лилит, ты с нами? Я посмотрела на них, взвешивая всё, и наконец сказала: — Ладно. Но если что-то пойдёт не так, я сваливаю. — Справедливо. Лидия чуть заметно улыбнулась, и в её взгляде промелькнуло… что-то одобрительное. Будто я сдала небольшой тест. Честно? Не знаю, радоваться этому или нет. — Когда выдвигаемся? Стайлз обрадованно хлопнул в ладоши. — Вот это настрой! Лидия, я говорил, что она клёвая? Лидия просто закатила глаза , а я покачала головой. — Вы оба сумасшедшие. Стайлз подмигнул. —Привыкай, Ведьмочка. Ты теперь в нашей команде. Я замерла. Эта фраза прозвучала просто. Почти буднично. Но для меня… Для меня это значило слишком много. Для меня это не было чем-то обычным. Я всегда была одна. Слишком странной. Слишком опасной. В Нью-Йорке я держалась в стороне. Люди не принимали меня. Они чувствовали, что я не такая, как они, и подсознательно отстранялись. Даже когда я пыталась быть частью чего-то, это всегда заканчивалось плохо. Из всех у меня был только Лукий. А теперь кто-то сказал мне, что я “в команде”. Просто так. Без условий. Я почувствовала тепло, растекающееся внутри, а потом — страх. А если они ошибаются? А если я не одна из них?.. — Ты так уверен? — спросила я тихо. Стайлз прищурился, хитро улыбнувшись: — Ну, если ты хочешь, мы можем устроить испытательный срок. Неделя, две… Я закатила глаза, но не сдержала улыбку. — И что, экзамены сдавать? — Именно. Блиц-опрос: что ты будешь делать, если встречаешь химеру? — Смотря кто передо мной. — О, правильный ответ! Засчитывается. Я рассмеялась, и напряжение слегка отпустило. Может быть, всё не так уж плохо. Может, рядом с этими ребятами… у меня действительно появится шанс почувствовать, что я не одна. Стайлз, Лидия… Они такие разные. Но чем больше я их узнаю, тем яснее понимаю — мы похожи. Слишком. Мы все потеряли кого-то. Мы все носим в себе тьму, с которой пытаемся справиться. И, возможно, именно это нас объединяет. Раньше я думала, что никто не сможет понять того, что чувствую. Кроме отца и Лукии. А потом — появились они. Люди, которые не отталкивают, не боятся, не ищут выгоду. Просто принимают. Даже если ты сама не до конца принимаешь себя. Да, именно эта ночь приведёт к одним из худших дней в моей жизни. Но знаешь… если бы у меня был выбор — вновь пройти через боль, страх, бессонные ночи, чтобы сблизиться с ними, чтобы научиться контролировать силы, чтобы стать той, кем я являюсь сейчас — я бы согласилась. Без колебаний. Потому что всё в этом мире не случайно. Даже боль. Особенно боль.