От виселицы к Семье: Ян,Индржих и их Путь

Прошло несколько дней после их размолвки в Тросковицах. Ирония судьбы свела их снова, но на этот раз за решеткой замка Троски. Ян, с привычной для него небрежностью, был заключен за дичекрадство, а Индржих, попавший в немилость стражи, за воровство, которого он не совершал. Камера была мрачной и сырой, освещенной лишь тусклым факелом. Ян, сидевший на соломе, смотрел на Индржиха с привычным ему высокомерием, но в его глазах мелькнула тень сожаления. — Ну, кузнец, — произнес он, стараясь придать голосу непринужденность, — кажется, судьба решила, что мы должны продолжить наш спор в более… интимной обстановке. Индржих, уставший от обид и ссор, лишь вздохнул. — Птачек, — сказал он, — я не в настроении для твоих шуток. Ян, почувствовав, что его обычные приемы не работают, решил сменить тактику. — Слушай, Индржих, — произнес он, стараясь придать голосу искренность, — я, наверное, был неправ. Я… извиняюсь. Индржих, желая сохранить хотя бы видимость дружеских отношений, ответил: — Ладно, забудем об этом. Они провели остаток ночи, разговаривая о прошлом, о своих планах и о том, как они оказались в этой зловонной камере. В этих разговорах не было откровенности, но они были наполнены усталой дружелюбностью двух людей, которые, несмотря на свои разногласия, все еще ценили друг друга. Утром стража пришла за Индржихом. Ему было предложено освобождение, если он отработает на замок за совершенное преступление. Ян смотрел на него с грустью, понимая, что их пути расходятся. — Удачи, кузнечёнок, — сказал Ян, когда Индржих уже собирался уходить. — Надеюсь, мы еще встретимся. — И тебе удачи, Птачек, — ответил Индржих. — Береги себя. Он вышел из камеры, оставив Яна за решеткой. Дичекрадство, особенно для дворянина, каралось сурово. Индржих знал, что Ян, скорее всего, встретит свою смерть на виселице. Индржих, отбывая наказание, помогал кузнецу, чинил крыши и выполнял любую работу, которую ему поручали. Но мысли его были заняты Яном. Он знал, что дичекрадство, особенно для дворянина, каралось сурово, и виселица нависла над его другом, как зловещая тень. Но также мужчина знал и понимал, что времени у него осталось совсем немного. Согласно закону, Ян должен был быть казнен на рассвете, когда колокол замка Троски пробьет двенадцать раз. Индржих чувствовал, как с каждой минутой его надежда тает. Во время одного из своих тайных визитов к сотнику он поговорил с его сестрой. Она рассказала ему об отваре от лихорадке, который мог бы помочь сотнику прийти в себя. Но лекарь, знавший рецепт, уехал с паном Берговым, и отвар хранился в тайном месте, доступном лишь избранным. Индржих понял, что это его единственный шанс. Он должен был найти и выкрасть этот отвар. Но это было рискованно. Ему придется проникнуть в охраняемую комнату, где хранились лекарства, и, возможно, столкнуться с сопротивлением. Но он был готов на все, чтобы спасти Яна. Он начал собирать информацию, изучая планы замка и расспрашивая слуг,но при этом стараясь не вызывать подозрения к своей персоне . Он узнал, что комната с лекарствами охраняется двумя стражниками, и что доступ к ней возможен только через потайной ход. Ночью, когда замок погрузился в тишину, Индржих проник в замок. Он крался по темным коридорам, избегая патрулей стражи, и добрался до потайного хода. Он проник в комнату с лекарствами и нашел нужный отвар. Но когда он собирался уходить, один из стражников заметил его. Индржих понимал, что у него нет времени на шумную драку. Он тихо подошел к стражнику со спины и, используя свои навыки, бесшумно убил его. Но второй стражник услышал шум и напал на Индржиха. Завязалась ожесточенная схватка, в которой Индржих едва не погиб. Но, используя все свои силы, он смог одолеть стражника. Он быстро спрятал тела, чтобы их не обнаружили, и забрал отвар. Он понимал, что совершил преступление, но у него не было выбора. Он должен был спасти Яна. Он вернулся к сотнику Томашу и дал ему отвар. Через несколько часов сотник пришел в себя.