Стражи детства и Похитители снов

– Паршивки – снова улизнули! – с досадой воскликнул Северянин, когда выслушал своих друзей. Они вернулись на Северный полюс, чтобы обсудить впечатления от столкновения с феями. – Они стали осторожнее – больше не даются так легко.       Грабителям удалось скрыться без особых потерь для себя, а вот для Хранителей это битва прошла труднее, чем им бы хотелось. Хотя им было чем похвастаться – их спланированная западня застала воров врасплох, и ни один сон и кошмар не был пленен ими. – Легко… – нервно выдохнул Кролик, вспоминая свое прошлое столкновение с визжащими ненавистницами. – В лице нас они встретили решительный отпор, скорее всего теперь они выждут какое-то время, – добавил Джек, хмурясь. – Они настроены довольно… упрямо. И даже не пощадили… – Хранительница воспоминаний оборвала себя, бросив взгляд на Короля ночных ужасов. Тот посмурнел и застыл в углу собирающимся громом. Он сразу почувствовал, что с его кошмаром что-то случилось, и эта новость лишь сильнее ожесточила его против вторгнувшихся в его устоявшиеся будни существ. – Так отчаянно бороться, но так и не признаться – зачем, – Клаус задумчиво уставился на карту на своем столе, с отмеченными местами появления фей. Беспорядочно разбросанные флажки не давали никаких подсказок. – И при этом они неоднократно пытались переманить некоторых из нас в свои ряды.       «Они действуют хитрее с каждым разом», – подумал Песочный человек, осторожно переворачивая в руках оставленный грабительницей ловец снов. Когда он впервые коснулся этого талисмана, его пальцы обожгло вечной мерзлотой далеких звезд. Такая магия Земле несвойственна. Пришлось воспользоваться перчатками Кромешника – те будто бы не пропускали разряды чужеродных чар, защищая владельца. – Ты думаешь, в этой человеческой безделушке что-то есть? – обратился к нему Хранитель Пасхи, вырывая его из вязкого смятения. – Что это вообще такое? «Это оберег, который люди делают, чтобы спастись от кошмаров», – ответил Страж, продолжая изучать находку. За свою бытность он встречал похожие поделки, но все они были не только безвредны, но чаще всего еще и абсолютно бесполезны. – О-ого… И как – помогает? – Кролик опасливо покосился на Кромешника, что усмехнулся на его предположение: – Да, так же, как гигантский забор против кроликов, – австралиец неприязненно сморщился, вспомнив упомянутое сооружение. «Это сотворено не человеческими руками», – покачал головой Золотой человек. «Хотя за основу взяли их задумку».       Неровный круг был неравномерно утолщен в нескольких своих частях, слегка перевязанный тонкими жгутиками. Его паутинка, наоборот, была сплетена так аккуратно и точно, словно ее плел самый талантливый ткач на планете – паук, и такая скрупулезность наталкивала на опасения, что подобной сетью что-то выловить действительно получится. Словно капельки многоцветной росы, на обманчиво хрупкий капкан были нанизаны грубо обточенные камушки самых разных размеров, с ними – слегка подсохшие алые ягоды, имелись даже пушащиеся перья. Утонченной данную вещицу назвать было нельзя, однако в ней сквозило какое-то свое, небрежное и дикое очарование.       Но страшнее всего, что ловец был наполнен оживающим эхом. – Забавно – они решили использовать ловцы снов для поимки снов. Хорошо бы посмотреть, удалось ли им осуществить затеянное, – Николас подошел к Песочнику, почесывая подбородок. –Ты что-то чувствуешь?       Поначалу Песочный человек предположил, что ему померещилось, но, поднеся амулет к уху, он и правда услышал обрывки чьего-то пения. Звук будто бы отражался от холодных, острых скал, из-за чего эти отголоски точно бы и сами слегка кололи слух. Чье-то одинокое, скорбное мычание вторило незнакомой мелодии, пока шероховатый шепот ронял концы шипящих, непонятных фраз. – Эй-эй, Песочник, – дух мороза слегка потряс Хозяина мечтаний за плечо и тот озадаченно моргнул. – Ты словно в транс впал. С этими ловцами что-то не так?       Не сразу придя в себя, Хозяин мечтаний кивнул: «Они заколдованы. В них вплетена песня, похожая на ту, что феи исполняли до этого». – Чаруют, пока люди спокойно спят? – догадался Санта. – Очень удобно. – Однако они не были уверены в собственном изобретении, – неожиданно вмешался молчавший до этого Кромешник. – В противном случае, главной из них не потребовалось бы присутствовать лично. Они учатся, и пока это происходит, нам важно подавить их до того, как они до конца освоят собственную магию. – Думаю, нам стоит подучиться тоже, – согласился с ним Северянин, ловя непонимающие взгляды своих товарищей. – У меня здесь бо̒льшая часть библиотеки Омбрика, возможно, в книгах и записях мы найдем что-то о феях или похитителях снов. Песочник, позволишь? – он осторожно забрал находку из золотых рук и вдруг стал подбрасывать ее, как горящий уголек. Отложив оберег на стол, кудесник пояснил: – Уфх! Какая холоднющая! Попробую узнать, как это может работать: на расстоянии ли они ворожат или же сам ловец приучен творить свой злой умысел? Во всевозможных магических артефактах я кое-что смыслю, даже создавал парочку своих. Верно я говорю, Кромешник? – Вынужден признать, что в таких изобретениях ты и впрямь разбираться умеешь, – неохотно подтвердил Король кошмаров, закатив глаза. – Вот и славно. Йети проводят вас, а я приступлю как можно скорее.

***

– Солнце жалит так сильно… – девушка прикрыла глаза ладонью и поспешила спрятаться в тени от пышно цветущих деревьев. Рядом с одним из них был раскинут небольшой плед с аккуратно разложенными ловцами снов. Мимо проходящие люди с любопытством засматривались на симпатичные обереги, но по какой-то причине не решались подойти ближе. Мастерица нахмурилась, не понимая, в чем дело. – Эй, красотка, – к ней обратились крайне недружелюбно. Обернувшись, девушка увидела несколько сурово настроенных девушек, что подошли к ней со стороны раскинутых чуть дальше шатров. – Ты, верно, новенькая здесь? – Это так заметно? – мягко улыбнулась незнакомка, на что пришедшие ехидно усмехнулись. – Не представляешь насколько. К тому же, ты явно иностранка, поэтому, так уж и быть, на первый раз я буду подобрее, – самая возмущенная из них подошла ближе и жестко отрезала: – За участие в ярмарке мастеров нужно платить место за аренду, а также договариваться с другими, чтобы одинаковый товар не располагался рядом друг с другом. Как думаешь, сколько пунктов из этих ты проигнорировала? – Миленькие побрякушки, – вдруг вмешалась другая из них. – Я заберу одну? – нагло продолжила она, подхватывая приглянувшийся талисман.       Рукодельница ухмыльнулась: – Конечно, забирай. – Ты как-то не вовремя, – укорила ее третья, но добытчица лишь пожала плечами. – Ну и что же мы будем делать? – напомнила о себе первая, и подкарауленная девушка тяжело вздохнула: – Так много условностей, – с досадой протянула она, а затем коротко хлопнула в ладоши, от чего налетчицы вздрогнули: – Раз у вас возникло затруднение в решении данной ситуации, придется вмешаться. Проводите меня в свой шатер и помогите разместить мои ловцы, – ее ласковая улыбка заострилась, а глаза хищно засветились, несмотря на разгар дня: – Ведь вы же именно за этим подошли ко мне?       Воцарилась растерянная тишина. – Да, именно так! – воодушевилась та, что забрала себе один из талисманов. – Пойдем скорее, пока весь народ не разбрелся.       Мастерица последовала за обрадованной брюнеткой и оглянулась на замерших девушек, что растерянно перевели друг на друга взгляд. Они не могли вспомнить, зачем пришли сюда, как и не могли признать, кем была эта незнакомка. – Кажется, нам следует поторопиться? – невинно напомнила она, удобнее перехватывая свои творения. – Жара действует на меня крайне странно, – протянула самая неприветливая из них. – Не говори – в голове будто туман.       Они нагнали своих удаляющихся подруг, когда одна из них заботливо предложила: – Говорят, дневной сон очень полезен. Не хотите отдохнуть?       Проходимость здесь действительно была несравнимо выше, чем в прежде выбранном ею месте. Люди такие очаровательные – сами бросаются ей на помощь, пускай перед этим и приходится напоминать им об этом. – Мамочка, смотри какой красивый! – Ты права, детка, очень милый, – нежно отозвалась молодая мать. – Хочу его! Купи! – Ох, ну что с тобой поделать…       Мастерица довольно улыбнулась: все шло как нельзя лучше. «Обретенные» ею помощницы успешно справлялись вдвоем, – одна из них все-таки решила вздремнуть, – и успевали не только рассказывать пришедшим об имеющемся товаре, но и творить еще одну человеческую условность – обмен товара на местную валюту, в равноценном его себестоимости объеме. Так много лишних действий, это начинает утомлять.       Девушка расслабленно выдохнула, потерев верх скрытого под волосами уха – понадобится совсем мало времени, чтобы набрать нужное количество грёз. Еще немного, еще чуть-чуть…       Сама не заметив, она стала напевать что-то и прервалась только тогда, когда наткнулась на внимательно наблюдающую за ней девочку. Ребенок стоял прямо у нее на пути и не двигался, будто и вовсе не собирался уступать. Такое неповиновение рассмешило рукодельницу, и она уставилась на свое живое «препятствие» с игривым вызовом, гадая, что же последует дальше. – А что вы поете? – неожиданно спросил ребенок. – О? Тебе понравилась песня?       Девочка кивнула, а затем испуганно ойкнула: – Ой! Я все сделала не так! – девушка с непониманием разглядывала ее и, не встретив никакого укора и недовольства, маленькая посетительница поспешила исправить свою оплошность: – Здравствуйте! Я Лолита Габриэлла Марселия. Но обычно меня зовут Лола, – красивая незнакомка удивленно молчала и ребенок нахмурился: – Мама говорит, что прежде чем заводить с кем-то разговор, надо поздороваться и представиться. Вам надо сделать то же самое, – знающим тоном посоветовала она, вызывая широкую улыбку напротив. – Какая прелесть. Здравствуй, меня можно звать Мия. – А полное свое имя не скажете? – насупилась маленькая покупательница.       Загадочная мастерица глубоко задумалась, а после дружелюбно, но твердо ответила: – Нет, это секрет! – Секрет! – глаза Лолы восторженно загорелись – она так любила секреты и тайны! Пока она знала их не так много, но все они были подобны сокровищу.       Взгляд Мии смягчился, и она присела на корточки перед нетерпеливо ожидающим ребенком. – Секрет! – подтвердила она и, опережая уже почти озвученные упрашивания, призналась: – Но у меня есть еще один секрет. Самый секретный секрет! Намного больший секрет, чем этот! – Лола была готова прыгать от счастья – секреты находились не так просто, а тут за день целых два! – Хочешь расскажу тебе? – Да! Да! – Хорошо, – кивнула изумрудноволосая девушка. – Я очень рада, что ты готова выслушать мой секрет, ведь только тебе я, пожалуй, и могу его доверить. Но перед этим, – Лола невольно топнула ногой от нетерпения, вызывая у взрослой смешок, – скажи мне: у тебя много друзей? – Со мной дружит вся группа! – девочка гордо задрала голову. – И я даже общаюсь с детьми из других групп. Но я не знаю, считается ли это «много»?       Девушка радостно схватила маленькие ладошки в свои, и Лола внезапно застыла: у смотрящей на нее незнакомки были такие красивые глаза, волшебные, как у принцесс из сказок! Да и сама она походила на принцессу – она считала самой красивой свою маму, но вот перед собой она видит кого-то, кого не встречала никогда, и ощущает что-то щекочущее ее изнутри. – Это очень много, Лола! А значит – я точно могу доверить тебе мой секрет! Подойди-ка ближе, - ребенок навострил свои ушки, коротко рассмеявшись от щекотки теплого шепота: – Мой секрет – это песня, которую я пела. Хочешь научу тебя ей? Она волшебная! – Как заклинание? – девочка постаралась придать своему голосу поменьше заинтересованности, но возбужденно блестевшие глаза предательски выдавали ее. – Ах, ты так много знаешь! Да, это самое настоящее заклинание! И его можно доверить только таким, как ты – у кого много друзей. – Что это, что?!       Мия довольно прищурилась и, выждав томительную паузу и позволив нескольким слезливым мольбам пролиться, наконец, ответила: – Слушай внимательно, Лола. Это песенка очень простая:

Ах, маки, маки, маки – сонные цветы! Духи молодые плетут из них венки.

Мёд желанной грёзы шепотом пошлют –

Несколько прекрасных, сладостных минут.

      Девичий голос тек плавно и тягуче, теплый, как летний дождь, и свежий, как аромат первой весенней зелени. Перед глазами девочки пронеслись самые ее счастливые воспоминания, и она невольно сжала пальчиками нежные ладони. – Маленькая нимфа сказку… – Лола? – встревоженный женский голос разбил оживающие в памяти мечты и ребенок растерянно проморгался, оглядываясь на подошедшую мать. – Простите, отвлеклась всего на секунду… – извинялась женщина, настороженно наблюдая за незнакомкой.       Девушка с необычным цветом волос поднялась и со скромной улыбкой заверила ее: – Здравствуйте. Это вы извините, я только увидела девочку, ей приглянулась моя песня, так что я решила научить ее ей, – мать слегка расслабилась, с любовью переведя взгляд на дочь. – Я – Мия, делаю ловцы снов. – Она волшебница, мама! – горячо зашептала Лола, дернув родительницу за подол юбки. – И знает секретное заклинание, ты помешала нам! – девочка с намеком посмотрела на женщину, что удивленно моргнула на засмущавшуюся продавщицу. – Заклинание, да, сами понимаете… – рассмеялась она, по-особенному стрельнув глазами. Молодая мать окончательно успокоилась и вернула говорящий взгляд новой подруге своей дочери. – Мне очень жаль! Прошу меня простить. Но что же это за заклинание такое? – Ох, я могу… – Его нельзя рассказывать всем, мам! – недовольно воскликнула девочка. – Это секрет! – В самом деле, нельзя? – дразня ребенка, жалостливо уточнила женщина.       Мастерица вновь опустилась перед сердитой Лолой и принялась упрашивать ее: – Я думаю, что твоей маме мы можем рассказать его. – Папа говорит, что секрет – не секрет, когда о нем знают все, – отрезала девочка.       Мать возмущенно вздохнула, притворяясь обиженной, и рукодельница продолжила убеждать: – Твоя мама – не все! Она так тебя любит, что ей можно доверить все секреты в мире. Хорошо?       Какому ребенку не понравится, когда его так уговаривают? Еще и взрослый, который ему приглянулся? Лола для вида еще немного подулась, а после великодушно разрешила, точно чужая тайна принадлежала ей одной: – Ла-адно. Маме тоже можно знать.       Поймав взгляды друг друга, девушки едва сдержали улыбку, а после голубоглазая продавщица сердечно погладила маленькую щечку: – Спасибо, Лола, ты очень добра! Итак, на чем же я остановилась?.. – Начни сначала! – Так понравилась? – удивилась она. – Бабушка говорит, что начинать всегда надо с начала, а не с середины, – мать девочки фыркнула, но ничего не сказала. – Хорошо, тогда я начну с начала, как и говорит твоя бабушка.

Ах, маки, маки, маки – сонные цветы!

Духи молодые плетут из них венки. Мёд желанной грёзы шепотом пошлют –

Несколько прекрасных, сладостных минут.

Маленькая нимфа сказку шепчет мне,

Как жила когда-то на большой звезде, Но звезда упала, превратившись в пыль, Дом родной остался за много тысяч миль…

      Глаза девочки полуприкрылись, дыхание чуть участилось, словно ей стало тяжело дышать. Дружелюбная мастерица неотрывно наблюдала за маленькой покупательницей, и во всей ее фигуре проступил отпечаток беспощадной ласки, придав ей некоторую потусторонность. – Тебе жаль маленькую фею, Лола? – Да… – отрешенно согласилась девочка, слегка покачиваясь. Девушка бросила короткий, равнодушный взгляд на ее мать – женщина застыла с безутешным выражением лица, но смотрела куда-то сквозь полотно шатра. Ее мысли были где-то очень далеко. – Хорошо, – нежно кивнула Мия. – Тогда спой эту песенку всем своим друзьям, чтобы как можно больше из вас посочувствовали ей.       Ребенок медленно кивнул, опуская темные ресницы.

***

– Прискорбно видеть, как великое наследие накопленной учености превратилось вот в это, – скучающе признал Король кошмаров, лениво перелистывая страницы очередной книги. Очередной и абсолютно бесполезной.       Северянин крайне удачно спихнул на них самую пыльную и унылую работенку, пока сам убежал изучать ловушку фей. Добросердечные Хранители даже не возмутились на такой возмутительный расклад по занятиям. Хотя что с них взять – дружба, мир, взаимопринятие, куда им до споров друг с другом и отстаивания собственных интересов? – Интересно, кто приложил к этому руку? – пробурчал Кролик. Он устало потер лапой глаза – они сидели здесь уже, кажется, целую вечность и до сих пор от этого не было никакого проку. Часы во дворце Санты сами по себе текли слегка замедленно, а уж сколько прошло времени в реальном мире, пока они просиживали тут – страшно было представить. – Хм… – озадаченно протянул Кромешник, не отрываясь от своего увлекательного занятия. – Костлявую такую, жадную…       Властелин дурных снов медленно отложил книгу на стол, закинул ногу на колено и, подняв новую жертву, невозмутимо ответил: – Не могу вспомнить никого, подходящего под такое описание.       Хранитель Пасхи усмехнулся и покачал головой, а после с тяжелым вздохом возобновил свои мучения. Продолжая сохранять сильно занятой вид, брюнет незаметно окинул читальный зал глазами и почти сразу остановился где-то справа. Там, погруженный в чтение, сидел Песочный человек. Он находился в таком положении без перерыва уже долго и перестал реагировать на редкие перебранки в библиотеке. Сбоку от него, растекшись щекой по столу, спал Ледяной Джек – неудивительно, что столь молодой и энергичный юноша покинул их ряды первым, вымотавшись и сдавшись в объятья сна. А вот сон рядом с ним не позволял себе подобной свободы.       Двери с грохотом отворились, и в зал едва ли не вбежал Северянин. Брови старика были глубоко надвинуты на глаза и хорошими известиями это не сулило. При виде него Хранители встрепенулись, даже дух мороза резво подскочил, проснувшись, только Кромешник спокойно повернулся к вошедшему, даже не откладывая ценный экземпляр. – Ты что-то нашел? – Хранительница воспоминаний с надеждой подлетела к нему и тут же понуро опустилась на пол: – Ох…       Ей хватило одного хмурого вида кудесника, чтобы понять реальное положение дел. – Гмм… – подтвердил Николас невысказанные опасения. – Мне придется навестить Омбрика лично. Магия фей слишком тонко сплетена и не поддается. Не хотелось бы упускать такой шанс и сломать что-нибудь по неосторожности. – Передавай ему мой самый пламенный привет, – Кромешник хищно ухмыльнулся, и Николас поежился. – Неужели ничего не удалось обнаружить? – удивился Кролик. – Все, что я смог распознать – сосредоточие чар в камнях, что они развесили по всему ловцу, – он, не касаясь, указал на твердые украшения оберега. – Я подозреваю, что это что-то… Что-то похожее на метеорит.       Ледяной Джек присвистнул в ошеломленной тишине. – Откуда он у них? – не понял Хранитель Пасхи. – Не могу сказать, – угрюмо отозвался Клаус. – Но это может объяснить, почему Песочник чувствует чужеродное волшебство. Я покажу ловец Омбрику, он знает и видел побольше моего… – он провел рукой по волосам. – Надеюсь, это не займет много времени. – Мужчина улыбнулся, смотря на уставших друзей: – Вам следует отдохнуть, снаружи прошло уже несколько дней, не изводите себя понапрасну. Йети доставят вас на санях по домам, сам я отправляюсь немедленно.       Северный полюс обыкновенно считался местом, где время, погода и все в похожем духе идут своим уникальным ходом, не подчиняясь привычным правилам, действовавшим в остальном мире. Благодаря чарам Николаса и его личным изобретениям, ему удалось задержать редкий солнечный свет в этом краю планеты, из-за чего рассветы и закаты тут практически не отличались от тех, что наблюдались в других ее частях. Выйдя к «посадочной полосе», Хранители невольно залюбовались открывшимся видом: желтый, ослепляющий полукруг солнечного диска полусферами таял ввысь рыжим, багряным и неожиданно фиолетово-синим. Яркие краски особенно контрастировали на необозримых просторах молочного снега и голубоватых льдов. Каждому вдруг захотелось очутиться у себя дома, прикоснуться к любимым мелочам и полюбоваться закатом именно оттуда.       Песочный человек с вымотанной полуулыбкой оглянулся, когда на его плечо опустилась теплая широкая рука. – Мне жаль, друг. В этот раз я оказался бесполезен…       Страж мечтаний упрямо покачал головой: «Не говори так. Ты сделал очень многое. Я благодарен за это».       Николас отразил его улыбку и похлопал по золотому одеянию: – Я вернусь, как можно скорее. Постарайся не бросаться из огня да в полымя, – Песочник фыркнул, красноречиво смотря на товарища, который бросил в его сторону такие обвинения. – Я знаю, каков у тебя пылкий нрав! – смеясь, погрозил ему пальцем кудесник. Он отвлекся на что-то за его спиной, а после ободряюще улыбнулся ему: – Но я рад, что за тобой есть, кому присмотреть. Хотя было бы лучше, если бы за вами обоими приглядывал кто-то еще… – пробурчал он себе под нос. Хранитель грёз растерянно наклонил голову набок, но Николас ничего больше не добавил, удаляясь к одноместным саням.       Обернувшись, Песочный человек заметил Кромешника, что о чем-то беседовал с темным вороном, который послушно внимал его наказам, сидя на чужом предплечье. Из смутных раздумий Хранителя вырвало встревоженное ворчание сасквочей, что грозились на хохочущего Северянина. Хозяин мечтаний хмыкнул – и кому за кем еще следует присматривать.