Фанат или нечто большее?

ТГК ПО ФАНФИКУ https://t.me/fanatorsomethingmore И вот Саша и Ваня сидели на кухне, терзаемые взглядом хозяйки, а рядом остывал чай. К слову, внимание хозяйки больше было приковано к Александру Сергеевичу. Женщина поверить не могла, что Пушкин сидит у нее на кухне. Саша же, привыкший, что на него смотрят с восхищением и удивлением, смущался лишь фактом произошедшего между ними с Ваней пятью минутами ранее. Губы ещё горели и ему оставалось только надеяться, что хозяйка не заметит этого. Ваня все глядел к себе в чашку, боясь оторвать взгляд. Было ужасно неловко. Но это не замечал никто кроме него. - Как жизнь, Александр Сергеевич? - поинтересовалась вдова. - Потихоньку. Работаю много, - учтиво улыбнулся Пушкин заученной улыбкой. - Ваши стихи - прелесть. Такие горящие и живые. - Благодарю, - кивнул он, наконец-то отпив чаю. Взгляд его иногда робко касался Пущина и тут же исчезал: Саша боялся, что вдова подумает что-то не то. Но и игнорировать состояние Вани он не мог. Хотелось как-то поддержать парня. Он потянулся и дотронулся до коленки Вани своей ногой. Тот едва ощутимо вздрогнул, робко взглянул на Пушкина и, слегка улыбаясь, потянулся к кружке. - Какая же работа у вас с Ваней? - продолжала вопросы хозяйка. - Мы пишем вместе. - Не знала, Ваня, что вы умеете писать, - с уважением произнесла она. - А что пишете? - Новый роман. - О чем он? - Секрет, - улыбнулся Саша, поставив точку в расспросах. Он ненавидел рассказывать о своих начинаниях кому-то постороннему. Бывало, и его товарищи по письму не знали над чем он работает. Саша предпочитал быть скрытным, а потом вылазить в мир из своей писательской норы с новым романом, который обязательно хорошо продавался и давал поэту неплохой заработок. Все было просто: Саша знал, о чем люди хотят читать и писал это. - Да вы угощайтесь, Александр Сергеевич, - она придвинула баночку с вареньем. - Спасибо, - вежливо улыбнулся парень. Снова взглянул на Ваню: тот сидел, глядя вниз. Волосы закрывали лицо. Должно быть Пущину страшно не комфортно. Надо бы увести его от любопытной хозяйки, дать отдохнуть и прийти в себя. – Но нам пора: работа не ждет. - Да, да, конечно, - засуетилась хозяйка, собирая грязные чашки. – Ваня, вас когда к ужину ждать? - Не ждите, мы поужинаем в кафе, - ответил за Пущина Саша. – Спасибо за встречу. - Это вам спасибо, Александр Сергеевич! Они вышли в прокуренный подъезд. Пушкин сразу потянулся рукой за сигаретой. Между ними повисло молчание, но оно было вовсе не неловкое, а скорее комфортное. Теперь они разделяли между друг другом что-то, что касалось только их. Ваня радовался такому сближению. - Саш, а как это все получилось? – осторожно, чтобы не испортить сказку, спросил он, вдыхая едкий дым. - Я не знаю. Может, я просто решил довериться в этой жизни хоть кому-то, - признался Пушкин. – Я еще никому так не доверял, - и хмыкнул. - А я и не предполагал, что тебе нравятся парни. - Я думал, что ты влюблен в эту девушку...кажется, Наташу. Не ожидал, что в меня. - Наташенька? – оживился Пущин. – О, нет, она – моя подруга детства. Я очень ценю и люблю ее, но как друга. А вас не как друга, - он замялся, удивившись откровенности своих слов. Они еще точно не знали, как подступиться к друг другу: все это казалось таким новым, но попытки были, и вот теперь Саша решил предпринять еще одну. Он затушил сигарету, быстро огляделся – в подъезде не было ни души – и быстро прильнул к Ване. Их губы соприкоснулись в легком поцелуе, а после поэт отстранился, пряча взгляд в полумраке. - Ты...хочешь остаться со мной сегодня на ночь? – наконец задал Пушкин вопрос. Это желание терзало его мысли последние несколько дней и решиться озвучить его было непросто. Однако он чувствовал, что Ваня готов. И, хотя ему не нравилась быстрота развития их отношений – его это не особо заботило ведь впервые он был самим собой, впервые был счастлив как мальчишка. Ну, и конечно сама мысль о том, что это его фанат, бегавший за ним три года, грела самолюбие Саши. - Хочу? Хочу конечно, наверное, хочу, - Ваня затараторил, тряся рыжими волосами. Он явно распереживался от всего счастья, свалившегося на него сегодня. Саша мягко положил ему руку на плечо. - Все в порядке. Я приму если нет, - с легкой, едва уловимой досадой сказал он. - Нет! Я готов, да. Хорошо. Когда пойдем? - После ужина. Я обещал хозяйке, что мы сходим в кафе. - Ты всегда исполняешь обещания? - Само собой, - улыбнулся Саша и они вышли из подъезда на раскаленную солнцем улицу. Июль вступал в свою пору: жаркий, приторный и изнеженный. Июль, выпячивающий свои достоинства и скрывающий в прохладной тени недостатки в виде комаров и мошек. Июль, который оба они навсегда запомнили сердцем.