Вирус

      Оказаться ночью в лабиринте, наедине с чудовищами, жаждавшими смерти, — это, мягко говоря, крайне неприятно. Джесс убедилась в этом в очередной раз, затаившись на вершине плиты, напряженно прислушиваясь к каждому шороху.       Отбившись от остальных, Джесс угодила прямиком на ощетинившегося гривера, словно их специально сгоняли в одно место. Непрестанно меняя направление, она проклинала всё на свете, отчаянно размышляя, как вырваться из этой ловушки. Создатели не посмеют закончить всё здесь. Воспользовавшись просчетом твари, которая врезалась в стену, предоставив ей драгоценное время, Джесс стремительно забралась наверх. Стена имела стык, образующий угол, скрытый в тени — туда она и юркнула. Приведя в порядок дыхание и успокоив бешено колотящееся сердце, Джесс думала: наверху у неё куда больше шансов выжить. Гриверы рыскали внизу, но даже не взглянули вверх.       Ночь тянулась бесконечно, вынуждая Джесс оставаться в полной боевой готовности. Она отгоняла навязчивые мысли о неминуемой гибели. Бок кольнуло, и Джесс невольно шикнула от неожиданности — видимо, сказалось долгое нахождение в одной позе.       Время ползло, а гриверы не умолкали. Джесс осторожно сменила положение, давая затекшим мышцам отдохнуть. Помимо опасности, Джесс ненавидела эти назойливые мысли, которые, как назло, лезли в голову. В ночном лабиринте можно было свихнуться от одного лишь собственного сознания. Где сейчас Томас и Минхо? Удалось ли им ускользнуть от погони? Рэйчел, должно быть, не сомкнет глаз до рассвета, надеясь на лучшее, а маленькая Эмили наверняка в ужасе. Джесс прикрыла веки. Интересно, расстроится ли Ньют, если гриверы всё-таки исполнят свой смертоносный замысел? Или, наоборот, все испытают облегчение?       Джесс прищурилась, как только первые лучи солнца коснулись темных стен лабиринта. Гриверы не позволили ей покинуть укрытие, продолжая метаться внизу. Подобраться к Алби было уже невозможно.       Услышав удаляющийся звонкий цокот, Джесс осторожно выглянула, убедившись, что твари наконец-то убираются. В голову пришла дерзкая мысль — проследить за гриверами, узнать, куда они уходят днём. Спустившись, Джесс мягко, тенью, последовала за ними на безопасном расстоянии.       У входа в седьмую секцию она замерла. Вспомнила карту, вспомнила тонкие лезвия, как их назвал Минхо. Джесс замерла, разглядывая кучу окровавленных обрывков ткани. Одежда Бена. Значит, гриверы уходят на ночь в эту секцию, и сюда же они притащили Бена.       Сделав ещё шаг, голова закружилась, и Джесс прижалась к стене. На бетон упала капля крови, потом ещё одна. Джесс зацепила рукавом нос. — Нет, только не сейчас, — взмолилась она. — Черт!       Вытащив из ботинка нож, она растопырила ладонь и ткнула края раны острым кончиком. Металл пересёк тонкую кожу, посылая по телу резкий, необходимый разряд. Головокружение отступило, сознание прояснилось. По крайней мере, на время. Взглянув на удаляющихся гриверов, Джесс развернулась и бросилась обратно.       Коридоры лабиринта оказались куда коварнее без Минхо. Джесс, не запомнив всех извивов, потерялась. Осознание того, что она заблудилась на пороге третьей фазы, когда до решающего наступления оставалось так мало времени, было отвратительным. Наткнувшись на очередной тупик, Джесс сбавила темп, вглядываясь в стены в поисках хоть какой-то прежней метки. И вот, очередной выбор поворота привел её к гриверу, расплющенному меж массивных стен. Джесс присела на корточки, медленно поворачивая голову, впитывая жуткую картину. Металлическая клешня, обтянутая искорёженной плотью, источала тошнотворный запах. Подойдя ближе, Джесс уже протянула руку, но отдернула её, услышав шаркающие шаги. Она хотела замереть, понимая, что это, скорее всего, кто-то из своих, но всё же юркнула за поворот, затаившись. Разорвав край рубашки, Джесс обмотала ладонь, скрывая порез, за которым наверняка последуют новые. Она не могла рассказать Минхо о начавшейся третьей фазе, когда они так близки к спасению. Джесс была в этом уверена.       Минхо, Томас и даже Фрай, собравшись вокруг, стояли у мёртвого гривера. Джесс усмехнулась, увидев, как парни отшатнулись, когда тварь, словно в последний предсмертный конвульси корабль, испустила предсмертный судорожный рефлекс. Выдрав клешню и очистив её от остатков плоти, Минхо повертел в руках предмет, который тихо пищал и тускло мерцал красным. — Вы возвращайтесь. Я поищу Джесс, — произнес Минхо, убирая устройство в рюкзак. — Я с тобой, — вызвался Томас. — Уверен, она жива.       Джесс закатила глаза. Нельзя было упускать такой шанс их напугать. — Бу!       Она выскочила из-за поворота, как раз в тот момент, когда Томас и Минхо подошли ближе. Парни замерли, испустив испуганные ругательства. Джесс рассмеялась, наблюдая, как они приходят в себя. — Джесс, я такого наделал в штаны, — выдохнул Минхо, а затем крепко обнял её. — Джесс, почему ты не пришла к Алби? — Какое облегчение, — присоединился Томас, улыбаясь. — Ладно вам, — Джесс похлопала Минхо по спине. — Гриверы не дали мне добраться до Алби, поэтому я выследила их. Они, кстати, ушли к лезвиям. — Ты в своём репертуаре, — отозвался Минхо. — Значит, в седьмую… — Седьмая секция в фаланге гривера горит, — поддержал Томас. — Возможно, там и есть выход, — присоединился Минхо, отстраняясь от Джесс. — Вернёмся в Глэйд. Там столько всего произошло.       По дороге назад Джесс узнала о недовольстве Галли, наказании для Томаса и успела поздравить его с назначением в бегуны с завтрашнего дня. А также о прибытии ещё одной девчонки со странной запиской, которая узнала Томаса. Минхо добавил, что они уже знают, что она не была с ними в лабиринте. Она просто новенькая. Джесс чувствовала, что что-то не так, и, кажется, близится развязка. Приближаясь к Глэйду, Джесс замедлилась, ловко провернув нож, и, на ходу, перемотала запястье.       Их никто не встречал. Для Джесс это был шанс проскользнуть незамеченной, избежать громких ликований по поводу её спасения. Но стоило им выйти из сумрака лабиринта, как на Джесс налетела Рейчел, а за ней, бросив работу, потянулись остальные девушки. Джесс похлопала Рейчел по спине, пока та, дрожа, не отпускала её. Беверли, стоявшая в стороне, кивнула, и Джесс ответила тем же. Из кухни донёсся звон упавшей посуды. Фрайпан громко объявил о том, что Джесс жива, подняв волну восторга по всему Глэйду. — Ты в порядке? — Бросила Меган с усмешкой. — Ньют должен мне выходной. — А то я думала, что ты переживаешь, — Джесс прижала ладонь к груди. — А ты споришь на мою смерть. — Я была на стороне того, что гривер подавится и выплюнет тебя, — поправила Меган. — Что с рукой? — Обеспокоилась Рэйчел, увидев забинтованную ладонь. — Поранилась об плющ, — кратко ответила Джесс. — Я по нему взбиралась и спускалась раз сто. — Страшно было? Когда Минхо вернулся и сказал, что ты пропала, я подумала, что ты умерла, — плакала Эмили. — Джесс, не делай так больше. — Я, честно говоря, и не хотела туда на ночь, — Джесс покосилась на Томаса. — Всё в порядке, Эмили. Меня таким не возьмёшь.       Джесс потрепала Эмили по голове, пока та утирала слёзы. Рэйчел продолжала смотреть на перебинтованную руку, но Джесс делала вид, что не замечает. Джесс взглянула на вышку, где внизу столпились парни, пока Томас поднимался наверх. — Говорят, у нас пополнение, — не переставая наблюдать, произнесла Джесс. — Не знаю почему, но она бесит меня больше, чем ты, — заметила Меган, похлопав Джесс по плечу. — Она странная, — поддержала Эмили. — Перестаньте. Она просто напугана, как и все мы, — остановила размышления Рэйчел. — Джесс, тебе нужно помыться. — Позже, — отрезала Джесс, заметив, как Томас спускается и спешит к хижине медбратьев. — Мне нужно к Алби.       Войдя в хижину, откинув полог, Джесс столкнулась с Ньютом, который стоял у выхода. Ньют замер, не разрывая зрительного контакта. Не двигаясь, для каждого происходила буря эмоций. Джесс думала о нём, заточенная в лабиринте с гриверами. О том, что они могут больше не поговорить ночью на кухне, не увидятся. И вот сейчас, увидев его: в просторной рубашке, с перекинутой сумкой, сердце Джесс пропустило удар. И она сделала то, чего не допускала раньше — первая отвела взгляд и отошла в сторону. — Ньют, эта сыворотка, возможно, она поможет Алби, — в хижину вошёл Томас, демонстрируя шприц с жидкостью. — Ты уверен? Мы не знаем, что это такое, — серьёзно ответил Ньют, отвернувшись от Джесс.       Джесс незаметно для остальных выдохнула. Как же нервно произошла их встреча. Джесс посмотрела на Терезу, которая держалась позади Томаса, пока тот разговаривал с Ньютом. Мнение Меган, о том, что она раздражает, передалось и Джесс. Странно её появление в Глэйде.       Алби часто и тяжело дышал. Его тело покрыто потом от сильнейшего жара. И это от одного ужаливания? Занеся шприц, Томас медлил под требовательным и суровым взглядом Ньюта. Алби резко схватил Томаса, а Тереза воткнула шприц, продавливая жидкость дальше.       Воткнув сыворотку, Алби успокоился, обмякнув в гамаке. Дыхание выровнялось, а температура пошла на спад. Джесс замечает, что осталась ещё одна, но Тереза убирает её себе в карман. Но, кажется, это действительно помогло. — Эй, салага. Пора в яму.       В хижину вошёл Галли. И пока Томас договаривал с Ньютом, Галли подошёл к Джесс, которая по-прежнему стояла неподвижно у деревянной балки. — Рад, что ты жива, — шепнул на ухо Галли. — Честно.       Джесс кивнула, принимая его слова. Похлопав Джесс по плечу, Галли удалился вместе с Томасом. И в хижине оставалось всё меньше людей. Рискуя остаться наедине с Ньютом, Джесс шустро вышла на улицу, вдыхая прохладный воздух. Врата закрыты, и уже с трудом верилось, что она провела там ночь. Не спеша, Джесс направилась прогуляться к озеру перед сном.       Не успев пройти и нескольких хижин, Джесс притянули за локоть обратно, прислонив спиной к одной из стен. Тот, от кого она пыталась сбежать, догнал. Расставив руки по обе стороны от её головы, Ньют неотрывно смотрел на Джесс. Джесс же думала, что в лабиринте с гриверами ночью ей было куда спокойнее, чем сейчас.       Ньют продолжал молчать, хоть его дыхание и было сбивчивым, а скулы напряжены. А Джесс допустила вторую ошибку — перехотела бежать. Стоя здесь, в ночной тишине и отдалённых голосах Глэйдеров, Джесс впервые ощутила спокойствие и желание остаться. Они все переживали за неё, и испытали облегчение, только когда увидели живой. Сжав порезанную ладонь за спиной, Джесс пыталась привести мысли в порядок через боль. Но, не помогало. Она и правда чувствовала, как и тогда, когда он взял её ладонь в свою.       «Наши знания об этом малы, но мне тоже кажется, что его взгляд не случаен. Я бы назвала это — чувства».       Чувства.       Джесс шагнула вперёд и крепко обняла Ньюта, прижавшись к его груди. Ньют, в свою очередь, прижал её к себе ещё сильнее, уткнувшись лицом в волосы.       В его объятиях, сквозь клубок страха, гнева и ненависти, Джесс ощутила нечто новое. Приятное, сильное и умиротворяющее. Рядом с ним ей всегда дышалось легко. Будто за пределами этого надёжного прибежища не существовало ни лабиринта, ни гриверов, ни Создателей. Отчётливый стук его сердца, который раньше лишь глухо отдавался где — то позади сознания, теперь звучал ясно и чётко.       Теперь, если бы ей суждено было умереть — её близкие люди непременно будут страдать. Непреклонное правило «я» начало трансформироваться в «мы». — Когда Минхо сказал, что ты не пришла к месту встречи — это могло означать только одно, — шептал Ньют. — Но я знал, что ты так просто не сдашься, и всё же допустил эту мысль. — Гриверы отчаянно пытались меня съесть, — подтвердила Джесс, её голос звучал хрипло. — Но я, знаешь ли, та ещё заноза. Встала им поперёк горла.       Мимо промелькнул Чак с сумкой, и Джесс осторожно отстранилась от Ньюта. — Джесс, ты мне дорога, — выдохнул Ньют, перекрывая ей путь. — Это не так, как с остальными. Что — то другое.       Тёплые слова готовы были растопить лед в её душе, но пробежавший жук с багровым свечением вернул Джесс в холодную реальность. Всё, что они говорят, всё, что чувствуют — не более чем обман, призрак, сотканный неведомыми кукловодами для достижения их собственных, непостижимых целей. — Надеюсь, вы там, наверху, наслаждаетесь зрелищем? — прошептала Джесс, устремив взгляд в бездонное ночное небо. — Получите.       Она подошла вплотную, взлетела на цыпочки и, схватив Ньюта за воротник, притянула его к себе. Их лица оказались так близко, что дыхание смешалось, а по губам пробежал новый, электрический разряд. — Это их план, — произнесла Джесс, изо всех сил стараясь сохранить самообладание. — Создателей. И поэтому всё, что ты чувствуешь, как и я, рассеется, как дым, лишь только мы выберемся отсюда. Побочный эффект исчезнет. — Не всё связано с Создателями, — возразил Ньют, отстраняясь. — Именно этого они и добиваются, — настаивала Джесс. — И я не собираюсь давать им то, чего они так жаждут. И тебе советую. — А мне кажется, ты просто боишься признать, что это может быть правдой, — усмехнулся Ньют, качая головой. — Я подожду, пока ты это поймешь.       Он ушел, оставив Джесс одну, с невысказанным последним словом, висящим в воздухе.