Мое забвение

Много лет назад, как и сейчас, я все еще одна. Вся ноша на моих плечах, я выживаю и не позволяю себя сломить. Да, я изменилась до неузнаваемости, и чтобы обрести эту независимость, потребовались годы. До апокалипсиса все мои двадцать три года я жила под неусыпным контролем родителей, исполняя их волю. Их уход стал невыносимой утратой, ведь я не знала, как жить дальше, не привыкла к самостоятельности. А тут еще и конец света. Но я сумела взять свою судьбу в руки, вылепив из себя черствую и непоколебимую. Три недели непрерывных дождей истощили мои запасы. Вяленого мяса не осталось ни грамма, травы и грибы тоже подошли к концу. Поэтому, как только выглянуло солнце, я отправилась на разведку. Дичи в лесах стало гораздо меньше, что предвещало переход на вегетарианство. Но на одних кореньях не протянешь, а зима уже не за горами. Очередная голодная зима. Я никогда не покидала окрестности своего убежища, страх сковывал меня, хотя я и пыталась это отрицать. Вскочив на мотоцикл, я выехала на трассу, свернув по знакомой, накатанной дороге в лес. Ловушки для мелкой дичи, расставленные мной по периметру, оказались пусты. И не просто пусты, а тщательно обчищены, а затем аккуратно восстановлены. Кто-то не погнушался полакомиться моей добычей прямо на месте. На мокрой земле, усыпанной осенней листвой, виднелись огромные следы ботинок. Явно мужских, судя по размеру. Нахмурившись, я окинула взглядом окрестности, прислушиваясь к тишине в надежде уловить хоть какой-то намек на присутствие чужака. Я натянулась как струна. Давненько я не встречала людей. Не то чтобы боялась, скорее плевать хотела, зная, что справлюсь и уничтожу любого, кто вторгнется на мою территорию. Обойдя еще две ловушки, я убедилась, что здесь кто-то был совсем недавно. Я неслась на мотоцикле по своей же тропинке, колеса вязли в размытой земле, выплевывая из-под себя фонтаны грязи. В одной руке крепко сжимала руль, в другой – держала на мушке мужчину, к которому стремительно приближалась. – Кто такой? – прорычала я, останавливаясь напротив незнакомца. Он, невозмутимо пожав плечами, засунул руки в карманы потрепанных джинсов. – То, что из ловушек достал, – я протянула свободную руку. – Отдавай! – Я ничего не брал из ловушек, – послышался легкий южный акцент, приятный и тягучий, ласкающий слух. Давно не слышала человеческую речь, поэтому его голос показался мне слишком нежным, слишком приятным. – Брал! Возвращай и проваливай, пока я не вынесла тебе мозги! – Не брал я, случайно сюда забрел, блять! Уходил от ходячих. Я окинула его взглядом. За его спиной валялся грязный байк, одежда мужчины была вся в глине. Он увяз в размытой почве и изрядно проехался по земле. – Ступица мертва, – кивнула я на переднее колесо, согнутое почти пополам, но оружия с него не сводила. – Без сопливых знаю, – огрызнулся он, поворачиваясь к байку и пытаясь его поднять. – Я попал, блять! – Проваливай отсюда, ясно? – С какого хрена ты тут раскомандовалась? – нахмурился он. – С того самого, сказала – проваливай, пока мозги не вышибла. – Да иди ты на хрен, – выплюнул он, пытаясь сдвинуть байк с места, но тот не шелохнулся из-за поврежденного колеса. Хоть он и выглядел как самый настоящий маньяк, мне почему-то стало его жаль, и я не могла сдвинуться с места. Он отчаянно матерился и пытался вытолкать байк из канавы, но безуспешно. Тот упрямо отказывался катиться. – Ты же видишь, ступица заблокирована, ты сейчас добьешь всю ходовку! – взревела я, наблюдая за его тщетными попытками. – Да отвали ты уже, всезнайка. – Стой здесь, – сказала я, заводя свой мотоцикл, чем вызвала на его лице замешательство. Я хочу ему помочь. Почему-то мне безумно хочется ему помочь. Возможно, потому что когда-то мне помог похожий на него мужчина? Или я просто соскучилась по людям, даже таким невоспитанным и неуравновешенным? Быстро добравшись до своего убежища и включив лампу на солнечных батареях, я принялась рыться в коробке с запчастями. Я точно где-то видела ступицу для колеса такого же диаметра. Она должна подойти. Закинув в рюкзак необходимые инструменты и пару дополнительных деталей, которые могли потребоваться, я помчалась обратно. Почему-то я думала, что он уйдет, не станет ждать, но когда увидела его, сидящего на земле с опущенной головой на руки, лежащие на коленях, невольно улыбнулась. – Это должно подойти, – я бросила рядом с ним рюкзак, который со звоном приземлился на влажную землю. Мужчина покосился на меня, открыл рюкзак и заглянул внутрь. – Откуда у тебя все это? – Украла. Или не украла. Обчистила один из магазинов, – пожала плечами я, облокотившись на мотоцикл. – Подойдет? – Возможно, – ответил он, доставая грязными руками мои припасы. – Откуда такие познания в мотоциклах? – Любительские. – Ясно. – Спицы выпрямить сможешь? – Да пофиг, главное, чтобы ехало, а там я разберусь. – Скоро стемнеет, поторапливайся. Рюкзак кинешь туда, – я указала на овраг, заваленный листьями. – Попробуй только что-нибудь стащить. – Постой, – окликнул он меня, когда я собралась завести мотор. – Ты говорила, у тебя обчистили ловушки, возьми. – Он протянул упитанного зайца. В мою ловушку такой бы не попал, слишком большой. – Не нужно. – Это за помощь.