Атомная мистерия

СССР, 1946-1949 годы Курчатов стоял перед огромной схемой РДС-1, на которой десятки стрелок указывали на главную проблему — имплозивный заряд. — «Американцы использовали полые сферы из плутония, сжимаемые взрывной линзой», — сказал он, указывая на фотографию, добытую разведкой. — «Но у нас нет точных данных по составу взрывчатки. Ошибка в 1% — и цепная реакция не запустится». Лазарев, уже не мальчишка, а ведущий инженер, подошёл к доске: — «Мы можем использовать комбинацию гексогена и тротила. Но нужно рассчитать ударную волну». В углу лаборатории Замятина изучала отчёт Карповой о Манхэттенском проекте: — «У них были проблемы с нейтронным инициатором. Мы можем сделать лучше». Берия вошёл без стука: — «Сроки горят. Американцы уже провели два испытания. Третье — и они решат, что могут диктовать миру условия». Курчатов вздохнул: — «Нам нужен Сахаров». Андрей Сахаров, 25 лет, только что защитивший диссертацию, был вызван в Арзамас-16. — «Вы будете работать над термоядерным синтезом», — сказал ему Курчатов. — «Но сначала поможете с урановой бомбой». Сахаров взял в руки чертежи — и через час предложил изменить форму заряда: — «Если сделать сферу не идеальной, а слегка вытянутой, сжатие будет равномернее». Лазарев провёл расчёты — теория подтвердилась. Карпова перехватила радиопередатчик: — «Кто-то передаёт данные на Запад. Прямо из нашего комплекса». Фролов, теперь начальник охраны, установил слежку. Подозреваемые: Инженер Петров — недавно получил доступ к чертежам. Уборщица Мария — её племянник служил в американском посольстве. Молодой физик Волков — слишком часто ходил в лес «на прогулки». Развязка наступила ночью. Волков попытался вынести плёнку с данными, но Фролов перехватил его у забора: — «Работаешь на MI6? Или на Оппенгеймера лично?» Англичанин выстрелил первым — пуля попала в ногу Фролова. Ответный выстрел был точным, иностранный агент был повержен. 29 августа 1949 года. Семипалатинский полигон. РДС-1 подняли на 30-метровую вышку. — «Погода хорошая. Ветер в сторону пустыни», — доложил метеоролог. Берия лично наблюдал за детонацией. Обратный отсчёт: — 10… — Лазарев перекрестился. — 5… — Сахаров закрыл глаза. — 3… 2… 1… Ослепительная вспышка. Гриб поднялся на 10 километров. Курчатов обнял Сахарова: — «50 килотонн. Мы сделали это». На банкете Берия отвел Курчатова в сторону: — «Американцы уже работают над водородной бомбой. В 1000 раз мощнее». — «У нас есть Сахаров. У него… необычные идеи», — ответил физик. В углу зала молодой гений что-то чертил на салфетке — схему совершенно нового устройства. Следующая цель была уже ясна.