Гость

Тень была огромной и бесформенной. Разбухшая в верхней части, она нависала над Вальтом, раскачиваясь над его лицом. Вальт закричал, но крик застрял в горле, и вышел лишь сдавленный писк. — Т с с, это я, — шепнул Тей. Что то грузное и округлое скатилось с его плеч и мягко плюхнулось на пол. Свет луны обрисовал настоящую худую тень Тейо. Вальт хватал ртом воздух. — Прости, — прошептал Тей и присел на краешек матраса. — Глупо, наверное. Я не хотел будить дока, не подумал, что ты так испугаешься. Как ты? — Он похлопал меня по лодыжке — она оказалась к нему ближе всего. — Лучше всех, — фыркнул Вальт, с трудом переведя дыхание. — Прости, — повторил он. — Что ты здесь делаешь, Тей? Почему не спишь? — Заснешь там, как же. Дядя Леон храпит как… как стадо слонов. Его ответ показался Вальту бессмысленным. — Ты обычно спишь в комнате дяди Леона? Тей зевнул и расстелил скатанный спальник тот самый сброшенный на пол тюк, который так напугал Вальта. — Нет, обычно я сплю в одной комнате с Фри. Он не храпит, ты же знаешь. Вальт знал. — Тогда почему ты не лег в комнате Фри? Боишься спать один? — Вальт не мог его за это винить. Ведь Вальт сам, казалось, жил в непрекращающемся страхе. — Боюсь? — возмутился он. — Нет. Это комната Фри. И моя. — Что? — обомлел Вальт. — Леон поселил меня в комнате Фри? Вальт поверить не мог. «Фри меня убьет. Нет, сперва он убьет Леона, а уже потом — меня.» — Это и моя комната тоже. И я разрешил Леону отдать ее тебе. — Фри будет в бешенстве, — прошептал Вальт. — Моя комната, что хочу, то и делаю, — заносчиво пробормотал Тей и тут же добавил: — А мы ему и не скажем. Ему вовсе не обязательно знать. — Удачная мысль, — согласился Вальт. — Ты что, не рад будешь, если я с тобой переночую? А то дядя Леон так храпит… — Рад, конечно. Но мне кажется, этого делать не стоит. Тей обиженно нахмурился. — Но почему? — Потому что здесь небезопасно. Иногда по ночам за мной приходят люди. Он удивленно посмотрел на Вальта. — Правда? — У Фри всегда было под рукой ружье — они уходили ни с чем. — Кто приходил? — Не знаю. Шил часто заглядывал, но есть и другие… Тей кивнул. — Вот и хорошо, если я останусь. Доку может понадобиться помощь. — Тей… — Я не ребенок, Вальт. Я могу за себя постоять. Очевидно, чем больше мы спорили, тем упрямее он настаивал на своем. — Тогда ложись на кровать, — сдался Вальт. — Я посплю на полу. Это твоя комната. — Так не пойдет. Ты мой гость. Вальт тихонько фыркнул. — Ну уж нет! Кровать твоя. — Ничего подобного. Он улегся на матрас и скрестил руки на груди. Спорить с Тейо было бесполезно. Что ж, придется дождаться, пока он заснет, и сделать по своему. Тей всегда спал крепко, как убитый. Луи переносил спящего мальчика, куда хотел, он и глазом не моргнет. — Возьми мою подушку, — сказал Тей. — Что ты там скончался внизу? Вальт вздохнул и перебрался наверх. — Вот это другое дело, — одобрил он. — Не подкинешь мне подушку Фри? Вальт потянулся было к подушке у него под головой; Тей вскочил, нагнулся к Вальту и схватил другую. Вальт снова вздохнул. Какое то время мы молчали, прислушиваясь к свистящему дыханию доктора. — А док ведь несильно храпит? — прошептал Тей. — Тебя не разбудит, — согласился Вальт. — Устал? — Угу. — А а… Вальт ждал, что он снова заговорит, но он затих. — Ты что то хотел? — спросил Вальт. Он ответил не сразу, что то обдумывал. Вальт терпеливо ждал. — Если я кое о чем тебя спрошу… ты мне скажешь правду? Настал черед Вальта помедлить. — Я многого не знаю, — уклонился Вальт от прямого ответа. — Это ты знаешь, наверняка. Когда мы шли… с Леоном… Он мне кое что рассказал. Но я не знаю, прав ли он. Луи вдруг встрепенулся. Голос Тейо был тише, чем мое дыхание. — Дядя Леон думает, что Луи, возможно, все еще жив. Внутри тебя. То есть я хочу сказать… «Мой Тей», — вздохнул Луи. Вальт ничего не ответил ни Тейо, ни Луи. — Я не знал, что такое случается. Ведь случается же, да? — Его голос сорвался: Тей боролся со слезами. Он повзрослел, а взрослые не плачут, и второй раз за день Вальту стало горько. В груди растекалась боль. — Скажи, Вальт? «Скажи ему. Пожалуйста, скажи, что я его люблю», — умолял Луи. — Почему ты молчишь? — Теперь Тей и вправду плакал, хоть и пытался приглушить рыдания. Вальт сполз с кровати, втиснулся в узкое жесткое пространство между кроватью и матрасом, обхватил рукой сотрясаемого рыданиями мальчика, прижался лицом к его волосам. Его теплые слезы стекали ему на шею. — Вальт, скажи, Луи жив? Пожалуйста! Наверняка Леон все это нарочно подстроил — проницательный старик уж точно заметил, как легко Тейо робивает защиту Вальту. Возможно, Леон искал подтверждения своей теории и был не прочь воспользоваться мальчиком. Что предпримет Леона, когда раскроется опасная правда? Как применит полученную информацию? Похоже, он не желает мне зла… но мог ли Вальт доверять ему? Люди — хитрые, вероломные создания, Вальту не предугадать их темные планы, моему виду подобное казалось непостижимым. Тей дрожал всем телом. «Он же страдает!» — стонал Луи, безрезультатно пытаясь перехватить контроль. Нет, на Луи все не свалишь, какую бы страшную ошибку они ни совершали. Вальт знал, кто в тот миг говорит. — Он обещал, что вернется? — едва слышно шепнул Вальт. — Скажи, Луи хоть раз нарушил свое слово? Тей обнял Вальта, крепко крепко прижался к нему и долго не отпускал. Через несколько минут послышалось: — Луи, я тебя люблю. — Он тоже тебя любит. Он очень рад, что ты тут, живой и невредимый. Слезы у Вальта на щеках успели высохнуть, оставив на коже тонкие соленые следы, а он все молчал. — А другие? — прошептал Тей, когда Вальт уже почти задремал. — Другие тоже остаются? — Нет, — с грустью ответил Вальт. — Нет. Луи особенный, не такой, как все. — Он сильный и храбрый. — Очень. — То есть… — Он прервался и шмыгнул носом. — Скажи, а папа мог остаться?… Вальт сглотнул, пытаясь избавиться от комка в горле. Не помогло. — Нет, Тей, вряд ли. Во всяком случае, не так, как Луи. — Почему? — Он вывел на вас Искате… Ищеек. Ну, точнее, не он, а Душа в его теле. Твой отец ни за что бы вас не выдал, если бы мог. А твоя брат просто запер вас в памяти — долгое время я даже не догадывался, что ты существуешь. Он и привел то меня сюда лишь после того, как убедился, что я не смогу вам навредить. Вальт снова наговорил лишнего. Вдобавок доктор больше не храпел. Стояла тишина… Вальт мысленно себя отругал. — Вот это да! — воскликнул Тей. Вальт прошептал ему в самое ухо, чтобы доктор не слышал: — Да, он очень сильный. Тей напрягся, стараясь Вальта расслышать, нахмурился и бросил взгляд в сторону входа. Он, видимо, понял то же самое, что и Валь, поскольку наклонился к Вальту и тихо шепнул: — Но почему ты так поступил? Чтобы защитить нас? Поэтому? — Да. Я хочу вас защитить. — Почему? — Мы с твоим братом… провели много времени вместе. Он разделил со мной свои чувства. И я… тоже… тебя полюбил. — И Фри? Вальт стиснул зубы от огорчения «надо же, Тей так быстро все улавливает!» — Конечно, я и Фри тоже защищаю. — Он тебя ненавидит, — с явным сожалением констатировал Тей. — Да. Как и все. — Вальт вздохнул. — Я их не виню. — Кроме Леона. И меня. — Может быть, ты подумаешь подумаешь и тоже меня возненавидишь. — Но ведь когда Луи схватили, тебя тут даже не было. Ты не выбирал мою маму, или отца, или Луи. Ты ведь был в космосе? — Да. Но я то, что я есть. Я поступил как любая Душа. До Луи я сменил немало носителей, и ничто мне не мешало… забирать чужие жизни. Снова и снова. Вот так я и живу. — А Луи тебя ненавидит? Вальт на миг задумался. — Не так, как раньше. «Нет. Совсем не ненавижу. Уже давно». — Он говорит, что давно перестал меня ненавидеть, — почти беззвучно промолвил Вальт. — Как… как он себя чувствует? — Рад, что мы сюда добрались, рад видеть тебя. И ему все равно, что нас скоро убьют. Тей застыл в моих объятиях. — Они не посмеют! Раз Луи жив! «Из за тебя он расстроился, — жаловался Луи. — Зря ты ему сказал. Он еще не готов». — Они не поверят, — прошептал Вальт. — Решат, что я пытаюсь тебя одурачить. Если ты им расскажешь, они еще больше захотят меня убить. Только Ищейки умеют врать. Тей вздрогнул. — Но ты то не врешь, я точно знаю, — спустя какое то время сказал он. Вальт пожал плечами. — Я не позволю им ее убить. — В тихом, как дыхание, голосе звучала непоколебимая решимость. Вальт обмер при мысли, что втягивает Тейо в заваренную свою же кашу. Вальт подумал о варварах, среди которых мы жили. Если Тей попытается его защитить, спасет ли мальчика его юный возраст? Сомнительно. Мысли заметались в поисках хотя бы одного способа разубедить упрямца. Тей вдруг заговорил спокойным тоном, словно четко знал ответ. — Фри что нибудь придумает. Он всегда находит выход. — Фри тоже не поверит. Он больше всех разозлится. — Если не поверит, он все равно защитит Луи. На всякий случай. — Посмотрим, — пробормотал Вальт. «Позже надо будет подобрать нужные слова и доводы, которые подействуют исподволь, незаметно.» Тей задумчиво притих. Наконец его дыхание стало ровным, рот приоткрылся. Вальт дождался, пока Тей крепко уснет, перелез через него и бережно перенес с пола на кровать. Мальчик весил больше, чем когда то, но Вальт справился. Он так и не проснулся. Вальт вернул подушку Фри на место и растянулся на матрасе. «Что ж, — подумал Вальт, — словно на раскаленной сковороде побывал». Но Вальт слишком устал, чтобы размышлять о последствиях, и вскоре провалилась в сон. У входа кто то насвистывал. Вальт открыла глаза. Щели в потолке сверкали отраженным солнечным светом. Свист оборвался. — Наконец то, — пробормотал Леон. Вальт перекатился на бок и посмотрел.на него. Рука Тейо соскользнула с Вальта плеча. Должно быть, ночью он его обнял — точнее, не Вальта, а своего брата. Леон стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди. — Доброе утро, — сказал он. — Выспался? Вальт потянулся, решил, что чувствует себя достаточно отдохнувшим, и кивнул. — Ой, только давай не будем снова играть в молчанку, — заявил он, хмурясь. — Извините, — пробормотал Вальт. — Спасибо, я выспался. При звуке моего голоса Тейо пошевелился. — Вальт? — спросил он. Забавно, но Вальта почему то тронуло, что, еще не до конца проснувшись, он произнес его имя. — Да? Тей заморгал и откинул спутанные волосы с глаз. — Дядя Леон! — Моя комната тебе не подошла, парень? — Ты очень громко храпишь, — сказал Тей и зевнул. — Похоже, я тебя так ничему и не научил… — заметил Леон. — Как так вышло, что твоя гость спит на полу? Тей недоуменно огляделся и нахмурился. — Не ругай его, — попросил Вальта Леона. — Он улегся спать на полу, а я перенес его, когда он заснул. Тей фыркнул. — Луи всегда так делал. Вальт округлил глаза, пытаясь подать ему знак. Леон хихикнул. На его лице появилось вчерашнее кошачье выражение, которое словно говорило: «Вам меня не перехитрить». Он пнул край спальника. — Ты уже проспал целый урок. Давай ка дуй в класс, а то Лан разозлится. — Да он все время злится, — пожаловался Тей, но быстро вскочил на ноги. — Ну ка, шустрей. Одна нога здесь, другая там. Тей взглянул на Вальта и исчез в коридоре. — Ну что же, — сказал Леон. — Честно говоря, хватит нам с тобою нянчиться. У меня много дел. Здесь все при деле, в охранников играть некогда. Так что сегодня я займусь хозяйством, и ты пойдешь со мной. Вальт обомлел. Он смотрел на Вальта: ни тени улыбки. — Не смотри на меня так, ничего с тобой не случится, — проворчал он и похлопал по ружью. — Детский сад закончился. «Да, с этим не поспоришь.» Вальт сделал три глубоких вдоха, пытаясь успокоиться. Кровь так громко стучала в висках, что когда он снова заговорил, Вальт едва расслышал слова. — Пошли, Вальт. Делу время, потехе час. И он быстро вышел из комнаты. Вальт сначала растерялся, а затем метнулся следом за ним. Леон не шутил — его силуэт уже почти скрылся за углом. Вальт бросился вдогонку, в ужасе от мысли, что на кого нибудь наткнусь в этой заселенной части пещер. Вальт догнал Леона у большой развилки, резко замедлила шаг и пристроилась рядом. Старик даже не посмотрел в его сторону. — Пора засеивать северо восточное поле. Сперва нужно подготовить почву. Надеюсь, ты руки запачкать не боишься. А как закончим, не помешало бы помыться. — Он потянул носом воздух и засмеялся. Вальт залился краской стыда, но сделал вид, что не расслышал последнюю фразу. — Руки запачкать не боюсь, — пробормотал Вальт. Незасеянное северо восточное поле находилось в стороне от основного коридора. Может быть, удастся поработать вдвоем. Как только мы вошли в пещеру с главной площадью, навстречу стали попадаться люди, которые, как обычно, провожали меня злобными взглядами. Некоторых Вальи уже запомнил: женщину среднего возраста с седой косой Вальт видел вчера в команде поливальщиков — с ней был приземистый краснолицый мужчина с солидным брюшком и редеющими русыми волосами. Спортивного сложения женщина с темным загаром — это она нагнулась завязать шнурки, когда меня первый раз вывели в дневное время. Еще одна загорелая женщина с полными губами и заспанными глазами сидела за обедом на кухне рядом с двумя темноволосыми ребятишками — мать с сыновьями? Нана наградила Леона неодобрительным взглядом и отвернулась от Вальта. Мы прошли мимо бледного, болезненного вида мужчины с седыми волосами, которого я видела впервые, а потом встретили Шу. — Эй, Леон, — радостно поздоровался Шу. — Куда собрались? — Рыхлить грядки на восточном поле, — пробурчал Леон. — Помочь? — Вот так бы раньше! Давно пора заняться чем нибудь полезным, — пробормотал Леон. Шу принял ответ за согласие и пристроился сзади, в ногу с Вальтом. От его взгляда кожа Вальта покрылась мурашками. Мы прошли мимо юноши, который вряд ли был намного старше Тейо — его темные волосы топорщились ершиком над лбом. — Привет, Тред, — сказал Шу. Тред промолчал, проводил нас взглядом. Шу засмеялся, увидев выражение его лица. Невдалеке мы заметили доктора. — Привет, док, — поздоровался Шу. — Шу, здравствуй! — Рубашка доктора перепачкалась темной, грубого помола мукой. В руках он держал большой ком теста. — Доброе утро, Леон, Вальт. — Доброе, — ответил Леон. Вальт смущенно кивнул. — Еще увидимся, — сказал док, торопливо удаляясь со своей ношей. — Вальт? — переспросил Шу. — Он себя так называет, — сказал Леон. — По моему, он не хочет менять свое имя, он его полюбил. — Интересно, — заметил Шу. Наконец мы добрались до северо восточного участка, и мои надежды рухнули. На поле собралось больше народу, чем встретилось нам в коридоре, — пять женщин и девять мужчин. Они прервали свои занятия и, естественно, злобно на Вальта уставились. — Не обращай внимания, — шепнул Вальту Леон и невозмутимо направился к куче инструментов, беспорядочно сваленных у ближайшей стены. Он просунул ружье в петлю на поясе, выбрал мотыгу и две лопаты. Он отошел, и Вальт почувствовал себя уязвимым. Шу стоял позади — Вальту было слышно его дыхание. Остальные испепеляли Вальта взглядами, не выпуская из рук мотыг и тяпок. Вальт прекрасно понимал, что эти орудия, которые с легкостью крошат грунт, с тем же успехом раскрошат человеческое тело. Судя по выражениям на некоторых лицах, не мне одной это пришло на ум. Леон вернулся и вручил мне лопату. Вальт взялся за гладкий, изношенный деревянный черенок, прикидывая вес. После того как в глазах людей Вальт заметил жажду крови, в голову лезли мысли об оружии. Вальту это не нравилось. Вряд ли он сумел поднять на кого то руку, даже если придется просто блокировать удар. — Пойдем в дальний угол. В этой длинной солнечной пещере Леон выбрал место, где было меньше всего народа. Идущий впереди Шу дробил твердую земляную корку, Вальт шел следом, разравнивая куски покрупнее, а сзади следовал Леон, который разбивал крупные комья острым краем лопаты, превращая их в сносную почву. По гладкой коже Шу струился пот — под палящим жаром сверкающих зеркал он снял рубашку. Сзади покряхтывал Леон. Вальту, похоже, досталась самая легкая часть работы. Впрочем, жаль, что ему не дали задание потруднее: оно требовало бы полной отдачи и мне было бы не до страха. Вальт съеживался и вздрагивал от каждого движения остальных работников. Шу вгрызался мотыгой в твердую землю — для этого требовались сильные руки и разработанные мышцы спины. Вальт решил взять на себя часть работы Леона, заранее разбивая комки земли на куски помельче. Немного полегчало: теперь мне было чем занять глаза и приходилось сосредотачиваться на работе. Время от времени Шу ходил за водой. Невысокая блондинка, которую Вальт вчера видела на кухне, судя по всему, разносила воду работникам, но нас игнорировала. Шу каждый раз приносил воду на троих. Не нравилось Вальту, что он так резко переменился. Неужели он и впрямь больше не желал мне смерти? Или просто ждал подходящего случая? Вода здесь имела странный привкус серы — теперь и это казалось подозрительным. Вальт старался не поддаваться паранойе. Чтобы занять глаза и прогнать из головы дурные мысли, Вальт целиком ушел в работу и не заметил, как закончился последняя грядка. Вальт остановился машинально, вслед за Шу. Не выпуская из рук мотыгу, он поднял их над головой; хрустя суставами, потянулся и даже не заметил, как Вальт весь сжалась при виде занесенной мотыги. До Вальт вдруг дошло, что все вокруг прекратили работу. Вальт окинул взглядом участок свежевскопанной земли, идущий через всю пещеру, и понял, что поле готово. — Молодцы, — громко поблагодарил работников Леон. — Завтра польем и засеем. Помещение наполнилось тихим гулом голосов и лязгом складываемых у стены инструментов. Часть разговоров звучала непринужденно; в некоторых ощущалось напряжение — должно быть, из за Вальта. Шу протянул руку, и Вальт отдал ему лопату, чувствуя, как его и без того плохое настроение опускается ниже плинтуса. Без сомнения, «мы», брошенное Леоном, включало и Вальта. Завтра будет не легче. Вальт мрачно уставился на Леона, а он только улыбался в ответ. В его улыбке сквозило самодовольство, как будто он читал мысли Вальта и это ему явно нравилось. Он подмигнул Вальту, его безумный друг. Да уж, очевидно, от человеческой дружбы большего ждать не приходилось. — До завтра, Вальт, — через всю пещеру выкрикнул Шу и рассмеялся. Все повернулись к ним.