На Волнах Любви: Пособие по социализации императриц пиратов

Утро ворвалось в мою жизнь с треском будильника — старого, с пищащим звуком, который я каждый раз клянусь выкинуть, но всё забываю. Я хлопнул по кнопке, промахнулся, чуть не смахнул его на пол и наконец заткнул эту чертову сирену. За окном уже светило солнце — яркое, наглое, будто издевалось над моими красными глазами и ноющей спиной. Вчерашние три часа за курсами веб-дизайна, прогулка и тэппаньяки в кафе оставили после себя не только лёгкое чувство сытости, но и усталость, которая теперь сидела у меня в костях, как незваный гость. Я потёр лицо, пытаясь прогнать сон, и бросил взгляд на диван. Там, свернувшись в комок под тонким одеялом, спала Боа Хэнкок. Ну, или как её теперь называть — "Таинственная Гостья Без Имени", потому что настоящим именем ей тут светить точно нельзя. Моя толстовка сбилась на ней в складки, джинсы лежали аккуратно сложенные на спинке дивана — видимо, она их сняла ночью, предпочтя спать в одном белье и этой мешковатой чёрной хрени с логотипом аниме-феста. Её длинные чёрные волосы разметались по подушке, как тушь на мокрой бумаге, а лицо, даже во сне, сохраняло эту надменную красоту, от которой у меня до сих пор иногда перехватывало дыхание. Ну, пока она не открывала рот и не начинала фыркать. — Доброе утро, ваше величество, — пробормотал я с лёгким сарказмом, зная, что она меня не слышит. Встал, потянулся — спина хрустнула, как старый стул, — и поплёлся к своей "кухне". Надо было сварить кофе. Без него я сегодня точно не выживу. Пока вода в чайнике начинала тихо гудеть, я открыл ноутбук. Моя вчерашняя страничка "Тест" всё ещё красовалась на экране — красный текст на тёмно-сером фоне, кривые отступы, убогий flexbox, который я кое-как настроил. Великий веб-дизайнер Рен Сакураи, спаситель мира… или хотя бы своей конуры. Я хмыкнул, открыл YouTube и запустил следующий урок — "Адаптивная вёрстка". Если я собираюсь бросить универ и зарабатывать на этом, то пора шевелиться. А то мы с ней скоро будем питаться воздухом и её императорским гонором. Она зашевелилась на диване, и я услышал тихое ворчание — что-то среднее между стоном и фырканьем. Одеяло сползло, открыв её длинные ноги, и я быстро отвёл взгляд, сосредоточившись на кофе. Чёрт, Рен, держи себя в руках. Она села, потирая глаза, и бросила на меня взгляд, полный утреннего раздражения. — Ты опять пялишься в эту штуку? — буркнула она, кивая на ноутбук. Голос был хриплым со сна, но высокомерия в нём уже хватало. — Доброе утро и тебе, — ответил я, наливая кипяток в кружку с растворимым кофе. — Да, пялюсь. Это называется "работа над нашим будущим". Хочешь кофе? Или ты всё ещё мечтаешь о золотой икре? — Это пахнет как помои, — заявила она, сморщив нос, но всё же встала и подошла к столу, где я уже поставил вторую кружку. — Но я голодна, так что давай. — О, какая честь, — хмыкнул я, добавляя ей ложку кофе и чуть сахара. — Привыкай, у нас тут не дворец Амазонии Лили. Она фыркнула, взяла кружку и сделала глоток, тут же скривившись, но всё же проглотила. Я сдержал ухмылку и вернулся к уроку. "Media queries — чтобы сайт не ломался на телефонах," — говорил ведущий, а я записывал в блокнот: "адаптивка — спасение от кривых экранов". Работа кипела, но через полчаса я понял, что без нормального кофе я сдохну. Растворимая бурда — это не то, что вытащит меня из этого утра. — Ладно, — сказал я, закрывая ноутбук. — Пойду в кафе за нормальным кофе. Заодно принесу тебе что-нибудь пожрать. Сиди тут и… не разнеси ничего, окей? Она посмотрела на меня, прищурив глаза, но кивнула. Я натянул кроссовки, схватил кошелёк и вышел, оставив её в одиночестве. Ну, хоть на часок отдохну от её фырканья. Кафе "Мокко" встретило меня привычным звоном колокольчика над дверью и запахом свежесваренного эспрессо. Это было моё место работы — маленькое, с деревянными столиками, потёртым полом и стойкой, за которой всегда кто-то суетился. Сегодня там стоял Кейта — бариста, который выглядел так, будто только что сбежал из хипстерской рекламы. Ему было под тридцать, но он умудрялся носить растянутые свитера и шапки-бини так, будто ему всё ещё двадцать. Короткие каштановые волосы торчали из-под шапки в разные стороны, а щетина на его худом лице добавляла ему вид человека, который спит четыре часа в сутки и живёт на кофеине. На правой руке виднелась татуировка — какой-то абстрактный узор, похожий на код, что сразу выдавало его прошлое. — О, Рен, ты живой, — бросил он, не отрываясь от кофемашины. Его голос был низким, с лёгкой хрипотцой, как у человека, который слишком много курит или слишком громко орал на концертах в юности. — Думал, ты вчера сгорел от стыда, когда эта девица в толстовке чуть не уронила поднос. — Ха-ха, очень смешно, — огрызнулся я, подходя к стойке. — Она не "девица", а… ну, скажем, дальняя родственница. Приехала погостить. Дай мне эспрессо и что-нибудь съедобное. Булочку с корицей, что ли. Кейта хмыкнул, вытирая руки о фартук — чёрный, с пятнами кофе и муки. Он бросил взгляд на меня, и его серые глаза, слегка прищуренные от вечной усталости, блеснули любопытством. — Родственница, говоришь? — протянул он, начиная молоть зёрна. — Высокая, с ногами до небес и взглядом, будто хочет всех тут в камень превратить? Не заливай, Рен. Это твоя новая тян? Где ты такую вообще нашёл? — Не тян, — буркнул я, чувствуя, как щёки начинают гореть. — Просто… человек, которому нужна помощь. Долгая история. Давай без допросов, а? Он пожал плечами, но ухмылка с его лица не исчезла. Пока кофемашина шипела, он достал булочку из витрины — тёплую, с хрустящей корочкой и коричным ароматом, от которого у меня желудок заурчал. Кейта был не просто бариста — он раньше кодил в какой-то IT-компании, пока не выгорел к чёрту и не сбежал сюда, в это кафе, где теперь живёт "на чиле", как он сам говорит. Я знал это, потому что пару раз напивался с ним после смены, и он рассказывал, как ненавидел дедлайны и начальников. — Слушай, Кейта, — сказал я, пока он ставил передо мной эспрессо в маленькой белой чашке. — Ты же в коде шаришь, да? Я тут учу веб-дизайн, и… ну, это пиздец, как сложно. Может, подскажешь что-нибудь? Он посмотрел на меня, приподняв бровь, и отхлебнул воды из своей бутылки — металлической, с наклейкой в виде черепа. — Веб-дизайн? — переспросил он. — Серьёзно? Ты же дизайнер, Рен, а не кодер. Зачем тебе это? — Деньги, — честно ответил я, пожав плечами. — Надо вылезти из долгов и… ну, решить пару проблем. Бросаю универ, так что это мой билет в жизнь. Кейта присвистнул, ставя бутылку на стойку. Его взгляд стал чуть серьёзнее, но ухмылка осталась. — Ну, ты псих, — сказал он. — Ладно, помогу. Приходи завтра после смены, покажу пару трюков с CSS и как не убиться об JavaScript. Но с тебя кофе — я не благотворительность. — Договорились, — хмыкнул я, чувствуя, как внутри загорается что-то похожее на надежду. Может, этот хипстер с татуировками и спасёт мою задницу. Я забрал эспрессо, булочку и ещё одну для Хэнкок, расплатился и пошёл домой. Кейта крикнул мне вслед что-то про "не зашибись кодом", но я только отмахнулся. Утро начиналось паршиво, но, кажется, у меня появился союзник. И это уже что-то. Я шёл обратно, сжимая в руках бумажный пакет с двумя булочками и стаканчик эспрессо в пластиковой крышке. Улица уже проснулась окончательно: школьники в форме тащились с рюкзаками, какая-то тётка выгуливала шпица, который тявкал на каждого встречного, а из соседнего магазина доносился запах свежих бэнто. Мой эспрессо остывал, но я не торопился — после встречи с Кейтой настроение слегка подскочило. Этот хипстер с татуировками и шапкой-бини мог стать моим билетом в мир нормального кода, а значит, и нормальных денег. Если я не завалюсь лицом в клавиатуру от усталости, конечно. Дверь в подъезд скрипнула, как всегда, и я поднялся по лестнице, мысленно готовясь к очередному раунду фырканья от Хэнкок. Открыл дверь своей квартиры — вернее, нашей, потому что теперь это была её территория не меньше, чем моя, — и сразу учуял запах кофе, который я оставил на столе. Она сидела там же, где я её оставил, только теперь с кружкой в руках, и смотрела на ноутбук, который я забыл закрыть. Моя страничка "Тест" всё ещё светилась на экране, и она пялилась на неё с таким видом, будто это было какое-то древнее заклинание. — О, ты уже освоила технику? — хмыкнул я, ставя пакет на стол и снимая кроссовки. — Скоро будешь мне сайты кодить, ваше величество? Она бросила на меня взгляд, полный презрения, и отставила кружку с громким стуком. Её волосы всё ещё были растрепаны после сна, а толстовка сбилась на одно плечо, открывая тонкую ключицу. Я старался не пялиться, но это было чертовски сложно. — Эта штука, — она ткнула пальцем в ноутбук, — скучнее, чем слушать нытьё раненого морского короля. Ты правда думаешь, что это принесёт тебе золото? — Не золото, а иены, — поправил я, садясь напротив и открывая пакет. — И да, думаю. Если не сдохну от скуки раньше. Вот, держи, — я протянул ей булочку, тёплую и пахнущую корицей. — Ешь, а то твой желудок опять устроит концерт. Она фыркнула, но взяла булочку, отломила кусок и сунула в рот. Её лицо на секунду расслабилось — видимо, вкус был получше, чем у моего растворимого кофе, — но она быстро вернула себе надменный вид. — Съедобно, — буркнула она, жуя. — Но я ела лучше. — Да-да, устрицы, икра, поданные на серебре, — закатил я глаза, отпивая эспрессо. Горький, крепкий, как раз то, что нужно, чтобы встряхнуться. — Привыкай, у нас тут только булочки и рамэн. Хотя, знаешь, я сегодня нашёл, кто может мне помочь с этим, — я кивнул на ноутбук. — Кейта, бариста из кафе. Он раньше кодил, так что, может, я не утону в этом CSS по уши. Она посмотрела на меня, прищурившись, и отломила ещё кусок булочки. — Кейта? — переспросила она, будто пробуя имя на вкус. — Какой-то жалкий смертный, который варит тебе эту бурду? — Ага, жалкий смертный, который знает, как сделать сайт, чтобы он не выглядел, как моя первая поделка, — хмыкнул я. — И бурда у него, между прочим, вкусная. Лучше, чем мой рамэн, который ты вчера ела, скривившись, как будто я тебя тараканом накормил. Она фыркнула громче, чем обычно, и чуть не поперхнулась булочкой. Я сдержал ухмылку, но внутри праздновал маленькую победу — выбить из неё хоть какую-то реакцию было как выиграть в лотерею. Она проглотила кусок, вытерла губы тыльной стороной ладони — жест, который совсем не вязался с её "императорским" образом, — и уставилась на меня. — Ты слишком много болтаешь, — заявила она. — Если этот твой Кейта такой умный, почему он не правит этим жалким местом, а варит… как ты сказал? Кофе? — Потому что он выгорел, — пожал я плечами, допивая эспрессо. — Работал в IT, устал от дедлайнов и сбежал в кафе. Теперь живёт на расслабоне. Но кодить умеет, и это главное. Завтра после смены встречусь с ним, может, подскажет, как не убиться об эту адаптивку. Она хмыкнула, откинувшись на спинку стула, и начала крутить в руках остатки булочки, будто это был какой-то редкий артефакт. Я заметил, что она больше не смотрит на ноутбук с таким отвращением — в её взгляде мелькнуло что-то вроде интереса, хоть она и старалась это скрыть. — И что, ты правда думаешь, что это, — она кивнула на экран, — вытащит нас из этой… конуры? — последнее слово она произнесла с таким смаком, будто оно было её любимым оскорблением. — Ага, — кивнул я, ставя пустой стаканчик на стол. — Если я не облажаюсь. А ты, кстати, могла бы помочь. Ну, там, вдохновлять меня своим фырканьем или хотя бы не разносить квартиру, пока я учусь. — Я не фыркаю, — огрызнулась она, но её губы дрогнули, и я понял, что она сама это услышала. — И я не собираюсь сидеть тут и смотреть, как ты пялишься в эту штуку весь день. — Ну, тогда предлагай, чем заняться, — хмыкнул я, открывая ноутбук. — Только учти, грабить соседей мы не будем. У нас тут полиция, а не морские дозорные. Она закатила глаза, но промолчала, доедая булочку. А я вернулся к уроку, чувствуя, что день, может, и не такой паршивый, как казалось. Кейта, кофе, её подколки — это было странно, но, чёрт возьми, почти уютно. Главное, чтобы она не решила устроить тут "императорский бунт", пока я пытаюсь освоить этот чёртов flexbox. Я уткнулся в ноутбук, пытаясь разобраться с этой чёртовой адаптивной вёрсткой. "Media queries — твой лучший друг," — бодро вещал ведущий курса, пока я записывал в блокнот: "если экран меньше 768px — пиздец дизайну, спасай @media". Мои глаза уже слезились от бесконечного кода, а пальцы ныли от карандаша, но я упрямо пялился в экран. Это был мой билет из нищеты, и я не собирался его профукать, даже если Хэнкок сидела напротив и фыркала каждые пять минут, как недовольный кот. Она доела булочку, вытерла руки о мою толстовку — я аж зубами скрипнул, но промолчал — и теперь крутила в руках пустую кружку, будто это был какой-то трофей. — Ты похож на старика, который пялится в свиток и бормочет проклятья, — бросила она, откидываясь на стуле с таким видом, будто это был её трон. — Это что, теперь твоя жизнь? — Ага, добро пожаловать в клуб, — огрызнулся я, не отрываясь от экрана. — Это называется "работа", а не "захватить остров и заставить всех мне кланяться". У нас тут так деньги зарабатывают. Ну, или пытаются. Она фыркнула — громко, с каким-то театральным размахом, и я невольно хмыкнул. Её подколки уже начинали звучать как фоновая музыка — раздражающая, но без неё было бы слишком тихо. Я кликнул "сохранить" на своей кривой страничке — теперь она хоть не ломалась на воображаемом телефоне — и потёр шею. Пора было двигаться дальше, а то я скоро прирасту к этому стулу. — Ладно, — сказал я, хлопнув ладонями по столу. — Мне надо на смену в "Мокко". Ты сидишь тут или идёшь со мной? Только предупреждаю: там Кейта, и он будет пялиться на тебя, как на инопланетянку. Она прищурилась, явно обдумывая, стоит ли ей покидать "конуру" ради какого-то кафе. Потом встала, потянулась — толстовка задралась, открывая полоску кожи над поясом джинсов, и я быстро отвёл взгляд, мысленно дав себе подзатыльник. — Я пойду, — заявила она, поправляя волосы. — Но если этот твой Кейта посмеет пялиться, я… — она замялась, вспомнив, что её силы тут не работают, — я заставлю его пожалеть. — О, да, застращай его своим фырканьем, — хмыкнул я, натягивая куртку — старую, серую, с оторванным карманом. — Пошли, императрица. Только держи себя в руках, а то мне ещё там работать. Мы вышли на улицу, и я сразу пожалел, что не взял что-то потеплее — ветер дул резкий, с запахом асфальта и сакуры. Она шагала рядом, всё ещё в моей толстовке и джинсах, и я заметил, как прохожие иногда косятся на неё. Ну ещё бы — рост под метр девяносто, осанка, как у королевы, и лицо, от которого сложно отвести взгляд. Хорошо хоть толстовка скрывала её… выдающиеся черты. Я ускорил шаг, чтобы она не отставала. "Мокко" встретило нас всё тем же звоном колокольчика и запахом кофе. Кейта стоял за стойкой, лениво протирая какую-то кружку, а за одним из столиков сидела новая фигура — девушка, которую я раньше не видел. Ей было лет двадцать пять, может, чуть больше. Короткие волосы, выкрашенные в ярко-фиолетовый цвет, торчали в разные стороны, как будто она только что встала с кровати. На ней был oversized свитер с каким-то кислотным принтом — то ли кот, то ли взрыв, я так и не понял — и рваные джинсы, из которых выглядывали коленки, покрытые мелкими шрамами. На столе перед ней лежал планшет, и она что-то рисовала стилусом, щуря карие глаза за круглыми очками. Пирсинг в носу блеснул, когда она подняла голову и посмотрела на нас. — О, Рен, ты с подкреплением, — хмыкнул Кейта, кивая на Хэнкок. — Это и есть твоя "родственница"? Привет, я Кейта. Не кусаюсь, если не злить. Она бросила на него взгляд, полный такого презрения, что я почти услышал, как воздух потрескивает. — Я не кусаюсь, — сказала она холодно. — Я просто не терплю жалких смертных, которые пялятся. Кейта присвистнул, явно впечатлённый, и повернулся ко мне. — Где ты её откопал, Рен? Она как из аниме сбежала. — Долгая история, — буркнул я, чувствуя, как щёки опять начинают гореть. — Дай мне эспрессо и… ей что-нибудь сладкое. Моти, что ли. Пока Кейта суетился за стойкой, фиолетововолосая девушка отложила стилус и посмотрела на нас. Её голос был чуть хриплым, с лёгкой насмешкой: — Вы двое выглядите, как сбой в матрице. Я Аска. Рисую всякое для души и денег. Ты, — она кивнула на меня, — официант тут, да? А ты, — она перевела взгляд на Хэнкок, — модель? Или просто слишком красивая для этого мира? Хэнкок фыркнула, выпрямив спину, и я понял, что сейчас будет шоу. — Я не модель, — отрезала она. — Я… — она замялась, вспомнив, что своё имя называть нельзя, и бросила на меня взгляд, мол, выкручивайся. — Она моя… э-э, кузина, — выдал я первое, что пришло в голову. — Издалека приехала. Зовут… Хана. Просто Хана. Аска хмыкнула, явно не поверив, но не стала копать глубже. Хэнкок — или теперь "Хана" — посмотрела на меня так, будто собиралась придушить, но промолчала. Кейта принёс эспрессо и тарелку с моти, и я плюхнулся на стул, чувствуя, что этот день только начинается, а я уже вымотан. — Ну что, Хана, — сказал я с лёгким сарказмом, пододвигая ей моти. — Добро пожаловать в команду. Не убей никого, пока я работаю, ладно? Она фыркнула, но взяла моти и откусила кусок. А я подумал, что, может, с этими двумя — Кейтой и Аской — наша жизнь станет чуть менее паршивой. Или хотя бы чуть более интересной. Я сидел за столиком в "Мокко", потягивая эспрессо и пытаясь не ёрзать под взглядом Аски. Эта фиолетововолосая девица явно была из тех, кто видит людей насквозь, и её насмешливый прищур не обещал ничего хорошего. Кейта, как назло, отошёл к стойке, оставив меня один на один с её любопытством и Хэнкок — или теперь "Ханой" — которая сидела рядом и жевала моти с таким видом, будто это было ниже её достоинства. Её длинные ноги вытянулись под столом, чуть не задев мои, и я старался не думать о том, как нелепо она смотрится в моей толстовке среди этого кафе. — Так, значит, Хана, да? — протянула Аска, постукивая стилусом по планшету. Её голос был хрипловатым, с лёгкой ленцой, но глаза за круглыми очками блестели, как у кошки, которая заметила мышь. — Ты не очень-то похожа на японку. Откуда приехала? И почему с этим оборванцем? — она кивнула на меня, и я чуть не поперхнулся кофе. Хэнкок бросила на меня взгляд — острый, как нож, с немым "выкручивайся, или я тебя придушу". Я кашлянул, ставя чашку на стол, и решил, что пора выдать легенду. Что-то простое, но правдоподобное, чтобы отцепились. — Ну, она… моя дальняя кузина, — начал я, стараясь звучать уверенно. — По папиной линии. Жила в Европе, в Британии. Училась там, всё дела. А недавно решила съездить в Японию, повидать родственников. Вот и приехала ко мне. Правда, Хана? Она фыркнула, но кивнула, проглотив кусок моти. Её лицо оставалось непроницаемым, хотя я видел, как ей хочется закатить глаза от этой чуши. Аска прищурилась, явно не до конца купившись, но я продолжал гнуть своё. — Она вообще-то из Лондона, — добавил я, вспоминая что-то из школьных уроков английского. — Там дожди, чай, вся эта британская хрень. Но захотелось ей посмотреть Токио, ну и… вот, погостить решила. А я, как добрый кузен, приютил. — Добрый кузен, ага, — хмыкнула Аска, откидываясь на стуле. Её фиолетовые волосы чуть колыхнулись, и пирсинг в носу блеснул под светом лампы. — А чего она такая… — она замялась, подбирая слово, — величественная? Ходит, будто тут все ей прислуживать должны. — Это у неё от британцев, — выдал я первое, что пришло в голову, и тут же пожалел. Хэнкок кашлянула, чуть не подавившись моти, и бросила на меня взгляд, полный такого презрения, что я почувствовал себя тараканом. — Ну, там же аристократия, всякое такое. Накладывает отпечаток. Аска хмыкнула, явно забавляясь, но, кажется, решила не копать глубже. Она снова уткнулась в планшет, что-то черкая стилусом, а я выдохнул с облегчением. Кейта вернулся с подносом, на котором лежала ещё одна булочка и чашка латте, и плюхнулся на стул рядом с Аской. — Ну что, Рен, — сказал он, отхлёбывая латте и оставляя пенку на щетине. — Твоя "кузина" — настоящая королева. Может, ей тут сцену поставить, пусть выступает? Будет собирать толпы. Хэнкок фыркнула так громко, что на нас оглянулся какой-то мужик за соседним столиком. — Я не выступаю для жалких смертных, — отрезала она, отложив моти и скрестив руки. — И уж точно не в этой… дыре. — О, да, точно из Британии, — хохотнул Кейта, подмигнув мне. — Акцент прям королевский. Ладно, Хана, не злись. У нас тут не Букингемский дворец, но кофе нормальный. Я закатил глаза, но внутри праздновал — легенда, похоже, сработала. Аска подняла взгляд от планшета и вдруг ткнула стилусом в мою сторону. — Слушай, Рен, а ты сам-то откуда такой взялся? — спросила она. — Работаешь тут, живёшь в какой-то конуре, судя по твоим шмоткам, а теперь ещё и с "британской кузиной". Ты вообще кто по жизни? — Я? — я пожал плечами, отпивая эспрессо. — Бывший студент, будущий веб-дизайнер, а пока просто парень, который пытается не сдохнуть от долгов. Ничего интересного. — Веб-дизайнер? — она приподняла бровь, и её губы растянулись в лёгкой ухмылке. — Серьёзно? Я тоже в этом шарю. Рисую интерфейсы для всяких мелких контор. Если что, могу подкинуть пару советов. Или заказ, если не облажаешься. — Да ладно? — я чуть не подпрыгнул на стуле. — Серьёзно? Это было бы круто. Я только начал, и пока всё, что я могу, — это кривой flexbox и страничка, которая не ломается на телефоне. — Ого, ты уже профи, — хмыкнула она, но в её тоне не было злобы. — Ладно, покажи, что у тебя есть, когда-нибудь. А то я тут зашиваюсь с одним проектом — заказчик хочет сайт для своего магазинчика с мылом, а я не успеваю. Может, скину тебе кусок работы. — Договорились, — кивнул я, чувствуя, как внутри загорается надежда. Кейта с кодом, Аска с заказами — да я, похоже, попал в джекпот. Ну, или хотя бы в лотерею с просроченными билетами. Хэнкок — или "Хана" — сидела молча, доедая моти, но я заметил, как она косится на Аску с лёгким интересом. Может, ей даже понравилось, что тут кто-то ещё рисует, а не просто варит кофе. Я допил эспрессо и встал, натягивая фартук — смена начиналась. — Ладно, Хана, сиди тут, — сказал я, подмигнув ей. — Не пугай людей, пока я работаю. А вы, — я кивнул Кейте и Аске, — не давайте ей скучать. Только без допросов, а то она вас взглядом испепелит. — Испепелю, — подтвердила она холодно, и Кейта заржал, чуть не пролив латте. Аска только хмыкнула, возвращаясь к своему планшету. Я пошёл за стойку, думая, что этот день, может, и не такой паршивый. Главное, чтобы Хэнкок не решила устроить тут "императорский переворот", пока я разливаю кофе. Смена в "Мокко" началась с привычного хаоса — я метался между стойкой и столиками, разнося кофе, булочки и изредка улыбаясь клиентам, чтобы не выглядеть совсем уж мрачной тенью. Запах эспрессо пропитал мою куртку, фартук уже украсился пятном от пролитого молока, а в голове крутился этот чёртов flexbox, который я так и не до конца понял. Хэнкок — или "Хана", как я теперь её называл для прикрытия — сидела за столиком у окна, скрестив руки и пялясь на улицу с видом, будто всё вокруг недостойно её внимания. Ну, хоть не фыркала каждые пять секунд — и то прогресс. Кейта крутился за кофемашиной, напевая что-то под нос — какой-то старый рок, судя по хриплому "о-о-о", которое он тянул, пока молол зёрна. Его шапка-бини съехала набок, открывая часть татуировки на шее — ещё один кусок этого странного узора, который я так и не разгадал. Аска всё ещё рисовала на своём планшете, иногда бросая взгляды то на меня, то на Хэнкок, и её ухмылка становилась всё шире. Чувствую, она уже сочинила про нас какую-то дикую историю, но пока молчала, и я был за это благодарен. — Рен, два латте на третий столик! — крикнул Кейта, и я подхватил поднос, чуть не уронив его, потому что какой-то школьник решил пробежать мимо меня, размахивая рюкзаком. Я выругался про себя, но донёс кофе без потерь. Вернувшись за стойку, я заметил, что Хэнкок вдруг встала и направилась к Аске. Ох, чёрт, это что, теперь шоу начинается? — Эй, ты чего? — бросил я ей, но она меня проигнорировала, остановившись у столика фиолетововолосой. Аска подняла взгляд, отложила стилус и скрестила руки, явно готовая к чему-то интересному. — Ты рисуешь, — сказала Хэнкок, кивая на планшет. Её голос был холодным, но без привычного яда — скорее любопытство, замаскированное под высокомерие. — Что именно? Аска хмыкнула, повернула планшет к ней. На экране был набросок — яркий, с резкими линиями: девушка в футуристическом костюме, с неоновым мечом и глазами, горящими, как фонари. — Это для одной игры, — ответила Аска, пожав плечами. — Концепт персонажа. Заказчик хочет что-то "крутое и дерзкое". А ты что, тоже рисуешь? Или только позировать умеешь? Хэнкок фыркнула, но не так резко, как обычно. — Я не рисую, — отрезала она. — Но я знаю, что такое искусство. У нас… там, откуда я, — она замялась, бросив на меня взгляд, — в Британии, есть мастера, которые создают картины достойные дворцов. — Ого, дворцы, значит, — протянула Аска, явно забавляясь. — Ну, тут у нас не дворец, а кафе с пятнами на столах, но я стараюсь. Хочешь посмотреть ещё? Я замер за стойкой, наблюдая. Хэнкок, вместо того чтобы закатить глаза и уйти, кивнула — едва заметно, но всё же кивнула. Аска начала листать свои работы: какие-то пейзажи с неоновыми городами, персонажи с шипастыми доспехами, даже один кот в скафандре, который заставил меня хмыкнуть вслух. Хэнкок смотрела молча, но я заметил, как её пальцы перестали нервно теребить край толстовки. Кажется, ей даже понравилось. — Рен, ты там уснул? — рявкнул Кейта, и я очнулся, чуть не пролив воду из кувшина. — Иди сюда, пока тихо, расскажу тебе про этот твой flexbox. Я подошёл, вытирая руки о фартук, и Кейта начал объяснять — быстро, с жестикуляцией, будто рисовал код в воздухе. — Смотри, — говорил он, — если у тебя элементы в ряд, а ты хочешь, чтобы они не ломались на мобиле, ставь flex-wrap: wrap. И не забудь про gap, а то всё слипнется, как мои волосы после дождя. — Ага, гениально, — хмыкнул я. — А если я всё равно облажаюсь? — Тогда зови меня, — он подмигнул, отхлебнув воды из своей бутылки с черепом. — Я хоть и сбежал из IT, но руки ещё помнят. Только не говори шефу, что я тут уроки даю, а то он мне зарплату урежет. — Договорились, — кивнул я, чувствуя, как мозг потихоньку начинает схватывать. Кейта был лентяем, но в коде шарил, и это было моим спасением. Смена тянулась ещё пару часов. Хэнкок сидела с Аской, иногда фыркая на её шутки, но не уходила. Кейта гонял меня по залу, но успевал подкидывать советы про вёрстку. К концу я вымотался, как собака, но в кармане лежало немного чаевых, а в голове — пара новых трюков с CSS. Когда кафе опустело, я плюхнулся на стул рядом с Хэнкок и Аской, скидывая фартук. — Ну что, Хана, — сказал я с лёгким сарказмом, — как тебе мой жалкий мир? Не слишком убого для твоих британских вкусов? Она фыркнула, но её губы дрогнули — почти улыбка, но не совсем. — Это всё ещё дыра, — заявила она. — Но… не такая уж отвратительная. — Ого, комплимент года, — хмыкнул я. Аска заржала, стукнув стилусом по столу, а Кейта крикнул из-за стойки: — Рен, забери свою королеву домой, пока она нас всех не испепелила взглядом! Я встал, потянув Хэнкок за рукав толстовки. — Пошли, ваше величество. Завтра ещё кодить, а ты, похоже, нашла себе подругу по фырканью. Она выдернула руку, но пошла за мной, бросив на Аску последний взгляд. А я подумал, что, может, этот день был не просто выживанием, а началом чего-то большего. Кейта, Аска, Хэнкок — странная компания, но, чёрт возьми, с ними я, кажется, не пропаду.