Vision at the Edge of Time

Современная эра. Луна. До того, как все закончилось. — Так... это конец? — — Да — На её слова человек в школьной форме выдал редкую, почти задумчивую улыбку. Бейсбольная бита в его руке выскользнула из пальцев, упав в пропасть, прежде чем исчезнуть в небытие. Он сделал шаг вперед, сокращая расстояние, его взгляд поднялся к Кокону. — На моих глазах ты унаследуешь всю власть Последнего Херршера… Всё будет хорошо — Она смотрела ему в спину, пока он стоял там. Честно говоря, это была его любимая поза? Всегда отворачивался, всегда оглядывался на тех, кто следовал за ним, словно он был лидером, ожидающим, когда его преемники догонят. — А ты... что насчет тебя? — Она спросила его, но на самом деле она спрашивала и себя. — Мне пора идти… туда, где они — Она точно знала, кем были "они" — Не расстраивайся. Я тоже этого хотел — Он добавил, и эхо его глубокого голоса несло эмоциональный вес, который невозможно было игнорировать. Однако под этой тяжестью был несомненный подтекст, неожиданное чувство облегчения. Мир, который долго ускользал от него, просто недостижимый. Он так много вынес за эти годы — бремя, которое она только начинала осознавать. — Наконец-то я могу выпрямиться и сказать им... — Он выдохнул. — Хей, прошло много времени —

—

Нашел ли он их уже?

—

Длинные, струящиеся локоны белого и фиолетового цвета ниспадали вниз по её спине, завязанные в сложный конский хвост. Металлическая корона сидела на ее голове, украшенная изящной сегментированной кисточкой, которая мягко покачивалась в холодных объятиях луны. Она, Херршер Финала, сидела в одиночестве на поверхности Луны, там, где когда-то правил ее предок. Он тоже когда-то сидел здесь. Глядя вниз на останки предыдущего Херршера Конца. Она сделала то же самое. Она тоже наслаждалась безмятежной тишиной Луны, наблюдая за тем, что осталось от того, кто когда-то обладал Властью Конца в предыдущей эпохе. Кевин Каслана. Ее предок. Предок Кианы Касланы. Перед ней лежала массивная плита из драгоценного камня, высеченная и отполированная в форме саркофага. Внутри был заключен мужчина — высокий, широкоплечий, с бледной кожей и белоснежными прядями волос. Он был одет в свое длинное черное пальто, надетое поверх белой рубашки с высоким воротником, черных брюк и сапог. Следы синего, слабые, но яркие, отмечали его одежду, отголоски прошлого, которое отказывалось исчезать. Он был заключён в вечный сон. Его глаза больше никогда не откроются, навсегда запечатанные в тихой передышке, которую может подарить только смерть. Именно Киана сохранила его тело после битвы. Поначалу она считала, что и его физическая форма, и его духовная сущность распались, потерявшись в пустоте. Но когда она бродила по лунной поверхности, повторяя шаги их последнего столкновения, она нашла его. Его безжизненное тело было прижато к сломанной каменной колонне, прямо на месте их роковой борьбы. Вокруг него были разбросаны остатки его формы Избавления, разбитые и разбросанные, как реликвии давно закончившейся войны. И вот она привезла его сюда и построила ему гробницу — место последнего упокоения — в знак уважения. Хотя она оказалась на Луне, Киана не чувствовала себя одинокой. Ее сердце оставалось привязанным к миру внизу, где все еще жили ее друзья — Броня, Мэй и все остальные. Она никогда не была по-настоящему одинока. Ее взгляд упал на кристаллическую гробницу, пронзив полупрозрачный белый драгоценный камень, который его окутывал. Легкая улыбка тронула ее губы. — Прошло уже несколько месяцев с тех пор. Ты успокоился? — Пробормотала она — ... — Конечно, ответа не последовало. Мертвые не говорят. Ее пальцы коснулись гладкой поверхности камня. А потом- Что-то случилось. Пальцы человека внутри шевельнулись. Глаза Кианы расширились. Изменение было едва заметным, почти незаметным, но она его почувствовала. — Что…? — У нее были галлюцинации? Реальность искажалась просто для того, чтобы поиграть с ее восприятием? Она затаила дыхание — не то чтобы ей нужно было дышать в первую очередь, но полная невозможность момента заставила её пошатнуться. Её взгляд заострился, прикованный к неподвижной фигуре внутри. А потом- Его глаза открылись. Аквамарин, холодный и стеклянный от дымки сна, замерцал, оживая, затуманенный смятением, когда они увидели незнакомую обстановку. Человек внутри пошевелился, его губы раздвинулись, чтобы пробормотать что-то себе под нос, слова, потерянные в пустоте. Затем, медленным, преднамеренным движением, он поднял руку, прижав ее к крышке своего гроба. С небольшим усилием он оттолкнул его в сторону. Кусок драгоценного камня соскользнул, перевалился через край и с грохотом рухнул на землю, удар отдался эхом по всему помещению. Киана застыла, это было слишком неожиданно! Не обращая внимания на это зрелище, мужчина сел и провел рукой по своим растрепанным седым волосам. Остатки сна все еще цеплялись за его движения. — Мидей... Я же говорил тебе, чтобы ты перестал запечатывать меня внутри этих чертовых кристаллов. Что я вообще натворил на этот раз... Пробормотал он сонно и тут же остановился. Всё его тело напряглось. Потому что здесь не было Мидеймоса. Не было Амфореуса. Не было знакомых лиц из прошлого. — Кевин? — Голос, окликнувший его, был ему незнаком. Его дыхание сбилось. Его взгляд метнулся вверх, остановившись на девушке, стоящей рядом... Он посмотрел вниз. Его собственный гроб (?). Медленно, нерешительно, словно пытаясь осознать всю абсурдность происходящего, мужчина с белыми волосами перевел взгляд на одинокую фигуру перед ним. Это была женщина. Нет, нечто большее. Его аквамариновые глаза встретились с ее глазами, и на долгое, бездыханное мгновение между ними повисла тишина. И затем, наконец, с тихим, непостижимым благоговением, воскресший Златиус заговорил. — Кто ты? — Фаенон из Эйсдос Элизии пробудился.

-

Он слышал приглушенные голоса вокруг себя. Они шептались, о Златиусах, о его имени. Мимолетные возгласы удивления пронеслись среди собравшихся ученых и посетителей, когда они увидели его в большой городской библиотеке. Кевин не обратил на них внимания. Местная архитектура пробуждала далекие воспоминания, слабые отголоски великих библиотек Греции до того, как они были превращены в руины, до того, как их уничтожили Херршеры предыдущей эпохи. Внутри, в обширных залах, вдоль стен тянулись высокие полки из полированного дерева и резного камня, на которых были аккуратно разложены свитки папируса и пергамента. В стенах были ниши и армарии - отделения, предназначенные для хранения древних и священных текстов. Центром всего этого был величественный атриум — открытое пространство, где ученые собирались, изучая рукописи за тяжелыми столами из мрамора и дуба. В воздухе витал аромат чернил, состаренной бумаги и свечного воска, что служило тихим свидетельством стремления к знаниям. Бесшумные шаги Кевина вели его по лабиринту книжных полок, его пальцы в перчатках легко скользили по корешкам потрёпанных томов. Если титаны действительно существовали в этом мире, то идея о соответствующем подземном мире не была такой уж неправдоподобной. И если он каким-то образом овладел этим телом, телом Фаенона, то где именно находился настоящий Фаенон? Его первая гипотеза была проста: Фаенон находился где-то в другом месте. Место, где собирались потерянные души. Его взгляд остановился на определенном разделе библиотеки, томах, переплетенных в глубокие оттенки малинового и обсидианового, с позолоченными буквами, с почтением отмечающими их названия. Его пальцы скользили по ним, просматривая надписи. Истории о титанах. Их мифы. Их владения. Затем его рука замерла. Ряд книг, посвященных одному имени — Танатос, Титан Смерти. "Айдония – безмятежное поместье" "На фестивале сбора костей" "Почитатели смерти" Он вытащил их один за другим и сложил на сгибе руки. Если бы в этом мире было что-то, что могло бы пролить свет на судьбу потерянных душ, то это было бы именно это. И вот, в величественных залах самого почитаемого в городе учебного заведения, достойный Златиус, известный своим дружелюбным поведением и сияющей харизмой, теперь сидел один в углу, полностью поглощенный книгами. Это было странное зрелище. Несколько ученых уже начали украдкой поглядывать в его сторону, обмениваясь неуверенным шепотом, разглядывая растущую кучу мрачных текстов рядом с ним. Кевин, как всегда, остался невозмутим. Так продолжалось до тех пор, пока краем глаза он не уловил знакомое присутствие. Тень прошла мимо и замерла, прежде чем остановиться прямо перед его столом, безмолвная и неподвижная. Каслана поднял глаза и обнаружил, что его взгляд устремлен в упор на Анаксагора. Какое-то время никто из них не говорил ни слова. Взгляд профессора скользнул по подозрительной коллекции книг рядом с ним, а затем снова вернулся к нему, неспособному прочесть. Кевин подумал, что ему следует что-то сказать. — Доброго дня, Анаксагор — Анаксагор молчал еще некоторое время. Затем, наконец, он заговорил, его тон был размеренным, тщательно лишенным какой-либо интонации. — Обращайся ко мне профессор Анаксагор — Кевин слегка наклонил голову и любезно сказал — Доброго вам дня, профессор Анаксагор — Это была серьезная ошибка. Глаза профессора сузились. Фаенон никогда раньше не обращался к нему так корректно. Бум. Так Кевин себя выдал. В одно мгновение пистолет оказался прижатым к его лбу. Рука, держащая его, была твердой, покрытой глубокими темно-красными отметинами, симметричными, точными, окружающими драгоценный камень или ромбовидную эмблему в центре. Никаких колебаний, никакой дрожи. Хватка, привычная к весу оружия. — Кто ты, черт возьми? — Под холодным оружием Кевин Каслана... не выглядел особенно испуганным. —Что именно, по-твоему, ты делаешь? — Если бы он нажали на курок прямо здесь, прямо сейчас, это не было бы проблемой. Тексты в этих книгах говорили о реке душ, месте, где духи дрейфовали за завесой смерти. И единственный способ добраться до нее? Смерть. Пуля в череп была бы самым быстрым путем. Эффективно. Практично. Две цели встретились в одном быстром движении. А. Нет. Это не сработает. Это тело не его. Это было тело Фаенона. — Отвечай правильно — Кевин моргнул. Медленно. К нему пришло осознание, у него было одно преимущество. Он выдохнул, голос был спокоен. — …Я - Фаенон — Ученый, стоявший перед ним, даже не дрогнул. — Фаенон не такой уж тихий. Фаенон не подавится намеренно отвратительной стряпней Мидеймоса, не умоляя его переделать ее хотя бы один раз. Фаенон не зарывается в книги на несколько часов подряд. И самое главное... — Палец скользнул по спусковому крючку. — Фаенон не называет меня Анаксагором — Титаны выше, ему недостаточно заплатили за это. Несмотря на это, это был весомый аргумент. Звучит достаточно логично. Однако- Кевин не услышал щелчка выключения предохранителя. Анаксагор рассчитывал только на запугивание, предполагая, что он не заметит деталей. Что одного лишь присутствия оружия будет достаточно, что является досадной ошибкой. Он был солдатом. Он разбирался в оружии лучше, чем большинство. — Профессор. Эта штука опасна — Выражение лица Анаксагора изменилось. Драка была одним из тех дел, которые он делал лучше всего. В мгновение ока его рука сжала ствол пистолета, резко повернув его вверх. Прежде чем Анаксагор успел среагировать, оружие разлетелось изнутри, внутренние механизмы застыли и разлетелись на части. Каслана просто раскрыл ладонь, обнажив единственную целую пулю, лежащую у него на коже. Наступила гнетущая тишина. Кевин Каслана уничтожил множество Божественных Ключей - артефактов, выкованных из ядер павших Херршеров. Что могло сделать с ним простое огнестрельное оружие? Он бросил пулю в открытую ладонь Анаксагора, ту самую руку, которая когда-то сжимала пистолет. Предупреждение. — Почему бы нам не сесть и не поговорить? — Предложил Кевин спокойным, неторопливым голосом. Его противник прищурил глаза, но затем медленно выдохнул. К легкому удивлению Кевина, Анаксагор сел напротив него. Но не раньше, чем одарил его понимающей ухмылкой, пронизанной чем-то почти... насмешливым. —Очень хорошо, Чужеземец — Кевин напрягся. Блин.

-

Кевин сломал пистолет Анаксагора. Счёт 1 - 0 в его пользу. Но в тот момент, когда Анаксагор произнес слова "Чужеземец", счет изменился, 20:1, и Кевин оказался в проигрыше. — ... — — Что случилось? Кот откусил тебе язык? — Анаксагор смаковал напряжение в воздухе, наслаждаясь острой осторожностью в глазах человека перед ним, того, кто, несомненно, не был Фаеноном. Тем не менее, он держал свою собственную манеру поведения тщательно взвешенной. Предыдущая атака была не более чем проверкой, способом оценить способности нарушителя. И судя по тому, что он только что увидел, сила этого человека намного превзошла ожидания. Это означало одно: Анаксагору нужно было действовать осторожно. Потому что, если бы дело дошло до драки, этот человек вполне мог бы его уничтожить. Не то чтобы он сдался без боя. Если "Фаенон" хотел его смерти, то Анаксагор, по крайней мере, постарался бы утащить его с собой, или оставить его тяжело раненым в процессе. Анаксагор выдержал взгляд "Фаенона", наблюдая, как человек боролся со своими мыслями, взвешивая возможность того, что это очередная ловушка. В конце концов, после долгой паузы, другой человек смягчился и заговорил. — ...Откуда ты знаешь? — — Я просто вижу больше, чем большинство — Голос Анаксы был спокоен, но в нем чувствовалась уверенность. Он продолжил, пристально изучая "Фаенона" — Ты старая, уставшая душа. Интересно, как долго ты живешь? Просто любопытство — Кевин положил руку на гладкую поверхность книги перед собой, медленно закрывая ее. Его ответ был размеренным. — Физический возраст или умственный возраст? — Анаксагор прищурился. Значит, этот человек в какой-то момент "спал", достаточно долго, чтобы между ними возникла значительная разница. — Оба. — Впервые за время их встречи Анакса был искренне удивлен ответом. — Примерно пятьдесят тысяч — Ученый прошептал, размышляя вслух. — Так ты просто древний чудак... — Он подозревал это. Этот "Фаенон" явно пережил столетия лишений, бесчисленные переживания запечатлелись в его существе. Но это лишь привело к самому насущному вопросу. — Где наш Фаенон? — — Я не знаю — Анаксагор уже начал складывать все воедино. Его ум работал быстро, его интеллект был достаточно острым, чтобы всего несколько обменов репликами дали ему ясную картину ситуации. Его взгляд метнулся к стопке книг, оставшихся нетронутыми на столе. — Ты пытаешься найти путь назад, не так ли? — Мужчина напротив кивнул. "Фаенон" откинулся на спинку стула и медленно выдохнул. — Не могли бы вы… сохранить это между нами? — Анакса ответила с выражением небрежной уверенности, как будто ответ был столь же очевиден, как восход солнца на востоке. — А если я этого не сделаю? — Фаенон слегка наклонился вперед, в его глазах мелькнул вызов. — Тогда я разберусь с тобой лично — — Смелость с твоей стороны думать, что твои действия не достигнут ушей других, даже если тебе удастся заставить меня замолчать — — Не менее смело с твоей стороны полагать, что, решив заставить тебя исчезнуть, я все равно буду беспокоиться о последствиях, если меня поймают — Анакса не мог не уважать дерзость этого человека. Он рассеянно катал холодную металлическую пулю между пальцами, размышляя о том, в какой шаткой ситуации они оба оказались. Ученый на мгновение закрыл глаза, тщательно обдумывая свои варианты. Тем временем Кевин Каслана просто сидел и ждал, не дрогнув. Инстинкты Касланы подсказали ему, что этот ученый, эта аномалия, может оказаться большой помощью. — Даже если они мне не нравятся, Златиусы, пророчество и Амфореус - все они нуждаются в Фаеноне — — Любыми необходимыми средствами Фаенон должен вернуться. Его ответственность гораздо больше, чем осознает большинство людей — Анаксагор знал многое. И среди них была тяжесть этого мира, и единственный человек, которому суждено было ее нести. — Я понимаю. — — Ну, тогда на этот раз я тебя прощу — С этими последними словами ученый поднялся на ноги и ушел, исчезнув из поля зрения Кевина, как будто их разговора никогда и не было. Кевин смотрел ему вслед, тихо выдыхая. Что-то подсказывало ему, что Анаксагор станет такой головной болью в ближайшие дни.