Глава 9
25 мая 2025 г., 13:24
Когда Саймон увидел в каком состоянии находилась комната и девушка, его ледяное сердце сжалось от отчужденных ему чувств.
Погром в комнате, воздух сперт, везде бутылки и осколки окрапленные кровью. Но внешний вид Элизабет шокировала его больше всего. Бледная как полотно, с яркими синяками и выражеными мешками под глазами. Стеклянный взгляд пронизывал до костей. С руки капала кровь, пачкая пол и одежду.
«Что ты делаешь с собой, Элизабет?» — подумал он, подхватывая Хайлиге на руки и унося из этого места.
На свое удивление, Гоуст не пошёл в общие душевые, а завернул в свою комнату. Мужчине несказанно повезло, когда ему предоставили эту комнату, ведь здесь же была и личная ванная комната, хоть и не такая просторная как хотелось бы.
Занеся девушку в ванную комнату, поставил Элизабет на ноги. Та стояла чуть покачиваясь с опущеной головой.
— Хайлиге, сама примешь душ или мне помочь? — спросил Райли, пытаясь создать зрительный контакт с ней.
— Выйди. — прошептала она, даже не взглянув на лейтенанта.
Мужчина облегченно вздохнул, когда появилась хоть какая-то реакция. Убедившись, что девушка стоит твёрдо на ногах, вышел из ванной.
Жаным скинула с себя грязную одежду и сняла бинты. Рана заживала как на собаке, это хорошо.
Шагнув на холодный кафель, и поверну вентиль, тёплая вода потекла по голове, стремясь вниз по телу, смывая не только грязь, но и все мысли.
Лениво обведя взглядом полочку, она обнаружила бутылку шампуня два в одном. Повзаимствовав немного шампуня, душевую тут же наполнил приятный аромат свежести.
Пахнет Саймоном.
Сердечко пропустило удар. Некое тепло появилось на душе. Хотелось вдыхать этот запах все больше, чтобы он впитался в её тело.
Простояв недолгое время под струями и воды, она вышла из душа, вытираясь пушистым полотенцем. Все ещё присутствовала растеряность в сознании. Рассеяно оглядев пространство, она не нашла, что надеть на себя.
— Саймон. — позвала она, но голос был на столько тих, что казалось, мужчина не услышал.
— Что такое? — спросил он, приоткрыв дверь, но не заглядывая внутрь.
— Моя одежда… — девушка не успела договорить, как дверь чуть сильнее распахнулась а в проёме показалась стопка одежды.
— Спасибо. — проговорила она, взяла вещи и закрыла дверь.
Не найдя аптечки, Элизабет выдохнула и взяла в руки, первую попавшуюся вещь. Это оказалась футболка, и довольно большого размера. Поднеся её к лицу, в нос ударил запах порошка, а так же неизвестный аромат, который она иногда чувствует.
Его запах.
Вещи принадлежат Гоусту. Футболка прикрывала бедра и была очень свободной. А шорты превратились в капри. Затянув потуже шнуровку на талии, дабы шорты не свалились с неё, девушка вышла из ванной.
Саймон, услышав, что дверь отворилась, обернулся держа в руках аптечку. Оценивающий взгляд мужчины прошёлся по фигурке девушки. Его вещи были слишком большими для её тела.
Но они сидели так правильно на ней.
— Садись, надо обработать раны. — прохрипел Гоуст, кивнув в сторону кровати.
Шаркая ногами по полу, Элизабет достигла кровати и как мешок с картошкой, упала на матрас. Сопротивляться не было ни сил, ни желания. Словно из неё выбили всю энергию.
Хайлиге послушно протянула ему раненую руку. Саймон, убедившись, что нет осколков, обработал порезы перекисью и наложил повязку. Осторожно перебинтовывая ладонь. По сравнению с его рукой, её была в половину меньше, как у ребёнка, маленькая. Кажется, если сильнее сожмет, то сломает её.
Блуждая глазами по предплечью, лейтенант разглядывал татуировку дракона. В некоторых местах, изображение было чуть кривовато, словно пряча что-то. Вглядевшись получше в эти неровности, он понял что именно скрывает татуировка.
«Как же сильно ты страдала, что прибегла к этому?» повис в мыслях вопрос.
— Элизабет. — произнёс Саймон, обрабатывая уже бедро девушки.
— Не надо читать нотаций, мне предстоит выслушать позновательную лекцию от Прайса. — тихо ответила она, тяжело вздыхая.
— Я повёл себя как мудак при нашем знакомстве. Джон всегда обсуждал с нами, если кого-то хотели добавить в отряд. А тут, так неожиданно. Меня взбесило то, что решение было принято в одностороннем порядке. По сути, нас не должно это касаться, кого переводят или увольняют, но отношения между всеми нами строились на доверии. — девушка сидела в полном ауте, даже не смея перебивать Райли.
Мужчина осторожно огладил наложенную повязку на бедре девушки.
— Поэтому прошу об одном. — он поднял свой взор, заглядывая в оливковые глаза Хайлиге. — Не страдай в одиночестве. Попроси помощи, не надо показывать себя сильной. Иногда надо быть слабой.
Абсолютная тишина висела в комнате Саймона. Через стенку слышались громкие маты Джонни и Алехандро, которые убирались в комнате Элизабет. Но без какого-либо осуждения в её сторону.
Нижняя губа задрожала, а в глазах защипало. Опустив голову, Жаным закрыла лицо руками. Плечи подрагивали, давая понять, что она плачет. Тихо, лишь прерывистое дыхание было слышно.
Ему было больно видеть Элизабет.
Мужчина, ничего не говоря потянул Хайлиге на себя. Утягивая на пол. Приземлившись на задницу, он усадил девушку между своих ног и обнял. Просто обнял, что было не типично для Саймона Райли. Человеку, которому были чужды такие чувства и эмоции, как сожаление, нежность и забота.
Жаным уткнулась лицом в его грудь, пропитывая слезами темно зелёную футболку, оставляя мокрые пятна. Рука Гоуста лежала на её спине, изредка похлопывая и поглаживая.
Прошло пол часа, как слезы прекратились, а Хайлиге притихла, лишь редкое рваное дыхание давало понять Саймону, что она не уснула.
— Спасибо. — тихо прошептала девушка куда-то в шею, заставив табун мурашек пройтись по коже мужчины.
— Успокоилась? — спросил он.
— Угу. — лишь смогла выдавить из себя Элизабет.
Тишину прервал звук урчания живота. Если лейтенант ужинал час назад, то в Хайлиге был лишь один алкоголь.
— Пойдём. — сказал он уверенно, поднимаясь с пола.
— Куда? — удивилась девушка, обувая плюшевые тапочки.
— Ты не ела три дня, а тебе очень нужны силы, чтобы убить того человека.
— Откуда? — ещё большее изумление появилось на её лице.
— Элизабет, мне не нужно быть ясновидящим, чтобы увидеть пометки в твоём блокноте.
Он их прочёл.
Жаным задохнулась от возмущения, и тыкнула Гоуста под ребра. Он удовлетворённо хмыкнул, улыбнувшись под маской. Его радовала хоть такая реакция от сержанта.
До столовой они добрались незамеченными, что не могло не радовать девушку. Ей бы не хотелось, чтобы кто-то увидел её в таком виде.
— Что-то должно было остаться после ужина. — заявил Саймон, входя на территорию кухни.
Хайлиге села за стол и наблюдала через огромное окно раздачи, за большой фигурой мужчины.
— Нам крупно повезло. — радостно произнёс Гоуст, неся в руках поднос с тарелками.
— Ты тоже проголодался? — приподняв бровь, поинтересовалась она.
— Если честно, то да. — чуть скромно признался он, садясь напротив.
— Да ты слопаешь всю еду, что на три дня будет заготовлена за один присест, ещё и десертик попросишь. Не позавидуешь избраннице. — Элизабет говорила то, что думала.
Любой другой человек обиделся бы уже, но не Саймон. Он ценил честность и даже такое колкое замечание про его большой аппетит лишь позабавило. Только вот, у него никого не было.
— Я холостяк. — заявил гордо он.
— Да ладно? Да ребята как ты на расхват, как горячие пирожки.
— Ты считаешь меня горячим? — спросил он, на губах Жаным увидела ухмылочку, на открытой части лица.
— Что? Да, нет. Хэй, это не честно! — растерялась девушка от такого вопроса, звонков положив вилку на стол.
Саймон рассмеялся, низким тембром, заставив девушку покраснеть и отвести взгляд от неловкости.
— У меня было несколько отношений, но девушки не выдерживали и полу года, от моего графика работы. Несколько дней гражданки и неделями на миссиях. Девушки просто начинали заводить отношения на стороне или сразу расставались. — открыл завесу своей жизни лейтенант. — Нам тяжело найти человека, понимающего. Или отношения с человеком из военных или быть в одиночестве, другого не дано.
— Папа часто отсутствовал в моей жизни, но всегда проявлял внимание и был рядом. У мамы была я, поэтому, разлуку с мужем переживала легче. — согласилась Жаным.
— Вот вы где, а я по всей базе ищу! — заявился МакТавиш, приземляясь рядом на стул.
— А зачем ты искал нас? — спросил Гоуст приподнимая бровь.
— Да вот, передать кое что. — мужчина вытащил из кармана нижнее белье девушки.
— Джонни! — воскликнула Элизабет, выхватывая свои же трусы и начиная ими колотить друга.
Соуп начал смеяться и прикрывать рукой голову от кусачих ударов тканью.
— Да я тебе из семейников стринги сделаю, разве можно копаться в женском белье? — читала нотации девушка под смех мужчин.
— Рад, что ты снова стала прежней. — сказал вошедший Алехандро, видя оживленность коллеги. — Прайс хочет с тобой поговорить.
Тяжело вздохнув, Хайлиге пошла в кабинет капитана, где он уже жал её с распростертыми руками.
— Элизабет. — произнёс капитан, взглянув на девушку оценивающе. — Ты сама ведь понимаешь, зачем я позвал тебя?
— Да. — виновато ответила она, опустив голову.
— Раз понимаешь, это уже хорошо. — Прайс поднялся, и взяв чашки из позади стоящего шкафа, налил чая. — Я хотел попросить, чтобы этого впредь не повторялось. Сама знаешь устав и какие последствия у тебя будут, если это произойдёт ещё раз.
— Простите.
— Не извиняйся, мы сами виноваты, что не забили тревогу ещё в первый день, хоть и видели в каком состоянии ты начала находиться. Надеюсь на твоё благоразумие.
Пробыв совсем недолго у капитана, Элизабет собиралась покинуть кабинет.
— Я рад, что ты теперь в порядке, но пожалуйста, обращайся к кому-нибудь из ОТГ, если снова станет плохо. — напоследок произнёс Джон.
Вернувшись к ребятам, те удивились.
— Тебя даже не отругали? — убивался Соуп с ноткой обиды в голосе.
— Сказали больше так не делать. — улыбнулась девушка, присаживаясь на свое место.
— Ну блин. А нас Прайс отчитывает по первое число. — не унимался МакТавиш.
— Я же девочка, а девочек ругать нельзя. — хитро улыбнулась Хайлиге.
Разошлись все уже, когда стрелки часов перевалили за полночь, при этом осушив небольшой запас чая столовой.
