The wrong universe

      Вскоре они высадились на нужной остановке. Судя по её расположению, место работы партнёров находилось недалеко от главной площади. Со всех сторон их окружали небольшие заведения, расположенные на первых этажах жилых домов: швейные и ремонтные, багетные мастерские, ресторанчики, специализирующиеся на домашней кухне, парикмахерские салоны и книжные магазины. Улица была совсем узкой, но достаточно оживлённой, чтобы Джейсу приходилось ловко лавировать в толпе, одновременно поглядывая на Виктора: спешащие пешеходы постоянно норовили задеть его плечами.       Пройдя немного дальше, они оказались перед высокой зелёной дверью, квадратное оконце которой украшали две витиеватые буквы В и Д. Выше висела крупная металлическая шестерня, по которой сразу же угадывалось назначение лавки.       Возле входа уже топтался хмурый старичок в плотном сером пальто и цветастом шарфе, которые явно не соответствовали теплой погоде поздней весны. Завидев Виктора и Джейса, он ещё сильнее насупился.       – Опаздываете, молодые люди! – поторопил он их, но Виктор оставался невозмутим.       – Задержались на пару минут, – легко пожав плечами, возразил мужчина.       – На пару минут?! Вы должны были открыться на три часа раньше!       – Ну, время и пространство – понятия весьма относительные, – подмигнув партнёру украдкой, ответил Виктор, ковыряясь ключами в замочной скважине.       – Ты даже представить себе не можешь, насколько прав сейчас, – подумал про себя Джейс.              Виктор первым зашёл в помещение. Джейс последовал за ним, услужливо забирая кардиган, который партнёр поспешил сбросить с плеч. Виктор ответил ему благодарной улыбкой, расстёгивая пару верхних пуговиц рубашки: несмотря на внешнюю живость, их короткая прогулка всё же смогла немало его утомить.              – Может, лучше присядешь для начала? – осторожно спросил Джейс, положив ладонь на плечо мужчины, но Виктор только быстро мотнул головой.              – Всё в порядке. Сперва оценю объём работы, иначе мистер Бернар продолжит зудеть под ухом.              – Я стар, но не глух! – мгновенно вспылил упомянутый. Виктору оставалось только состроить виноватую мордашку, пока Джейс прятал смех за покашливанием в кулак.              Да, это действительно мог быть только Виктор. Только он с подобной прямотой и спокойствием мог отмечать недостатки других и даже говорить о них вслух, не боясь ответной негативной оценки. В то же время, Джейс едва ли мог придумать, в чём именно его можно было упрекнуть: обладающий незаурядным умом и аристократичной, несмотря на происхождение, красотой, Виктор казался ему идеальным.              Пока партнёр занялся принятием заказа, Джейс как следует осмотрелся вокруг. Видимо, у здешнего Виктора имелся целый пунктик на садоводство, если судить по обилию растительности, которая значительно уменьшала и без того скромное внутреннее пространство: кашпо свисали с потолков и стен, несколько горшков уместилось под окнами, конкурируя с витринами за место под солнцем. Под стеклом Джейс увидел примеры старинных механизмов, что напомнило ему об одной из старых привычек партнёра: Виктору очень нравилось работать с антиквариатом.              В иные дни, когда учёным требовалась мыслительная разгрузка, заунит не оставался дома, а с выученной регулярностью появлялся в обсерватории, занимаясь починкой старого барахла, притаскиваемого Джейсом для разбора на запчасти. Некоторые интересные экземпляры Виктор оставлял себе, способный проводить часы за поиском причин поломок и путей их исправления. Нередко в такие моменты он неосознанно бубнил себе под нос, и Джейс приходил на работу только для того, чтобы послушать его голос, откладывая на потом более важные задачи.              Виктор умел чинить многие мелкие механизмы, требующие от мастера ювелирной работы: часы, музыкальные шкатулки, заводные игрушки. Позже он, разумеется, раздавал всё это добро детям Зауна, принимая их восторженные улыбки за самую справедливую оплату своего труда.              Нетрудно было предположить, что страсть Виктора к инженерному делу стала основой их бизнеса: помимо изобретения новых приборов, партнёры также занялись починкой старых. Если судить по бухгалтерской книге, которую Джейс обнаружил на одной из полок, дело это было весьма прибыльным. Всё же многие уже пользовались творениями знаменитого союза учёных, а потому и при возникновении разнообразных поломок не было ничего логичнее, чем обратиться за помощью к создателям.              Джейс настолько увлёкся разглядыванием обстановки заведения, что в чувство его смог привести только тихий звон колокольчика: описав проблему и получив расписку от Виктора, мистер Бернар не видел причин задерживаться в заведении даже на пару лишних минут, и, оставив несколько недовольных замечаний, скрылся за дверью. Виктор устало навалился на стойку. Всё же он уже долгое время не присаживался, и затяжная болезнь постепенно давала о себе знать.              – Джейс, милый, ты не мог бы принести мне стул из задней комнаты?              Мужчина, заметив бледность партнёра, обмахивающего лицо рукой в тщетных попытках справиться с одышкой, буквально подорвался с места. Каждое последующее действие он выполнял на закреплённых инстинктах: сначала потратил несколько секунд, чтобы посчитать давление Виктора по пульсации на запястье, далее широко распахнул дверь позади стойки, врываясь в мастерскую и хватая стул, со всей возможной осторожностью помогая партнёру удобно устроиться на нём. На секунду мужчине показалось, будто бы это другой Джейс завладел его телом, оказывая Виктору первую помощь, правильного порядка которой он не знал. Его рука сама по себе распахнула один из шкафчиков на внутренней стороне стойки, без труда находя среди кучи разбросанных инструментов аптечку. Не осознавая себя, Джейс схватил ампулу с мутной жидкостью, уже готовясь набрать лекарство в шприц, но его остановил слабый голос Виктора:              – Не стоит. Мне просто нужно передохнуть.              Мужчина взглянул на партнёра с явным недоверием, однако Виктор ответил ему уставшим взглядом и слабым приподнятием уголков губ: «я буду в порядке, пожалуйста, не напоминай мне в очередной раз, насколько же я на самом деле жалок». Незаметные жесты от Виктора значили намного больше, чем оглушительный крик. Вынужденный принимать помощь других, чтобы справиться с самыми базовыми задачами, он всё глубже погружался в разочарование в самом себе. Уж лучше он стерпит эту боль сейчас, чем будет изматывать себя мыслями об уменьшающихся с каждым днём пределах выносливости, ведь если ему удастся выдержать, значит, надежда ещё есть.              Разумеется, Джейс никогда не считал помощь Виктору обременительной и его самого отнюдь не воспринимал как калеку, одно существование которого уже порядком ему надоедает. Наоборот, он готов был подарить партнёру целый мир, пойти на любые жертвы, если это заставит его почувствовать себя чуточку лучше. По этой причине он проигнорировал просьбу Виктора уничтожить хекскор: не важно, чем именно ему придётся воспользоваться, если это сохранит жизнь и здоровье Виктора, то он способен взять на себя ответственность за самые страшные прегрешения.              Некоторое время они провели в молчании. Виктор прикрыл глаза, сосредоточившись на восстановлении ритма дыхания, Джейс неподвижной статуей замер подле него, отслеживая след каждого мимолётного напряжения на чужом лице. Если бы только здешний Джейс мог подсказать ему, что стоит делать в подобной ситуации.              Разум мужчины пронзило очередное воспоминание. Кажется, мозг Джейса начал постепенно привыкать к тому, что происходило с ним под влиянием аномалии, поскольку изображение казалось намного чётче, чем во все предыдущие разы.              Он увидел Виктора, зло мнущего больное бедро в попытке перекрыть одну боль другой. Его двойник проворно перехватил руки партнёра, несильно сжав их в качестве предупреждения. Виктор на это только недовольно нахмурился, но говорить ничего не стал, отвернувшись в выражении молчаливой обиды. Джейс становился внимательнее к нему с каждым днём, однако, пускай его привязанность и готовность верным псом виться около болеющего партнёра льстила Виктору, он не мог не ощущать внутренний протест.              За годы одиночной борьбы с недугом он привык справляться с неприятными ощущениями своими методами. Поначалу Джейс отчаянно не понимал, откуда берутся синяки и царапины на предплечьях партнёра. Причины ожогов и рубцов на пальцах были очевидны: в конце концов, они постоянно работали с электричеством и аппаратами со сложным устройством, поэтому было неудивительно, что на коже Виктора оставались следы повреждений, однако конкретно эти отметины вызывали у Джейса некое подсознательное волнение. В ходе продолжительных наблюдений он всё же пришёл к выводу, который сильно его встревожил: Виктор имел привычку бить самого себя.              К счастью, делал он так не постоянно, а только в тех случаях, когда боли становилось слишком много для него одного. Нанося увечья, он будто бы наказывал самого себя за несостоятельность и слабость, и в то же время эти действия отвлекали его от болезненных ощущений. Джейс помогал ему перебороть плохую привычку, захватывая руки в тиски собственных ладоней и оставаясь рядом, пока симптомы болезни не отступали. Спустя некоторое время он научился основам лечебного массажа, к которому активно прибегал, чтобы перекрывать одни неприятные ощущения другими, уже гораздо менее разрушительными и в большей степени полезными.              Это он намеревался сделать и сейчас, однако выражение лица Виктора показалось ему уж слишком подозрительным, чтобы отпустить его так просто. Джейс опасался, как бы Виктор не решил вернуться к старым привычкам, а потому пришёл к выводу, что лучше ему сразу предупредить партнёра о своих серьёзных намерениях:              – Вик, если ты попробуешь навредить себе, мне придётся связать тебе руки.              – Мне казалось, из нас двоих только у тебя есть подобные наклонности, – ядовито заметил Виктор. Джейс невольно покраснел, не будучи в силах не признать, что в некоторых ситуациях чувствовать власть партнёра над собой было невероятно волнительно.              Окончательно сдавшись, Джейс всё же отпустил чужие ладони, внимательно следя за тем, как партнёр ожидающе складывает их на груди. Всё ещё существовала вероятность, что он начнёт терзать кожу возле ногтей, но Виктор этого не сделал, и Джейс, издав длинный вздох облегчения, принялся за работу: закатал штанину на ноге партнёра и с тщательно выверенным давлением принялся разминать одеревеневшие мышцы. Поначалу Виктор всё ещё обидчиво молчал и хмурился, но постепенно расслабился настолько, что даже начал довольно мычать в ответ на особо приятные движения.              Незаметно атмосфера изменилась. Виктор положил ногу прямо на плечо Джейса, а позже, набравшись смелости, прочертил наружным сводом линию его подбородка, заставляя мужчину взглянуть на себя. Карие глаза с зелёным отливом столкнулись с двумя медовыми озёрами, без малейшего сопротивления попадая в их плен. Виктор победно усмехнулся, не в силах подавить чувство глубокого превосходства, затопившее все его мысли. В то время как другие могли только мечтать о том, каково оказаться рядом с непревзойдённым Джейсом Талисом, он один был способен заставить этого гордого сильного мужчину сидеть у его ног на манер пса, с нетерпением ожидающего награду от любимого хозяина.              – Иди ко мне, – негромко позвал Виктор, однако для Джейса тон его голоса прозвучал всё равно что приказ, пустивший целый табун мурашек по телу. Он мгновенно повиновался велению, покорно потянувшись к лицу партнёра, чтобы одарить его страстным глубоким поцелуем.              – Джейс, всё в порядке? – спросил Виктор, вытянув мужчину из воспоминаний, – У тебя лицо горит.              Всё ещё красный, как варёный рак, Джейс суетливо пытался придумать причину своей вмиг повысившейся температуры. Разумеется, стоило отдать другому Джейсу должное: продемонстрированным способом ему наверняка удастся немного облегчить боль Виктора, однако он сильно сомневался, что была необходимость показывать ему совсем всё.              Он смотрел на Виктора, а перед глазами стояло его преобразившееся в выражении чувственного наслаждения лицо. Стесняясь собственной реакции, вызванной подобной картиной, он решил сосредоточиться на деле. Джейс встал за спину Виктора, попытавшись скрыться от его пронзительного взгляда, и сконцентрировался на разминании напряжённой спины партнёра. За его больную ногу Джейс опасался браться, не желая усилить дискомфорт своими неумелыми движениями, поэтому обратил внимание на более безопасную зону.              Виктор только коротко хмыкнул, проворно собирая волосы в небрежный пучок и закрепляя его маленькой заколкой, парочка которых всегда пряталась в карманах его рубашек. Закончив, он слегка вытянул шею, чтобы дать Джейсу бо́льшую свободу действий. Мужчина опустил руки на плечи партнёра, прицениваясь. Они были такими же худыми и хрупкими, какими он их помнил.              Несмотря на то, что Виктор всегда выглядел немного уставшим, а тело его вполне подходило для наглядного изучения анатомии, он всё ещё казался Джейсу невероятно привлекательным. Возможно, всему виной были точёные черты его лица, а может, живая мимика, которая одновременно веселила и восхищала Джейса, однако партнёр мог любоваться им часами, не отвлекаясь. Виктор был прекрасен, и Джейс без колебаний назвал бы любого, кто попробовал ему возразить, глупцом.              Казалось, само время остановило свой быстрый бег, пока Джейс пересчитывал пальцами каждый позвонок на его шее, круговыми движениями ласково поглаживая родинку у начала роста волос.              – Если хочешь знать моё мнение, это слабо похоже на начало массажа, – стрельнув глазами в сторону плеча, за которым спрятался Джейс, поделился своими соображениями Виктор. В противовес его язвительному тону, мужчина почувствовал, как заметно потеплела кожа под его касаниями, покрываясь очаровательным румянцем: Виктору, очевидно, было приятно ощущать руки Джейса на себе, купаясь в его безраздельном внимании.              – Прости, отвлёкся, – честно признался Джейс. Уже знакомое чувство потери контроля над собственным телом настигло его, когда мужчина, наклонившись, трепетно прижался губами к родинке на бледной шее Виктора, – Просто ты безумно красивый.              От жаркого шёпота уши Виктора покраснели. Ситуация начала принимать опасный оборот, и у заунита не было никакого желания увидеть в газете собственные фотографии в весьма компрометирующей позе, поэтому он решил отослать перевозбудившегося Джейса подальше от себя.              – Ты ещё на той неделе обещал выковать для меня несколько деталей. Раз уж посетителей ещё мало, может, сходишь в кузницу?              Его ненавязчивой просьбе удалось несколько снизить градус возбуждения. Джейс неловко почесал затылок, признавая, что чужим воспоминаниям удалось сильно взволновать его. Неужели другой Джейс жил с этим непреодолимым искушением на постоянной основе? Если это действительно так, то, стоило признать, выдержки ему не занимать.              – Конечно. Уверен, что справишься один? – участливо поинтересовался Джейс, обходя партнёра.              – Ну, разумеется. Со мной мой самый верный друг – Блицкранк, – Виктор притянул свою трость, которой в порыве вдохновения шутливо дал это имя.              – Ох, теперь он твой самый верный друг? – состроив глубоко оскорбленную рожицу, с показным недовольством протянул Джейс. Виктор широко улыбнулся, довольный эффектом, который произвели его слова, и реакцией партнёра. Смотря в эти задорно сверкающие омуты, вспоминая, как именно выглядел Виктор в молодости, – его добродушный и дурашливый, несмотря на незаурядный ум, самый близкий приятель – Джейс только сильнее влюблялся в него. Казалось, не было предела этому невероятно сладкому, немного мучительному чувству, которое он испытывал по отношению к партнёру.              – Да, мой самый надёжный друг. А ещё у меня есть самый милый, заботливый и любящий парень. Я просто ужасный везунчик, что думаешь?              Джейс ласково погладил скулу Виктора, быстро поцеловал его в лоб, не в силах выразить словами, насколько очаровательными были его чудачества.              – Скорее, это твой самый лучший парень – ужасный везунчик. Ты просто чудо, Вик.              – Опять ты пытаешься меня заговорить! Ну же, иди уже, лентяй!              Виктор принялся слабо толкать его в сторону двери, которая вела в задние комнаты. Посмеиваясь, Джейс послушно удалился.              Внимательнее изучив мастерскую, Джейс пришёл к выводу, что она ненамного отличалась от той, что была в их собственном доме, только выглядела захламлённее. Открыв очередную дверь, он оказался в маленькой самодельной кузнице. Разумеется, она не шла ни в какое сравнение с крупным цехом, находящимся во владении семьи Талис: всего один ангар для печи смог бы вместить в себя сразу пять таких комнат. Однако, не взирая на малые габариты, в ней всё ещё находилось всё самое необходимое для создания небольших проектов.              Хорошо понимая собственные привычки, он сразу же догадался, что другой Джейс мог сложить чертежи изделий, о которых его попросил Виктор, в свой дневник для записей. Прислушавшись к внутреннему чутью, он очень быстро обнаружил его в одном из ящиков старого письменного стола.              Содержание дневника с крупной буквой Т на обложке оказалось ничем не примечательным: описание идей, которые пришли ему в голову, карандашные наброски будущих изобретений, перемежаемые зарисовками лица Виктора в анфас и профиль, и вложенные синие черчёжные листы – проще говоря, всё то же самое, что хранилось в записных книжках самого Джейса.              Мужчина уже собирался отойти от стола, чтобы тщательно проинспектировать инструменты и печь для ковки, однако смутное предчувствие не позволило ему сделать это. Он с сомнением ощупал дно верхнего ящика, внутренне восхваляя свою прозорливость: у него оказалось двойное дно. Приподняв деревяшку, Джейс обнаружил, что под ней хранилось два других дневника. Один мужчина отложил, полностью поглощенный изучением второго, в котором, как оказалось, был спрятан его собственный браслет с руной.              Несмотря на договорённость о прекращении исследований в области хекстека, его двойник, судя по всему, продолжал работу в тайне от партнёра. Джейс из этого мира уже не решался проводить эксперименты по искусственному воспроизведению магии, однако активно изучал теорию явления. Пробежавшись глазами по записям двойника, мужчина не мог не восхититься тем, как далеко он продвинулся, не прибегая к эмпирическому методу исследования. Тщательно просчитанные уравнения другого Джейса с каждой страницей становились ближе к усовершенствованной формуле хекстека, на разработку которой у Виктора и его напарника из другой реальности ушли целые годы.              Помимо уже известного, Джейс также обнаружил одну интересную теорию. Поигравшись с числами, другой он смог на абстрактном уровне вывести формулу, которая позволила бы расширить область применения хекстека. Согласно его изысканиям, механизированную магию можно было использовать для создания временных петель.              Джейс полностью погрузился в обдумывание этой идеи. Описанная теория обладала некоторыми погрешностями, однако он не мог списать её в статус полностью нерабочей. Возможно, будь у Джейса доступ к хекстеку и необходимому оборудованию, он мог бы протестировать её на практике. Это вполне могло стать его единственный билетом в свою родную реальность.              Джейс решительно захлопнул книгу. Нет, он не мог. Только в этом мире рядом с ним был Виктор, нуждающийся в учёном как в друге и партнёре. Джейс и сам находил в Викторе свою самую острую потребность, которая стала лишь отчетливее после продолжительной разлуки.              Навязчивый голос совести нашёптывал имена людей из его родной реальности, которым также была отчаянно необходима помощь мужчины. Создавалось впечатление, что Джейс попал в окружение не своих собственных мыслей, а злых завистливых теней, обвиняющих его в безответственности и трусости, и мужчина не мог сказать с уверенностью об их неправоте. В то же время, он не мог не попытаться оправдать себя. Впервые Джейс познал, какой простой и спокойной может быть совместная жизнь с партнёром, а потому он просто физически не мог отказаться от всего этого в угоду помощи тому разрозненному миру, из которого сбежал.              С него хватит. Как никто другой Джейс знал, насколько тяжёл может быть груз чужих ожиданий, насколько изматывающая жизнь политика, в руки которого сотни тысяч людей вверяют свои жизни. Джейс мечтал о тишине и умиротворении, которыми были наполнены годы исследований в компании партнёра. Неважно, каким эгоистом он виделся самому себе сейчас и в какой степени мог представать им в глазах других людей, мужчина не собирался так просто отказываться от угодившего в его власть абсолютного счастья.              Небрежным движением Джейс закинул все записи обратно. Не глядя, он схватил первый попавшийся чертёж, с завидной быстротой разжигая печь. Сбросив одежду по пояс, он принялся за то, что всегда выходило у него лучше всего, – ковку. За работой голова учёного освобождалась от всех посторонних мыслей. Оставался только он, жар печи, от которого по его лицу и плечам градом стекал солёный пот, и задача, которую необходимо было выполнить. Малейшая ошибка могла привести к браку изделия и серьёзным травмам для самого Джейса, поэтому он не имел права отвлекаться на посторонние размышления.              Тяжёло дыша, Джейс замахнулся, ударив по наковальне с силой, в которую вложил всю свою злость на обстоятельства, разделившие его с Виктором и вынудившие взять на себя обязательства перед огромным количеством людей. Вместе с разлетевшимися в разные стороны искрами перед его глазами пронеслась белая вспышка, вернувшая мужчину в эпизод из чужого прошлого.              Он всё ещё находился в этой самой кузнице, однако уже не был один. Ладони Виктора лежали на его плечах, помогая мужчине приподняться на цыпочки, чтобы с чистым восхищением и неприкрытым интересом наблюдать за работой Джейса.              – Хочешь попробовать? – однобоко усмехнувшись, спросил двойник. Виктор одарил его скептическим взглядом исподлобья.              – Я уже по одному виду могу прикинуть, что этот молот весит ненамного меньше меня.              Джейс фыркнул, ничего не говоря, но полностью признавая его правоту. Мужчина вновь замахнулся, внимательно следя за тем, чтобы ненароком не задеть притаившегося за его спиной партнёра, и ударил с собранностью и уверенностью, которых так недоставало сейчас его копии из другого мира.              – Ты так и не сказал мне, что именно делаешь в этот раз.              – А если я скажу, что это сюрприз?              – Ну же, признайся! Скажи мне! – Виктор легко пощекотал его бока, предупреждая о всей серьёзности своего намерения докопаться до правды. Джейсу оставалось только поддастся ему:              – Ладно, только не мучай меня! Хочу сделать для тебя подарок.              – А подробнее.              – Конкурс молодых талантов, – Джейс произнёс всего одну фразу, однако для Виктора, понимающего его на совершенно особом уровне, этого было более чем достаточно.              – Цветок? – с блеском в глазах уточнил Виктор.              – В точку! – не стал томить его партнёр, – В художественной ковке я, конечно, не мастак, однако смогу сделать для тебя что-нибудь простенькое. Ты мог бы носить его, как бутоньерку.               – Как тот, что ты дарил мне на наш первый месяц отношений? Ох, он был чудесен. Жаль только, что пришлось отдать его Паудер. Девочке так понравилась твоя роза, что я не смог ей отказать.              – Верно. Наш нежный и добрый Виктор, как он мог не отдать чужому ребёнку всё, о чём он только не попросит? – Виктор ущипнул его за бок в знак недовольства подколкой Джейса, и тот невольно вздрогнул, в который раз жалея, что признался возлюбленному в страхе перед щекоткой. Он проворно перехватил руку, никуда не девшуюся с его живота, чтобы прижать её поближе к жарко бьющемуся в груди сердцу. – Я не ожидал от тебя другого. Ты всегда готов пойти на встречу ближнему.              – Возможно, потому что я сам заунит и знаю, каково это, когда никто не желает считаться с твоими желаниями и просьбами.              Встревоженный направлением их разговора, Джейс всё же отложил занятие в сторону, чтобы аккуратно, но крепко сжать уткнувшегося в его плечо Виктора в успокаивающих объятиях.              – Никто и никогда больше не причинит тебе вреда, Вик. Ни словами, ни поступками, – с решимостью, которая заставляла поверить в истинность его слов, поклялся мужчина, – Я не оставлю тебя. Никогда.              Джейс устало выдохнул. Металл постепенно остывал, темнея, как и треск поленьев в печи начал медленно затихать. Он невольно задумался о Викторе из своей реальности. Интересно, как чувствовал он себя сейчас? Переживал ли, узнав, что Джейс пропал без вести? Разве не чувствовал он одиночество, слоняясь по округе без привычной компании лучшего друга? Джейс не знал, как бы ответил на эти вопросы Виктор, но сам мужчина без труда признал бы, что сильно скучал. Разумеется, партнёр был с ним рядом в этой реальности, и Джейс был безмерно рад этому, однако его не отпускало чувство, что здешний Виктор не принадлежал ему так, как его двойнику.              У них была своя история взаимоотношений и любви. Было приятно чувствовать привязанность и симпатию Виктора, но они существовали не для него, а для двойника, который уже по праву своего рождения был естественной частью этой реальности. Джейс хотел быть любимым, однако не чужим Виктором, а своим.              Дверь медленно приоткрылась. Джейс тут же стряхнул с себя усталость и негативные переживания, тёплой улыбкой приветствуя вошедшего с подносом Виктора. Двинувшись навстречу партнёру, он легко подхватил его ношу. На подносе стоял прозрачный кувшин, наполненный водой, в которой плавали мелкие кубики льда.              – Подумал, что ты мог устать, – терпеливо пояснил Виктор, – Поэтому принёс кое-что, чтобы помочь тебе освежиться. Присядь.              Джейс послушно опустился на стул, ставя поднос на столешницу поблизости. Виктор для начала налил ему стакан воды, который партнёр выпил одним залпом: за работой он совсем не ощущал жажду, однако Виктор знал его достаточно хорошо, чтобы предугадать это. Наполнив стакан ещё раз, он слегка смочил полотенце холодной водой, чтобы ласково обтереть лицо Джейса.              – Приятно? – с улыбкой спросил Виктор, наблюдая за тем, как быстро начали расслабляться напряжённые мышцы лица возлюбленного. Джейс только кивнул, не находя в себе сил даже просто сформулировать чёткий ответ. Умелые руки Виктора действительно творили с ним нечто невообразимое.              – Мне кажется, в последнее время тебя что-то сильно тревожит, – аккуратно начал свою речь Виктор, переходя на шею и ключицы Джейса. Ну, разумеется, как Виктор с его умом и внимательностью мог пропустить такое большое количество мелких деталей, указывающих на нестабильное состояние партнёра. – Не хочешь поделиться со мной? Может быть, я смогу дать тебе совет или, по крайней мере, выслушать тебя.              – Прости, Вик, но не сейчас. Мне будет сложно объяснить тебе всё.              – Ох, я понимаю, – спокойно ответил Виктор, – В любом случае, если всё же решишь рассказать мне об этом, то я всегда рядом.              Джейс благодарно улыбнулся партнёру, склонившись в сторону прохладной ладони, которой Виктор накрыл его щёку.              – Я уже говорил, как сильно люблю тебя?              – Да, – расцвёл в счастливой улыбке Виктор, – Каждый день.              Некоторое время никто из них не произносил ни слова, наслаждаясь уютным молчанием. Джейс продолжал тереться о ладони Виктора, точно большая собака, дорвавшаяся до ласки дорогого хозяина. На его взгляд, ни одно из самых глубинных воспоминаний его двойника не могло сравниться в интимности с этим моментом полного единения душ.              – Но знаешь, мне всё же кажется, что тебе стоит высказаться, – поднял прежнюю тему Виктор, и ещё до того, как Джейс успел в очередной раз ему возразить, продолжил, – Если не со мной, то, может быть, у тебя получиться обсудить это с Вайолет?              Джейс поначалу хотел сразу же отмести эту идею, однако, пораскинув мозгами, пришёл к мнению, что она, в общем-то, неплоха. Пусть его знакомство с Вай было недолгим, однако она произвела на него впечатление надежного человека. Даже если он не сможет рассказать совсем всё, будет неплохо выслушать чужую точку зрения. В самом крайнем случае, он всегда может взять свои слова назад, списав всё на бредовый сон или полёт фантазии. С дотошным Виктором подобная стратегия точно не сработала бы, однако простодушная Вайолет наверняка поверила бы в его глупые оправдания.              – А знаешь, это отличная идея, – в конце концов, согласился Джейс.              – Хорошо. Тогда я пошлю весточку в «Последнюю каплю».