Chapter 3. "The Survivors' Camp"
26 апреля 2025 г., 09:04
От лица автора.
Дальнейшая дорога прошла тихо. Они ехали по длинной грунтовой дороге, которая шла немного вверх. Доехав к лагерю, Моралес сказал, чтобы Джинни и Рик шли знакомиться с остальными, но девочка все еще была не уверена. Она подождала, пока все не покинут грузовик, и только тогда решила заговорить с Риком.
— Мы останемся здесь? — спросила она.
— Я не знаю, — ответил тот.
— Если здесь не будет твоей семьи, ты пойдешь дальше, пока их не найдешь? Только не бросай меня, я при любом раскладе пойду с тобой. — Джинни вцепилась в руку Граймса, как бы ее не радовало присутствие выживших, но расставаться с мужчиной она не хотела. После её слов он кивнул.
— Не переживай, Джинни, я обещал что буду оберегать тебя и не брошу, — мужчина повернулся к ребенку, опустив на нее взгляд, он с благодарностью посмотрел ей в глаза и улыбнулся. — А теперь пошли и познакомимся с остальными.
Они вышли из машины, Джинни сразу же встала за Риком, не отпуская его руку, вцепившись мёртвой хваткой. Она была не из застенчивой, в школе часто была в центре внимания из-за характера и постоянного посещения её отца или кого-то из его коллег, они были военные, поэтому привлекали внимание. Девочка просто наблюдала, как разворачиваются события, и предпочитала не вмешиваться. Ребенок и полицейский некоторое время оставались около грузовика, пока остальные радостно были встречены своей семьей и друзьями. В голову Джинни стали лезть различные воспоминания, она поникла, едва сдерживаясь чтобы не расплакаться прямо там. Ей тоже хотелось подбежать к родителям и крепко обнять их, почувствовать тепло их тела и увидеть радостные улыбки. Она даже скучала по редкому ворчанию родителей, Рик это заметил и приобнял ребенка, стараясь как-то поддержать её, тут их окликнули.
— Эй, вертолетчик, — услышали они, как Моралес позвал их. — И девочка тоже. Идите, поздоровайтесь.
— Похоже, наш выход, — сказала Джинни и они медленно пошли к группе.
Валентайн все старалась быть как можно более незаметной, вдруг Рик замер на месте, а она следом за ним остановилась тоже. Девочка подняла глаза, чтобы посмотреть, что же заставило его остановиться. В нескольких метрах от них стояла женщина на коленях перед мальчиком, примерно её возраста, они поворачивают головы и даже с такого расстояния Джинни заметила их взгляд. Полный шока, неверия, который сменялся радостью. Мальчик первым подскочил и рванул в нашу сторону громко крича.
— Папа! — Секунда и Рик, с слезами на глазах падает на колени и крепко прижимает ребенка к себе, а после и подошедшую жену. Народ замер, наблюдая за этой радостной сценой воссоединения семьи. Джинни так и осталась в стороне, не желая нарушать столь радостный момент.
От лица Джинни.
— Я так волновался за вас! — Рик стоял и плакал от счастья, прижимая к себе жену и сына, он не хотел отпускать их, боясь, что это сон и они исчезнут. К их компании подходит высокий, хорошо слаженный мужчина, вероятно, это и есть тот самый Шейн? Друг и коллега Рика, мне не понравился его взгляд, словно он не был рад возвращению лучшего друга, но может быть я просто всё накручиваю и в каждом действие ищу подвох. Нужно быть спокойнее и верить в лучшее, может Шейн просто в шоке.
— Рад тебя видеть, приятель — произносит Уолш, положив руку на плечо друга. Рик выпускает из рук Лори и Карла, тут же обнимая лучшего друга.
— Шейн помог нам добраться сюда, без него у нас бы ничего не вышло. — подала голос Лори, всё еще не шокированная возвращение мужа. — Мы думали ты умер, но уже всё позади и ты здесь.
— Я в неоплатном долгу перед тобой, — после шериф посмотрел в мою сторону, махнув рукой позвал присоединиться к ним. Я сначала замялась, но направилась к Рику и его семье, встав по правую сторону от него, я осмотрела присутствующих, неловко улыбнувшись. — Это Джинни, я встретил её по пути в Атланту, она здорово мне помогла. Джинни, это Шейн, мой лучший друг, Лори моя жена и наш сын Карл, я рассказывал тебе о них.
— Приятно познакомиться, это Рик мне помог, если бы не он, я бы так и скиталась одна по дороге. — я слегка улыбнулась, посмотрев на семью Рика, после и на него самого. Мужчина потрепал меня по голове, на что его сын как-то странно посмотрел на меня, словно с ревностью, меня это развеселило и я показала ему язык.
После радостного воссоединения нам решили устроить экскурсию по лагерю и наконец познакомить с остальными людьми. Лагерь был не слишком большой, а выживших около двадцати в общем, я познакомилась с хорошими людьми.
— На крыше Дэйл, он дежурит, это его трейлер. Тот, который ест Джим, а рядом семья Пелетье, Эд, Кэрол и их дочь София. — представляет нас Шейн, так же показывая нам окрестности. Недалеко стоят две девушки, Андреа, с которой мы познакомились ещё в фургоне, а рядом, как я поняла, её сестра Эми. Шейн поворачивается и смотрит на меня, улыбнувшись. — У нас есть дети твоего возраста, вы подружитесь.
Я киваю Рику, понимая, что ему нужно это драгоценное время с семьёй после столь долгой разлуки. Она решает дать им возможность побыть наедине и восстановить отношения. С лёгкой улыбкой незаметно ускользаю от этой эмоциональной сцены, растворяясь в толпе выживших. Мне слишком хорошо известно, как важны семейные узы в этом суровом, беспощадном мире. Из-за апокалипсиса мне пришлось повзрослеть быстрее, чем большинству детей её возраста, и научиться быть самостоятельной и осторожной.
Уходя, я не могу не почувствовать укол зависти, видя воссоединившуюся семью Граймс. Задаюсь вопросом, каково было бы, если бы мои собственные родители были рядом, если бы я чувствовала такую безусловную любовь и поддержку. Но эти мысли быстро отходят на второй план, когда вспоминаю жестокую реальность — её собственная семья ушла, и теперь она одна. Внимательно слежу за тем, что происходит вокруг, и всегда готова к любым потенциальным угрозам или опасностям. Когда солнце начинает садиться, отбрасывая на небо зловещее оранжевое сияние, нахожу относительно тихое место на окраине поселения, около реки. Сажусь и подтягиваю колени к груди. Моя рука инстинктивно тянется к ножу, который я прячу в ботинке, — постоянному напоминанию о рисках, с которыми сталкиваюсь каждый день. Делаю глубокий вдох и на мгновение закрываю глаза, чтобы собраться с мыслями, слышу чьи-то шаги резко оборачиваюсь, это Дэйл, он приподнимает руки, улыбнувшись, спрашивает разрешения и садится рядом.
— Почему ты не с другими детьми, тебе не стоит быть здесь одной. — спрашивает старик, глядя на меня. Делаю паузу, обдумывая его вопрос. Почему я была здесь одна, вдали от других детей? По правде говоря, я всегда чувствовала себя немного не такой, как другие дети. Мне пришлось повзрослеть быстрее, стать более зрелой и самостоятельной. Когда вместо гулянок с друзьями после школы училась пользоваться огнестрельным оружием, когда всё свободное время проводила на военной базе отца либо в ЦКЗ, где работала мама. Игры и забавы детства теперь кажутся далёким воспоминанием.
— Наверное, я просто чувствую себя… старше остальных. Более опытной, — объясняю я, теребя нитку на шортах — Я не знаю, подхожу ли я им больше. У меня на уме другие вещи, понимаешь? Да и я думаю, что мы не сможем найти общий язык. Я хочу побыть одна.
Дейл кивает, понимая, что мне нужно побыть одной. Он сидит рядом, соблюдая почтительную дистанцию, чтобы не вторгаться в личное пространство.
— Я понимаю, Джинни. Иногда приятно побыть наедине с собой, особенно в таком месте, — мягко говорит Дейл. — Но тебе не следует быть здесь одной. Это небезопасно, даже если ты неплохо владеешь оружием. Ты все еще ребёнок.
Он смотрит на мой ботинок, в котором спрятан нож для самозащиты. Дейл знает, что я способна постоять за себя, но он также беспокоится о безопасности, как и Рик, и другие жители общины. Это видно даже не вооруженным взглядом.
— Почему бы тебе не потусовать со мной? Вроде так выражается нынешняя молодежь. Мы можем вместе исследовать окрестности, может быть, даже найдём какие-нибудь крутые места, которых ты раньше не видела, — предлагает Дейл, надеясь уговорить меня присоединиться к ним. — Мы здесь заботимся друг о друге, Джинни. Дело уже не только в том, чтобы быть сильной самой. Иногда можно позволить другим помочь тебе, попробуй пообщаться с детьми — мягко говорит он, успокаивающе кладя руку мне на плечо, после чего решает встать и вернуться к своему трейлеру.
Я же посидела на берегу еще немного и всё же решаю пойти попробовать пообщаться с другими детьми, например с Софией, она показалась мне довольно дружелюбной.
От третьего лица.
— Привет, я Джинни. — начинает разговор Валентайн, подходя к девочке, её мать, Кэрол улыбается и решает оставить их вдвоём.
София поднимает взгляд на звук голоса, и её карие глаза слегка расширяются, когда она видит рыжеволосую девочку с тёплой улыбкой. Она чувствует лёгкое любопытство и интерес, а также намёк на зависть из-за очевидной непринуждённости и уверенности Джинни.
— Привет, я София, — мягко отвечает она, неуверенно улыбаясь в ответ на улыбку Джинни. Блондинка немного неловко теребит подол своей футболки, всё ещё не чувствуя себя в своей тарелке в этой новой обстановке. Рыжеволосая старается улыбаться и вести себя непринужденнее, она переминает с ноги на ногу, неловко теребя нитку на шортах.
— Я раньше тебя здесь не видела. Ты только что приехала? — спрашивает София, надеясь узнать больше о Джинни. Она всегда была немного застенчивой, но природное любопытство часто берёт верх над её нерешительностью.
Пока они разговаривают, Дейл с улыбкой наблюдает за их общением, радуясь, что Джинни старается наладить контакт с другими детьми. Он понимает, что ей нелегко, учитывая всё, через что ей пришлось пройти, но её готовность попробовать — хороший знак. Возможно, София и другие дети не до конца понимают Джинни или глубину её переживаний, но Дейл надеется, что, наладив эти связи, она сможет почувствовать себя частью их сообщества и получить поддержку.
— Я приехала совсем недавно с Риком и остальными, — отвечает девочка, садясь рядом на бревно. — Рада видеть детей моего возраста, ну или хотя бы приблизительно моего, хотя Карл кажется совсем ребенком.
— А сколько тебе лет? Мне 12, Карлу 11, хотя выглядит младше. — Пелетье улыбнулась, не сводя взгляда со своей новой знакомой.
— Получается я старше вас, мне 13, недавно исполнилось. — этот факт немного обрадовал Джинни, хотя она чувствовала, что в душе ей намного больше.
Так они проболтали до самого вечера, каждый раз находя новые темы для разговора, Кэрол была рада за дочь, которая с появлением новенькой стала более разговорчивой, чем до этого, ведь даже с Карлом София не так хорошо болтала. Когда солнце начало садиться, заливая окрестности тёплым оранжевым светом, Джинни почувствовала, что у неё появилось ощущение связи и товарищества с Софией. Они провели большую часть дня, разговаривая и узнавая друг друга, открывая для себя общие интересы и опыт. Хоть София была и младше всего на год, казалось, словно она была младше на несколько лет, в отличии от неё самой младшая Пелетье вела себя на свой возраст и была ребенком, каким и должна. Джинни не могла не испытывать чувство защиты по отношению к девочке, ей хотелось присматривать за ней и помочь ей чувствовать себя более комфортно в обществе. Что касается Карла, то Джинни не могла не восхищаться его энергичным и любознательным характером. В свои 11 лет он был полон жизни, и это было заразительно, даже если временами его энтузиазм был немного чрезмерным. Джинни поймала себя на том, что улыбается чаще, чем когда-либо, наблюдая за тем, как мальчик старается помогать им и присматривать. В течение дня Валентайн также мельком видела Рика и его жену Лори, и даже на расстоянии было заметно, как сильно они любят друг друга. Это вызвало у неё горько-сладкую боль в груди, напомнив ей о семье, которую она потеряла. Девочки сидят на поваленном бревне в центре поселения, склонив головы друг к другу, хихикают и шепчутся о своих любимых темах для разговоров. Это был момент чистой, неподдельной детской радости, и он согрел сердце Джинни так, как она не чувствовала уже очень давно, она снова смогла почувствовать себя ребенком.
