Возлюбленный мистера Шута

Серый туман мягко объял исповедальню, не забираясь внутрь, но всё время находясь рядом, словно тысячи ушей прислушивались к происходящему внутри, но не смели заглянуть и помешать. В одной комнате сидела девушка в роскошном платье, подчёркивающим её фигуру, золотистые локоны спадали ей на плечи, а улыбка на губах была заразительной. В другой же расположился под стать ей, такой же красивый мужчина с мягкими зелёными глазами, в них искрилось веселье, а длинные чёрные волосы ласкали его шею и касались ключиц. Прошёл месяц или два, как Леонард странным образом попал на психологические консультации к Справедливости, Одри. Для девушки это было такой же неожиданностью, как и для него. Но благодаря регулярному оказанию помощи Потустороннему 5-й последовательности, она уже почти переварила своё зелье Гипнотизёра. И роль в этом сыграл хозяин их тайного собрания, Шут. Во время одной из встреч Клуба Таро, Он отгородил себя и Звезду, Леонарда, и спросил его, что тот думает о пользе проверки своего ментального здоровья у психолога, но в ответ получил лишь активное качание головой. В конце концов, не был Леонард слабой духом барышней, чтобы чувствовать грусть и усталость, что в современном обществе прозвали «депрессией» или иные проблемы, поэтому и не знал толком ничего об этом, в отличие от Справедливости… «Ваша Богиня задумалась о том, чтобы снизить риск потери контроля у Потусторонних Её церкви». Услышав, что это инициатива Богини Вечной Ночи, Леонард понимающе кивнул. Всё крайне логично, у Красных Перчаток была высокая психологическая нагрузка из-за постоянных путешествий и отсутствия чётко прописанных дней отдыха, а за вратами есть множество артефактов, полученных от тех, кто потерял контроль. А раз он уже был знаком с одним из Зрителей и являлся представителем церкви на собраниях, то почему бы ему не быть первым из испытуемых? Правда, спустя два месяца никакими психологами и не пахло, а Красные Перчатки и Ночные Ястребы по-прежнему молились Богине об успокоении своих душ. Но уже привыкнув к беседам со Справедливостью, Леонард не стал от них отказываться, чувствуя, как действительно стал спокойнее, а головная боль реже настигала его во время работы. — … порой я задумываюсь о том, что делала бы, родись я не в Лоэне, а в Забытых Богом Землях? В последнее время я всё чаще встречаю студентов, что начали учёбу, благодаря стипендиальному фонду. Совсем юные, а в глазах столько зрелости. Они напоминают мне о Солнышке, он столь молод, но уже держит в руках оружие. Одри не боялась, что раскроет свою личность. Наоборот, она время от времен намекала Клубу Таро кем является, наверняка Мир и Висельник уже догадались. К тому же, она предпочитала соблюдать равенство во время своих психологических консультаций, чтобы клиент чувствовал себя комфортнее, и раз ей было известно о том, что Звезда — официальный Потусторонний церкви Богини Вечной Ночи, нужно было тоже раскрыть небольшую часть информации о себе. — Кстати, я давно хотел спросить, — Одри почувствовала, как в голосе за перегородкой промелькнули сомнение и неуверенность. Как Зритель, она была заинтригована. Ей хотелось скорее понять, почему Леонард мешкался, — насчёт наших кодовых имён. Почему лишь мистера Солнце называют так ласково? Он даже выше меня… «Мистер Звезда такой милый временами», — Одри мысленно себя отдёрнула. Было странно так думать о взрослом мужчине. Спрятав смешинку в своём голосе, она объяснила всё ровным тоном, будто рассказывала о каком-то психологическом термине, когда Леонард испытывал любопытство к её науке, в основном для повышения эффективности допросов в церкви. — Это было на одном из первых собраний, я думаю? Тогда мистер Шут говорил намного чаще, направляя нас. Именно тогда Он обратился к мистеру Солнце как Солнышко и это прижилось само собой. — Мистер Шут значит, — пробормотал Леонард себе под нос. Ещё немного поговорив, делясь о совершенно будничных делах, словно были старыми друзьями, они закончили психологическую сессию на прощании и над серым туманом вновь воцарилась тишина, забирающаяся в каждый уголок пространства, а за бронзовым столом появилась фигура мужчины с таинственной улыбкой на губах…

***

После того инцидента во время его первого собрания в Клубе Таро, когда Леонард то ли опозорился перед всеми, то ли заручился некоторым уважением из-за того, что сам Шут выделил его, ему пришлось кардинально изменить свою рутинную жизнь, которая крутилась вокруг работы. Теперь он на регулярной основе посещал не только консультации Справедливости, но и встречался с Шутом, обучаясь у Него различным древним языкам или углубленным познаниям в мистицизме, а иногда распивая чай с печеньем, пробуя странную острую еду или играя в незнакомые ему игры. Можно сказать, это было его платой за Слово Моря, которое Шут приобрёл ему, как своему возлюбленному, а потом, после расставания, как скупой бывший муж, заставил отрабатывать. Держа в своих руках то, что называли «приставка», Леонард с самоуверенной улыбкой на лице нажимал на кнопки, быстро перемещаясь в игре, в которой ему не было равных! По истечению времени, он доложил Шуту во главе стола: — У меня 2000 очков обустроенности, — его глаза сияли решимостью, а на лице появился румянец возбуждения, когда он показал свой дом в Animal Crossing. Посмотрев на экран приставки, Шут, не теряя спокойствия в интонации, сказал: — Невероятно, ты додумался заставить свой дом ширмами. — На войне все средства хороши. Если честно, Леонард не любил те игры, которые Шут называл шутерами или командными, он был слишком медлителен для них, не успевая нажимать на кнопки. Но вот такие спокойные, как Animal Crossing, очень расслабляли. Правда, декорировать дом или свой остров ему не нравилось, там всегда царил творческих беспорядок, но вот рыбачить, путешествовать и заниматься прочими активностями ему пришлось по вкусу. Порой, когда его команда проваливалась или устраивала беспорядок, и ему приходилось оставаться сверхурочно и писать объяснительную или выслушивать назидательную речь одного из архидьяконов, на его рабочем месте волшебным образом появлялась приставка. Леонард закидывал ноги на стол и включал игру, гуляя там по ночному лесу под приятную мелодию, рыбача… И спустя некоторое время приставка в его руках исчезала, и он возвращался в прошлое, чувствуя себя ребёнком, у которого взрослый отбирал игрушку. И он был горд тем, что придумал способ, как в своей любимой игре обыграть Бога. Шут же мысленно качал головой и вздыхал. «Сяо Тао опять научил его странным фразам? И вообще, этот метод с ширмами был придуман ещё в до-эпоху…» Хотя, справедливости ради, приставки тоже были только в ту Эпоху. Не став расстраивать свою Звезду этим открытием, Он просто смирился со своим проигрышем. — Победа за тобой. В зелёных глазах плескалось такое счастье, что его трудно было описать словами. Чем-то своей искренностью Леонард напоминал Одри. Наблюдая за тем, как он быстро перевёл взгляд на приставку и начал возвращать свой дом к прежнему состоянию, по памяти расставляя мебель, Шут спросил: — Разве тебя не интересует только рыбалка и собирание ракушек? — Да, — отозвалась Красная перчатка, не отрываясь от экрана. Только он мог так поступать в присутствии Бога. — Но я обещал поиграть вместе с мисс Аманисес. Если она увидит мой дом таким, снова отругает. «Вечная Ночь тоже не жалеет этого ребёнка. Как хорошо, что у него есть я». Клейн мог бы с уверенностью заявить, что больше всех над Леонардом издевался именно сам Шут. Но другие Боги, нашедшие себе питомца в лице наивного Потустороннего средней последовательности, тоже не отставали. Когда Вечная Ночь пришла в Замок Сефиры, чтобы вытащить из исторической пустоты приставку и поиграть по сети, Она не ожидала встретить своего последователя. Пришлось сказать, что это всего лишь один из Его друзей, совершенно не имевший отношения к Богам… Увидев сомнение на лице Красной перчатки с хорошей интуицией, Он просто сказал тогда: «Ты ведь знаешь, что Боги не имеют человеческой формы? Я могу поддерживать такой облик из-за своих способностей». Это была наглая ложь, и император Розелла, которого сделали специальным исключением в этой теории, был тому доказательством. В тот раз Богиня не знала, куда деть свои лапы демонического волка, которые ясно указывали на Её Потусторонний Путь, а также аксессуары на одежде, отражающие символику звёздного неба. Но Её последователь слишком верил всему, что говорит Шут, Бог Обмана, и небольшого происшествия удалось избежать. Леонард закончил, и приставки исчезли в густом сером тумане. — Так каково твоё желание? Откинувшись на спинку кресла и сложив руки у лица, Шут уже примерно представлял, чего же от Него хотят. Но по какой-то причудливой причине, Ему хотелось, чтобы Леонард сам это озвучил. Интуитивно осознающий, что игра, где он хорош, сегодня была выбрана специально, Красная Перчатка решила, что Бог давал своё молчаливое согласие на его любопытство, поэтому не мешкал. — Мне интересно, почему мистер Солнце единственный, кто имеет прозвище. — Так его называет мистер Мир, — тут же ответил Шут, словно уже ждал. — Это его собрание, поэтому я называю вас так же, как и он. «О, давать такие милые прозвища. Не ожидал, что Клейн так делает». Немного удивившись такой привычке своего обычно собранного и немного строгого бывшего коллеги, Леонард принял этот ответ с лёгкостью. Теперь у него появился интерес к тому, чтобы узнать, как называет Клейн его у него за спиной. Наверняка какое-то ругательство. Но всё же сейчас Леонард преследовал иную цель. Отведя взгляд своих нежно-зелёных глаз в сторону, он немного замялся и спросил: — А что… Вы думаете о прозвищах? «Очаровательный». Немного понаблюдав за тем, как Его Звезда пытается выглядеть расслабленным, елозя на своём кресле и рассматривая вытянутые ввысь древние колонны или трещины на бронзовом столе, Он улыбнулся, сдерживая смех. Его голова легла на руку, когда по залу разнёсся непринуждённый голос. — Это весело. Можем и тебе придумать одно, — крайне вдохновлённый этой идеей, Шут тут же предложил. — Звёздочка? Услышав это обращение, Леонард тут же почувствовал к нему отторжение. Звучало так, будто он ребёнок, как и Деррик, хотя в действительно один из старших членов Клуба Таро. Да и обратись к нему так ненароком Бог на собрании, не поставит ли это его в ещё более неловкое положение? В задумчивости потерев подбородок, Шут чуть не прыснул от того, что Ему пришло в голову. Он ещё раз окинул взглядом Леонарда, его глаза - лучащиеся любопытством, точно вспыхивающие на небе звёзды, и лежащие под руками листы бумаги с перьевой ручкой, что были временно отложены ради игры. Это кое-что напоминало… Вдруг Он выдал: — Сумеречная Искорка, разве не хорошо звучит? Леонард непонимающе поморгал. Мысленно он повторял снова и снова это прозвище, но так и не смог понять, как оно было придумано. Ну, было бы странно, пойми кто-то вроде него мысли Божьи. Когда Леонард уже собирался, как и обычно, спросить о том, что это значит, серый туман быстрее заскользил по полу. Казалось, это ветер пробежал по огромному залу, и лишь после этого его ушей коснулся громкий стук, разносящийся меж колонн, как эхо. Немного удручённый тем, что Его очень важное развлечение прервали, Шут бросил краткий взгляд на Леонарда и решил, что никаких проблем возникнуть не должно. Он позволил гостю войти, и в нескольких сидениях от Красной Перчатки появился алый силуэт, освещая царящий вокруг полумрак. Это был мужчина в тёмных доспехах, с плеч спадал белый плащ, сотканный из меха, вместе с короной на голове весь его вид казался благородным. Каштановые волосы слегка вились, а голубые глаза, что обратились во главу стола, напоминали две глубокие бездны, этот человек вызывал желание подчиниться ему и следовать за ним в любой уголок мира, по дороге напевая восхваляющие Его славу песни. Леонард поднялся из-за стола и поприветствовал Его: — Добрый день, император Розелла. Как настоящий правитель, Он показал рукой сесть. Изначально Розелла планировал навестить своего старого друга и старшего товарища по перемещению в этот мир и задать парочку вопросов, но завидев, что здесь была забавная Красная Перчатка, что с абсолютно серьёзным лицом повторял за Ним мемы про волков, Он не смог удержаться и полюбопытствовал: — И чем вы тут занимаетесь? Что-то интересное? Прежде чем Шут успел вставить хоть слово, Леонард обернулся к императору и с возбуждённым выражением лица стал пересказывать события последних нескольких минут. — Я спросил мистера Шута, что Он думает о прозвищах, и Тот решил придумать мне одно. Сумеречная Искорка, разве не благородно звучит? В голове тут же один за другим вспыхивали поэтические образы, например, зашедшее за горизонт солнце, что только собирается уступить место алой луне, но ещё сопротивляется, оставляя проблески света. Уже разделившееся на тёмное и светлое небесное полотно и звёзды на нём, что ждали восхождения месяца, прокладывая ему путь. Или загадочные члены Ордена Сумеречного Отшельника, что при свете звёзд проводят свои эксперименты или погружаются в знания мистицизма… Но лишь Леонард имел подобный одухотворённый настрой. Только заслышав это имя, Розелла стёр с себя всю серьзёность, Его кулак ударил по столу раз, затем второй, а сам Он склонился над ним, громко хохоча. Его голос разносился по залу, отражаясь от колонн. — А-ха-ха… Шут, как ты… А-ха-ха-ха, — немного успокоившись, император откинулся на спинку сидения и, не прекращая смеяться, обратился к Богу во главе стола. — Нет, почему именно Искорка? Как по мне, Рарити больше подходит. Попытавшись намотать пряди своих каштановых волос на палец, Розелла поиграл бровями и бросил взгляд на Леонарда. Он намекал на красоту Красной Перчатки, что могла бы сравниться с Демонессой, а также искреннюю привязанность к Шуту и его щупальцам, такую же, какую эта очарованная драгоценностями пони проявляла к дракону Спайку. Немного пораздумав над этим, Шут всё же выдал: — Но это не связано со звёздами. — Тогда спросим у Вечной Ночи. Она же из Европы, Она должна лучше знать этот мультфильм. Да и он Её последователь, — Розелла указал на Леонарда, не понимающего ничего из того, что Они говорят, кроме отдельных фраз. — Звучит разумно, — согласился Шут. Он протянул руку в бок, и серый туман расступился, открывая вид на сложенные друг на друга артефакты. Не только Леонард, даже Розелла широко распахнул глаза, когда увидел среди них даже те, что носили 0-й класс, но валялись так, словно были не ценнее вырезанных бумажных человечков, лежащих на них. Узорчатое зеркало поднялось в воздух и приземлилось прямо в руку Шута, Тот положил его на бронзовый стол и потыкал несколько раз указательным пальцем. — Арродес. На зеркальной поверхности появился смайлик и махающие ладошки. Это было таким причудливым зрелищем, что император не удержался: — Ты что, создал современный телефон? Но Его слова были проигнорированы. Шут читал появившийся после приветствия на зеркале текст. [ Великий мастер, зачем Вам понадобился этот скромный слуга в этот раз? ] — Позвони Вечной Ночи. [ Я направлю запрос в Реку Вечной Тьмы ^^~ ] Прошлое всего пару секунд, как зеркальная поверхность покрылась тьмой, она была такой глубокой, что Шут больше не отражался. Необыкновенное спокойствие коснулось всех присутствующих, будто они попали в объятия матери после долгого и тяжёлого дня и прикрыли глаза, желая вот так заснуть, в безопасности под успокаивающую мелодию. Молящемуся в церкви Леонарду это чувство было знакомым, и он удержался от того, чтобы подпрыгнуть и поприветствовать свою Богиню, когда из зеркала послышался спокойный и мягкий голос зрелой женщины. [ Что ты хотел, Шут? ] Но вместо него ответил Розелла. Отреагировав на Его голос, Арродес тут же повернулся к Нему, являя Богине на другом конце. — Мы тут с Шутом обсуждаем, какой из персонажей «Мой маленький пони» больше подходит твоему последователю. Он считает, что Искорка, но Я уверен, что это Рарити! — гордо провозгласил император, будто выступал перед министрами. — А ты что думаешь? Тьма в зеркальной поверхности долгое время молчала. Ответа так и не прозвучало, когда Вечная Ночь резко оборвала связь, и Арродес вернулся обратно к Шуту. Тот долгое время всматривался в зеркальную гладь, что оставалась так же чиста, как у обычного зеркала. — А, она сбросила? — недовольно воскликнул Розелла. — Ну что за женщина, можно вытащить чопорную начальницу из офиса, но она всё такой же и останется! Только Он закончил свою пламенную речь, на зеркальной поверхности появился текст. [ Шайнинг Армор. ] Розелла и Шут переглянулись. Они понятия не имели кто это, но на их губах появилась странная улыбка, когда Вечная Ночь всё же отправила свой ответ. Будто какая-то шалость удалась. Наблюдающий же за ними всё это время Леонард чувствовал, что было здесь что-то не так и в этом прозвище Сумеречная Искорка не было ничего из того, что он себе вообразил, наоборот, для остальных оно казалось смешным. Нахмурив свои брови, он сказал: — Мне не нравится это прозвище… Шут уже махнул рукой, переместив Арродеса назад, после того как попрощался с ним. Вскинув свою голову на внезапно заговорившую Красную Перчатку, Он тут же отправил взгляд Розелле, даже сквозь серый туман читалось недовольство, будто только император был виноват в том, что причина для веселья исчезла. Но скрыв это, Он как ни в чём не бывало ответил: — Хорошо. В зале воцарилась тишина, она продлилась всего несколько секунд, но по телу Розеллы побежали мурашки. И Он, и Вечная Ночь отлично знали, насколько очарован был Шут этой красивой и забавной Красной Перчаткой, и если есть хоть намёк на то, что Они его обидят во время посиделок, можно не рассчитывать на то, что в ближайшее время удача повернётся к Ним лицом. Сглотнув, император расхохотался и спросил: — Ха-ха, не будем об этом. Похоже, Шут снова чему-то тебя учил? Спроси Его как-нибудь о Демонессах, о прекрасные создания, Он очень хорошо с ними знаком. Не удержавшись, словно следовал Пути Охотника и не мог не поддеть человека перед собой, Розелла намекнул на насыщенную жизнь Шута в прошлом. В действительности, Тот точно не знал, имел ли Он близкие связи с Демонессами, но прожив столько лет, можно ли было не вкусить этого сладкого плода? Разбирающийся во всех сортах женщин и даже бывших мужчин, император мог сказать, что нет! Реакция же Леонарда была спокойной. — Мистер Шут сказал, что мне пока рано углубляться в изучение секты Демонесс, — с абсолютно невинным лицом он ответил Розелле, а затем взял лежащие рядом листы и ручку. Под его рукой один за другим стали вырисовываться китайские иероглифы, и глаза императора распахнули в шоке. — Но говоря об этом. Император Розелла, что значит Ваша фраза «Вкус Демонессы неплох»? Эти символы имеют так много значений, возможно я неправильно перевёл. Лицо Розеллы сделалось бледным. Он посмотрел на Шута, что с загадочной улыбкой наблюдал за их разговором, но как Его старый друг и знающий подлинную натуру Бога перед ним человек Он точно мог сказать, что тот глубоко в душе насмехается! Чувствуя страх перед тем, что Его дневник с большим количество компромата прочтут другие, нет, прочёт его дорогая Бернадетт, Он осторожно спросил: — Ты… собираешься расшифровывать мой дневник для церкви своей Богини? — Там очень важные сведения. Мистер Шут сказал, что намного полезнее, если не Он расскажет их, а я сам смогу перевести необходимое, — Леонард кивнул, а Розелла задрожал от ужаса и гнева. — Как капитан Красных перчаток, я не могу ничего утаивать. Подпрыгнув со своего места ещё до конца этой речи, Розелла вскинул руку в сторону места во главе стола и взревел. — Чёртов Провидец! Я называл тебя другом, а ты… Его речь прервалась в тот момент, когда тело объяло алое сияние и фигура растворилась в сером тумане, разлетаясь на множество осколков. Но эхо яростного голоса всё ещё отражалось от колонн зала, разлетаясь дальше. Леонард был крайне шокирован такой реакцией, но тут же осознал, что в дневнике было что-то не очень хорошее, какие-то сведения против императора, Шут же продолжал улыбаться. Он не думал, что та фраза, которой Он научил Его Звезду, так скоро повеселит. С обеспокоенным лицом Леонард обернулся к Нему. Он всё ещё был Потусторонним 5-й последовательности, пусть его и укрывал серый туман, тело всё ещё сковывал ужас от этого крика, принадлежащего Богу. Но, помимо этого, он беспокоился о психологическом состоянии императора Розеллы, которое, судя по намёкам Шута и общему положению Его в мире, оставляло желать лучшего. — Потом я скажу Ему, что даю тебе лишь выборочные страницы. — Не нужно, — Красная Перчатка покачала головой, прекрасно зная, что Шут отложил бы это дело на пару месяцев, если не лет. — Я зачитаю Его почётное имя и сообщу лично. Всё же в этом тоже есть моя вина. Не желая больше касаться сегодня китайских иероглифов, чувствуя остаточное смятение, он отложил листы бумаги. Лишь тогда Леонард заметил, что Шут сохранял молчание, так ничего и не ответив. Воцарившаяся тишина, в которой, казалось, всё ещё можно было услышать яростный крик, пугала, и он обернулся во главу стола. Мягкое щупальца приземлилось к нему на плечо, а нежный голос, в котором не было таких чувств, влился в уши. — Помнишь, чему я тебя учил? Удивлённо распахнув глаза, Леонард кое-что вспомнил и, почти не раздумывая, растерянно пробормотал: — Нельзя молиться опасным высшим сущностях, кроме Богини и Вас, — Духовный Червь поднялся к его голове и потрепал по пушистым волосам, будто родитель хвалил своего ребёнка, — потому что можно умереть в процессе или получить заражение… — Верно. Помни об этом. Полупрозрачное щупальце, покрытое таинственными символами, более сложными иероглифами, чем Красная Перчатка изучала, вернулось обратно в тело Бога, сливаясь с ним. Шут продолжал смотреть на него с улыбкой, и это слишком напомнило ему о настоятельницах приюта, что следили за его учёбой. Вновь взяв в руки перьевую ручку, Леонард отложил китайский и решил упорядочить некоторые знания о мистицизме, которые получил сегодня, с тем, что знал. Он бормотал себе под нос: — Моя муза… Моё звёздное небо, нет, это во власти Богини… Таинственный туман?.. Это вообще не прозвище… Ему было не интересно, будет ли звать его Шут так же ласково, как Деррика. В любом случае для Бога, особенно для того, кто примерил множество имён, прозвища не имели значения. Но вот ему хотелось быть тем единственным или входить в узкое число людей, которые могли назвать Его по-особенному… Наблюдающий за ним Шут слушал все эти нелепые имена, а мысли Его плыли примерно в том же направлении. «Моя Звезда… Забавная Звёздочка… Указывающая путь Звезда…» Он перебирал в своей голове различные прозвища, не останавливаясь ни на одном. Все они были какими-то обычными или не подходили темпераменту его Звезды. Откинувшись на спинку кресла Шут о чём-то задумался. Имя… Из этого может получиться кое-то интересное.

***

Время клонилось к обеду, горничные накрывали на стол, пока хозяева поместья заканчивали свои дела, уже крайне утомлённые. Обыкновенно Одри пользовалась этим временем, чтобы притвориться спящей и не дать кому-то, в том числе и Сьюзи, заметить закономерность её посещения собраний Клуба Таро по понедельникам в 3 часа. Но сейчас, в это же время, она давала психологические консультации Звезде. Уже сказав личным горничным, чтобы не беспокоили её до тех пор, пока не накроют на стол, и наказав Сьюзи сидеть у двери и наблюдать, чтобы никто не вошёл, девушка поправила своё платье и помолилась: — Шут, не из этой эпохи… Скажите мистеру Звезде, что я готова. Было немного неловко каждый раз заставлять Бога создавать им условия для проведения сессий, но лучшего варианта не было. К тому же, как Зритель 6-й последовательности, Одри подозревала, что Он относился достаточно благосклонно к Леонарду, чтобы отвечать на эти запросы без раздражения. Когда девушка уже собиралась лечь на кровати и подготовиться к перемещению в древний зал, её ног коснулся прохладный серый туман. Только она обратила на это внимание, её зрение заволокло серым, вдали от неё высился трон с высеченным на спинке глазом без зрачка, символизирующего Тайну и Изменение. На нём восседал мужчина в костюме и цилиндре, его улыбка была нежна. — Теперь Вы можете обратиться к мистеру Звезде напрямую. Просто произнесите его Почётное имя. Видение тут же растворилось, а вместе с ним голову Одри наполнили слова, что складывались в молитву. Зелёные глаза широко распахнулись от шока, а её нижняя губа задёргалась. Почётное имя… Разве это не для кого-то уровня святого, Ангела или даже Бога?.. Но стоило ещё раз про себя повторить появившиеся в голове слова, девушка почувствовала ещё большее смятение. Но вместе с этим и пришло некоторое спокойствие. Забавная Красная Перчатка; Сосредоточение красоты и очарования; Звезда мистера Шута. Это было не настоящее Почётное имя, а Леонард не достиг одной из высших последовательностей. Просто их Бог… снова что-то придумал. Одри не была уверена, что это хоть как-то было связано с подводными течениями Бэклунда. Проведя небольшой анализ, она пришла к тому, что Леонард был связан с церковью Богини Вечной Ночи, с которой, по словам Шута, Его связывали особые отношения. Да и многие операции Мир планирует вместе с ним. Вполне возможно, что Звезда — представитель Богини в их Клубе Таро. А может, и Её блаженный? Прикрыв лицо от возбуждения, Одри не могла скрыть блеска в своих глазах. Если это правда, то их небольшое собрание постепенно превращалось в организацию, что собрала в себе блаженных двух Богов! Покачав головой, девушка остудила свою голову. Было ещё рано делать выводы. Но как Зритель, она не могла не ощутить предвкушения от того, как разворачивались события… Тем временем Шут наблюдал за двумя алыми звёздами перед собой, представляющие Справедливость и Звезду. Постукивая пальцами по подбородку, Он был крайне удовлетворён тем, что вспомнил о некоторых трюках из прошлого. Например, соединить Замок Сефиры и Почётное имя, тогда и 5-я последовательно сможет отвечать на молитвы, конечно, через Шута. Вроде бы почти ничего не поменялось, но Он был рад.