Coming down

⋆ 6 ⋆ 22 ⋆

      +1 *** *** ****: скажи мне честно с хуя тебе приспичило съебать резко со своим дружком сучонком ёбаный в рот              +1 *** *** ****: что тебе в этот раз не понравилось? расскажи. я ждал что ты сделаешь это но ты явно зассал              +1 *** *** ****: я был честен с тобой когда сказал что люблю тебя. ты ведь этого хотел разве нет?              +1 *** *** ****: ты же об этом блядь нылся и я был нормальным блядь как ты и хотел              +1 *** *** ****: ответь уже на звонок блядь трус ёбаный не доводи меня              +1 *** *** ****: сука аарон я тебя ненавижу              +1 *** *** ****: где ты блядь шляешься              +1 *** *** ****: прекрати делать вид что тебя нет в квартире              +1 *** *** ****: как же ты меня бесишь сука последняя              Аарон неотрывно глядел на сообщения от Генри, которые тот отправил шестого июля и которые увидел Кевин. Он перечитывал их вновь и вновь, внимательно всматриваясь в каждую букву и слово, представляя, о чём мог подумать Кевин, когда прочёл всё это дерьмо. Спустя тридцать минут, в четыре часа ночи Генри написал ещё раз.              +1 *** *** ****: куда ты пошёл солнце? я заберу тебя. давай просто поговорим пожалуйста. ты ведь там, да?              +1 *** *** ****: пожалуйста возвращайся ко мне              +1 *** *** ****: солнце открой дверь              +1 *** *** ****: я люблю тебя              +1 *** *** ****: прости меня              +1 *** *** ****: умоляю              +1 *** *** ****: аарон?              Сейчас он ставил себя на место Кевина и крыл того всеми возможными матерными словами, понимая, что тот притворялся его другом из жалости к нему. Отчего-то он чувствовал себя обманутым, пусть изо всех сил и не позволял себе сильно привязываться к семье Дэев. Но всё равно. Аарон пытался не додумывать за Кевина — и получалось не очень хорошо. Вчера он ушёл так скоро, как смог, придумав самую нелепую причину. Кевин был молчалив, но больше не лез к нему. Зато Исаак казался странным, когда они зашли вместе.              И это наталкивало на всякие разные мысли, подтверждение которым он всё равно не мог найти. Сейчас, ощущая, как второй пакетик пыли мешался с кровью и текилой, у Аарона совсем разыгралось воображение. Днём в парке он дождался, пока рядом с ним на скамейку подсядет Дэйв. Причин нервничать не было, но как-то невольно Аарон окунался в тот миг, когда проснулся в кровати Кевина, обнимая его и вдыхая его запах. В этот раз он, хотя и был уверен, что до такого не дойдёт, всё же колебался… стоит ли?              Однако позже одёргивал себя, понимая, что без необходимой дозы он начнёт скорее лезть на стены. Дэйв протянул ладонь для рукопожатия, и Аарон ответил ему, забирая одним незаметным движением несколько пакетиков пыли. Свои деньги Дэйв получил и почти сразу встал, но затем обернулся и спросил, не сдох ли Генри, случаем, от передоза, ведь того давно не видно. Аарон в тот миг окаменел от удивления и, кое-как взяв себя в руки, процедил злобно, с хуя ли он вообще должен знать. На лице Дэйва растянулась усмешка, как будто приправленная снисхождением и презрением.              Тот сказал резко: «Ну как же так? Я думал, ты его сучка и всё должен знать о нём». Ударить Дэйва хотелось так сильно, что сжатые челюсти норовили раскрошиться, но Аарон держал себя в руках, понимая, что этот бой в любом случае будет неравным. Он лишь встал и ушёл в противоположную сторону, желая на ходу съесть пыль. Попав только ночью в свою квартиру, Аарон первым делом закрыл все двери и спрятал ключи в разные места — так же, как и острые предметы.              Он напился довольно быстро, но растягивал получение прихода, будто бы проверяя свою выдержку. И стоило скачущим мыслям перетечь к Генри, как он с размытым сознанием и уже дрожащими руками раскрывал первый пакетик. Начавшие отягощать душу отношения с Жаном толкнули его вскоре раскрыть второй пакетик. Всё стиралось. Чистый кайф прокатывался по затылку мелкими каплями пота и стремительно засыхал в солоноватый вкус. Он слишком ярко представил, как Жан вылизывает его и ловит красочный приход.              И от лёгкой потери рассудка Аарон наконец расслабился, леветируя сквозь сине-неоновые космические планеты, не чувствуя удары каменных колец и захлёбываясь межзвёздной пустотой. Там, в глубине его расщепляющегося сердца, давление стремилось к нулю, разрывая его изнутри. А кровь распадалась на светящиеся частицы в смертоносном взрыве ослепительных протуберанцев, обжигая в последний раз и даруя свободу. Аарон видел себя со стороны и чувствовал всё.              Он был переполнен этим, словно сам стал сверхновой и добровольно разлетелся по безжизненной орбите. Когда третий пакетик был принят, он подумал о последнем разговоре с Кевином. Но в молчаливом вакууме не было никакого тепла, запаха и ярости — Аарон лишь пьяно улыбался, желая в самом деле исчезнуть. Жгучее возбуждение от наркотиков смешивалось с непонятным чувством, что тревожило и немного пугало. Был ли это Кевин? Нет, нет. Тогда Жан?              — Жа-а-ан… — прошептал он и до боли прикусил губу, вжимаясь спиной в старый голый матрац.              Вечность прошла, Аарона начало отпускать. Потолок не радовал своей идеальностью. Где сейчас его фосфорные звёзды? Живот сковывался спазмами, от которых он измученно постанывал. Аарон несколько лет переводил взгляд к окну. Он не понимал, почему в этой блядской квартире было так темно и холодно. И не понимал, будет ли у него когда-нибудь дом — по-настоящему дом, в который хочется возвращаться. Иногда Аарон ужасно уставал от напоминаний о своих ошибках, преследовавших его до сих пор, потому под наркотиками он позволял жалость к самому себе. Также Аарон позволял себе мечтать.              Его тревожил не Кевин и не Жан. Его тревожил Генри, который в самом деле куда-то пропал. Первым делом он, конечно же, проверил, когда тот был в последний раз онлайн, и остался недоволен. Аарон неотрывно глядел на список контактов и очень желал позвонить Нилу, который смог бы выбить из него всю дурь в этот момент. Однако считал, что падёт в глазах друга в пропасть, если даст понять, что Генри не остался позади. Аффект, достигший своего акме под влиянием пыли, заставил его вскочить с постели и швырнуть телефон в стену, на которой тоскливо расползлась тень от сгорбленной фигуры.              Дыхание сбилось, но в квартире от этого акта ярости не стало светлее. За окном взревела сирена скорой помощи, а затем раздался свист шин, привлекая его внимание на минуту, час или два. Аарон, ощущая головокружение и медленно вцепляющийся в него отходняк, потянулся к телефону. Хотя и было жарко, он завернулся в одеяло и обнял подушку, утыкаясь в неё щекой. От включившегося телефона у него заслезились воспалённые глаза. Я просто посмотрю. Просто проверю. Пальцы заскользили по экрану, не попадая по нужному контакту. Тремор накрыл его с головой.              — Ответь, придурок, блядь… — дрожащим голосом попросил он, когда начали раздаваться первые гудки. В горле пересохло настолько, что он сглатывал несколько раз, чтобы не начать сипеть. — Генри, я… Ты же в порядке, да? О-он сказал… что ты… но я не… блядь. Ответь м-мне, Генри. Пожалуйста…              Гудки тянулись и тянулись, заставляя отчаянно прижимать телефон к уху сильнее. Аарон сбивчиво зашептал, пока не раздался автоответчик:              — Я так скучаю по тебе.              В ответ он получил мёртвую тишину, мрак и едкий запах зависимости, перемешанный с солью, алкоголем и потом. Генри так и не ответил ему на звонок, потому Аарон, позорно всхлипывая, заблокировал его, прежде чем потерял сознание от цветастых фантазий, где всё и правда было настолько хорошо, что хотелось убить себя.                     

⋆ 6 ⋆ 23 ⋆

      Погода утром выдалась облачной, что стало благословением для Аарона, пребывающего не в самом лучшем состоянии. Ему даже жаль, что не было времени прогуляться неспешно, так как вышел на работу он поздно. Проснувшись и осознав весь пиздец вчерашней ночи, он долго не мог взять себя в руки. Он порывался разблокировать Генри, думая, а что, если? Но чтобы этого не допустить, он вовсе выключил телефон и сунул его на дно рюкзака. Надеялся Аарон лишь на то, что ничего не произойдёт.              Лёгкие наполнял свежий воздух, и Аарон, глубоко дыша, преодолел пять ступенек. Постучав по двери так же пять раз, он едва успел оглянуться от скуки, как та распахнулась перед ним чутка резковато. Однако никто не выглянул, потому Аарон неуверенно зашёл в дом и на мгновение уставился на Кевина, сидящего на корточках и завязывающего шнурки. Делал тот это дёргаными движениями, плотно шнуруя и при этом словно не справляясь с узлом.              Заминка была неловкая. Он ожидал, что Кевин вскинет голову и скажет что-то, как обычно, в шутливом стиле, однако Аарон слышал лишь тихий шорох. Не работал даже телевизор, словно в доме застыло время. Переминувшись с ноги на ногу, он стиснул челюсти и открыл рот аккурат к тому моменту, как Кевин встал. Взгляд ненавязчиво цеплялся за детали. Синяки под его глазами он успел разглядеть за жалкие секунды, как и плотно сжатые губы и складку меж бровей от хмурости.              Прочитать эмоции на чужом лице было плёвым делом — Аарон доселе не видел такого выражения, которое кричало о том, что сейчас лучше отойти, иначе тебя, возможно, ударят. В частности, именно Кевин поднимал ему настроение, и ему отчего-то захотелось поговорить чуток о чём-то бессмысленном. Вдруг это поможет ему? Нервно потерев затылок ладонью, он сразу убедил себя в том, что лезть в проблемы Кевина он не собирается.              Но, прежде чем внутри него образовались противоречия, Аарон сделал крохотный шаг к Кевину, который всё никак не смотрел на него. В груди мелко затрепетало, потому что было дико непривычно. Ладно, похуй. Это же грёбаная вежливость.              — Добр-              В этот момент входная дверь громко захлопнулась перед Аароном, обрывая его на полуслове. Словно ошпаренный, он повернул голову и начал пялиться в стену, около которой только что стоял Кевин. В ушах на миг загудело, а тело напряглось до такой степени, что совладать с собой казалось трудным. Вопросы начали падать в его потрескавшемся от жажды сознании, как капли мелкого дождя, который тут же остановился, когда перед глазами вспышкой возникла ночь в день рождения Кейли.              Как-то механически он поднял руку и поправил часы на запястье, отвлекаясь на ощущения. Затем, стиснув ладони в кулаки, Аарон тяжело вздохнул сквозь зубы от резко накатившей ярости и потупился. Ха, вот оно как. Даже немного смешно. Неужели Кевин всё-таки так запросто притворялся всё это время? Стоило раньше сказать ему отъебаться со своей лживой дружбой. Блядь. Аарон чувствовал себя так, будто его выставили перед всеми тупицей.              Это так раздражало, что он ещё пару минут собирался с мыслями, лишь бы отогнать от себя сомнения и убеждения в собственной никчёмности. В этом всё равно не было ничего нового. То, что Кевин решил отбросить маски и игнорировать его, было к лучшему.              Аарон взбодрился. Или, по крайней мере, он так думал. Кинув рюкзак в гостиной, он прошёл на кухню и нашёл там Рико, сидящего на стуле и задумчиво жующего кусочки арбуза.              — Привет, — мягко произнёс он, привлекая к себе внимание. Рико забавно выплюнул косточку, попадая на другой конец стола, что улыбнуло Аарона, который всё же сдержал смех. — Тебе, похоже, очень вкусно?              Ответа в виде кивка не последовало, Рико отвёл взгляд и уныло отпихнул от себя тарелку.              — Всё нормально? Ты выспался сегодня? — попробовал ещё раз Аарон, подходя ближе к ребёнку. Его потянуло пригладить взлохмаченные волосы Рико, но он вовремя остановил себя. — Рико, хочешь, мы пойдём гулять и заодно сходим за мороженым?              Когда Рико скрестил руки на груди в протесте, Аарон с неудовольствием понял, что день выдастся очень хреновым. Взяв в ладони два маленьких кусочка арбуза, Рико медленно съел один, а со вторым спрыгнул со стула. Так же, как и Кевин, тот не смотрел на него, что вгоняло в ступор. Аарон только наклонился корпусом над столом, чтобы собрать пару тарелок, как раздался глухой звук «шлёп». Под ногами Рико валялся кусок арбуза, на что Аарон просто покачал головой и прикрыл глаза.              Как бы он ни старался всё наладить, его вновь откидывало назад. Назад, назад, назад. Может, ему стоило включить телефон. Он не знал. Рико бесшумно устремился на второй этаж, оставляя его убираться на кухне одного, мечущегося между двумя огнями. Такая угнетающая тишина в доме чувствовалась неправильной, будто намеренно забыли включить музыку, которая лилась здесь, кажется, постоянно. Вместо неё звучал только собственный участившийся пульс.                     

⋆ 6 ⋆ 24 ⋆

      — Ну и потом Джереми, как псих, дождался его после работы, чтобы извиниться… ну и короче, они помирились и всё такое. А я же говорил Нилу.              — Кажется, этот Джереми хороший парень, — спокойно заметил Жан, умело массируя его стопу. Лежащий на диване Аарон капризно дёрнул ногой на его коленях, выражая недовольство. — Что?              — Он задел Нила.              — Нил ударил его.              — Он задел Нила.              — Ладно, — Жан рассмеялся, принимая своё поражение в неначавшемся споре, и потянулся за газировкой, стоящей на кофейном столике.       — Ты скучный.       — Почему?       — Ты не споришь со мной.       — Но почему я должен это делать?       — Потому что ты скучный.       — О, да… кажется, я улавливаю логику в твоих словах.       — Правда?       — Ты знаешь, я не силён в полемике, но… — Жан шутливо вскинул руку и взглянул на часы. — Попробую найти в своём плотном графике время на дискуссию.       — Фу-у! — протянул со смехом Аарон. — Не присылай мне голубя с приглашением.              Усталость скользила не только в их ленивых движениях, но и голосах, а ведь на улице только-только протекал красивый вечер. Работающий на фоне телевизор чуть разбавлял уютную тишину, а в нём разыгралось желание получить заботу.              — Жан.              — М-м?              — Скажи, что я очаровательный.              — Аарон, ты безумно очаровательный, — посмеявшись, соблазнительным тоном произнёс Жан, и это вызвало приятное чувство, отдающее мурашками. — Такой милый…              — А ещё? — потребовал Аарон, закрыв глаза и невольно надув губы, чтобы не расплыться в довольной улыбке.              Стоило признать, Жану удалось пробить его оборону в виде просьб пойти к чёрту, как только проскальзывал намёк на мягкость.              — Красивый, сладкий.              — Ага-а, — посмотрев на него, он театрально выгнул бровь.              — И просто солнце.              У Аарона перехватило дыхание, но он тотчас запечатал проснувшиеся тёмные чувства.              — Ну всё, хватит. Не перебарщивай, — как бы отмахнулся он, изображая смущение, на что Жан мстительно пощекотал его пятку, заставляя с хохотом заёрзать. — Жан! Жа-ан!              — Мне ничего от тебя не нужно. Я просто хочу поспать одну ночь рядом с другим человеком.              — Хорошо…              — Смотри, у неё всё же есть сердце после всего. Ты думаешь, на них нападут? — перевёл тему он, пытаясь абстрагироваться от любовных прозвищ.              — Это же боевик, — сказал Жан, будто это всё объясняло. Аарон вновь дёрнул ногой и скорчил подозрительную мину. — Должна произойти развязка. И так уже затянули с этим.              — Ну так тебе не нравится фильм?              — Это не мой жанр.              — А какие у тебя жанры в дрочибельных? — Аарон усмехнулся и игриво провёл пяткой вверх по его бедру. Удобнее взявшись за его стопу, Жан с улыбкой вжал его стопу в пах.              Сквозь шум выстрелов и борьбы Жан глухо ответил:              — Эротика и мюзикл.              — Мюзикл, — повторил он и хмуро протянул: — ну и пиздец…              — А что? — смешно фыркнул Жан, пока Аарон поверх спортивных штанов нежно ласкал его твердеющий член.              — Это же скука смертная, Жан. Фу.              — Собираешься оскорблять мои вкусы?              — Ага.              — Ты же понимаешь, что мне плевать на это?              Аарон хитро ухмыльнулся и промурлыкал:              — Понимаю конечно.              Всё задвинулось на второй план. Он быстро оседлал Жана, думая, что было смехотворно целоваться под вскрики, пальбу и звон разбивающихся стёкол. Пальцы запутались в густых чёрных волосах и дразняще оттянули прядки, распаляя пуще. Когда Жан небрежно провёл языком от уголка расцелованных, пульсирующих губ к подбородку, Аарон зажмурился от удовольствия и выгнул спину.              — Я всё ещё очаровательный? — хрипло спросил он и получил в ответ «Да», выдохнутое на французском. — И милый?              — Чертовски милый, — пробормотал Жан, задирая его футболку и слабо прикусывая мочку уха. — Такой сладкий. Безумно красивый.              Усмехнувшись от щекотки, Аарон проследил ладонями по его плечам.              — Давай отсосу тебе?              — Я хочу вставить тебе, — томно прошептал Жан в тот момент, когда он прижался плотнее и сделал на пробу пару движений бёдрами вперёд-назад, ощущая под собой чужую эрекцию.              Он кинул взгляд на наручные часы, прикидывая в голове, сколько времени уйдёт на спонтанный секс.              — Мы не успеем. Дядя меня ждёт через час, ты знаешь.              Его утянули в очередной головокружительный поцелуй, заставляющий чувствовать себя так, будто облака обнимали со всех сторон. Ему очень хотелось отдаться.              — Я не готов, — перешёл к насущному он, произнося слова ему в губы.              — Ничего, — оторвавшись и посмотрев ему в глаза затуманенным страстью взглядом, Жан без всяких трудностей уложил его на диван. — Мы можем…              В тот миг, когда Аарон ощутил, как его пояс крепко сжали одной ладонью, словно удерживая на месте, а второй ловко расправились с ремнём и пуговицей джинсов, он остолбенел от испуга. Его перманентной реакцией было бегство — неважно от чего, от кого, почему и зачем — однако сейчас Аарон, будто завороженный, глядел в бездну, позволяя ей утянуть себя в пекло ада к тамошним тварям. Он ведь даже не был пьян или обдолбан, как обычно бывало в такие моменты, а значит, он будет помнить каждую секунду. Аарон не был готов.              И потому он попытался забрыкаться, но лишь яростно вцепился пальцами в кожаную обивку дивана под собой, чувствуя, как становилось нечем дышать. Из телевизора раздался чей-то истерический смех, больше напоминающий издёвку. Понимание того, что его собираются сломать, дало такой всплеск адреналина, судорожно ищущего выход из тела, что в конце концов из горла вырвался крик, сложившийся в отчаянную мольбу:              — Пожалуйста, не делай этого, Жан!              К удивлению, Жан отпрянул так резко, что он не мог поверить, что его просьба сработала с первого раза. Аарон вскочил с дивана и сделал несколько шагов назад, неверяще глядя на распахнувшего в шоке рот Жана, чьё лицо исказилось в гримасе такой сильной тревоги, что это казалось шуткой.              — Что за херня? — выдохнул Жан и тоже встал за ним, пробуя приблизиться.       — Нет, я…       — Что это было?       В дичайшей панике Аарон неосознанно выставил руки в защитном жесте и высоким голосом затараторил:              — Ты хотел… ты… я же сказал… я…              — Ты подумал, что я собираюсь изнасиловать тебя? — возмутился Жан, впервые сорвавшись перед ним. Аарон почему-то отрицательно закачал головой, не зная, что он делает. — Ты рехнулся, Аарон?              — Я не это имел в виду. И это не то, что ты подумал. Просто я… я просто…              Всё ещё ошарашенный Жан вытер руки о джинсы, будто не знал, куда их деть, и неловко вопрошал:              — Что вообще случилось? Я кажусь тебе настолько плохим человеком? Разве я когда-либо причинял тебе боль?              — Нет! Что за… нет конечно. У меня просто загруженные дни, и я… — говорил Аарон, придавая интонации уверенность и смотря в непонимающее лицо Жана. — Я просто пиздец стрессанул. Я даже не сразу врубил, что сделал. Блядь, это… Наверное, просто нервный срыв? Я не знаю.              — Ладно, — тут же перебил он и протянул к нему руки, хватаясь за ладони.              — Такое реально случилось впервые, ты ни в чём не виноват. Прости. Я не веду себя так странно…              — Я всё понял, — не давал ему соврать напряжённый Жан.              Он позволил притянуть себя и, опомнившись, выпалил:              — Дядя-              — Я помню. У тебя есть ещё пятьдесят четыре минуты, — без намёка на улыбку пошутил он. — Мы можем сесть обратно и досмотреть фильм. Он как раз заканчивается.              Нервный смех сорвался с губ Аарона непроизвольно.              — Мне лучше уйти.              — Ты в самом деле хочешь уйти в таком состоянии? — с беспокойством посмотрел ему в глаза Жан.              — Всё нормально, — с напускным равнодушием заверил он.              Уже в прихожей, когда раздался щелчок открываемой входной двери, молчаливый до этой секунды Жан подал голос:              — Если тебе нужно поговорить… — он сделал паузу и дождался, пока Аарон обернётся. — Ты можешь поговорить со мной.              Разве мы так близки? — чуть не спросил Аарон, но вовремя заткнул себя. Впрочем, уже неважно. Чувствуя непонятную тоску в груди, он подошёл к погрузившемуся в себя Жану и, поднявшись на носочки, оставил на его покусанных губах невинный поцелуй, прежде чем уйти.              Стоя в лифте, он размышлял о том, чувствовал ли он себя так же, когда Генри поступал с ним так? Или, может, Аарон стал слабее, думая, что разрыв отношений с Генри сделает его сильнее? Стукнувшись затылком о холодную поверхность, Аарон жмурился до звёзд перед глазами, пытаясь воспроизвести в памяти все свои ощущения в процессе насилия со стороны Генри. Разве он кричал так же на него? Он не мог вспомнить. Но неужели ему это нравилось?              К своему несчастью, Аарон успел даже подумать, что это всё случилось именно из-за того, что на месте Генри, которому он доверяет, был Жан, с которым они обоюдно держатся на расстоянии. Как говорил Жан — симпатия есть, секс есть, и они могли бы попробовать встречаться. Но с Генри, к сожалению, было нечто большее, чем мог объяснить кто-либо другой, кроме них самих.                            

⋆ 6 ⋆ 25 ⋆

      Джереми — последний человек, которого Аарон ожидал увидеть в квартире Нила вечером в среду. Как-то невольно он нахмурился и глянул на эту аномалию исподлобья, подмечая несколько засосов на шее.              — Аарон, — ярко улыбнулся полуголый и пиздецки довольный Джереми, придерживая для него дверь.              Высокий, широкоплечий, с крепкой грудью и рельефным прессом, выглядящий так, будто только что вышел с кардио-тренировки. Ха-ха. Ну класс.              — Прости. — Джереми ловко застегнул ремень. — Нил не говорил, что ты…              — Ага. Свали уже, — устало буркнул он и кое-как оттолкнул высокую фигуру вбок, чтобы прошмыгнуть в квартиру. — Где мой Нил? — требовательно спросил он, пока сзади раздавалось несколько щелчков.              — Он в душе. Рад тебя видеть, кстати, — с этими словами Джереми дружелюбно прихлопнул его по плечу, на что Аарон, не вскидывая голову, закатил глаза. — Ты голоден? Мы заказали поесть, на кухне острые крылышки и пицца. Хочешь?              — Я хочу тишины, — взъерошив волосы, он скинул обувь и стремительно ретировался в гостиную.              — Как у тебя дела?              — Никак.              — Есть что-то новое?              — Нет.              — Ты за что-то меня ненавидишь?              — Я всех ненавижу, — равнодушно отмахнулся он и прыгнул на диван, чтобы по-хозяйски распластаться по нему.              Джереми понимающе промычал и, надев наконец свою бордового цвета футболку, плюхнулся в кресло напротив. Их взгляды пересеклись: Джереми беззастенчиво изучал его словно сверху вниз, а Аарон упрямо не собирался менять нелепую позу, как будто это означало бы поражение. Джереми просто ходячий магнит, — убедился Аарон в который раз.              С этим странным пирсингом, который, казалось, занимал каждый свободный миллиметр кожи: блестящие штанги в бровях, серьги и кольца на ушах, проколотые сверху и снизу губы, непонятные загогулины в крыльях носа, разрезанный язык и что-то ещё, что Аарон даже не пытался классифицировать. Светлые волосы были стянуты в короткий хвост, но несколько прядей всё равно лезли в глаза. На запястьях красовались разноцветные плетёные браслеты, а на пальцах блестели слишком массивные кольца.              Настроение между ними менялось, и это чувствовалось и без констатации факта. Из ванной доносился шум льющейся воды, и погрязнувший в своих думах Аарон умирал от любопытства.              — Если ты обидишь Нила, мне придётся убить тебя, — угрожающим тоном предупредил Аарон, щурясь. Джереми обольстительно улыбнулся и беспечно пожал плечами. — Я сделаю это в тёмном переулке, где тебя не сразу найдут. А когда найдут, будет поздно.              — Не волнуйся, — пропел Джереми и закинул ноги на подлокотник. — Нил сам меня укокошит. Он бил тебя когда-то в лицо?              — Не увиливай от темы, — недовольно цокнул Аарон, прекрасно понимая, что удар Нила ебать какой сильный. Но пусть Джереми не забывает, что Нил не один. И если что, его будет пиздить не одна нога, а две одновременно.              Отвлёк Аарона звонок от Кейтлин, которая просила одолжить ноутбук для работы, так как свой у неё сломался. Предложив забрать его сегодня, он невзначай поменял позу на сидячую и закинул ногу на ногу, терпеливо ожидая, пока Нил закончит и они вместе пойдут в спортзал. Джереми увлечённо тыкал по своему телефону, больше не пытаясь завязать разговор, и Аарон волей-неволей подумал о том, о чём не стоило… Нога начала трястись, и ему пришлось до острой боли впиться в лодыжку ногтями, чтобы не выдать свою тревогу.              — Эй.              — М-м? — Джереми медленно оторвал взгляд от телефона и вскинул брови. — Что?              — Что с Генри?              Казалось, в этот момент загустился воздух. Стало душно, как перед надвигающейся грозой. Улыбка, напоминающая снисходительную насмешку, выбесила Аарона тотчас, но у него не было выбора. Джереми прикоснулся к пирсингу на губах кончиками пальцев, словно скрывая коварное выражение лица, и невинно поинтересовался:              — А что с ним?              — Я спрашиваю тебя.              — Хочешь наладить с ним связь?              — Ты можешь, нахуй, ответить на вопрос?              — Я просто не понимаю, зачем тебе это нужно.              — Какое тебе дело?              — Разве ты не порвал с ним?              Аарон раздражённо фыркнул и стыдливо отвёл глаза, не выдержав испытующий взгляд.              — Мне прилетело от Нила из-за этого, — напомнил глухо Джереми. — И я чуть не потерял его.              — Это твой ёбаный проёб, блядь.              — Как бы то ни было. Нил знает о том, что вы сошлись?              — Да не сошлись мы! — в сердцах выкрикнул Аарон и на эмоциях вскочил, едва не задев коленом кофейный столик.              Недовольный Джереми лишь стиснул челюсти и промолчал. Едва восстановив сбившееся от злости дыхание, он задрал голову и вслушался в тишину.              Хлопнула дверь, затем раздался ленивый голос Нила:              — Джереми?              — Я здесь!              — А где мой телефон?              — Я оставил его в спальне.              Аарон вернул контроль над собой и кинул на серьёзного Джереми уничтожающий взгляд.              — Я не знаю, где он. Я не его чёртова сиделка, — отчеканил он в итоге. — На выходных у нас был матч в соседнем городе. В понедельник мы уже здесь. И у нас отпуск эту неделю, так что я не виделся с ним.              Первая мысль, возникшая в голове: необходимо пойти к Генри в его квартиру. Но Аарона словно парализовало. Стало жутко настолько, что он подрагивал от непрекращающихся мурашек. Почему его так тянуло именно сейчас? Аарон же принимал дозу не так давно. Почему ему хотелось добить себя? Он разрывался изнутри, и ему категорически не нравилась всякая адекватность — Аарон был на грани ломки. Его бросило в холод, во рту накопилась слюна, которую он с трудом сглотнул, а ладони и вовсе стали влажными.              Выступы, за которые он цеплялся это время, стремясь залезть вверх из бездны, крошились под травмированными пальцами. Под ногами давно не было опоры. И он едва держался одной рукой — пальцы раскрывались один за другим с каждым днём.              Паническая атака не успела накрыть его валом, так как топот Нила вернул его в реальность.              — Не обижай Нила, — едва слышно поддел Джереми, на что Аарон едко рыкнул:              — Пошёл ты, сука такая.              — Не за что, — вежливо рассмеялся он, поправляя браслеты на запястье.              Благо Нил ничего не услышал и застал такую картину, словно Аарон только что пришёл. Как оказалось, тот забыл про спортзал, стоило Джереми заявиться на пороге квартиры. Извинения Нила он пропустил мимо ушей и поторопил его.              Плохое влияние Джереми Аарон заметил сразу — у Нила на верхних зубах сверкали золотые грилзы. На одной стороне нагло сияло слово «секс», а с другой аккуратная окантовка с мелкими стразами. Это выглядело круто, но перед Джереми признаваться он не хотел. Краем уха Аарон слушал, как Нил, витая в своих влюблённых облаках, зачитывал рэп, пока обувался. От бормотания: «Вытри губы, пока я застёгиваю ширинку, ха!» он не выдержал и заржал.              К середине тренировки Аарон задумался, что не видел Кевина, и это побудило его как бы случайно оглядеть весь зал. Он сделал это два раза с перерывом на пятнадцать минут, но Кевина всё не было. Ну и отлично, — решил он, жадно допивая остатки бутилированной воды. Закончив с тренировкой, они оба уставшие побрели к выходу. Аарон хотел что-то сказать другу, как вдруг боковым зрением заметил знакомую фигуру у гантелей. Что-то внутри застыло, а пальцы машинально сжали бутылку.              Конечно же, Нил тут же заметил его заминку и ойкнул.              — Ого, Кевин! — нарочито громко позвал Нил, привлекая к ним внимание половины зала.              Прежде чем Аарон успел помешать ему, тот взмахнул руками, как придурок. Кевин обернулся, скользнул по ним взглядом и нехотя начал подходить.              — Нил, блядь, — прошептал ядовито он, дёргая того за плечо. Кажется, Кевин только что пришёл — выглядел тот соответствующе. — Не смей говорить ему хуйню. Я, блядь, кастрирую тебя.              — Да почему? — возмутился он тихо. — Я ему ничего не сделаю.              — Пиздабол.              Они угомонились за мгновение до того, как Кевин встал рядом. Тот пах потом и дезодорантом, а плечи были чуть приподняты, словно это была подготовка к пиздецу. И правильно делает, — с отчаянием подумал Аарон.              — Привет, — коротко бросил он Нилу и окинул пыхтящего от смущения Аарона более долгим взглядом, словно раздумывая, стоит ли вообще здороваться с ним.              Здороваться с ним Кевин не стал. Это так напрягало, что в висках начало покалывать. Его захлёстывали необъяснимые чувства, но он не хотел называть это обидой или тоской. Подумаешь, игнорирование Кевина. Подумаешь, блядь.              — Тренируешься? — с широкой улыбкой поинтересовался Нил.              Кевин чуть выдохнул носом, изгибая уголки губ, но ответил:              — Ну, да. А как-              — А чё тебя не видно здесь? — пошёл в атаку Нил, перебивая его. Аарону хотелось усмехнуться, выражение Кевина было непонимающим и оценивающим одновременно.              — Расписание поменялось, — сдержанно ответил он, спрятав ладони в карманах спортивных шортов. Всё в нём кричало о том, что он желает поскорее слиться с разговора, но Нил не затыкался:              — Ублюдская работа, да? Как же понимаю, — он уткнул руки в бока и как бы утомлённо прикрыл глаза, сразу пресекая возможность Кевину вставить хотя бы слово. — У меня тоже тяжкий период. Вот знаешь…              Пока Нил болтал о том, как его задолбало начальство, Аарон сверился с наручными часами и сделал крохотный шаг назад в попытке встать подальше от Кевина. Тот, к сожалению, заметил микродвижение и взглянул на него. Они оба нихуя не слушали Нила. Аарон почти ощутил на себе изучающий взгляд, но посмотрел куда-то в сторону, прекрасно осознавая, что в противном случае это будет неловко.              — Кстати, не отвлекли? — очень вовремя спросил Нил, на что Кевин натянуто улыбнулся и сказал:              — Я бы поболтал ещё. Но у меня мало времени.              — Ну, тогда окей. Встретимся ещё.              — Конечно.              Нил стукнул Кевина по плечу ладонью и свистнул вслед, пока Аарон мечтал провалиться сквозь землю.              — Ты идиот.              — Не будь драматичной тупицей, ничего же не случилось. Я помогаю ему, а ты ведёшь себя странно, — обвинил Нил и зашагал уверенной походкой к выходу. — Ты заметил, что он как будто хотел убить кого-то?       — Убить кого-то? В смысле? — притворился дурачком он, пытаясь замять тему.       — Ну, не знаю. Ну, типа… он не такой был при первой встрече.       — Да всё нормально с ним. Обычный он.       — Реально?       — Ага.              Уже в пустой раздевалке, между разговором Нил вдруг игриво спросил:              — Вы уже потёрлись членами?              — С кем? — Аарон демонстративно хлопнул дверцей шкафчика.              Нил состроил деловитое выражение лица и просто ответил:              — С Кевином.              Когда нахохлившийся Аарон ничего не сказал, тот лукаво продолжил:              — Я вспомнил об этом, потому что здесь ты выдал мне такое-е… — он растянул гласные: — Я ставлю на вас вообще-то.              — С каких, блядь, пор ты так далеко зашёл в своих ставках?              — Вот только что достиг головки хуя, — Нил с хищной ухмылкой плавно поднял руку вверх, наглядно показывая. Стойко выдержав осуждающую паузу, Аарон равнодушно произнёс:              — Хреново для тебя.              — Ну почему?              — Мне нормально с Жаном.              — Мне нормально с Жаном, — противным голосом передразнил он, паясничая.              — И я, в отличие от некоторых, соблюдаю субординацию.              — Что за идиотское слово? — бубнил Нил, изобразив рвотный позыв. — Суборхуяция.              — Тебе стоит поучиться этому, кусок придурка.              — Вот не надо напоминать-              — О том, что ты скинул тренера в бассейн? — стянув майку, уколол Аарон, помня про то, как Нила вышвырнули с работы после этого трюка.              — Он заслужил. И ты знаешь об этом. А я не хочу видеть тебя несчастливым. И дело даже не в твоём боссе, ты сечёшь? Смотри на это в целом. Ты воспринимаешь всё слишком буквально…              — Завались уже, Нил, — вздохнул он и ушёл в душевую зону, где пол уже был скользким от воды.              — Ты обиженка сраная. — Он несильно толкнул его в спину на ходу. — И ты не ценишь меня.              — Ага. Пожалуйся Джереми, пока он будет вытирать губы.              Нил заливисто рассмеялся, заражая своей радостью и Аарона. Его тело тут же расслабилось, как только по плечам ударили горячие струи воды. Вокруг него за считаные секунды образовался пар, оседая на белой глянцевой плитке мелкими каплями, быстро стекающими вниз. Они обменялись ещё глупыми шутками, и их голоса отражались от высоких стен и кабинок, искажаясь. Пока он подольше нежился в образовавшимся молчании, вновь раздался громкий голос Нила:              — Так потёрлись членами или нет?              — Нет! — рявкнул вспыхнувший Аарон.              — Даже не понюхали друг друга по-собачьему?              В этот миг шампунь попал ему в глаз, от чего он зашипел и зажмурился от жжения. После этого Аарон неудачно вскинул руку и чуть не споткнулся на скользкой плитке. Выругавшись под ехидный смех, он послал Нила к чертям — к его блядским родственникам. Но того это, очевидно, не задело:              — Да или нет?              — Отъебись!                            

⋆ 6 ⋆ 26 ⋆

      Работать в день, когда Кевин не дома, было спокойнее. Это чувство походило на то, которое заставляло Аарона настораживаться в первое время его пребывания в доме Дэев. Однако, несмотря на это, он едва ли мог сконцентрироваться и присматривать за Рико как следует. Причин его рассеянности было куча: произошедшее на день рождении Кейли, звонок Генри, холод Рико, разговор с Жаном и, наконец, ужин с дядей Лютером. Мелочи по типу недосыпа от учёбы или ухудшившегося аппетита он даже не засчитывал, называя это ерундой на фоне других заёбов.              Сидеть и смотреть издалека, чем занимается ребёнок, совершенно не хотелось. Аарон не мог по щелчку отстраниться от Рико, к которому начал испытывать что-то больше, чем просто ответственность и нежелание проебаться на работе. Его попытки подобраться ближе, поиграть или помочь с чем-нибудь расценивались расстроенным чем-то Рико в штыки. Тот вновь швырялся в него вещами, кидался посудой и даже успел расцарапать щеку. И если с разлившимся молоком можно было молча справиться, то с раной было посложнее.              Лицо щипало, и ему пришлось обработать места, где проступили капли крови. Когда спустившийся Кевин увидел рану, взбесился и наорал на брата так, что в это едва верилось. Аарон ещё пару часов возвращался к этим воспоминаниям и раздражался, понимая, что это оттолкнуло Рико от него настолько, что оставалось только угрюмо попрощаться с надеждой провести оставшийся месяц нормально. Собираясь уходить домой, он не сумел сдержать разочарование, так как оно начало пожирать его.              Пока Рико не было поблизости, Аарон бесшумно положил рюкзак на место и прошёл на кухню, чтобы поговорить с Кевином. Ноутбук слегка освещал его лицо, оставляя сине-зеленоватые блики на очках; а Кевин был совершенно поглощён тем, что происходило на экране, и даже не заметил подходящего к нему Аарона. Вероятно, поэтому он чуть замедлил шаг и вгляделся в детали, мельком представляя, что именно Кевин может ответить на его просьбу. Так как уши Кевина были заткнуты наушниками, а рот был занят едой, Аарону пришлось настойчиво прихлопнуть его по плечу.              Кевин тут же стукнул пальцем по клавиатуре, выдернул один наушник и перевёл на него взгляд, не выражавший ничего. И Аарону опять стало неловко, пусть он и пытался отмахнуться от этого чувства — причин так мяться больше не было. На мгновение он опустил взгляд на торс Кевина, выбирая подходящий тон, и подметил, как тот откинулся на спинку стула, как бы выпрямляя доселе сгорбленную спину. В голове вспыхнули дурацкие картинки, как Аарон касался его плеч и помогал снять боль. И это блядски не помогало снять грёбаный накопившийся стресс.              — Ты уходишь?              — Да.              — Ясно.              — Рико наверху. Но в целом. Я просто хотел сказать…              Кевин перебил его:              — Разве тебе не стоит заклеить щеку? В ванной есть аптечка. Я тебе показывал, где она находится.              — Я знаю. Но это херня.              — И… я же попросил тебя сказать мне сразу, как только Рико ударит тебя, — внезапно для него пошёл в чуть агрессивное нападение он, сильно хмурясь. — Ты забыл или вообще не воспринял меня всерьёз?              Простояв перед ним несколько секунд в непонимании, как диалог с ходу был перехвачен Кевином, он с вызовом спросил:              — При чём здесь то, что я не воспринял тебя всерьёз?              Кевин со вздохом закинул очки на макушку и схватился за шею, чтобы помассировать мышцы, как будто не ведёт себя как придурок с недавних пор. Затем Аарон услышал тихие слова, сказанные на немецком, что возмутило его.              — И что это было?              — Что? — насупился Кевин.              — Ты что, ругаешься на меня на немецком?              — Ругаюсь на тебя?              — Именно.              — Нет.              — Ты закатил глаза и сказал что-то на немецком. Думаешь, я подумал, ты сказал что-то очень милое?              — Я сказал, что это просто невыносимо, — чётко, делая паузы, словно объяснял ребёнку, произнёс Кевин.              Его это ни капельки не успокоило. Мозг дал сбой, а переполненный желчью Аарон мочиться хотел на всякую субординацию.              — И ты мне врёшь? Хотя плевать уже, — Аарон сердито взмахнул рукой, с подавленным интересом впитывая в себя жёсткую версию Кевина. — Но только знай, если ты так хуесосишь меня, то ты последний, блядь, мудила.              — Ну охуеть теперь, — неприязненно зашипел он, поморщившись и наклонившись корпусом вперёд. Кевин громко проговорил на немецком беглую, но по-особенному хлёсткую фразу, будто давая ему пощёчину.              Застигнутый врасплох Аарон не успел напомнить себе, что сейчас не время цепляться за стальной голос, как Кевин елейно дополнил уже на английском:              — Вот теперь я ебать как смачно выругался на тебя. Ты доволен, моя принцесса? Хочешь, я переведу?              Он тотчас смутился и дрожаще выдохнул, не прерывая волнующий зрительный контакт с ним. С полностью разгорячившимся Кевином. Аарон не знал, чего хотел больше всего: с размаху вмазать Кевину по тупому рту или завалить его и сумасшедше трахнуться. Это был пиздец.              — Нихуя, — наконец просипел он, ощущая, как предательски теплело лицо. — Нет. Никогда не смей называть меня принцессой, блядь.              — Забудь уже. Закрыли тему. — Кевин словно в действительности пожалел, но извинения никак не могли сорваться с губ.              О чём вообще думает этот козлина? — кусая изнутри щеку, думал потеющий от паники Аарон.              — Возвращаясь к твоей ране. Раз ты не против, что твои границы нарушаются, я понял.              — Что… — ошарашенно выдохнул он, пока сердце начинало набирать ненормальный ритм.              — Аарон. Ты отвлекаешь меня. Говори, что ты хотел сказать? — не услышав его, спросил Кевин и скрестил руки на груди.              Когда тот посмотрел на него с некоторой усталостью, Аарон сжал ладони в кулаки и быстро заговорил:              — Рико перестанет доверять мне, если ты будешь чересчур отчитывать его. Он и так злится на меня за каждую попытку наладить контакт. Как я могу сделать это, если он начинает ненавидеть меня из-за тебя?              — Что за чушь? Он не ненавидит тебя.              — А что это? — указал на щеку Аарон, вспыхнув изнутри новой волной ярости. Было крайне тяжко не срываться прямо сейчас.              — Ты вообще понимаешь, о чём говоришь?              — Ещё как. Я просто прошу быть с ним помягче, иначе это принесёт лишь вред — в первую очередь Рико.              После этих слов Кевин помрачнел и взглянул на него острым взглядом.              — То, что он не доверяет тебе, лишь твоя вина, разве нет? И я уже говорил тебе, что не надо учить меня ничему. Если тебе что-то не нравится, ты сам знаешь, что нужно делать, — отрезал Кевин, затем надел наушник и с силой стукнул пальцем по клавиатуре ноутбука, заканчивая разговор.              Определённо вмазать. Аарон, блядь, так сильно хотел его ударить, что было пиздецки больно в груди. Вот же уёбок. Он развернулся и торопливо ушёл из кухни. В ушах бешено циркулировала кровь, а перед глазами от гнева проступали тёмные пятна. Аарон едва сдерживал себя от того, чтобы сломать что-то и закричать. В гостиной он подобрал кинутый рюкзак и, выходя в коридор, чуть не задел ногой Рико, который неуверенно выглядывал из-за стенки. Аарон остановился так резко, что чуть не потерял равновесие.              Карие глаза поднялись вверх, а уголки губ грустно поползли вниз, разом стирая большую часть взбешённости в нём. О, блядь. Только бы он ничего не услышал. Каким бы колючим ни был Рико, — он всего лишь ребёнок, и Аарон это ясно осознавал. Вместе с глубоким вздохом он выпустил негатив и натянул короткую улыбку под по-детскому буравящий взгляд. Он лишь надеялся, что его дрожащий подбородок незаметен для Рико.              — Ты закончил строить замок? — полюбопытствовал он и получил в ответ робкий кивок. — Ну, это супер. Но я узнал тайну. Завтра на замок нападут злые великаны, — Аарон понизил голос и наклонился над заинтересовавшимся Рико для пущего эффекта, — но я приду, и мы вместе победим их армией солдатов, договорились? Ну и отлично. Кстати, Кевин на кухне, если что. А я уже ухожу. Увидимся завтра, — помахал рукой он и пошёл в прихожую, чтобы обуться. Рико не стал идти за ним вслед, а побежал наверх, громко топая босыми ногами.              В ответ на удар Аарон подставлял для Рико другую щёку, но если это значило, что доверие непременно будет восстановлено, — он совсем не против. Тем самым он докажет и Кевину, что порой мягкость и понимание намного плодотворнее, чем строгость. Было уморительным то, что именно Кевин, выросший в безграничной любви, не понимал этого. А Аарон, прошедший через безумие Тильды, смотрел на проблему с двух сторон.              В квартире как обычно, за исключением того, что в эту суперславную атмосферу добавилась перекрытая на двое суток вода. И в его окно влетел голубь-самоубийца, оставляя за собой мелкую трещину, которую Аарон смиренно заклеивал вырезанной из журнала мужской задницей. Однако он попытался оживить это место шумом телевизора, перекрывающего звуки города, запахом остывающей сырной лапши и недавно купленной светодиодной гирляндой.              Он был уверен, что крохотные подарки от Рико крепче привяжут его к нему, если их не выбросить поскорее. Заставить себя сделать это сложнее, чем он думал. Всё это казалось забавным и незначинательным изначально. В конце концов ему невыносимо грустно. Колени, шея и спина затекли от долгого сидения в одном положении на старом ковре, но скучающий Аарон продолжал выжимать из свободного вечера все соки.              Телефон забыт в ванной комнате, что было к лучшему; а пробник приятно пахнущего парфюма несколько дней валялся на дне мусорки, безмолвно напоминая о себе. Аарон измученно вздохнул и уткнулся лбом в обнятые колени, планируя завтра помыться у Нила. Потом, после работы, он мог бы лечь пораньше спать, крепко заснуть и больше никогда не проснуться.