Coming down

⋆ 7 ⋆ 16 ⋆

      Это было полным безрассудством, встречаться с Кевином после сокрушительного осознания своей влюблённости — так глупо. Но обещание есть обещание, и эта мантра придавала сил. И стоит признаться, терпеть себя в этот вечер Аарону удавалось проще, чем он думал, хотя ночь накануне прошла без нормального сна. Образ Кевина душил, болезненно вгрызаясь не только в сердце, а и в мысли, не покидая ни на секунду. Несмотря на это, находиться рядом с ним оказалось не так сложно. Возможно, это было состоянием аффекта, и Аарона накроет чуть позже, когда лёгкая ломка даст о себе знать, — всё-таки выходные прошли в полном хаосе.              Но микродоза в виде Кевина утихомиривала, отсрочивала неизбежное. Так что пока ему хватало и этого. Лишь на секунду Аарон залип на то, как красиво жёлтый фонарный свет падал на Кевина сквозь окно машины, и положил две карты одинакового цвета на сиденье. Он довольно улыбнулся — в руке осталось всего несколько карт. В ответ Кевин разбил его шанс на победу одной картой — плюс за несоответствие цвета.              — Блин, как так?! — возмутился он под его смешок, беря из колоды ещё четыре карты. — С тобой невозможно играть.              — Это тебе ещё повезло, что мы играем без ставок, — махнул перед ним тремя картами Кевин, сверкая широкой улыбкой.              — Походу, ты сливаешь всю жизненную удачу за один присест здесь. Если ты продал душу дьяволу, когда-то придётся платить по счетам.              Карты в ладони обещали Аарону отсосать и в эту партию. Они сыграли, наверное, больше двадцати раз, и Аарон выиграл всего шесть партий, что было невероятно несправедливым дерьмом.              — Даже если не захочу? — Кевин зашуршал магазинным пакетом с чипсами и сладостями.              — Ага, — протянул он и бросил в кучу карт ещё одну. — Твой ход.              Хотя задние сиденья машины были лучше, чем уличная твёрдая скамейка, у Аарона затекла спина от долгого сидения боком. Он с тихим вздохом потянулся, насколько позволяло закрытое пространство, сбрасывая с плеч часть напряжения.              — У нас, оказывается, остались мармеладки. Будешь?              — М-мг.              Кевин пихнул ему цветастую пачку, а сам открыл бутилированную воду. Аарон, положив карты на колено, разорвал упаковку и отправил в рот мармеладку со вкусом колы, говоря:              — Кажется, я за пару дней не съел то, что съел за один вечер с тобой. Я ещё после ресторана не отошёл.              — Тебе понравилось. Обычно ты ешь какую-то хуйню, поэтому проигрываешь, — уверенно заявил он, закрывая крышку на бутылке, бросая следом её куда-то под ноги.              — Да-да, точно… — Аарон серьёзно уставился на то, какую карту тот сыграет, пытаясь предугадать, что у него осталось. Плюс два. — Блядь. Покажи, что у тебя! Колдун сраный!              Кевин со смехом уклонился и прижал оставшиеся две карты к груди, когда он наклонился, чтобы подглядеть.              — Нет!              — Я… оспариваю эту карту! Бросаю вызов, ясно? Так что показывай!              — Ещё чего. Это не по правилам. Соблюдай дистанцию, хомяк.              — Хомя- Стоп. Ну какого чёрта ты сбросил эту проклятую карту сейчас?! — не унимался Аарон, беря из колоды карты.              — Эффект неожиданности?              — Эффект подставы, — пискляво передразнил он, сев более вальяжно и закинув в рот сразу несколько мармеладок.              — Ты всё ещё можешь выиграть.              — Ага, проверь таймер. Эй, твоя очередь. Быстрее.              Оставалось двадцать секунд. Вместо того чтобы проверить таймер, Кевин с весёлым огоньком во взгляде посмотрел прямо на Аарона и получил незаслуженный средний палец в свою сторону. Качая головой, Кевин скинул карту, от чего он недоверчиво выгнул бровь и самодовольно хмыкнул.              — Кевин.              — Что? — Он мельком поправил волосы. — У меня что-то на лице?              — Да, — загадочно пропел он, взял из колоды две карты, а затем в шутку швырнул их в него. — Штраф. Вот что.              — Штраф? За что?              — У тебя было две карты, а ты молча сбросил одну.              — Вот чёрт, — опомнился Кевин, с маленькой улыбкой подбирая упавшие на колени карты. — И… судя по очкам и времени, ты выиграл.              — Не поддавайся мне.              — Я ни разу не поддался.              — Тогда играем до конца?              — Ну, у меня плохие карты, так что нет смысла, — сказал он и в доказательство раскрыл их, полностью сдаваясь.              — А! Ты такой засранец, — закатил глаза Аарон и шлёпнул его по ладони, рассыпая этим движением оставшиеся карты. — Время ведь ещё не вышло. Я хотел честно выиграть.              — Но, честно, я уже проиграл тебе.              В ответ Аарон смешно фыркнул и отключил зазвеневший трёхминутный таймер на телефоне. Несмотря на беспорядок из карт и всякой мелочи на сиденьях, Аарон внаглую разлёгся почти во весь рост. Голову он устроил на коленях Кевина, который поёрзал разок, чуть разводя ноги, и сказал:              — Не ешь лёжа на спине, Аарон. Это вообще-то плохо для здоровья.              — Я устал после тренировки, а ещё ты уделал меня в карты, так что не указывай мне, что делать, глупый Кевин.              — Как по-детски. Ты будущий медик или кто?              — Бла-бла-бла.              Под тихую усмешку Кевина Аарон оторвал верх мармеладного червя, а оставшийся кусок ткнул в его губы, чтобы тот заткнулся. В отместку Кевин и забрал мармеладку, и игриво прикусил кончик его указательного пальца. Когда Аарон поднёс руку к своему лицу, он заметил на подушках пальцев кристаллики сахара, подтаявшие от слюны Кевина. Но Аарон не побрезговал бездумно облизать липкие пальцы, чтобы избавить их от остатков сахара.              — М-м… знаешь, что любопытно. Почему ты до сих пор не поменял расписание тренировок? Нил про тебя спрашивает. И сегодня говорил о тебе. Раньше мы ведь вместе ходили в спортзал.              — Нил спрашивает? — жуя мармеладку, удивился Кевин, пока Аарон, сверившись с наручными часами, мельком отвлёкся на телефон. — Он же пишет мне постоянно. К чему вопросы…              Новых сообщений не было, что странно. После встречи с Кевином его ждёт поход в кино с Генри, а тот ни разу за день не позвонил. Аарон немного напрягся, но отрешённо продолжил:              — Эм, ну, походу, ты не отвечаешь ему.              — Бывает.              — И мне тоже не отвечаешь.              С этими словами Аарон выключил телефон и сунул его в карман джинсов. Кевин вопросительно промычал, а он отложил пачку с мармеладками на подлокотник и дразняще сказал:              — Насчёт расписания. Мы вроде помирились с тобой, но ты не изменил время тренировок. Ага, да, я знаю, что ты тогда избегал меня…              — Вот опять. Ты слишком строг ко мне.              — …потому что обижался, — запнулся Аарон и округлил глаза, деланно шокируясь и указывая на себя пальцем. — Я слишком строг? Ты себя вообще слышал?              — А что не так? — лукаво заулыбался Кевин и ткнул по боковой дверной кнопке, чтобы приподнять окно, — стало ветрено. — Всё из-за моего акцента? Ты говоришь, что я строго звучу?              — Не то слово.              — Кому-то это нравится.              Такое чувство, что внутри что-то оборвалось, ведь тон Кевина был таким намекающим, словно его симпатия чересчур очевидна. Но разве это не тупо? Аарон сверился с наручными часами и сглотнул рвущийся наружу вопрос: «Что ты имеешь в виду?». А затем не очень уверенно подал голос:              — Кому, например?              — Я говорил в целом.              Лицо потеплело, но через секунду кровь отлила от щёк, напоминая приступ лихорадки. Молчание не длилось дольше нескольких секунд, но для него это растянулось в ужасно бесконечную неловкость, оседающую на языке сладким привкусом. Аарон предпринял попытку сменить тему:              — Знаешь, чего я не понимаю?              — М-м?              Лицо Кевина изменилось, теряя часть шутливости, от чего Аарон даже смутился на мгновение. Могло показаться, что любое колебание в нём Кевин считывал тут же, даже не думая о том, чтобы отмахнуться. От этой мысли стало по-настоящему неловко, потому что Аарон собирался спросить о нелепом наблюдении. Неловкость усилилась, когда Кевин, будто проецируя на него своё желание утешении, поглаживающим движением провёл пальцы сквозь его волосы.              — Эм. Короче. — Аарон отвёл взгляд, теперь намеренно глядя в потолок машины, в то время как хотелось по-котячьи прильнуть к его ладони, завалить ебало и получить приятные тисканья. — Когда мы гуляли, от вида здания компании, где ты работаешь, я подумал…              — О чём же? — заполнил паузу Кевин уже более спокойным тоном.              — Ты ведь переводишь документы, да? И это определенно требует высокий уровень английского языка. Но почему ты ошибаешься в банальных словах… м-м, или простых выражениях? Мы не раз не понимали друг друга из-за этого. Помнишь такое?              Почти тараторя, с резким акцентом Кевин сразу объяснился:              — Только когда я смущаюсь… я путаюсь в словах. А так у меня, разумеется, хороший английский. Разве ты не заметил?              — Хм. — Он покосился на него, не замечая изменений в мимике, и снова отвёл взгляд. В полумраке машины всё равно мало что разглядишь, не то что чувства. — При мне ты несколько раз нёс фигню. Ты что, смущался?              — Не совсем… — понизил голос Кевин, чуть поёрзав на месте.              Для Кевина словно всё вокруг стало неудобным. Аарон даже хотел прекратить эксплуатировать его как подушку для головы, но из вредности и жадности упрямо лежал на нём и дальше. Тем временем Кевин отвечал скомканно:              — Не знаю? Э-э… Думаю, ты понимаешь, почему я пытался быть милым.              — О, — усмехнулся он. — Окей, да. Но мы всё решили. Теперь не нужно пытаться быть милым. Иначе я не выдержу таких путаниц, и это приведёт к ещё большему недопониманию.              — Не выдержишь? В каком плане?              — Ну… ты знаешь. — Аарон нахмурился от осознания, что ляпнул хуйню. И как замять тему?              — Не совсем понимаю, о чём ты.              Он сверился с наручными часами, теперь уже нервничая от пальцев, ласково гладящих его по голове. На его молчание и жест Кевин глухим голосом предположил:              — Кстати, тебе куда-то нужно? Ты часто смотришь на часы.              — На самом деле… — замялся он и всё же присел, как по инерции собирая раскиданные карты. — Да. Типа того. Я должен встретиться кое с кем.              — А-а… — издал короткий звук Кевин, будто совсем не заинтересованно. Но всё же спросил как бы невзначай: — Так поздно?              Аарон, запихивая карты в коробочку, лишь кивнул. Не так уж поздно. Кино вовсе начиналось ближе к двенадцати ночи, но всё же. Кевин быстро сменил вопрос:              — Куда тебя подвезти?              — Домой.              Будто недопоняв его, Кевин приоткрыл рот и хотел было переспросить, но, видимо, передумал. Придать этой заминке значения он не успел — со стороны Кевина распахнулась дверь. Прежде чем пересесть на переднее сиденье, Аарон от накатавшией взволнованности проверил телефон, который так и не завибрировал. Экран на секунду вспыхнул в полумраке, заставляя сощуриться, а потом потух. Понимание, что ничего не изменилось, подтолкнуло его поторопиться за Кевином. Аарон повторял себе, что это последний раз, когда он тянет с разговором о переезде в Роли.              До сих пор он до конца не осознавал, почему не согласился с ходу на вполне отличное предложение Генри, — казалось бы, это обыкновенное дело между ними. Они жили вместе и до этого, ничего нового. Но всё было до ужаса просто — обжигающие чувства к Генри сожгли Аарона и рассыпались в пепел, олицетворяющий прошлое. И даже физическая близость оставляла после себя лишь пустоту, перемешанную с лёгким раздражением. Вместе с этим он жалел, что вообще втрескался в Кевина, варясь в хаосе других нерешённых проблем.              Пусть это точно объясняло ранние колебания насчёт Генри, Аарон чувствовал себя полным тупицей. Сказать наверняка, когда именно произошёл Кевин, он не мог. И тот факт, что Аарон понял себя именно тогда, когда дал шанс изменившемуся Генри, давил на него, вызывая ненормальные скачки в настроении и ощутимые импульсы накуриться. На улице, вслушиваясь краем уха в стрекотание кузнечиков, Аарон задумчиво размял плечи и до боли прикусил нижнюю губу, мечась от мыслей. Реакция Генри на его отказ может быть непредсказуемой, и это сильно озадачивало.              Однако не то чтобы есть выбор. Хотелось доказать самому себе, что в помощи нет нужды, и Аарон и так справится с тем, что подвести игры с пылью к концу. Ему резко не нравилась идея раскрыть свою плохую часть Кевину, ведь тот его точно не поймёт, а что ещё хуже — возненавидит. Вряд ли Аарон готов сталкиваться с этим, вряд ли он это выдержит. Уход Жана оставил надлом в душе, а что оставит после себя Кевин? Он не хотел сломаться напрочь. Потому необходимо как можно скорее снять другую квартиру, а к августу первым полностью оборвать все связи и с Генри, и с Кевином.              Даже если это эгоистично, Аарону хотелось остаться для семьи Дэев как неплохой парень, когда-то нянчивший жутко капризного, но вместе с этим самого чудесного ребёнка. Да. Так будет лучше. Может быть, таким образом он наконец поступит правильно, и освободится от призрачных оков, несмотря на то что будет непросто. Аарон оглянулся, желая запомнить этот по-своему романтический вечер надолго. Они забрели довольно далеко, и отсюда ярко мерцали огни ночного города. Как будто и правда не шароёбились до устали, а были парочкой. Ха, всё так глупо…              — …Аарон?              — А? — Аарон, выудив пачку сигарет из переднего кармана джинсов, посмотрел на Кевина, стоящего у машины. — Ты что-то говорил?              Кевин, придерживая дверцу с водительской стороны, вопросительно уставился в ответ. Затем, чуть взъерошив волосы, указал пальцем в небо и заявил:              — Сегодня луна особенно красивая, не так ли?              Аарон проследил за его жестом и взглянул на небо, мысленно соглашаясь с его замечанием. Серебристый полумесяц изогнулся так тонко, будто вот-вот сломается и разорвёт землю сдержанным светом. Она была похожа на вспоротую рану от лезвия или царапину, коих Аарон всё чаще находит на себе. Или на крохотную улыбку Кевина, которую тот часто давит, прежде чем сказать какую-то хрень, что сведёт Аарона в яму смущения. Второе сравнение ему понравилось больше. Он остановился на этом и задержал дыхание ненадолго, чтобы не хихикнуть себе под нос.              — Как по мне, она смахивает на след от кружки с молоком, — невозмутимо сказал Аарон, покосившись на Кевина, который уже смотрел на него.              Кевин прыснул и зарылся лицом в ладонь, отвечая:              — Самое уникальное сравнение. Вау.              — Только я так мог, — кинул он и махнул рукой, приглашая растянуть времяпрепровождение ещё немного. — Идём, хочу покурить.              Двигатель машины затих, свет фар потух. Рядом возвышалось старое дерево, выросшее на краю узкой просеки, — туда Аарон и направился. Толстые корни выступали из земли буграми, делая шаг неровным. Позади раздался хлопок, а потом тихая поступь, смешанная с шорохом высокой травы. Когда Аарон прижался к широкому стволу дерева, ощущая плечом прохладу, Кевин уже догнал его. Аарон вытащил из смятой пачки сигарету и зажал её губами. Щёлкнул зажигалкой и поднял взгляд на Кевина, очаровываясь тем, как свет от огня трепетно скользнул по спокойному лицу.              — Хочешь, расскажу легенду о луне и солнце?              Он глубоко затянулся и быстро, будто в попытке избавиться от напряжения, выдохнул струю дыма вбок. Позволять яду растечься между ними совершенно не хотелось.              — Давай, хочу, — ответил Аарон.              — Супер, м-м… Когда-то очень давно солнце и луна захотели встретиться. Но небо не позволяло им сделать этого, кроме как на границе рассвета и заката. И… для них этого было недостаточно. Они были слишком далеко, чтобы узнать друг друга ближе и…              В этот момент Кевин мягко притронулся к его ладони, чтобы забрать зажигалку. Пальцы Аарона дрогнули вместе с сердцем.              — …коснуться. Но однажды во время затмения им удалось встретиться. Если что, в это время небо абсолютно бессильно, — как ни в чём не бывало продолжил Кевин, рассматривая рисунок разноцветных черепов в пламени на чёрной зажигалке. — Луна закрыла собой солнце, и земля погрузилась во тьму на целую ночь. И за эту ночь они успели полюбить друг друга настолько, что собрались пойти наперекор небу и разрушить баланс природы.              — Они что, решили уничтожить всё человечество?              — Людей тогда не существовало, — дополнил он, крутанув на пальцах зажигалку и перекинув её в другую ладонь.              — А откуда тогда появилась эта легенда? Кто-то же должен был первым рассказать её. Что-то не сходится.              — Потом будешь придираться к сюжетным дырам. Слушай внимательно, цыплёнок, — деланно строго приказал Кевин и ущипнул его за нос, чуть не заставляя подавиться дымом.              — А-ай! — с кашлем увернулся Аарон, хотя было совсем не больно. — Вот же тиран. А что, если у меня отвалится нос? Ты будешь ответственен за это? Вообще-то у меня хрупкие сосуды-              — Так вот, — перебил его Кевин и мечтательно вскинул глаза, не слушая его гундёж. — И звёзды подслушали их разговор…              Под блёклым светом фонаря, находящегося в нескольких метрах от них, Кевин казался ему луной, которую он, как солнце, будто в легенде выжидал каждый раз. Аарону хотелось рассказать ему об этой глупой мысли. Он бы рассказал ему ещё больше, даже понимая, что в итоге всё это будет бесполезным. Аарон хмыкнул, заполняя этим звуком секундную тишину и стряхивая пепел с кончика сигареты.              — И слили информацию небу.              — Какие же пиздливые рты у звёзд.              — Реально, да, — прервал свой таинственный тон Кевин, вызвав у него смешок. — Небо разгневалось, так что подговорило звёзды посеять между ними недопонимание. И к утру каждый из них думал, что сомневается в желании быть вместе.              — Да блин, — влился в атмосферу Аарон, по-настоящему возмутившись. — Почему они не могли просто поговорить? Поговорить честно и нагнуть систему?              Задумчивый взгляд Кевина проследил за струёй дыма, исходящей от сигареты. Аарон бросил окурок и вдавил его в землю, сразу же полезая за второй сигаретой, неосознанно желая побыть с ним подольше. Кевин подкинул в воздух зажигалку, играясь с ней, и щёлкнул ею.              — Не знаю, — наконец неуверенно отозвался он.              — Что случилось в конце? — Аарон, зажав губами сигарету, наклонился к огню и вдохнул дым.              — На рассвете они молча расстались. И с тех пор больше не разговаривали, потому что поверили, что отвергли друг друга.              — И всё?.. Это… Что-то это слишком грустно.              — Ну, люди считают это напоминанием, что даже самая сильная любовь погибает, если бояться сказать правду, — коротко улыбнулся Кевин, мельком почесав затылок. — Наверное, именно поэтому затмения всё ещё случаются.              — Ненавижу открытые концовки, терпеть не могу, серьёзно, — комично простенал Аарон, прикрыв глаза ладонью. А потом обвиняюще зыркнул на Кевина и ткнул пальцем в его грудь. — И тебя ненавижу за то, что ты вкинул это обнадёживающее дерьмо про затмения.              — Боюсь, я дам тебе ещё причину ненавидеть меня.              — Что это? — тут же насторожился он.              — Я соврал тебе. — Кевин выдержал драматичную паузу и признался: — Я всё выдумал. Там у машины я вообще-то говорил не про луну, а спрашивал у тебя кое-что другое.              — Я так и знал! — взорвался он и под заливистый смех ударил Кевина в плечо, но для него это скорее тычок лапки котёнка. — Ты невероятный выдумщик. Эта сраная легенда так детализирована, что я просто… в ахуе! Твоё призвание явно не право. Ты где-то проебался, — тараторил пылко Аарон, пока тот гаденько посмеивался, и вдруг опомнился: — А, погоди. Тогда о чём ты спрашивал?              — Э-э… ничего важного. Я лишь спросил, умеешь ли ты водить.              — Конечно.              — Правда, что ли?              — Ага, не веришь мне?              — И водительское удостоверение у тебя есть?       — Да, — пожал плечами он, забавляясь отразившимся в глазах Кевина удивлением.              — Ты не задумываешься о собственной машине? Тебе она явно нужна.              Стало неловко. Вообще, Аарон думал о том, что был бы не против, даже если бы Кевин забрал у него сигарету. И поцеловал. Он вновь затянулся и на это раз выдохнул дым рвано, ощущая пульсацию в висках.              — Задумываюсь. Служебной машины мне точно будет не хватать, когда я перееду.              — Служебной? Стой. — Кевин, растерявшись, сменил вопрос: — Куда ты собираешься переехать? Ты ведь говорил, что твоё место здесь. Друзья и семья. И тебе не до крупных городов. Планы резко поменялись?              — Что?.. Вот это ты вспомнил… — в шоке пробормотал Аарон, хмурясь от мыслей о вечере, когда они поссорились и едва ли разговаривали друг с другом.              — Я и не забывал об этом.              — Ты ведь тоже не останешься здесь.              — Этого не случится так скоро. Так что?              — Ну… Ничего не изменилось. Я сниму другую квартиру. Вот и всё. Речь не о глобальной миграции.              — А машина?              — Выдаст больница, куда я устроюсь работать.              Видимо, погрузившись в мысли, Кевин не заметил, как сунул зажигалку в карман своих джинсов. Аарон вновь выдохнул дым вбок, пристально глядя на то, как Кевин скрестил руки на груди в такой небрежной позе. Его проницательный взгляд не искал глаз Аарона. Но стальной голос всё же прорезался с усилившимся акцентом:              — И… это же не далеко? То есть больница.              — Не совсем. Но, эм, — Аарон поджал губы, ощутив бедром короткую вибрацию телефона, и переминулся с ноги на ногу. — Просто это в целом другой район и-              — Так у тебя… — перебил его он, — уже есть на уме варианты квартир, которые хочешь посмотреть?              — Типа того. Есть пара квартир, которые выглядят многообещающе, — сказал он, стряхнув пепел с кончика тлеющей сигареты.              — Супер, — тихо хмыкнул Кевин, пнув носком обуви особенно выпуклый корень дерева. — И когда планируешь встречаться с риелторами?              — На этой неделе.              — Вот как. Ясно.              Это почему-то не подбадривало. Ведь он поделился своими планами, в которые мог бы не посвящать. По-идиотски позволил себе слабость — дал крошечную возможность Кевину схватиться за него. Но Кевин, конечно же, не понял его. И потому Аарон приник к стволу спиной, вовсе отворачиваясь от него, а затем сверился с наручными часами. Пора возвращаться обратно. Есть вероятность, что Генри будет докапываться, если он сильно задержится. Во рту отдавало чем-то неприятным, привкус колы уже не ощущался, будто вся их радость осталась там, в машине, на задних сиденьях.              — Мне не особо нравится водить.              — Почему? Ты боишься этого?              — Нет. — Аарон твёрдо повторил для уверенности: — Нет. Просто… Когда мне было девять, — начал он, бесшумно вздохнув, — мы с мамой попали в аварию, типа, реально хреновую. Она, если что, не умерла сразу. Попала в кому, а я получил лишь вывих плеча и царапины.              Если бы Кевин сказал грустным голосом стандартное: «Мне жаль», он бы замкнулся с благодарным кивком. Но его никто не прерывал, кроме шелеста листы, что тревожил ветер. Аарон ещё ни разу не озвучивал эту историю таким образом — честно, максимально искренне. Вероятно, поэтому он, будто делясь сокровенным не с человеком, а природой, продолжил:              — Мой дядя, м-м… со своей женой навещали её пару месяцев, а я жил с ними и уже ходил в школу, — деланно равнодушно махнул Аарон рукой, — ну, и всё такое. Она выглядела нормально, как по мне. И дядя повторял, что всё будет нормально.              Всё это в самом деле окунало его в тот день, и он мог поклясться, что почти ощущал телом ту боль, что пережил тогда. Это, однако, не сравнится с тем, что случилось позже.              — А потом, когда я даже поверил, что она скоро проснётся, она взяла и… — Аарон отправил сигарету себе под ноги и растёр окурок подошвой обуви сильнее необходимого. — Взяла и умерла.              — Только не говори, что до сих пор злишься.              Улыбка в голосе Кевина привлекла внимание — Аарона повернулся и опёрся на ствол плечом, повторяя его позу. И правда. Кевин коротко улыбался, но в этом было столько натянутости, что он не сразу отреагировал на сказанное, отгоняя раздражение на самого себя.              — До сих пор? В смысле?              Двойная вибрация телефона не расшевелила Аарона, он пока со странным расслаблением игнорировал пришедшие сообщения. Тем временем Кевин, состроив загадочное выражение лица, посмотрел на него более внимательно, будто всё знал.              — Дети в таком возрасте не осознают весь ужас смерти и её последствий. Тогда ты, наверное, злился, что она тебя бросила. Или я ошибаюсь?              — Я отвечу, но перед этим тоже хочу спросить, — не выдержал Аарон, и Кевин удивлённо вскинул брови, но кивнул. — Тебе это знакомо или ты просто предположил?              Резкий порыв ветра и шорох травы чуть не заглушил осторожный ответ:              — И то и другое.              — Что случилось с твоим отцом? — надавил он, схватившись за намёк.              Судя по тому, как Кевин пихнул руки в карманы джинсов, словно не зная, куда их деть, ему явно было некомфортно.              — Эм. Так внезапно? — Кевин испустил фальшивый смешок, а его акцент стал выразительным. — Ты ещё не поправил меня.              — Ты не ошибся. Я злился на неё. Злился, что всё равно хотел от неё больше внимания, но она не дала мне этого, — скомканно протараторил Аарон, не очень желая произносить это вслух. — Теперь ты.              — Я… но, А-Арон… — запнулся Кевин, округлив глаза и выставив руку вперёд. — Разве я могу прямо сейчас вывалить на тебя эту историю, в то время как ты рассказываешь что-то настолько важное?              Аарон смешался, на самом деле задумываясь над «можно» и «нельзя». Но любопытство всё-таки одержало верх.              — Почему нет? Это будет справедливо.              — Мы ведь говорим о тебе.              — Ну и что?              — Я бы хотел, чтобы этот момент был полностью твоим. — Кевин следом громче выпалил не в тему: — А ещё разве ты не торопишься домой на встречу с кем-то так поздно?              — Не понимаю тебя, бля, — цокнул языком он, сдаваясь в этой словесной перепалке. Уморительно, как эти откровения тонко граничили со спором. — Звучит так, будто ты меня бросаешь одного в этом болоте под названием «Тлен». Окей, спасибо. Спасибо, что выслушал мои жалобы, мистер Терапевт. Платить за сеанс не буду. Где ваша книга жалоб?              Настроение вдруг изменилось — Кевин неуместно мило рассмеялся.              — Чего смеёшься? — буркнул Аарон, недобро щурясь, хотя у самого губы чуть не дрогнули в улыбке. — Блядь. Чувствую себя полным олухом.              — Что мне сделать, чтобы ты перестал чувствовать себя так? — обезоружил его одним вопросом он, чуть наклоняя голову, будто в самом деле обеспокоенный этим.              Аарон нарочито недовольно вздохнул, чувствуя, что проигрывает сегодня ему снова и снова. Это точно несправедливо. Кевину хотелось спустить всё с рук, но ведь и он мог сбивать с толку. Аарон шмыгнул носом, мельком оглянулся, будто бы они стояли в центре города и все на них смотрели, и попросил:              — Кевин, ты… поможешь мне перевезти вещи при переезде?              Некоторое время Кевин явно недоуменно молчал, будто не поверил своим ушам, а потом, прокашлявшись разок, заторможенно отозвался:              — Помогу, разумеется. Для чего ещё друзья нужны, да?              — Наверное. Ты прав.              На секунду Аарон нахмурился, думая, что они несут полную чепуху, словно из куста их снимал сам Бобби Боуфингер в ебанутой комедии, когда они могли хотя бы обняться напоследок. Ну, сам виноват. Я слишком много хочу, — с досадой подумал он и для ненужной проформы произнёс:              — Спасибо.              — Не опережай события, Аарон, — едва слышно усмехнулся он, проведя ладонью по шее. — Успеешь ещё поблагодарить. Ты ведь даже не видел договора, но уже так яростно спешишь убежать куда-то.              — Я не сбегаю.              Фонарь мигнул, лишая это место на миг света, а потом вновь загорелся — уже более ярко. Кевин беззаботно пожал плечами, мимикой передавая своё несогласие, и Аарон не мог придраться к этому поддразниванию. Он стыдливо отвёл взгляд, ощущая, как щёки теплели.              — Слушай, э-э, знаешь, я ведь спросил про права, чтобы предложить тебе сесть за руль. Мне просто было интересно, как ты водишь. Но я и не думал, что-              — Забей, — тут же прервал его он резко, сильнее вжимаясь плечом в ствол дерева. — Я же, типа, рано или поздно должен перебороть нелюбовь к вождению. Машина нужна всегда. Я справлюсь.              — Конечно справишься, — мягким голосом сказал он и легонько погладил его по голове, от чего Аарон робко посмотрел на него. — Но если потребуется помощь не только с перевозкой вещами, я буду рядом.              Несколько секунд, за которые Кевин успел отдалиться, он завороженно пялился ему в спину, как по уши влюблённый осёл. Аарон не сразу осознал, что тот уже направляется к заведённой машине, чей свет фар накрыл небольшой участок земли, отбрасывая длиннющие тени от травы. Аарон заставлял себя стоять на месте, представляя, справится ли, если однажды увидит Кевина так в последний раз. Забавно, как они будто являлись героями выдуманной легенды.              То ли от очередного порыва ветра, то ли от необъяснимо неприятного чувства он поёжился и обнял себя руками. Аарон в курсе, что Кевин будет рядом, но проблема в том, что он не уверен, хватит ли собственной смелости постоянно принимать помощь, а взамен ничего не давать. Не может же он быть постоянно таким жалким человеком. Нужно взять яйца в кулак.              Прежде чем Кевин сел за руль, Аарон крикнул:              — Я поведу!              Кевин остановился, а через мгновение тоже радостно крикнул:              — Правда?              — Ага!              — Супер. Беги ко мне тогда!              — Но что, если у меня нет с собой прав?              — У тебя нет с собой прав? — повторил за ним с улыбкой он.              — Да, — соврал Аарон, желая узнать, как далеко зайдёт законопослушный, дотошный Кевин.              — Тогда постараемся не напороться на копов до того, как доедем до ближайшего приличного магазина. Потом поменяемся.              — У меня слуховые галлюцинации? Кеви-ин! — Аарон быстрым шагом направился к нему, слушая, как Кевин заразительно хохочет. — Это же преступление! Меня штрафанут. И тебя тоже! И машину!              — Да ты что?              Аарон прыснул, пихая его в плечо, чтобы отошёл от приоткрытой дверцы. Однако Кевин совершенно неожиданно толкнул дверцу, громко захлопывая её, и легко повернул Аарона лицом к машине. Он успел лишь тихо охнуть и растерянно моргнуть, как ладонь Кевина юркнула в задний карман его джинсов, но не задержалась ни на секунду, кроме как за тем, чтобы выудить картхолдер.              — Нет с собой прав, говоришь? — переспросил Кевин и ребячливо махнул перед его лицом красноречиво высунувшееся из картхолдера водительское удостоверение.              Но Аарон, вместо того чтобы выдавить из себя смех, только и мог стоять как вкопанный, смущённый своей реакцией.              — Нехорошо врать, Аарон, — хмыкнул он куда-то ему на ухо, в самом деле подшучивая над ним.              Этот грёбаный акцент. От него всё переворачивалось вверх дном. Аарон зажмурился от лёгкого ощущения давления в паху. Ебать. Нельзя ни в коем случае растягивать этот ужасно гейский момент дольше, иначе он просто прямо сейчас набросится на этого тупицу.              — О… это мои права? Ничего себе, откуда они там взялись? Кажется, нам крупно повезло, — скороговоркой обронил Аарон, вызывая у него смех.       — Придётся мне тебя арестовать, — деланно сурово предупредил Кевин, заломив его руки за спину и слегка вжав в машину всем телом.              Неужели он вбрасывает такие фокусы со своими друзьями? Для него это так просто? Ведь он тактильный засранец, — подумал внезапно Аарон, мелко вздрогнув от россыпи мурашек. В голове возникла мысль, что на его месте мог быть кто-то другой, — более подходящий Кевину, более уверенный в себе и смелый. От укола необоснованной ревности у Аарона перехватило дыхание, но он заставил себя беспечно произнести:              — Разберёмся без штрафстоянок, сэр?              — Что ты предлагаешь?              — У меня есть почти целая пачка мармеладок. Ну что, по рукам?              Угомониться он смог, только когда Кевин отпустил его и отшагнул. Аарон тут же повернулся к нему, получая камень в свой огород:              — Мармеладки? Серьёзно, что ли?              — Вполне себе.              — Ты проверяешь, сработает ли на мне то же, что и на Рико?              — А что такого? — завёлся смехом Аарон. — Стоило попробовать.              — Ты бы ещё предложил надкусанный сникерс в качестве подкупа или типа того.              — Классная идея. Это веселее, чем деньги, — оборонился он, тая внутри себя от его маленькой ответной улыбки.              — И это незаконная коррупция.              — Но ты почти повёлся.              — А ты никудышный актёр.              — Ты что, пытаешься задеть меня?              — Почти. Получается, у нас один-один?              — Хорошая попытка отомстить. Принимается.              Проникновенный взгляд, которым Кевин одарил Аарона, просто кричал о превосходстве, будто тот, поддаваясь, смотрел за его настойчивыми попытками покорить высоту. И этот тяжёлый взгляд, так и лезущий прямо под одежду, томительно скользящий по разгорячённой коже подобно ремню перед хлёстким ударом, раззадоривал Аарона пуще. Он незаметно вдавил ногти в ладони, приводя себя в чувства ощущением тянущей боли, и выдержал эти невыносимые гляделки. Кевин качнул головой, первым срываясь на широкую улыбку, и подбросил в воздух картхолдер.              Среагировал Аарон рефлекторно — он, взмахнув руками, дёрнулся вперёд и поймал свою вещь. Всего на секунду они вновь оказались непозволительно близко, а потом Кевин двинулся, чтобы обойти машину и сесть на переднее пассажирское сиденье. В этот момент Аарон вспомнил, что вообще-то зажигалка осталась у него. Однако тепло тела Кевина и голос с хрипотцой, всё ещё отдалённо звучащий над ухом, напрочь выместили все здравые мысли из головы до самого приезда домой.