Coming down

⋆ 7 ⋆ 17 ⋆

      Аарон потёр взмокший затылок ладонью, проклиная особенно жаркую погоду, и дождался, пока Рико закончит пить воду из бутылки с принтом Черепашек-ниндзя. В качестве благодарности Рико пристально посмотрел ему в глаза и трогательно ткнул в щеку пальцем.              — Всё хорошо? Ты не проголодался? — с улыбкой спросил Аарон, поправляя на нём кепку. Рико отрицательно мотнул головой и постучал веткой по ведру в песочнице. — Окей. Тогда у меня пятиминутный тайм-аут. Я буду рядом.              Ответа не последовало, так что Аарон встал с корточек и направился к скамейке под деревом, которая будто уже закрепилась за ним. Вчерашней ночью, только войдя в лифт, Аарон прочёл сообщения от Генри. Ничего такого, к удивлению, там не было — лишь парочка вопросов и предупреждение, что планы поменялись и кино отменяется. Аарон и выдохнул, потому что спать ему хотелось больше всего, и немного огорчился, ведь собирался как можно скорее поговорить с Генри серьёзно.              Перед сном он удалил его контакт и написал, что приедет к нему завтра после вечерней тренировки. Ответ пришёл только после обеда в виде звонка. Аарон откинулся на спинку нагретой солнцем скамейки и приложил телефон к уху, морщась от резкого детского визга и галдежа родителей, собравшихся вокруг качелей. Кажется, кто-то кого-то ударил. Глаза выискали фигуру сгорбившегося над песочницей Рико быстрее, чем раздался ленивый голос:              — Привет, крошка. Скучаешь?              — Чего звонишь? Не увидел сообщения?              — Увидел. Но расстроился, что ты не спросил, как у меня дела. — На фоне раздался звук хлопка и железный лязг. Видимо, Генри выходит из раздевалки последним. — Так что звоню узнать, как ты. Видишь, какой я заботливый?              — Мне ну…              Его перебили:              — Ты на улице?              — Эм. Да.              — Может, пересечёмся?              — Давай без этого, я на работе.              — Ну так придумай себе обеденный перерыв.              Аарон, бесшумно зевнув, нервно застучал пяткой по земле и уставился на Каролин, которая с горки взмахнула руками и радостно захихикала.              — Скинь геолокацию. Я подъеду.              В попытке перевести тему он сказал:              — Встретимся вечером у тебя. Лучше расскажи, как ты, пока я могу болтать.              — У-у… теперь ты нежничаешь? Такое мне нравится. — Генри вздохнул и цокнул. — Блядь, я реально хочу тебя увидеть, детка. Очень. Бесит, что я не могу забрать тебя к себе сейчас.              Он ничего не ответил, занятый тем, чтобы свериться с наручными часами, но Генри сам продолжил:              — Мы бы с тобой потрахались, а потом я бы рассказал про тему недели у нас в команде.              — Тема недели? — Аарон, мыслями плавая не здесь, ковырнул носком обуви землю. — Кто на этот раз?              — Слайд. Он вложился в одну схемку, но его кинул скользкий финансист. Представь себе. А… Я сказал кинул? Нет, просто выебал в рот, — испустил смешок Генри и, видимо, чиркнул зажигалкой, потому что замолчал и глубоко вздохнул следом. — Он лох, а эти полоумные шакалы мне все мозги проели.              — Ничего себе. И сколько он потерял? — без особого интереса спросил Аарон, наблюдая, как Рико взял на руки не пойми откуда взявшегося котёнка и восторженно взглянул на него.              — Семь тысяч. Примерно. Того финансиста показывали по новостям, вообще-то он первоклассный мошенник. Чую, процент суицидов увеличится в геометрической прогрессии, когда об этом все узнают.              — Всё настолько серьёзно? — Аарон выдавил смешок, удивлённо округляя глаза, ведь Рико целенаправленно бежал к нему с живым комком в руках.              — Спрашиваешь. Утром его арестовали.              — Эм… Генри, я-              — Знаешь, я видел его рожу, такому старому ублюдку верить нельзя с первого взгляда…              Запыхавшийся Рико остановился рядом и медленно положил ему на колени чёрного котёнка, который почти сразу от испуга вцепился в него когтями.              — …просто уродец, блядь, Зейн сказал…              — Котик мяукает! — встревоженно выпалил Рико, не переставая гладить животное по макушке. — Громко, мяукает громко, — дополнил он вполголоса, уже отбирая у него кота и заползая на скамейку.              — …что?              — Ему больно?              — Я перезвоню.              — Что за херня там?              — Я перезвоню, Генри.              Аарон с усталым вздохом выключил телефон, и к этому моменту к ним резво подошла хихикающая Каролин. Сонливость накатывала на него сильнее, заставляя глаза слипаться, а мозг анализировать сказанное с запозданием.              — Дядя Аарон, смотри, мы нашли его под вот той качелью. Классный? Скажи, он прикольный?              У котёнка один глаз сверкал янтарным цветом, а второй скрывался за заросшей шрамом впадиной. Вид в целом у него потрёпанный, будто город усердно пытался выжить его из себя, но тот не сдавался ни в какую. Вон, кажется, в борьбе даже ушко порвал. Аарон поджал губы, испытывая жалость.              — Д-да, славный, но я не уверен, можно ли его вам трогать. Вдруг он грязный или типа того, — нехотя аккуратно начал Аарон, уже полезая в рюкзак за влажными салфетками, но Рико возмутился:              — Не грязный. Я смотрел на лапки, они чистые.              — Ага, ладно. Но что, если он царапнется?              — Нет. Он хороший.              — Он такой мимимишный. Няшка котёнок. Эй, няшка. Рико сказал, что он похож на Пирата. Теперь его зовут Пират? — Каролин присела рядом с ним и потрепала животное по животу. — Ой, смотри-и! Ух ты! Ему нравится. Он мурлычет, мр-р-р-р!              — Он мяукал, потому что ему было больно, — шепеляво сказал Рико и передал кота ей, насупившись и махнув в воздухе ногами. — Где его родители? Они его бросили? — спросил тихо он у Аарона, и ему пришлось подавить зевок и состроить задумчивый вид.              — Конечно нет. Возможно, они совсем не далеко. Вы пробовали тщательно поискать на площадке?              — Тщательно? — повторил за ним Рико недоуменно, и Каролин поддакнула:              — Точно! Мы должны посмотреть везде, вдруг его мама-кошка ищет его? Или папа-кот? Чур, я буду искать папу-кота. А ты, Рико, зови маму-кошку. Нужно сказать: «Мама-кошка, кс-кс-кс!».              — Ты будешь охранять его, пока мы ищем маму и папу? — умоляюще выпучил глаза Рико. — Нужно держать его крепко, чтобы он не убежал.              — Как я могу удержать его? А если он захочет пойти к родителям?              — Ну-у…              — А мы передадим его сами. А то Пират потеряется. Он же потерялся здесь? А тот мальчик в красной шапке дёрнул его за хвост, — указала она пальцем куда-то, а потом спрыгнула со скамейки.              — Правда?              — Честное слово! А мы полечим его? Рико сказал, у вас дома есть аптечка и он будет доктором, а я медсестрой, — непрерывно болтала Каролин, не забывая играться с котом, который мгновение спустя вновь оказался в руках Рико.              — Аарон, — позвал его он, схватившись за рукав футболки. — Если мы не найдём его семью, можно забрать его к нам домой? Можно, пожалуйста?              — Я… не знаю. Не думаю, что это хорошая идея.              — Ну пожалуйста, дядя Аарон, — поддержала Каролин, звонко растягивая гласные. — Ты же не оставишь его? Пожалуйста-пожалуйста!              — Мы не можем просто взять и забрать его домой, ведь животные — не игрушки. Это большая ответственность, ребята, и…              — А что такое ответственность? — громко вставила она.              Прежде чем Аарон ответил, Рико посмотрел на неё с донельзя умным видом и почти без запинок сказал:              — Кевин говорит… говорит, что ответственность… это когда ты делаешь то, что обещал. И… ам… если что-то сломал, нужно признаться…              — Ух ты, — выдохнула она, явно в восторге от услышанного. — А где же Кевин?              — Он занят на работе, — ободряюще улыбнулся Аарон, гордый за Рико, и продолжил: — Но дело не в этом. Как бы нам ни хотелось забрать его домой, я не могу решать такой сложный вопрос один за всех, — пытался мягче объяснить он, но, судя по грустно заломленным бровям, Рико этого в упор не хотел принимать.              Хотя истерик Рико не устраивал, не требовал и не спорил, как мог проворачивать с Кевином, Аарон всё же пошёл навстречу:              — Но, ладно, послушай, мы можем спросить у Кейли и Кевина. Если они разрешат, мы его заберём и отведём к ветеринару. Будем лечить его у настоящего доктора.              От этих волшебных слов Рико тут же просиял и всучил ему котёнка, совершенно не сопротивляющегося ничему. По красноречивому взгляду Аарона Рико понял просьбу вытереть руки салфетками, что сделала и Каролин. Но что теперь делать ему самому, он не имел понятия. Хотелось просто забить на всё и закурить. Стоило ли писать Кевину об этой ситуации? Просто прелесть. Тёплый, маленький, худенький комочек на коленях не собирался слезать и уходить восвояси — наоборот, тыкал Аарона лапками и устраивался удобнее. Поиграв с ним в гляделки, кот улёгся, зарылся мордочкой в лапки и обернул хвост вокруг них, будто прятался от внешних раздражителей.              — Будешь спать на мне? Всё потому, что по ночам городу нужен герой, да, Бэтмен? Хотя, если ты Пират, тебе больше подойдёт быть капитаном Джеком Воробьём, — хмыкнул он, кончиками пальцев коснувшись здорового уха котёнка. — Повезло. Я тоже хочу вздремнуть. Но, может, тебе нужно идти?              Дыхание с каждым его словом замедлялось, а мурчание прекращалось, так что вариант, что кот убежит сам, отпал. Вообще, котики ему нравятся, потому Аарон не настолько бездушный, чтобы будить животное и гнать силком. Глядишь, дети позабудут о нём, и эта проблема сама собой решится. Однако, прокрутив в мыслях надломленные слова про обещания, чёрт знает зачем Аарон всё же сфотографировал кота и отправил вложение в чат с Кевином. Тот, видимо, тоже отдыхая в перерыве между онлайн уроками, мгновенно просмотрел сообщение и написал:              Кевин: Охренеть              Кевин: Что это такое?              Аарон: ручная тьма ฅᨐฅ мяу              Кевин: Спрячь это подальше от рико              Аарон: поздно. он сам приручил пирата кисячьих морей и притащил ко мне              Кевин: Пират? вы уже дали ему имя? Какого хрена              Аарон: я не знаю что делать лол. рико умоляет спросить тебя можно ли его оставить. приходится выкручиваться              Кевин: Шутишь что ли              Кевин: Нельзя. Ни в коем случае              Аарон: рико сильно расстроится…              Кевин: Я ещё раз говорю нет. Нельзя.              В это время котёнок, будто почувствовав что-то, заинтересованно приподнялся, а затем и вовсе принялся залезать на Аарона, как на скалу. Тоненькие когти дырявили футболку, прилипающую к телу, и травмировали кожу, так как Пират под собственным весом периодически сползал по торсу. Но он всё же помог ему забраться на плечо. Шерсть защекотала тонкую кожу шеи. Аарон усмехнулся себе под нос, проверив, что дети находятся в поле зрения, и сделал селфи. Часть лица и кот на плече — идеально. Плюс к фотографии он скинул дразнящий смайлик:              Аарон: ⚞^•⩊•^⚟              Строчка «печатает» не менялась пару минут, и это уже вогнало Аарона в краску. Как бы ни хотелось не смущаться из-за Кевина, это получалось невольно. И он крайне удивился, когда наконец получил лаконичное:              Кевин: Прекрати              Странно. Аарон непонимающе прожигал взглядом сообщение, пытаясь логично свести фотографию и «прекрати». Он провёл пальцами по макушке котика, усиливая таким жестом мурчание, и одной рукой написал и стёр несколько сообщений, прежде чем остановился на самом нейтральном:              Аарон: я тебя разозлил?              Ответ пришёл мгновенно:              Кевин: Нет??? Нет, конечно нет              Кевин: фотка очень милая без шуток              Зависать на последнем сообщении не было необходимости, но Аарон потратил целую минуту на разглядывание этих простых слов. Он слышал от Кевина такое и в жизни, но даже этот раз чувствовался романтичным. Ужасно. Ему вновь пришлось сбить линию своих мыслей, формирующую сердце, в нечто прямое, когда телефон завибрировал в ладони.              Кевин: Но ты пытаешься уговорить меня, вот это немного раздражает. Никаких котов дома              Он облегчённо выдохнул и неосознанно потёрся щекой о котика, который провёл лапкой по его челюсти.              — Как жестоко. Видал, что он такое пишет про тебя? — обратился Аарон к Пирату. — Тупица, да?              Котёнок скромно мяукнул, словно соглашаясь с ним, от чего он довольно усмехнулся.              — Да-а… мне тоже казалось, что он ненавидит меня при первой встрече. Любит он подъёбывать, — пробормотал Аарон, набирая новое сообщение. — Всё же он чудесный.              Аарон: почему так категорично?              Кевин: Без комментариев              Аарон: хм душнила :/              Кевин: Я думаю наперёд              Он закатил глаза и отвлёкся на то, чтобы проверить взглядом, не отошли ли Рико с Каролин далеко. Эти двое сыщиков обходили зону с турниками.              Аарон: что мне ему сказать? просто нет?              Кевин: Передай ему мои слова, с остальным я сам разберусь. Ясно?              — Сам разберусь, — деланно грозно передразнил он, глядя на Пирата, облизнувшего свою мордочку. — Делает вид, что такой крутой. Типа, ниндзя Рейзо.              Аарон: ещё что нибудь?              Кевин: Да. Подвезти тебя домой сегодня?:)              — Но вообще-то… — осёкся он, прочитав последнее сообщение. А затем с потеплевшими щеками прошептал: — Он и правда крутой.              Аарон даже не сообразил, как напечатал согласие, а потом бездумно завис над сообщением. Пират в свою очередь ткнулся влажным носом в его подбородок и жалобно мяукнул. Аарон приласкал его, но в итоге получил предательский слабенький укус в лицо. Его клонило в сон с каждым часом всё сильнее, и, кажется, он зевнул столько раз, что ещё немного — и челюсти начнут щёлкать. Отказ Кевина в действительности очень расстроил Рико, и тот настолько замкнулся в себе, что им пришлось собираться домой.              Пусть Каролин обещала, что присмотрит за Пиратом, это стало трагедией. Глядя на Рико, который не захотел держаться за руку, Аарон сам почувствовал, как настроение стремительно падало ниже плинтуса. Как успокоить ребёнка или помочь напрямую в таком случае он не имел понятия. Всё, чего хотел Рико, — вернуться за Пиратом и забрать его домой. А Аарон никак не мог ослушаться Кевина. К сожалению, Рико с трудом воспринимал это объяснение. По приходе домой тот убежал наверх, не дожидаясь его, и громко хлопнул дверью.              Как Кевин раньше говорил, привычка Рико запираться нередкая, но Аарон не смог оставить его одного надолго. Спустя пять минут он прихватил плюшевого Губку Боба и поднялся на второй этаж. Дверь в комнату Кевина заперта, звуков оттуда не доносилось, и, кажется, тот был погружён в работу. Слух уловил всхлипы, раздающиеся из спальни Рико, от чего Аарон беспомощно прижался лбом о дверную поверхность, собираясь с силами. Он понимал, что детям свойственно плакать из-за пустяков, но пустяками они являлись только для взрослых — для самих детей это становилось проблемой мирового масштаба.              Однако если бы Аарон мог повлиять на что-либо, он бы выбрал не доводить до слёз Рико. Аарон отвёл глаза, импульсивно перебирая варианты, как исправить эту катастрофу. Сложность в том, что он принимал его истерику, но также осознавал, почему Кевин отказал. Аарон открыл дверь в спальню, видя, что Рико залез под одеяло, походя теперь на кокон с гусеницей. Вечерело, но он не решился включить основной свет и со вздохом прошёл внутрь. Затем Аарон включил неяркую настольную лампу с космонавтом и присел на краешек кровати.              Тени звёздочек и планет причудливо размазались по стене, притягивая взгляд. Всхлипы прекратились, но по судорожному дыханию он определил, что Рико держится из последних сил.              — К тебе пришёл Губка Боб, — вполголоса сказал Аарон, подавляя зевок от усталости и легонько касаясь его. — Он услышал, как ты горько плачешь, и захотел обняться с тобой. Рико, ты поговоришь с ним?              Аарон был готов к тотальному игнорированию, но Рико резко откинул одеяло и присел, являя припухшее зарёванное лицо и спутавшиеся на лбу волосы. При виде плюшевой игрушки из глаз вновь хлынули слёзы, а уголки губ поползли вниз. Рико разрыдался навзрыд, беспомощно протягивая руки к Аарону, и он, заметив этот жест, мгновенно притянул его к себе. В груди болезненно защемило, когда Рико намертво вцепился в него, крепко обнимая за шею. Аарон обрадовался, что доверие не потеряно, но утешающие слова никак не приходили на ум.              Потому он молча гладил его по голове, распутывая взлохмаченные волосы, и прихлопывал подрагивающего Рико по спине, ожидая, пока взрыв эмоций окончательно закончится.              — Почему м-мы… бросили Пирата?! — дрожаще выпалил Рико, от чего Аарон поёжился, жмурясь. — Он с-совсем один! Почему?! Почему-у, — протянул он, но заикнулся и всхлипнул, утыкаясь влажным лицом в изгиб его шеи.              — Всё будет хорошо, — растерянно попытался сгладить углы он. — Слышишь? Я уверен, Каролин присмотрит за ним.              — Нет! — уже закричал Рико тонким голосом и дёрнулся, разрывая объятие.              От досады Аарон вовсе сгорбился и мельком провёл по шее ладонью, стирая с кожи влагу, что впиталась и в футболку.              — Ему будет… грустно! Мы бросили его! Кевин п-плохой! — Рико обиженно выхватил плюшевую игрушку и забился в изголовье кровати, кашляя и шмыгая носом.              Получить в лицо удар подушкой не было чем-то удивительным; он даже не заострил на этом внимание, а просто отложил подушку подальше. Аарон стиснул ладонью простынь под собой, не зная, что сказать, — всё казалось неправильным. Рико вовсе усилил его чувство вины крикливым замечанием:              — Ты сказал, что м-мы… отведём его к доктору! Ты тоже!.. Плохой! Врать нельзя!              Пусть это не его точное обещание, всё равно в Аароне что-то треснуло. Вынести стойко злость и обиду в глазах Рико для него уже не так просто, как раньше. Это слишком глупо — давать веру в то, в чём Аарон сам колеблется, но плевать. Он заберёт кота к себе, если Кевин останется непреклонен, — да и в любом случае. На миг Аарон замер, представляя, чем это закончится, но всё-таки заставил себя открыть рот:              — Мы сходим завтра к нему. — Он на секунду стиснул челюсти и твёрдо добавил: — Сходим вместе с Пиратом, договорились?              Возможно, тон его голоса утихомирил пыл Рико. Тот шмыгнул носом, робко потёр ладонью красные щёки и удивлённо моргнул со слезами на глазах. С минуту они молчали; Аарон следил за каждым прерывистым вздохом, микрожестом и взглядом, но хмурый Рико больше не смотрел на него — лишь задумчиво ковырял указательным пальцем потёртость на шортах. Видимо, всё же сполна ощутив надежду, Рико срывающимся голосом заговорил:              — Мы… п-пойдём за ним?..              — Обязательно.              — А если… он потеряется? И мы не успеем, а его не будет?              — Если завтра мы его не найдём, это будет значить, что он встретился со своими родителями, и они пошли домой. Но если Пират будет ждать нас на площадке, мы отведём его к доктору.              — Э-это… правда? — Рико отложил Губку Боба и присел на колени, буравя его требовательным взглядом. — Ты не врёшь?              — Конечно, правда.              — А Кевин? Кевин будет сильно ругаться, — тоскливо пробормотал он, и Аарон поспешил махнуть рукой и сказать:              — Пират будет жить у меня, так что Кевин не сможет ругаться.              — Ох… — в шоке выдохнул Рико, кивнул и стёр предплечьем вытекшую из носа соплю. — Ой.              — Пойдём, тебе нужно умыться. А потом поедим, — приободрил его Аарон, посмеиваясь с надутого лица ребёнка.              К счастью, Рико наконец почти полностью отпустил эмоции и отвлёкся на рисование, пока Аарон, рассказывая выдуманную историю о потерянных сокровищах, грел макароны с курицей. Периодически Рико шмыгал носом, а один раз даже жалобно всхлипнул, будто вот-вот снова заплачет, но быстро успокоился и принялся более сосредоточенно давить на карандаши. Прихода Кейли домой Аарон ждал не только потому, что Кевин должен подвезти его, но и потому что оставлять Рико не хотелось как можно дольше.              Конечно же, Кевин спустился, как только освободился, но Рико демонстративно держал с ним дистанцию. Этот безмолвный конфликт Кейли заметила сразу и, хотя не принимала ничью сторону, умело развеселила Рико ещё больше. Кевин остался за бортом утешительной вечеринки, когда Аарон присоединился к Кейли. На вопросительный взгляд Кевина он с улыбкой развёл руками, а тот в свою очередь звякнул ключами от машины, намекая, что им пора. Время в самом деле было уже позднее, так что Аарон попрощался с Кейли и Рико, получая от них драгоценные обнимашки.              Путь домой короткий, но даже так он успел задремать в машине, и когда с его стороны внезапно открылась дверца с характерным щелчком, не на шутку испугался. Казалось, Кевин почему-то захотел разбудить его именно таким способом, но эта мысль лопнула как шарик из жвачки, когда тот заглушил машину. В таком полусонном состоянии Аарон не задавал вопросов, рассеянно думая, что Кевин, наверное, просто хочет провести с ним часок, прежде чем уехать домой. Как и вчера. Ведь они даже не поговорили нормально сегодня, если не брать в расчёт переписку.              Поэтому в лифте Аарон без скрытых умыслов приник к плечу Кевина и прикрыл глаза, зевая от непередаваемого чувства уюта рядом с ним и одновременно с этим резко накатившей усталости. Кевин рассмеялся чему-то себе под нос и негромко сказал:              — Не вырубайся, Аарон.              — М-м, я не сплю.              — А звучишь так, будто прямо сейчас заснёшь.              — Я притворяюсь, — отшутился Аарон и задрал голову.              — У тебя шея не затекла, когда ты притворялся, что заснул в машине? — посмеивался над ним Кевин. Аарон деланно невпечатлённо хмыкнул и пихнул его в бок, слыша ещё один заразительный смешок.              Ему пришлось прищуриться, чтобы посмотреть на него максимально не сонно. Кевин, будто в замедленной съёмке, наклонился, и он замер в ожидании непонятно чего. Но, как оказалось, это просто лифт уже довёз их до седьмого этажа. Опасно. Аарон, открыв дверь и впустив Кевина в квартиру первым, вцепился ногтями в затылок, пытаясь привести себя в чувства вспышкой боли. Не стоит так расслабляться, это ведь так тупо. С лёгким звоном в ушах Аарон без предисловий направился в ванную комнату, оставив Кевина, который чувствовал себя как дома, одного.              Он умылся холодной водой, чтобы взбодриться, и застал на кухне Кевина, заваривающего себе чай. Аарон открыл окно настежь и высунулся наполовину, подставляя лицо слабому летнему ветерку. Тихая звёздная ночь разбавлялась звуками оживлённого города и гудением холодильника. В его квартире находился Кевин. И Аарон не мог сказать, насколько ему это нравилось.              — Я недоволен тобой, — издалека начал он, чтобы Кевин не смог прочитать по его глазам счастье. Аарон сел за стол и взял кружку с холодным вишнёвым соком.              — Из-за кота? — уточнил Кевин и присел напротив.              — Из-за Рико. Он сильно плакал, — сказал Аарон, наблюдая за реакцией Кевина, который преспокойно помешивал ложкой сахар. Тот почему-то внимательно посмотрел на него. — Ты был так строг.              Под его прямым взглядом Аарону стало неловко, но он заставил себя не двигаться. Наконец Кевин ровным голосом объяснился:              — Рико должен понимать, что такие прихоти не могут исполняться по щелчку пальцев, ведь решается судьба не камешка с тротуара, а живого существа, за которым нужен стабильный уход и забота. — Он хлебнул чай, а потом отложил кружку в сторону. — Это пока слишком серьёзно для него. Но дело не только в этом. У мамы аллергия на котов.              На лице Кевина расцвела маленькая улыбка, когда он зацепился за интересное:              — У Кейли аллергия на котов?              — Да.              — Ты не говорил, — заторможенно заметил Аарон, подпирая ладонью подбородок. — И как она проявляется?              — Пятнами по телу, — пожал плечами он, облокачиваясь на стол. — Ей хватает нескольких минут взаимодействия с ними.              — Вот дерьмо. Коты ведь милейшие создания на земле. Как-то не круто родиться с аллергией на них. Не повезло.              — Ну, да. Когда я был примерно того же возраста, что и Рико, я тайком притащил уличного кота домой и узнал об аллергии мамы не самым лучшим образом, — усмехнулся Кевин, выглядя ностальгирующим. Он сделал глоток чая и смущённо сказал: — С каждым её чихом мне становилось всё более стыдно.              Аарон смешно хмыкнул, представив крохотного Кевина с котом в обнимку, и почти допил сок. Теперь от воодушевления он принялся чуть покручивать кружку за ручку влево-вправо.              — И что же ты сделал, маленький хулиган?              — Никакого геройства, — прыснул Кевин и качнул головой, откидываясь на спинку стула. — М-м, я так испугался, что всю ночь не спал, думая, что у меня тоже будут пятна по телу. Пришлось отпустить кота наутро. Потом я, конечно, искал его, но с тех пор не видел.              — Это забавно. То есть не сама ситуация. В общем… — Аарон сделал небрежный жест рукой, типа: «Ну, ты понял».              Уголки губ Кевина дёрнулись в натянутой улыбке, когда тот, будто в окончательный раз пригубив чай, поделился:              — Мой папа, кстати, жутко боялся котов.              — Реально? — тут же выпалил он, выпрямляясь на стуле, и перестал покручивать стакан.              — Реально, — с той же интонацией повторил Кевин, поддразнивая, но было уже не до смеха. — Он даже притрагиваться к ним не мог. И… он уморительно шарахался и с криком бегал от любого кота в радиусе метра, неважно, где мы находились. В этом они с мамой были очень похожи.              Сам Аарон притих, не в силах отвести от него взгляд, думая, что вот-вот он узнает что-то сокровенное. Пауза, однако, не затянулась.              — Эм. В то время он был жив, — призадумался Кевин, проведя рукой по волосам, взъерошив их. — Ну, когда я принёс кота. Он умер, когда мне было двенадцать. Несчастный случай на лыжах.              В этот миг Аарон встал, нерешительно прикоснулся к плечу помрачневшего Кевина и предложил:              — Тут неудобно. Может, сядем на диван и поговорим там?              Спугнуть эту хрупкую атмосферу вовсе не хотелось. Но стол между ними казался километровой преградой, что держала их на расстоянии. Аарон сполна воспользовался удобством дивана и залез на него с ногами. Он обнял себя за колени, наблюдая, как Кевин сел боком, но закинул руку на спинку дивана. Было чувство, что из них двоих тревожился именно Аарон, с виду Кевин держался расслабленно. Но что-то точно не так. Может, это нечитаемый взгляд, направленный куда-то за его плечо, или напряжённые плечи.              Определить, что это, Аарон не сумел, а Кевин тем временем заговорил:              — Тогда я просто не мог смириться с его смертью. Я очень любил отца. Настолько, что не видел ничего вокруг, кроме себя и той невыносимой боли, в которой тонул. Не замечал, что маме тоже непросто, но, несмотря на это, создал ей сотню проблем своим отвратительным поведением.              Будто не желая продолжать, Кевин стиснул губы, но заставил себя без заминок произнести:              — В тринадцать лет я уже курил. Я ввязывался в драки, и вскоре это начало случаться и в школе, так что меня чуть не исключили. В четырнадцать я сбегал из дома и выпивал. Мы постоянно ссорились с мамой из-за этого. И однажды она отправила меня к психологу, но я так разозлился на неё, что угнал его машину и поджёг её.              Аарон распахнул рот в полном неверии и чуть не подскочил. В свою очередь Кевин прервался на тяжёлый вздох и теперь зазвучал намного более глухо:              — Я чуть не угодил в колонию для несовершеннолетних. Не знаю, почему, но тот мужчина передумал подавать на меня иск. И мама пыталась вразумить меня всеми способами. Но всё равно… В пятнадцать лет я связался с компанией постарше и впервые попробовал наркотики.              Словно разом вылетевшие слова изо рта Кевина казались Аарону больной, ненормальной выдумкой мозга. И чтобы убедиться, что это не так, в образовавшуюся короткую тишину он ошеломлённо переспросил:              — Наркотики?.. Ты подсел?..              Кевин посмотрел на него открытым взглядом, в котором, помимо искренности, плескалась глубокая неуверенность. Глазами Аарон в панике забегал по его лицу, чувствуя, что совершенно не готов услышать чёткий ответ:              — Да, Аарон. Я был зависим.              В горле пересохло, он чуть не закашлялся на ровном месте. Аарон хотел вцепиться в него, с силой встряхнуть и попросить повторить ещё раз.              — Я понимаю… что тебе, наверное, противно это слышать. Но это ещё не всё.              — Что? Противно? О чём ты? — почти просипел Аарон и протянул руку к Кевину, но тот вздрогнул, будто испугался. — Кевин-              — Просто ничего не говори, — перебил его он торопливо, выставив ладонь вперёд, — и выслушай меня до конца, хорошо?              — Ладно… — сдался Аарон, чувствуя неприятную тяжесть в груди от волнения.              — Ты… ты ведь помнишь Маркуса? — Кевин не ждал от него ответа. — Он был со мной, всё это время. И когда нам стукнуло по шестнадцать, в канун Рождества нас пригласили на тусовку, — нервно усмехнулся он, но улыбка тут же погасла. — И всё шло как обычно, пока я не застал Маркуса со шприцом. Он сказал, что всё под контролем, и предложил попробовать тоже. Но я чертовки сильно испугался. Это… было чересчур. Пока никто не видит, я вылез из окна на кухне и свалил оттуда. Наутро Маркуса… уже не было в живых.              Тело Аарона враз ослабло после того, как Кевин притих. В какой-то прострации он медленно опустил затёкшие ноги и сел ровно, всё равно чувствуя, что, как бы ни старался держаться, падает в пропасть. Кевин никак не прекращал этот ужас, уверяя, что это шутка.              — Полицейские допрашивали всех, кто был связан с Маркусом. Ну, в том числе и меня. Но… ты знаешь, Аарон, процесс был таким поверхностным дерьмом, что никто даже не проверял, под чем были остальные на той вечеринке, — пробормотал Кевин и кашлянул, будто настраивался на продолжение. — Я не признался маме, был ли я там в ту ночь, но, кажется, она всё поняла. Она не стала переводить меня в другую школу, устраивать скандал или что-то ещё. В один день она отобрала у меня телефон, велела собрать чемодан и засунула меня в реабилитационный центр.              Наступила звенящая тишина, что длилась, по ощущениям, целую вечность. У Аарона было столько вопросов, что они словно разрывали изнутри, но просьба Кевина стояла выше его желаний.              — Я… я очень ненавидел её за это. И после двух недель в рехабе в нашу первую официальную встречу я накричал на неё и обвинил в том, что она хотела избавиться от меня и… — осёкся он и прерывисто вздохнул, потупившись. — Я пытался сбежать, ни с кем не разговаривал и устраивал всем проблемы. Но… В общем, всё это было бесполезно, я провёл там несколько месяцев. И хотя меня перевели на домашнее обучение по медицинским причинам, я отстал в учёбе ещё больше.              Под давлением его молчания Кевин стушевался и облокотился на колени, сжимая ладонью волосы. В такой позе Кевин казался совсем маленьким и уязвимым, словно вновь превратился в травмированного подростка.              — После реабилитации было немного не по себе снова пойти в школу. Мысли о родителях, о Маркусе и желании вновь достать наркотики всё равно не полностью отпустили меня. Мама видела всё и понимала, поэтому продолжала следить за каждым моим шагом, а я перестал ей доверять и всё так же срывался. — Кевин снова надолго замолчал, а когда заговорил, его голос задрожал: — И в один вечер… я отчётливо помню, как она сказала мне, что не хочет хоронить и меня рядом с отцом.              — О боже мой… — почти беззвучно прошептал Аарон, в отчаянии закрывая лицо руками.              Может, если он зажмурится, трагичные картинки перед глазами потеряют цвета? Аарон надавил на веки пальцами, пока не вспыхнули звёзды, а боль не пронзила виски. Ему стало так жалко Кевина, что он сам чуть не расплакался, как последний идиот. Хотелось плюнуть на всё, притянуть Кевина и обнять так, чтобы тот понял, насколько сильно Аарон любит его, несмотря ни на что. Но он сумел лишь опустить руки, лишённый смелости заявить об этом. Голос Кевина, наполненный неизмеримой печалью, периодически срывался на шёпот, и это частично приземлило его:              — Эта фраза… я вдруг трезво увидел её под другим углом?.. Точнее, вспомнил, что она всё такая же… моя мама, которая изо всех сил пыталась защитить меня и разрушить моё стремление погубить себя. — Кевин быстрым движением руки вытер слезу с щеки, но шмыганье носом выдало его. Он прохрипел: — Вот и всё.              Аарона переполняло противоречивыми чувствами, часть из них вопила, что ему тоже необходимо быть честным. Другая же перекрикивала, чтобы он не смел даже думать об этом. От обуявших чувств у него задрожали руки. Лишь бы угомонить медленно накатывающую на него панику, Аарон сжал челюсти и остервенело расковырял заусенец у ногтя, сдирая кожу до крови.              — После этого я попытался стать… идеальным сыном для неё. Ударился в учёбу, как одержимый. Выбрал право, чтобы у меня точно не было пути для отступлений. Сначала получалось плохо, но потом вроде как… стало полегче. Если честно, я до сих пор пытаюсь не допустить малейшей ошибки, чтобы не расстроить её.              Жжение в месте содранной кожи, однако, не пересилило его всеобъемлющего сожаления. Аарон слизнул кровь, но всё ухудшилось. Тогда он стиснул ладонь в кулак, прижимая другим пальцем рану. Впервые за это время Кевин вновь сел боком, чтобы посмотреть на него, однако Аарон остался неподвижен.              — В последний раз я принимал что-либо шесть лет назад. Но это чувство… Чувство чудовищной вины перед ней и Маркусом преследует меня до сих пор.       — Кевин, я… Кевин, я даже не представлял, что…       С губ Аарона сорвался судорожный вдох, ставший единственным звуком в тишине, наступившей после всего признания. Он не знал, что сказать в ответ. Аарон не верил в бога, но в голове криком крутилось лишь: «О, господи». То ли это молчание поглотило его вместе с тёмными мыслями, то ли ещё что-то, но пришёл в себя Аарон, только когда Кевин неуверенно прикоснулся к его сжатой ладони.              Осторожно, сначала кончиками пальцев, словно проверяя, можно ли ему теперь вообще, а потом обхватил полностью. Аарон ощутил настойчивое давление и тут же повернул голову. Их взгляды пересеклись на мгновение, но этого хватило. Аарона будто ударило высоковольтным током — он мгновенно опустил глаза. А Кевин уже заметил следы крови на пальцах.              — Это… — удивился он, мягким движением пальца стирая кровь, но на коже вновь образовалась крупная капля. — Ты сам это сделал?              У Аарона задрожал подбородок, но он, всё ещё не глядя на Кевина, кивнул.              — Всё нормально, — выдавил он в итоге.              — Подожди, я принесу… — вскочил Кевин и сделал пару шагов, затем, судя по звукам, развернулся и неловко сказал: — Какой-нибудь пластырь, наверное, найдётся в ванной, да? Просто… эм, подожди секунду. Я быстро, Аарон.              Когда щёлкнул выключатель в ванной комнате, Аарон, жмурясь, в ярости стукнул себя кулаком по лбу, пытаясь сдержать эмоции. Ком в горле душил его. Нестерпимо хотелось курить. Настолько, что сводило челюсти. Он встал, слыша, как скрипнула дверца закрытой полки, и метнулся к окну. Аарон снова наполовину высунулся, шмыгая носом, и сделал пару медленных вдохов и выдохов. Звуки города казались громче обычного, напоминая белый шум сломанного телевизора. Он пытался успокоиться, и у него это получилось до прихода Кевина.              К тому моменту, когда Аарон ощутил, как его плеча коснулись, он держался серьёзным. Кевин закрыл окно и потянул его в сторону стола.              — Аарон. Может, м-м… присядешь? — спросил он, кладя на стол перекись, ватный диск и пластырь.              — Мне и так нормально, — твёрдо ответил Аарон, мельком посмотрев на обеспокоенного Кевина.              Мокрым ватным диском Кевин молча вытер кровь и плотно заклеил палец пластырем. Казалось бы, рана такая незначительная, но кровоточила так, будто в действительности стоила всех усилий Кевина. У него мелко тряслись руки, Аарон не только ощутил это, он видел, как сильно Кевин переживал. С этим было трудно справиться, его заботливость сводила Аарона с ума. Он мерзок самому себе.              — Когда я рассказывал про смерть Маркуса, я сказал тебе, что боялся. Ну, когда мы созвонились ночью. Я извинялся за наше… эм, недопонимание. Ну, не знаю, помнишь ли ты это, — протараторил на одном дыхании Кевин и запнулся, когда Аарон посмотрел в его глаза.              — Помню конечно, — тихо ответил он, но Кевин будто боялся, что время для их разговора вот-вот закончится.              — И ты спросил о причине. На самом деле я боялся за себя. Каждый день мне было так страшно… я ненавидел себя за то, что сбежал в ту ночь и не рассказал об этом никому. За то, что струсил. Я думал, что если бы не поступил так, Маркус, возможно, остался жив.              После этих слов его руки бессильно опустились. Выглядел Кевин пристыжённым, на лице проступил румянец, искусанные губы поджимались, а брови то и дело сходились в переносице.              — И… когда ты внезапно исчез несколько дней назад… я приходил к тебе и… твой сосед вышел и всё такое. Ты не отвечал на звонки, тебя не было дома, — сбивчиво говорил Кевин, отведя взгляд. — Я вспомнил все те разы… Когда нашёл тебя без сознания на земле. Когда в День независимости ты напился настолько, что забыл, кто тебя донёс домой. Аарон, я… — шёпотом позвал он, словно прикладывал немыслимые усилия для того, чтобы произнести надломленное: — Я испугался, что опоздал и ты тоже умер.              — А… не говори такие вещи, — сделал ужасную попытку отшутиться Аарон, но смех так и застрял где-то в саднящем горле. — Всё ведь было нормально. Прекрати-              — Смущать тебя? — вполголоса закончил за него Кевин, делая шаг вперёд. Аарон непроизвольно отшагнул и столкнулся поясницей со столом. — Я не лгал, когда сказал тебе, что ты что-то задел во мне. Я… из кожи вон лез, не позволяя себе любить никого из-за ужасного прошлого.              — А я не позволял себе принимать любовь, потому что был уверен, что не заслуживаю, — нерешительно парировал он, резко повышая голос, словно у них не душевный разговор, а самый настоящий конфликт.              — Я не считаю, что ты не заслуживаешь любви, — возразил Кевин не менее пылко, встав к нему вплотную и посмотрев с вызовом во взгляде.              — А я не считаю, что ты должен лишать себя счастья из-за своего прошлого! — не остался в долгу Аарон, перейдя на крик. А затем, судорожно вздохнув, так же импульсивно выпалил: — Ещё много хороших людей топчут эту планету в поисках тебя. Поэтому, прошу… не закапывай себя глубже, чем уже сделал.              Кевин напрягся всем телом, замирая, а его самого будто толкнули в грудь. С минуту они оба нелепо молчали, слушая раздражающее гудение холодильника. Аарон поёжился, когда услышал смиренное:              — Хорошо… Если ты так не считаешь, теперь и я не буду.              Он точно выиграл этот спор и вместе с этим почему-то почувствовал себя пилотом, вынужденным отпустить руль тесного болида перед столкновением с ограждением, чтобы удар не переломал ему руки. Но дело в том, что Аарон уже опоздал с рефлекторной реакцией на высокой скорости, а удар был не просто травмирующим — он был смертельным.              — При одном условии, — произнёс Кевин, наклоняясь над ним.              — Что за условие?.. — вперёд мыслей тихо спросил Аарон и в поисках опоры схватился за кромку стола.              — Ты тоже не должен застревать в одной и той же тьме. Открой глаза, Аарон, и пойми, что она ушла.              Из-за порывистого движения Аарон задел кружку с искажённой рожей Гоуст-фейса, подарок от Генри, и та полетела на пол. В ушах бешено стучала кровь, заглушая треск разбившегося стекла. Всё равно он в шоке округлил глаза и взглянул вниз, но Кевин тут же требовательно поднял его голову, подхватив пальцами подбородок. Колебание было секундным.              — О, господи… — промямлил Аарон, прежде чем Кевин поцеловал его.