А монстры кто?

Тьма башни была густой, как чернила, пропитанная сыростью и запахом ржавого железа. Факелы на стенах отбрасывали дрожащие отблески, их свет выхватывал из мрака грубые каменные стены, покрытые плесенью. Кёниг и Крюгер двигались бесшумно, их шаги заглушал вой ветра, проникающий сквозь бойницы. Внутренний двор остался позади — тела стражников, спрятанные за бочками, уже остывали, их кровь впитывалась в щели мощёного камня. Теперь они были внутри крепости Вальтера, где каждый шаг мог стать последним. У входа в башню стражники не успели издать ни звука. Кёниг и Крюгер действовали как единое целое: латные перчатки зажали рты, кинжалы вспороли глотки. Тела осели на пол, кровь растекалась тёмными лужами, отражая тусклый свет факелов. Кёниг вытер клинок о плащ одного из стражников, его голубые глаза сверкнули под маской из тёмной стали, холодные и яростные. — Тише нельзя было? — прошипел Крюгер, затаскивая тело за бочку. Его голос был едва слышен, но сарказм пробивался даже в шепоте. König метнул на него взгляд, острый, как лезвие. — Я был тих, как смерть, — огрызнулся он, немецкий акцент стал гуще от напряжения. — Это твои сапоги скрипят, как старый гроб. Крюгер фыркнул, но промолчал, переводя взгляд на массивную дубовую дверь. Её железный замок поблёскивал в полумраке, обещая сопротивление. Кёниг потянул ручку — безрезультатно. — Scheiße(дерьмо)— выругался он, стиснув зубы. — Это не дверь, а чёртова стена. Крюгер ухмыльнулся, оттесняя друга плечом. — Не всё решает твоя сила, гигант. — Он вытащил из кармана две тонкие проволоки, их металл тускло блеснул. Присев перед замком, он начал работать, пальцы двигались с ловкостью, которой Кёниг от него не ожидал. — Когда ты этому научился? — Кёниг приподнял бровь, наблюдая, как проволоки скользят в замочной скважине. Крюгер не отвёл глаз от замка, его губы изогнулись в насмешливой улыбке.— Никогда не спрашивайте мошенника, как он научился вскрывать замки, или вора, где он научился воровать.—Его тон был лёгким, но сосредоточенность выдавала опыт. König хмыкнул, скрестив руки. Напряжение отступило на миг, но каждый щелчок проволоки бил по нервам. Наконец, раздался тихий лязг — замок поддался. Крюгер выпрямился, смахнув пот со лба, и театрально указал на дверь. — После тебя, герой. Кёниг закатил глаза, но уголки его губ дрогнули. — Смерти ищешь, Себастьян. — Он толкнул дверь, и она отворилась с низким скрипом, открывая тёмный коридор. Внутри башни воздух был тяжёлым, пропитанным запахом горелого масла и сырости. Каменные стены, холодные и влажные, отражали слабый свет факелов, вделанных в железные кольца. Спиральная лестница вилась вверх, теряясь в тенях. Где-то выше раздавались голоса — грубые, хриплые, с резкими вспышками смеха. Кёниг сжал рукоять меча, сердце билось в такт шагам. Она где-то здесь. Я найду её. Они начали подъём, прижимаясь к стене, чтобы тени скрывали их. Крюгер двигался следом, его кинжалы поблёскивали в полумраке. На втором этаже Крюгер наступил на скрипучую ступеньку, звук разнёсся эхом. Кёниг резко обернулся, его глаза полыхнули. — Тихо, черт тебя дери! — прошипел он. — Стараюсь, — буркнул Крюгер, лицо напряглось. — Не все такие грациозные, как ты. Они продолжили подъём, голоса становились громче, отчетливее. На третьем этаже лестница вывела к арочному проходу, за которым открывалась большая комната. Кёниг прижался к стене, выглянув из-за угла. Его кровь вскипела. Вальтер был там. Высокий, широкоплечий, с лицом полного величия и высокомерия, он стоял у камина, окружённый десятком своих людей. Его глаза, холодные и хищные, блестели, как у ястреба, выслеживающего добычу. На столе перед ним звякали кубки, вино плескалось, смех солдат эхом отражался от стен. Вальтер что-то говорил, его голос был скрипуча низким, пропитанным пренебрежительным высокомерием. Крюгер присел рядом, лицо помрачнело. — Их слишком много, — прошептал он. — Дюжина, если не больше. Нападём — нас раздавят. König стиснул зубы, пальцы сжали рукоять меча так, что кожа на костяшках побелела. Вид Вальтера разжигал в нём ярость, горячую и удушающую. Он хотел ворваться, разрубить этого ублюдка, залить пол его кровью. Но Крюгер был прав. Их было двое против толпы. Безумие. — Нужно отвлечь их, — выдавил Кёниг, голос дрожал от сдерживаемой ярости. — Вытащить их отсюда. Крюгер прищурился, глаза забегали, оценивая комнату. Затем он ухмыльнулся — безумно, почти весело. — Есть идея. Чокнутая, как ты любишь. König повернул голову, бровь вопросительно изогнулась. — Говори. — Я устрою хаос. Много шума. Они побегут за мной, а ты разберёшься с Вальтером. — Крюгер говорил быстро, голос был тихим, но решительным. — Только не облажайся, гигант. У тебя будет пара минут. König замер, глаза сузились. План был самоубийственным. Крюгер против дюжины солдат? Это было безумие. Но время утекало, а каждый удар сердца кричал о ней — где-то там, в лапах Вальтера. Выбора не было. — Не смей умирать, Себастьян, — прорычал Кёниг, голос был низким, почти умоляющим. — Обещай. Крюгер хмыкнул, ухмылка стала шире. — Простираюсь не сдохнуть, но ничего не обещаю. Но если сдохну, надгробие — за тобой. Напиши: «Крюгер, слишком крут для этого дерьма». Кёниг коротко кивнул, взгляд смягчился на миг. — Договорились. Крюгер отполз назад, его фигура растворилась в тенях лестницы. Кёниг остался у арки, дыхание стало ровнее, но сердце колотилось, как боевой барабан. Он ждал. Минута. Две. Затем тишину разорвал оглушительный грохот — где-то внизу, у основания башни, словно обрушилась стена. Крики солдат Вальтера заполнили комнату, смех сменился руганью. — Что за черт?! — рявкнул Вальтер, голос перекрыл шум. — Проверить, живо! Солдаты Вальтера выбирали из комнаты не заметив Кёнига в тенях лестницы, побежали вниз. König со спины напал на последних трёх солдат. Первый солдат встретил клинок Кёнига в спину рассёкая её, кровь брызнула на камни. Второй поднял меч услышав шум обернулся, но Кёниг был быстрее: схватил его за запястье, вывернул руку и вонзил клинок в грудь. Третий бросился в перед, но Кёниг уклонился, его массивная фигура двигалась с пугающей ловкостью. Удар локтем в лицо — хруст костей, затем добивающий удар мечом. И Кен г опасно и тихо зашёл в зал, Вальтер сидел за столом и дописал свой бокал вина Глаза Вальтера расширились, но тут же сузились, губы изогнулись в ядовитой ухмылке. — König.— протянул он, голос сочился презрением. — Приполз за своей ведьмой? Кёниг шагнул вперёд, меч опущен, пальцы дрожали от ярости. — Где она? — прорычал он, голос был как раскат грома. — Говори, или я вырежу твоё сердце. Вальтер рассмеялся, вставая с кресла со скрипом по полу отодвигая его и отступая к камину. Его рука легла на рукоять меча, но он не торопился. — Она жива. Пока. Но ты опоздал, König. König не ответил. Он бросился вперёд, меч взлетел, как молния. Вальтер успел уклонится и выставить в блок свой меч, сталь зазвенела, встретившись в воздухе. Удар был таким мощным, что Вальтер пошатнулся, но ухмылка не дрогнула. Комната наполнялась звуками стали о сталь, Вальтер парировал или уходил в защиту на удары, Кёниг наступал, каждый удар яростный, неудержимый. Вальтер защищался как мог но усталость давала о себе знать, его движения становились отчаянными. Кёниг был выше, сильнее, его ярость делала его непобедимым. — Ты проиграл! — рявкнул Кёниг, нанося удар за ударом. — Она моя. Я заберу её! Вальтер с ядом в голосе —Ты её живой никогда не увидишь. König разозлился и нанес точный улар в руку Вальтера , его меч вместе с кистью, звякнул о камни. Он упал на колени, тяжело дыша через зубы, и держась об обрубок руки, глаза всё ещё горели злобой. — Чудовище!— прохрипел он. König схватил Вальтера за ворот, приподняв над полом. В вырезах для глаз в маске горели голубые глаза Кёнига синим пламенем ненависти, Вальтер видел своё отражение в этих глазах. — Тогда молись, чтобы я нашёл её, — прорычал Кёниг. Он переместил свою руки на шею Вальтера. Хруст позвонка раздался в тишине, глаза Вальтера наполнились кровью и из уголка глаза вытекла, он издал последнее слово —В-ведьма.—испуская последний вздох. Тело обмякло и Книги просто его отпустил, и оно с грохотом упало на деревянный пол зала. Время утекало. Он бросился к столу в центре комнаты, где были разложены бумаги и свитки. Топот сапог раздался снизу — солдаты возвращались. Кёниг бросился к лестнице, ведущей вниз. «Подвал». Это был единственный след где она могла быть. Тем временем Крюгер мчался по нижним коридорам башни, за ним гналась толпа солдат. Его план сработал лучше, чем он ожидал: он опрокинул склад бочек с маслом, поджёг их факелом, и теперь двор полыхал, сея хаос. Крики, звон оружия и запах гари заполнили воздух. Крюгер нырнул за угол, кинжалы сверкнули, встретив первого преследователя. Удар в горло — солдат рухнул. Второй попытался достать его копьём, но Крюгер увернулся, подрезав сухожилия. — Давайте, ублюдки! — крикнул он, уводя солдат дальше от башни. — Поймайте меня! Он знал, что рискует. Знал, что может не выбраться. Но он дал Кёнигу шанс. И, черт возьми, собирался выжить, чтобы потом подразнить друга. König спускался по узкой лестнице в подвал, меч наготове. Воздух становился холоднее, запах плесени и крови бил в нос. Клочок её халата был зажат в его кулаке, подпитывая ярость. Он представлял её — связанную, напуганную, с синяками на коже. Моя Blume. Держись. Лестница вывела в длинный коридор, освещённый единственным факелом. В конце была железная дверь, запертая на тяжёлый засов. Кёниг бросился к ней, плечо врезалось в металл. Дверь задрожала, но не поддалась. Он ударил снова, засов начал гнуться. С третьего удара дверь распахнулась, и он ворвался внутрь. — Nein(нет)… — выдохнул он, голос сломался. Он ударил кулаком по стене, каменная пыль осыпалась. Ярость и отчаяние душили его. Но он не сдастся. Она где-то здесь. Он чувствовал это. Его глаза горели сталью. Я найду тебя, meine Blume. Даже если придётся сжечь этот замок дотла. Внезапно коридор озарился оранжевым светом. Сквозь узкое окно в стене Кёниг увидел пламя, пожирающее внутренний двор. Огонь ревел, чёрный дым валил к небу, освещая ночь. Бочки, склады, деревянные навесы — всё полыхало. Крюгер. Его хаос. Но пламя было слишком яростным, слишком близким к башне. Себастьян, что ты натворил? Топот сапог эхом разнёсся по коридору. Солдаты Вальтера приближались. Кёниг сжал меч, глаза горели сталью, но его мысли были с Крюгером. Если пожар выйдет из-под контроля, они оба окажутся в ловушке. König помчался вперед к лестнице, и к выходу во двор. Дым уже просачивался в башню, едкий и густой, щипал глаза. Он вырвался наружу, и жар ударил в лицо. Двор превратился в ад: огонь пожирал всё, соломенные крыши складов рушились, искры взлетали к небу. Среди хаоса Кёниг увидел Крюгера — тот стоял на перевернутой телеге, окруженный пятью солдатами Вальтера. Его кинжалы сверкали, отражая пламя, но кровь текла из раны с боку, а лицо было покрыто сажей. — Крюгер! — рявкнул Кёниг, бросаясь к нему. Крюгер обернулся, ухмыльнулся, несмотря на боль. — Опоздал на вечеринку, гигант? — крикнул он, уворачиваясь от удара меча. — Я тут слегка занят! König врезался в группу солдат, как таран. Его меч рассёк воздух, первый солдат рухнул, разрубленный от плеча до груди. Второй попытался ударить топором, но Кёниг отбил удар и вонзил клинок в его живот, выдернув с хрустом. Кровь брызнула, смешавшись с сажей на его доспехах. Крюгер воспользовался моментом: он прыгнул с телеги, кинжал вонзился в шею третьего солдата, а второй кинжал метнулся в грудь четвёртого. Пятый солдат бросился на Кёнига с копьём, но Крюгер метнул кинжал, и тот вонзился в глаз врага. Солдат рухнул, крик оборвался. König и Крюгер встали спина к спине, тяжело дыша. Двор пылал, жар обжигал кожу, но враги были мертвы. Крюгер сплюнул кровь, его ухмылка вернулась. — Неплохо для пары идиотов, а? Кёниг схватил его за плечо, осматривая рану. — Ты ранен, Dummkopf(идиот). — прорычал он. — Я же сказал, не умирай! — Пф, это царапина, — отмахнулся Крюгер, но его лицо побледнело. — А ты нашёл её? König сжал кулак, алый шёлк хрустнул в пальцах. — Только это, — глухо ответил он, показав клочок халата. — Она была в подвале. Или Вальтер лжёт. Крюгер нахмурился, взгляд стал серьёзным. — Тогда она должна быть где-то. Вальтер не станет её прятать далеко — она его козырь. — Он кивнул на горящий двор. — Это даст нам время. Они в панике. Ищем дальше. König кивнул, его глаза горели решимостью. Пожар пожирал крепость, но он не остановится. Моя Blume, я найду тебя. Они двинулись к боковому крылу башни, где, по слухам, Вальтер держал пленников. Пламя освещало их путь, а крики солдат тонули в рёве огня.