А монстры кто?

Скуление медвежат, жалобное и настойчивое, встретило вас у порога хижины. Ты толкнула дверь, и тьма внутри, разбавленная тлеющими углями камина, обволокла вас холодом. Кёниг вошёл первым, его шаги гулко отдавались по деревянному полу, рука лежала на рукояти меча. Крюгер, с медвежатами в свёртке, бросил взгляд на малышей, их чёрные мордочки дрожали. — Проголодались, бедняги, — пробормотал Крюгер, опуская свёрток на скамью. — Как и я, если честно. Ты кивнула, чувствуя, как усталость сдавливает виски. — Тогда давай поужинаем, пока они не начали нас жевать, — сказала ты, стараясь добавить лёгкости в голос. Тяжесть от визита к могилам всё ещё ворочалась в груди, но тепло хижины и присутствие Кёнига с Крюгером придавали сил. König молча направился к камину, подбрасывая дрова. Пламя вспыхнуло, осветив его суровое лицо и голубые глаза, в которых мелькала тревога. Ты подошла к старому котлу, висевшему над огнём, и заглянула внутрь. Пусто, но на полке нашлись мешочки с крупой — ячмень и немного овса. — Я займусь кашей, — сказала ты, наливая воду из ведра и засыпая крупу в котёл. Аромат сырого зерна начал подниматься, смешиваясь с запахом горящего дерева. König занялся мясом медведицы, которое он заранее замочил в вине с травами. Он вытащил куски из глиняной миски, стряхивая лишнюю жидкость, и разложил их на железной решётке над огнём. Аромат розмарина, тимьяна и можжевельника поплыл по хижине, дразнящий и тёплый. Его движения были точными, почти ритуальными — он посыпал мясо щепоткой перца, проверяя жар пальцами, не обращая внимания на шипение огня. Кругер сидел на скамейке, кормя медвежат. Они хрюкали и скулили, их лапки цеплялись за его рукова. Он хихикал, поглаживая их черные головы, его обычно суровое лицо смягчилось. —Я никогда не думал, что буду заботиться об осиротевших медвежатах, путешествуя с ворчливым другом и красивой ведьмой.— сказал он, и его тон снова наполнился обычным весельем. Продолжая помешивать кашу деревянной ложкой ты покачала головой не отвлекаясь — Все бывает впервые и я не ведьма, спасибо. König кивнул, не отрывая глаз от мяса. —Жизнь полна неожиданных поворотов.— заметил он, понизив голос. —Никто из нас не ожидал оказаться здесь и сейчас. Детеныши извивались и у ног Крюгера, явно довольные вниманием и угощением. Крюгер, развалившись на скамье, хмыкнул. — Вы двое — как супружеская пара, — поддел он, бросая кусочек мяса медвежатам. — Только вместо детей у вас эти пищащие комочки. Медвежата продолжали скулить и поджимается под скамейку. Ты нахмурилась, помешивая котёл. — Они всё ещё нервные, — заметила ты, бросив взгляд на Крюгера. — Может, не только голод? König, переворачивая мясо, кивнул. — Они чуют что-то, — сказал он тихо, его глаза обшаривали окно. — Но сначала поедим. Нам понадобятся силы. Ужин был скромным, но ароматным. Каша получилась густой, с лёгким ореховым привкусом, а медвежатина, поджаренная до золотистой корочки, источала умопомрачительный запах. Ты разложила еду по деревянным мискам, Кёниг нарезал мясо, а Крюгер, не теряя времени, набросился на свою порцию. — Чёрт, König, это… не угли, — признал он, жуя. — Девчонка, твоя каша тоже ничего. Может, вы и правда не пропадёте. Ты фыркнула, усаживаясь рядом с Кёнигом. — Высокая похвала, Себастьян, — сказала ты, но улыбка дрогнула, когда медвежата снова заскулили — громче, пронзительнее. Их маленькие тела напряглись, уши прижались к головам. König замер, вилка остановилась на полпути ко рту. — Это не голод, — сказал он, голос низкий, как раскат грома. — Это защита. Они чуют угрозу. Крюгер мгновенно отставил миску, его рука потянулась к кинжалам. — Компания? — спросил он, глаза сузились. Ты вскочила, сердце заколотилось. Кинжал, который Кёниг дал тебе, оказался в твоей руке, его рукоять была тёплой от твоей ладони. Уроки Кёнига вспыхнули в памяти: «Двигайся быстро, бей точно, используй их силу против них». Ты глубоко вдохнула, готовясь. Дверь хижины с грохотом распахнулась, и в проёме появились три фигуры — королевские стражники в тёмных доспехах, их мечи сверкали в свете камина. Герб короля Генриха — золотой лев на алом поле — горел на их нагрудниках. — König! — рявкнул старший, его лицо скрывал шлем, но голос дрожал от ярости. — Ты и твоя ведьма! Сдавайтесь, или умрёте здесь! König поднялся, его фигура заполнила комнату, как буря. — Убирайтесь, — сказал он, голос холодный, как сталь. — Или пожалеете, что нашли нас. Крюгер, уже на ногах, ухмыльнулся, но его глаза горели холодным азартом. — Трое на трое? Честно, — бросил он, крутанув кинжал. — Давайте, мальчики. Бой вспыхнул мгновенно. Первый стражник бросился на Кёнига, его меч взлетел в мощном ударе, но Кёниг был быстрее, его клинок встретил вражеский с оглушительным звоном. Крюгер нырнул под удар второго стражника, кинжал вонзился в щель между доспехами, и солдат рухнул с хрипом. Третий стражник заметил тебя, его глаза сузились. — Ведьма! — прорычал он, шагнув вперёд, его меч нацелен на твою грудь. Ты не замерла, как раньше. Уроки Кёнига — бесконечные часы тренировок, где он учил тебя двигаться, и бить— ожили в твоих мышцах. Ты нырнула влево, используя низкий стол как укрытие, забравшись под него и меч стражника вонзился в дерево и застрял в массиве дерева. Стражник замахнулся снова, но ты была готова. Ты кувыркнулась вперёд из под стола и быстра встав на ноги, сокращая дистанцию, пока он вытаскивал меч и где длинный меч становился бесполезным. Твой кинжал сверкнул, целя в уязвимое место под подмышкой. Клинок вошёл мягко, стражник взревел, его рука ослабла. Ты выдернула кинжал и отскочила, когда он попытался схватить тебя. — Проклятье! — прохрипел он, бросившись вперёд, но ты уже увернулась в бок и его мечь едва не задел твое правое плечо, и используя его инерцию, как учил Кёниг, ударила в шею, чуть выше края доспеха. Кровь брызнула, и он рухнул, задыхаясь. Ты отступила, тяжело дыша, кинжал дрожал в руке. Кёниг и Крюгер уже добивали своих противников. Кёниг одним ударом отправил своего стражника в стену, а затем вонзил меч в его грудь. Крюгер, с окровавленным кинжалом, смотрел на тебя с удивлением и… уважением. — Чёрт, девочка, — выдохнул он, вытирая кровь с лезвия. — Это было… впечатляюще. König стоял среди павших стражников, тяжело дыша. —Ты хорошо сражался, meine Blume. Лучше, чем я ожидал.— Его голос был тихим, почти грубым. С гордо поднятой головой и вытирая клинок с ухмылкой —Хороший учитель был.— тяжело дыша сказала ты, адреналин ещё тек по твоим венам и ты немного раскраснелась. König усмехнулся. —Лесть тебя не спасет. — сказал он, и его голос вновь обрел свою обычную властность, но в его тоне можно было уловить нотку восхищения. Шагнув к тебе, его глаза обшаривали твоё лицо, ища следы ран. — Ты цела? — спросил он, голос хриплый, но в нём сквозила гордость. — Да, — ответила ты, хотя сердце колотилось. — Спасибо твоим урокам. Он кивнул, его рука на миг сжала твоё плечо. — Ты была великолепна, meine Blume. Тишина, наступившая после боя, была оглушительной, нарушаемой лишь слабым скулением медвежат, спрятавшихся за скамьей. Ты посмотрела на тела стражников, чувствуя смесь облегчения и ужаса. — Они нашли нас, — выдохнула ты. Крюгер кивнул, убирая кинжалы. — И это не последние. Если король знает, где мы, сюда скоро явится армия. Надо валить. — Он подошёл к медвежатам, собирая их в свёрток. — Малышей берём. Они наши. König сжал челюсть, взгляд упал на тела стражников. — Мы идём к крепости, — сказал он твёрдо. — Она в двух днях пути. Там укроемся. Собирайтесь. Быстро. Ты не спорила. Усталость сжигала мышцы, но адреналин всё ещё гнал кровь по венам. Вы собрали всё, что могли: остатки еды, флягу воды, одеяла. Кёниг подхватил миску с недоеденной медвежатиной, завернув её в ткань — пригодится в пути. Ты убрала котёл с кашей, зачерпнув немного в миску для медвежат. Крюгер нёс малышей, ты — мешок с припасами. Хижина осталась позади, тёмная и молчаливая, как могила. Лес встретил вас холодной тишиной, звёзды были единственным светом. Кёниг шёл впереди, шаги уверенные, меч наготове. Ты держалась рядом, кинжал за поясом, чувствуя, как уроки Кёнига сделали тебя сильнее, чем ты думала. Крюгер замыкал шествие, его взгляд обшаривал тьму. Медвежата, притихшие в свёртке, изредка поскуливали, но их звуки теперь казались успокаивающими — они были живы, как и вы. — Крепость… она надёжная? — спросила ты тихо, голос дрожал от усталости. König кивнул, не оборачиваясь. — Заброшенная, но стены крепкие. Строили для войны. Там нас не достанут. Крюгер хмыкнул сзади. — Если она стоит, — пробормотал он, но в тоне не было сомнений, только сарказм. — Главное, чтобы там не было крыс. Я не подписывался на это. Ты слабо улыбнулась, несмотря на страх. — Крысы? Серьёзно, Крюгер? — Эй, я видел всякое, — парировал он, подмигнув. — Но после того, как ты разобралась с этим громилой, я спокоен. Ты теперь опаснее меня. König бросил на тебя взгляд через плечо, его глаза горели гордостью. — Она всегда была опасной, — сказал он тихо. — Просто теперь она это знает.