А монстры кто?

Таверна «Чёрный Вепрь» притаилась на перекрёстке, её покосившиеся стены и соломенная крыша сливались с серым небом, обещающим дождь. Изнутри доносились хриплый смех, звон кружек и запах прокисшего эля, смешанный с дымом камина. Ты остановилась у входа, пальцы сжали кинжал под плащом, сердце колотилось от предчувствия. — Это место кишит головорезами, — шепнула ты, бросив взгляд на Кёнига. Его лицо, бледное от боли, оставалось непроницаемым, но глаза горели решимостью. Свежая повязка на его боку, пропитанная горькой мазью из тысячелистника, напоминала, что каждая минута на счету. — Именно поэтому мы здесь, meine Blume, — ответил он, голос низкий, но твёрдый. — Держись рядом. И не давай им повода. Ты кивнула, но в груди шевельнулось беспокойство. — Если что-то пойдёт не так, я не собираюсь просто стоять и смотреть, — сказала ты, встретив его взгляд. — У нас нет права на ошибку. König слабо улыбнулся, уголок его рта дрогнул. — Я знаю. Ты — мой огонь. — Он толкнул дверь, и шум таверны обрушился на вас, как буря. Зал был полон жизни: наёмники в потрёпанных доспехах спорили за картами, торговцы с липкими улыбками шептались в углу, а пьяный бард у стойки терзал лютню, заглушаемый хохотом. Взгляды нескольких завсегдатаев скользнули по вам, но Кёниг, даже ослабленный, выглядел как человек, которого лучше обойти стороной. Вы заняли столик в тени, заказав эль, чтобы слиться с толпой. Ты сидела, настороженно оглядывая зал, выискивая угрозы и возможных союзников. König вдруг напрягся, его взгляд остановился на фигуре у камина. Мужчина с седыми волосами, собранными в хвост, и пустым рукавом, заправленным за пояс, пил эль, не обращая внимания на гомон. Его лицо, изрезанное шрамами, было суровым, а глаза — усталыми, как у человека, которого жизнь выпотрошила и оставила пустым. — Вольфрам, — прошептал Кёниг, в его голосе смешались боль и надежда. — Мой старый командир. Ты нахмурилась, вспоминая его рассказы. — Тот, что учил тебя держать меч? — спросила ты. — Ты говорил, он исчез после войны. — Да но….я не знал что он жив. — ответил Кёниг, пальцы сжали кружку. — Я думал, он мёртв. Ты посмотрела на Вольфрама. Он казался тенью былого воина, но в его осанке всё ещё чувствовалась сталь. — Думаешь, он с нами? — спросила ты. — Он выглядит… потерянным. — Он не потерян, — твёрдо сказал Кёниг. — Он зол. И это наш шанс. Ты положила руку на его запястье, останавливая. — Дай мне попробовать, — сказала ты, голос спокойный, но решительный. — Ты ранен, а он может не обрадоваться твоему лицу после стольких лет. Я поговорю первой. König посмотрел на тебя, его брови удивлённо приподнялись, но затем он кивнул. — Хорошо, meine Blume. Но будь осторожна. Он не из тех, кто любит пустые слова. Ты поднялась, чувствуя, как взгляды в таверне цепляются за тебя, словно крючья. Подойдя к Вольфраму, ты остановилась у его стола, держа руки на виду, чтобы не спровоцировать. Его глаза, серые и холодные, медленно поднялись к тебе. — Что нужно, девочка? — спросил он, голос грубый, как гравий. — Потерялась? Ты выдержала его взгляд, не позволяя себе дрогнуть. — Не потерялась. Ищу тех, кто устал от лжи Генриха, — сказала ты тихо, но твёрдо. — Говорят, вы знаете, что значит быть преданным королём. Вольфрам прищурился, его пальцы замерли на кружке. — Смелая, — хмыкнул он. — Или глупая. Кто ты такая, чтобы говорить о короле? — Та, кого он назвал ведьмой, — ответила ты, чуть наклоняясь ближе. — А за мной — человек, которого вы когда-то учили. Кёниг. Нам нужна помощь. Его лицо дрогнуло, взгляд метнулся к Кёнигу, сидящему в углу. На миг в глазах Вольфрама вспыхнула искра, но тут же погасла. — Кёниг, — пробормотал он. — Упрямый щенок всё ещё жив? — Он откинулся на спинку стула, изучая тебя. — Зачем вам я? Я — калека, выброшенный на обочину. — Потому что вы ненавидите Генриха, — сказала ты, не отводя глаз. — И потому что знаете, как бить его людей. Нам нужно спасти друга. Себастьяна Крюгера. Его везут в столицу. Вольфрам замолчал, его пальцы постукивали по столу. — Крюгер, — повторил он. — О ну конечно Крюгер и Кениг, парочка приносящая проблемы с самой академии. Ну и что на это раз натворил Крюгер?— Он усмехнулся, но в его голосе была горечь. Ты усмехнулась —Ну как вам сказать, убить Вальтера и его людей , это раз, потом прийти на городскую площадь где меня пытались сжечь и убить Ганса это два, а третье держали осаду в разрушенной крепости семьи Кёнига. Вольфрам присвистнул от удивления —Вау это…..безумно и самоубийственно и ради чего все это проходить? И зачем я? Ты наклонилась ещё ближе, твой голос стал тише, но твёрже. — Из за правды. Генрих клеймит невинных, чтобы держать трон. Вы можете сидеть здесь, топя гнев в эле, или встать и показать, что он не сломал вас. Вольфрам смотрел на тебя долго, его взгляд буравил, словно меч. Затем он рассмеялся — резкий, хриплый звук, от которого ближайшие наёмники оглянулись. — Черт а язык у тебя подвешен, знаешь как уговорить старого вояку — сказал он. — Ты — буря безумия. — Он кивнул в сторону Кёнига. — Пусть подойдёт. Поговорим. König поднялся, его шаги были тяжёлыми, но уверенными. Он сел напротив Вольфрама, их взгляды встретились, как клинки. — Капитан, — сказал Кёниг, голос спокойный, но полный уважения. — Нам нужна твоя сила. Крюгер не просто друг. Он — брат, который прикрывал мне спину, когда я был слеп. Генрих хочет его сломать, чтобы добраться до нас. Вольфрам отхлебнул эль, его глаза сузились. — Ты изменился, Кёниг, — сказал он. — Раньше ты видел только долг. Что заставило тебя повернуться против короны? König посмотрел на тебя, его взгляд смягчился. — Она, — ответил он. — Она показала мне, что я был чудовищем, слепо следуя лжи. Я убивал невинных, капитан. Но больше не буду. Вольфрам хмыкнул, но в его глазах мелькнуло что-то похожее на уважение. — Хорошо, — сказал он. — Я с вами. И не один. — Он свистнул, и из толпы вышли трое мужчин. Первый, с рыжей бородой и секирой, выглядел как медведь. Второй, худой, с арбалетом, двигался, как тень. Третий, лысый, со шрамом через глаз, источал угрозу одним своим видом. — Рольф, Иоганн, Торк, — представил Вольфрам. — Они потеряли всё из-за Генриха. Рольф был кузнецом, пока солдаты не сожгли его дом. Иоганн — охотник, его семью забрали за «связь с ведьмами». Торк… скажем, он не любит монархию. Они пойдут за мной. Ты посмотрела на Кёнига, ожидая его реакции. Он кивнул, но в его голосе была сталь. — Спасибо, капитан. Но если кто-то из вас предаст, я найду его. Даже в аду. Вольфрам рассмеялся. — Всё тот же Кёниг. Договорились. Завтра на рассвете перехватим конвой в ущелье. Я знаю тропу. Рассвет окрасил небо в холодный пепел, облака нависли, как саван. Ущелье, где вы устроили засаду, стиснутое скалами, было идеальной ловушкой. Ты смешала белладонну с сушёными грибами, чтобы создать дым, вызывающий одышку и слабость. Вольфрам и его люди заняли позиции на скалах, их оружие тускло блестело. Кёниг, сжимая меч, стоял рядом, его лицо было бледным, но глаза — как сталь. Ты видела, как он морщится, но его решимость была заразительной. — Готова, meine Blume? — шепнул он, его рука сжала твою. — Больше, чем ты, — ответила ты, с лёгкой насмешкой, скрывая страх. — Не свались, ладно? Он хмыкнул. — Ради тебя — никогда. Ты повернулась к Вольфраму, который проверял арбалет Иоганна. — Дым даст нам минуту, — сказала ты. — Бейте по лошадям, чтобы замедлить их. Я освобожу Крюгера. Вольфрам кивнул, его взгляд был одобрительным. — Ты знаешь своё дело, — сказал он. — Не подведи. Конвой появился с первыми лучами: две повозки, двадцать стражников и деревянная клеть, где сидел Крюгер, его лицо в синяках, но глаза горели дерзостью. Ты подожгла травяную смесь, и едкий дым окутал стражу. Солдаты закашлялись, кони заржали, несколько всадников рухнули. Вольфрам дал сигнал, и болты Иоганна и Рольфа полетели вниз, пробивая доспехи. Торк спрыгнул, его секира рассекла щит, как бумагу. König рванулся вперёд, его меч сверкнул, но ты заметила, как он пошатнулся, кровь проступила через повязку. Ты бросилась к клети, кинжал в руке, и начала резать верёвки замка. Крюгер, увидев тебя, ухмыльнулся. — Явление ведьмы народу, — прохрипел он. — Долго же ты. — Заткнись и помогай, — буркнула ты, но сердце ёкнуло от облегчения. Замок поддался, Крюгер вывалился, схватив меч павшего стражника. Но бой разгорался. Офицер в золотых доспехах, выкрикнул приказ, и свежие солдаты хлынули в ущелье. Ты заметила, как двое стражников идут на Кёнига, который едва держался. Не раздумывая, ты метнула кинжал, попав офицеру в шею. Он рухнул, но солдаты набросились на тебя. Вольфрам, четким ударом срубил голову напавшего на тебя солдата и рявкнул — Уводи Крюгера! — рявкнул он, его глаза горели. — Мы разберёмся! Ты подхватила Крюгера, который шатался, но сжимающего меч, и потащила его к скалам, где Иоганн прикрывал арбалетом. Кёниг, увидев, что ты в безопасности, удвоил усилия, но ты знала: он на грани. Вольфрам и Торк добили стражу, и вы отступили в лес, дым и крики остались позади. В овраге, укрытом папоротниками, ты перевязала рану Кёнига, руки дрожали от усталости. Крюгер, сидя рядом, пил из фляги, его ухмылка вернулась, но глаза были серьёзными. — Ну что, герои, — сказал он, — теперь мы — мишень номер один. Гордитесь? Ты закатила глаза, но улыбнулась. — Горжусь, что ты ещё болтаешь, — ответила ты. — Думала, тебя заставят петь гимны Генриху. Крюгер хмыкнул, но его взгляд смягчился. — Спасибо, — тихо сказал он. — Ты и этот упрямый баран… Я бы не выбрался без вас. Ты посмотрела на него, чувствуя, как его слова греют. — Почему ты с нами, Крюгер? — спросила ты. — Ты мог бы сбежать, жить тихо. Зачем? Он помолчал, глядя на огонь. — Кёниг… он вытащил меня из ямы, когда я был никем. Воровал, дрался, чуть не сгнил в тюрьме. Он дал мне цель. А ты… — он посмотрел на тебя, — ты напомнила, что эта цель — не просто выживание. Ты кивнула, чувствуя, как его слова оседают в груди. Кёниг, бледный, но живой, посмотрел на Вольфрама, чистившего меч. — Ты спас нас, капитан, — сказал он. — Я твой должник. Вольфрам пожал плечами, но его глаза были тёплыми. — Генрих заплатит, — сказал он. — За всё. Но сначала — убираемся. Его псы близко. Ты посмотрела на Кёнига, его тепло рядом давало силы. — Куда теперь? — спросила ты. Он сжал твою руку, глаза горели. — В крепость, meine Blume. Мы соберём армию. И свергнем его.