On a red light.

На душе стало спокойнее, словно расцвели прекрасные бутоны цветов. На кончике языка ощущался приятный аромат древесины, а воздух, что с прохладой дул в лицо, ещё больше ударял в нос этим феромоном. Феликс обмяк. Никогда ранее он не любил запахи альф, но сейчас, когда перед ним стоит Хван Хёнджин собственной персоной, ему хочется скулить, броситься в ноги и молить сам не знает о чём. Сказать честно, Хёнджин всегда был своенравным. Ещё в школьные годы младший не сводил с него глаз. Разница в четыре года не хило смущала, но точно не Феликса. Как говорится: возраст — это всего лишь цифра, тем более, если на кону стоит самая настоящая любовь. Их первое взаимодействие случилось совершенно случайно, когда старшеклассники потешались над омегой за задержку феромонов. Ему было на тот момент всего тринадцать лет, тогда, как Хвану — семнадцать. Он проходил по тому самому коридору, где завидев заплаканного блондина, не смог пройти мимо, если не добавит. Да, он его не защитил, лишь начал смеяться, кидая в бледное лицо пустую бутылку от энергетика. Феликс тогда и знать не знал, что мог влюбиться в такого человека. Но сердце не слушалось, и каждый следующий раз, когда Хёнджин пересекался с ним взглядом, Омега хотел прыгать, кружиться в вальсе или делать тройное сальто назад. Потом старшему исполнилось восемнадцать. Довольно зрелый Альфа не пропускал мимо ни единой юбки. Всегда был в окружении омег, и каждый день новых. У него не было постоянного спутника, и Феликса это очень сильно радовало. Ему часто снились мокрые сны, где Хван собственноручно его ублажает. И вот пора бы Ли смириться, когда его любовь покидает школу, но нет, он хранит свои чувства глубоко в сердце, никому и никогда о них не рассказывая, а после следует за ним. Он сдал все экзамены, чтобы поступить на этот чёртов юридический, хотя всегда мечтал пойти в медицинский, но ведь, любовь может сбежать навсегда, он не может упустить хоть единого момента, чтобы не посмотреть на него лишний раз. Хван был отличником. Всеми любимым да и вообще самым охуенным парнем в мире. И так думал не только по уши влюблённый Феликс. Каждый омега мечтал стать его. Лечь под это прекрасное тело, ощущать на себе венистые руки, и чувствовать его феромоны. Феликс, честно говоря, не был исключением, но он не на столько испорченный, чем и отличался от других. Да, альфу хотелось ощущать, но не в себе. Омега мечтал засыпать в обнимку с ним, уткнувшись носом в твёрдую грудь. Но нужны ли такие отношения самому Хёнджину? Ответ был очевиден — нет. Он любит внимание, любит быть всегда первым, и не любит постоянство. Именно поэтому Феликс в очередной раз сидит в коридоре, и прикрывшись для маскировки книгой, наблюдает за ним. Хёнджин любит выделяться, впрочем, что и делает сейчас. Он уместил руки на бёдрах двух Омег, и целуя каждую по очереди, взглянул на Феликса. Может, это было случайно, а может Хёнджину стало скучно, Ли не знает, но сердце бешено застучало, обещая выпрыгнуть, если прям сейчас Феликс не убежит. Лицо стало пунцовым, а тело дрожало. Странная у него реакция на альфу, но Феликс и сам по себе какой-то странный. Другой парень бы уже подошёл да признался Хёнджину, но Феликс не может, он боится, и даже не отказа. Он боится получить презрительный взгляд в ответ. Парень не знает о вкусах Хвана. У этого засранца всегда разные, даже беты входили в круг его очередного спутника на час, а в следующий он уже целовался с какой-то омегой в туалете. И Феликс терпит. Он надеется, что когда-нибудь этот юноша задумается над своей судьбой и найдет себе кого-нибудь на постоянку. А после выпускной вечер, за которым следует бал выпускников. Это день Хёнджина, Феликсу там совсем нет места, ему ещё три года учиться в данном институте, но он пришёл на бал. У него не было на тот момент друзей, да он и не надеялся ни на что, Феликс просто хотел увидеть напоследок Хвана. Но знал бы он, как сильно будет об этом жалеть.. Хёнджин пришёл в идеальном наряде, скорее всего сшитым на заказ. Чёрные волосы уложены назад, словно бизнесмен. Ему были готовы все поклоняться, а Ли уже и гавкать начинать хотел, уж слишком этот альфа прекрасен. Но какова досада — парень пришёл под руку с омегой. Женского пола. Заявляя всем, что та является его девушкой. У Феликса мир из под ног ушёл. Он был готов реветь, крушить и опять реветь, лишь бы всё услышанное стало сном, и самым ужасным. А в добавок к этому, когда все пары принялись исполнять медленный танец, и Феликс с красными глазами наблюдал за своей любовью в компании милой девушки, ему на телефон позвонили, сообщая, что у отца обнаружили опухоль. Боль люди испытывают в разных ситуациях, и для многих слово «Боль» имеет разное значение. А Феликса уже не держит ничего. Он на ватных ногах бежит из помещения, но даже на улице перед глазами стоит Хёнджин. Его улыбка, его волосы и его голос. На улице зима, холодно, но Ли бежал, он бежал к отцу. В голове было слишком много мыслей. Всего одна вспышка и один длинный гудок грузовика, а после больница. Тогда-то Феликс и получил урок на всю жизнь. Любовь никогда не принесёт тебе счастья, и не важно, сильная она или нет. Феликс не рад судьбе, что та оставила его в живых, ведь он жил ради одного — ради Хёнджина. А оказалось, что альфе жизнь Феликса была и вовсе ни к чему. И вот даже сейчас Ли стоит и вновь вдыхает прекрасный аромат древесины, который он клялся больше никогда не подпускать к себе, в то время, пока Хван изучает омегу перед собой. Феликса пошатнуло, он быстрым шагом обошёл парня и направился домой. Но его остановил голос, который как нож по сердцу. — Ли Феликс, ты ведь знаешь, кто я? — конечно же он знает. Как такое вообще можно не знать? Хёнджин не поворачивался. Они стояли спиной друг к другу, словно если вновь столкнутся взглядами, то весь мир потеряет смысл, взорвавшись под ярые аплодисменты. Феликс ведь прекрасно знает. Хван Хёнджин — богатый бизнесмен, серьёзный до боли в голове, и беспощадный альфа. Именно так его описывают все, а Ли не имеет права даже думать так о нём. Он знает старшего совершенно с другой стороны, и Омега уверен, что он может прочитать того, как открытую книгу. Или, по крайней мере, когда-то мог. — Извините, не понимаю о чём вы, — Хёнджин издал смешок. Странный жест в такой ситуации, но Феликса покрыло мурашками. Сзади него стоит не тот Хёнджин, которого знал блондин. Там находится что-то иное. И это «что-то» таит в себе голос и внешность его всё ещё возлюбленного. Феликсу хочется домой. Хочется к отцу, к семье, но есть ли у него на это право? Точно.. у него уже нет семьи, но почему же на сердце становится легче? Стоп, на сердце или в теле? Феликс раскрыл рот в немом крике, когда колени соприкоснулись с сырой землёй, но уже поздно, он слишком много вдохнул едкого феромона. Он совсем забыл, что Хёнджин доминантный Альфа, заставляющий подчиняться себе.