On a red light.

— Да боже, я знаю, что это было намеренное нападение, — Хван был явно раздражён. Он хочет узнать, как его вообще смогли найти. Хёнджин не из тех людей, кто направо и налево раскидывается своей геолокацией, тем более, что его Омега был на тот момент рядом. Как-то слишком подло, даже для мести. Бан Чан сложил руки на груди, обдумывая свой ответ. Кто мог совершить нападение на жилой комплекс? — да каждый второй. А кто мог совершить нападение, заранее зная, что там находится Хван Хёнджин? — считанные единицы. У Альфы достаточно врагов, ведь тот много кому перешёл дорогу: мучительно убивая или пытая своих жертв. Люди спят и видят, в каких страданиях умрёт глава мафии, а на деле со слезами на глазах убегают при первой возможности. Не каждый готов пожертвовать своей жизнью ради мести, но такие однозначно есть. — Я думаю, это кто-то из семьи Ли, — парень поднял палец вверх, высказывая свою догадку, но его проигнорировали, — Ну, типа, забрать члена семьи, всё такое.. — уже в пол голоса продолжил младший Бан. В воздухе витает напряжение. И каждый чувствует это всеми клетками тела. Каждый, кроме одного Альфы. Ким Сынмин развалился на диване, рыча себе под нос от очередного проигрыша в мобильной игре. Его никак не заботила гнетущая атмосфера, в которой читалось что-то похожее на планирование нового убийства (нет-нет, точно не Сынмина..). — Ну че-е-ерт, — простонал Ким, скатываясь по дивану вниз. Он снова не смог пройти босса, и это уже в который раз. Таким негодованием парень намеренно случайно привлёк к себе не мало внимания. А особенно Хёнджина, который и без того сверлил друга весь вечер. Его терпение не бесконечно.

***

Омега бесится. Ему сейчас хочется лишь одного — уебать чертовски с̶е̶к̶с̶у̶а̶л̶ь̶н̶о̶г̶о̶ бесячего Альфу, который на добрые несколько часов свалил неизвестно с кем, неизвестно куда, и при этом даже не оповестил Феликса! А узнал он это от слуг, что отлынивали от работы, и с чистой душой в отсутствии Господина, пускали сплетни по всем живым уголкам данного дома. И сплетни эти были далеко не чистой воды. — Значит, спит с каждым вторым, потому что ему не хватает внимания?! — Феликс топает ногами по своей комнате, роняя всё на своём пути, а что само не упало — скидывает куда попало. У него дым из ноздрей от представления эдакой картины. И вот новый приступ агрессии — нужно к̶о̶г̶о̶-̶т̶о̶ что-то хорошенько приложить о стену, иначе он приложит ни что иное, как свою голову. — Вот же урод! — уже заглядывается на кухонное лезвие блондин, но другой рукой себя останавливает. Хёнджин не стоит слёз и применения холодного оружия. И Феликс вправду начинает заново дышать, а потом, вот так легко хватает п̶о̶д̶а̶р̶е̶н̶н̶у̶ю̶ ̶Х̶в̶а̶н̶о̶м̶ шкатулку, и со всей силы кидает в плазменный телевизор. Вроде отлегло. — Так он ещё и на встречи берёт других Омег? — не долго стены особняка отдыхали. Каждая произнесённая фраза из уст слуг отдавалась ножевым ранением в сердце. Заживать растерзанное место пока не планировало. — Ненавижу! — ярость ощущалась за пределами комнаты, пока в самой спальне творился хаос. Ничто не прошло мимо цепких рук Омеги. Даже то, что он не планировал трогать — уже находилось на улице, метко попадая в разбитое оконное стекло. — Мне ему передать ваши слова? — Нет конечно! — Ли остановился с очередным оружием в руках, которое, — по его планам, — должно было полететь в зеркало. Обернулся Омега так же быстро, как и спрятал статуэтку у себя за спиной, делая вид, мол, просто прогуливается по комнате. И что, что та вверх дном перекручена? Это его территория, а ему так нравится. Прислуга прошёл в место, напоминающее логово злого медведя, переступая через каждый растерзанный предмет с сожалением в глазах. Феликс попытался отдышаться. Да, кулаки всё ещё сжимались до полумесяцев от ногтей. Да, ему сейчас чертовски плохо. Но почему? А ответ у Феликса имеется, и очень даже длинный, со всеми комментариями и невзгодами — потому, что е̶г̶о̶ Альфа спит со всеми подряд, проводит гон с другими, и дома даже не появляется (всё это он узнал из чужих слов, но суть одна). Блондину обидно, что он, как запасной вариант, к которому можно прийти в конце рабочего дня, и поиметь, зная, что никакого сопротивления не будет. И это осознание добивает, чертовски медленно, но верно. — Чего тебе? — парень сам не понял, почему из горла вылетел рык. Он не хотел, правда, это всё тупая беременность! — Боялся, что вы поранитесь, Господин, — Омега низко поклонился, прося прощения за незваный визит. — Тебя Чонин вроде звали? — Феликс попытался немного прибраться, стыд ведь никто не отменял. Слуга выпрямился, и кивнул. Надо ещё что-то сказать, но все слова, как на зло, покинули бедную голову. Зато на замену им пришли мучительные догадки о данном месте нахождения Хёнджина. Вариантов много, допустим: клуб, бордель, публичный дом. И да, всё это связано с изменой, другого и быть не может. Все Альфы одинаковые — эгоисты, которым лишь бы потрахаться. — Мне стоит вам помочь? — с издёвкой ведь спрашивает, ответ в молящих глазах Ли видит, но не ведётся, ждёт полноценных слов. Феликс опустил голову, перебираясь с ноги на ногу, и не внятно, но до улыбки на лице Чонина, пробубнил: — Да, пожалуйста. Вот так и началась генеральная уборка территории. Парни больше никого не позвали, вдвоём всё принялись делать, и Чонин даже подозревает причину, — каким бы ни был Омега капризным, осуждение в чужих глазах видеть не хочет. Феликс не решался заговорить первым. Не потому, что не хотел, а просто тем не находилось. Обычно он болтает обо всём подряд, перескакивая с одного на другое, но этот случай не из обычных. Да и Ян с улыбкой молчал, не видно в нём чего-то укоризненного в сторону блондина. Это заставляет быть более расслабленным. — А ты.. — Чонин отозвался на голос, — Как давно тут работаешь? — не называйте Феликса эгоистом, ему и вправду интересно послушать. Надо же хоть как-то разбавить атмосферу, которая именно ему казалась натянутой до предела. Улыбка с лица рыжего пропала. Так медленно и пугающе. Феликс было подумал, что спросил совершенно не то, что было в голове, а опять какую то фигню. Но вроде не на столько с ним всё плохо. Парень отложил все предметы из рук, и поправил подол жилетки. Он нечитаем. Совершенно. Лишь глаза стали темнее, но это ведь свет так падает неудачно? — С пяти лет, — подал наконец он голос. Феликс успел несколько раз перекреститься, — Меня привёл в этот дом Господин Хван, и не просто привёл, а спас жизнь своим поступком. Вы ещё что-то хотите узнать? — после недолгой паузы спросил Ян, когда увидел непонятную реакцию напротив. — Нет, стой, — Феликс помахал головой и руками в разные стороны. Он ничего не понимает. Как Хёнджин мог кого-то спасти, просто притащив сюда ребёнка? Не уж то ещё и на цепи держал? — Он тоже над тобой издевался? — от одной этой мысли кипит кровь в венах. То есть этот Альфа ещё и над детьми свои махинации проводит? — Вы не так всё поняли. — А мне кажется, я понял всё хорошо. Да я ему такую жизнь устрою, — Омега явно намеревался прямо сейчас развернуться в самом крутом стиле, и пойти горы покорять, доказывая свою героическую власть над миром. И он бы правда пошёл — сначала из комнаты, потом из дома, а дальше.. дальше Бог поможет. — Что за птенчик тут дом рушит? — у Феликса от этого голоса земля под ногами исчезла, зато появился лютый кинк на Хёнджина в спортивном костюме, потому что сейчас, Альфа в дверях комнаты выглядит ну безумно сексуально. Внутренний Омега кричит от желания его оседлать.