Между светом и тьмой

Я знал, что утро будет странным ещё до того, как Годжо появился. После вчерашнего вечера — крыши, звёзд, её "Спасибо" и того объятия, которое я до сих пор чувствую на своих руках, — я не мог выкинуть её из головы. Киеми была в каждом моём вдохе, и я ненавидел себя за это, потому что знал, что она всё ещё думает о нём. Но я не мог остановиться. Не хотел.

***

Когда я зашёл за ней утром, она открыла дверь с этой своей лёгкой улыбкой, и я поймал себя на том, что смотрю на неё слишком долго. Её волосы были чуть растрёпаны, глаза ещё сонные, и я сглотнул, заставляя себя отвернуться. Мы пошли в столовую, болтая о ерунде, и я старался вести себя как обычно — как друг, как тень. Но потом пришёл Годжо. Его слова — "Не слишком ли вы увлеклись?" — резанули меня сильнее, чем я ожидал. Не потому, что он был прав, а потому, что я хотел, чтобы он был прав. Я хотел, чтобы мы с Киеми были чем-то большим, чем просто "вдвоём". Но я видел, как она напряглась, как её взгляд дрогнул, и я ответил ему — "Она не твоя" — не только ради неё, но и ради себя. Чтобы напомнить себе, что она не принадлежит ему. И, может, никогда не будет принадлежать мне. Он ушёл, оставив за собой эту дурацкую ухмылку, и я смотрел на неё, пока она ковыряла тост. Она пыталась казаться равнодушной, но я знал её слишком хорошо. Её голос дрожал, когда она говорила о Годжо, и я чувствовал, как что-то внутри меня сжимается. Я хотел сказать ей, что она заслуживает больше, чем его слепота, но вместо этого просто спросил, выбил ли он её из колеи. Она соврала, что нет, и я сделал вид, что поверил. Мы закончили завтрак, и я шёл рядом с ней к выходу, пытаясь собраться с мыслями. Весь день впереди — тренировки, лекции, рутина, — но я не хотел, чтобы он прошёл как обычно. Не после вчера. Не после того, как она посмотрела на меня в коридоре, когда я обнял её. И тогда я решился. — Слушай, — сказал я, остановившись и глядя в сторону, потому что смотреть на неё было слишком опасно. — А что, если вечером сходим в кино? Там показывают какой-то старый ужастик. Говорят, атмосфера хорошая. Я почувствовал, как моё сердце заколотилось, пока ждал её ответа. Это было глупо — просто кино, просто предложение, — но для меня это было больше. Это был шанс провести с ней ещё один вечер, услышать её смех, увидеть, как она спорит со мной о чём-то дурацком. И, может, увидеть в её глазах что-то, что даст мне надежду. Она замерла, и я рискнул взглянуть на неё. Её брови поползли вверх, и она сказала с этой своей насмешливой улыбкой: — Серьёзно? Это что, свидание, Сугуру? Моё дыхание сбилось. Она шутила — я знал это по её тону, по тому, как она приподняла бровь, — но это слово, "свидание", ударило меня, как молния. Я мог бы отмахнуться, рассмеяться, сказать что-то вроде "Не мечтай", как делал бы Годжо. Но я не он. И я устал притворяться, что мне всё равно. Я скрестил руки, наклонил голову и посмотрел ей прямо в глаза. Её зелёные глаза, которые я знал лучше, чем свои собственные. — А ты хочешь, чтобы это было свиданием? — сказал я, и мой голос был спокойным, но внутри всё горело. Она открыла рот, но ничего не сказала. Её щёки порозовели, и я увидел, как она растерялась — впервые за долгое время. Я ждал, что она отшутится, как всегда, и она сделала это — рассмеялась, сказала что-то про мою "атмосферу" и что я должен её будить, если она уснёт. Но я видел, что мой вопрос застал её врасплох. И, может, это было глупо, но я почувствовал, что она задумалась. Хоть на секунду. — Договорились, — сказал я, улыбнувшись, и мы пошли дальше, как будто ничего не произошло. Но всё произошло. Я видел это в том, как она украдкой посмотрела на меня, в том, как её голос дрогнул, когда она согласилась. И я знал, что этот вечер в кино будет не просто вечером. Не для меня. Мы разошлись — она на лекцию, я на тренировку, — но я весь день думал о ней. О том, как она посмотрит на меня в темноте кинотеатра. О том, что, может, она начнёт видеть меня так, как я вижу её. И я боялся этого — боялся, что она скажет "нет", если я когда-нибудь решусь сказать ей правду. Но ещё больше я боялся, что останусь просто другом, который провожает её до комнаты и говорит "Спокойной ночи".