Между светом и тьмой

Я собирался на север — новый след, слух о наёмнице, что взяла задание на проклятие первого класса в ледяных пещерах. Я знал, что это может быть она — моя Киеми, моя мелкая, что ускользала от меня месяцами. Я стоял в своей комнате, закидывая в сумку карту, тёплую куртку и немного еды, когда дверь скрипнула. Мегуми вошёл — мелкий, серьёзный, с глазами, что резали меня, как её взгляд, и остановился, глядя на меня. — Ты опять идёшь по её следам, — сказал он тихо, и его голос был твёрдым, без вопроса. Я замер, сжимая ремень сумки, и повернулся к нему, натянув улыбку, что не доходила до глаз. — Откуда ты знаешь, мелкий? — спросил я, скрестив руки, но он не ответил — просто смотрел, и эта тишина была громче слов. Его взгляд говорил, что он видит меня насквозь — мою вину, мою тоску, мои поиски, что я не мог скрыть. Я ждал, но он отвернулся, и я понял, что не получу ответа. — Ладно, — пробормотал я, закидывая сумку на плечо. — Присмотри тут за всем, пока меня не будет. Он кивнул, слабо, и я ушёл, чувствуя, как его глаза жгут мне спину. Мегуми знал — знал, что я не остановлюсь, пока не найду её, и я ненавидел себя за то, что он видел эту слабость. Я был сильнейшим, но без неё я был ничем, и он это чувствовал, даже если не говорил. Я шагнул в холод, отправляясь на север — туда, где она могла быть, где я мог её догнать.

***

Путь был быстрым — я использовал свои связи, машину, потом шёл пешком через горы, где ветер выл, как проклятие. Я добрался до деревни к утру — заброшенной, мёртвой, с домами, что покрывал лёд. Пещера была впереди, и я чувствовал её — слабый отголосок силы, что я знал лучше, чем свою. Но она ушла — я понял это, как только вошёл. Пещера была тихой, только лёд блестел на стенах, и следы боя лежали передо мной, как доказательства. Я шагнул внутрь, и моё сердце сжалось. Куски чёрного льда валялись на полу — расколотые, с кровью, что застыла в трещинах. Следы когтей тянулись по стенам, глубокие, как шрамы, и я видел её силу — тёмные пятна, где её техника резала воздух, где она била. Она победила — проклятие было мёртво, и я знал, что это её работа. Я опустился на колено, коснулся крови на снегу, и почувствовал её — мою Киеми, что стала сильнее, что сражалась здесь и ушла. Она была близко — так близко, что я мог бы догнать её, если бы поспешил, но её следы терялись в снегу за пещерой, унесённые ветром. Я встал, сжимая кулаки, и смотрел на этот хаос — её победу, её силу, что я не видел своими глазами. Я опоздал — опять, как всегда, и эта мысль резала меня глубже, чем холод. Я любил её, и она была здесь, но я потерял её снова. Я шагнул к выходу, зная, что буду искать дальше — потому что она была моим светом, и я не остановлюсь, пока не найду её.