Тени чужих желаний

      Дин расслабленно откидывается в мягком кресле, пока доктор Хендриксон неспешно копается в ворохе бумаг на своём столе. Кабинет психолога стал для Дина своеобразным убежищем, где душа и тело обретали покой. Время здесь словно замедляло свой бег, позволяя тяжёлым мыслям вырваться наружу, не нарушая хрупкой тишины. Мягкий, рассеянный свет струился сквозь жалюзи, окутывая комнату атмосферой умиротворения. Спокойные пастельные тона стен не отвлекали внимания от главного — внутреннего мира пациента. На небольшом столике, привычно дымясь, стоит чашка тёплого чая с мятой, а рядом — стопка салфеток, готовых к непрошеным слезам. — Прошу прощения, мистер Винчестер, — ворчит мужчина, помахивая листом, — искал важный документ. Продолжим. — Давайте, — сдавленно отвечает Дин, делая глоток горячего чая. — Итак, когда вы в последний раз были на свидании? — Э-э, — писатель морщится, силясь вспомнить. — Приятный вечер в клубе, а затем горячий секс на одну ночь считается свиданием? — Нет, — категорично отрезает психолог. — Ясно, тогда года два назад. — Постойте, — доктор хмурится, — но ведь два года назад вы состояли в отношениях с Лизой. — Именно, тогда я и ходил с ней на свидания, — подтверждает Дин, чувствуя себя неловко под пристальным взглядом психолога. — Гм… — он что-то помечает в своём блокноте. — Эм, доктор Хендриксон, — Дин откидывает голову на спинку кресла, — я ведь пришёл к вам с совершенно другой проблемой. Причём здесь мои любовные похождения? — Ваша апатия напрямую связана с банальной скукой. Вам нужен свежий импульс, новый запал! — Не совсем понимаю, что вы имеете в виду, — Дин растерянно закусывает губу. — Ладно, оставим тему свиданий. Я настоятельно рекомендую вам завести новое знакомство, это отличная возможность приятно провести время с интересным человеком, узнать его поближе. — И как это поможет мне закончить книгу? — Вы не можете завершить свою книгу, потому что вам не хватает свежих эмоций, адреналина, загадки. Вы творческая личность, вам необходимо постоянно подпитывать себя новыми впечатлениями, раскрашивать рутину чем-то необычным, нетривиальным. — Возможно, — Дин делает ещё один глоток успокаивающего чая. — Допустим, такой человек уже есть. Но он слишком закрыт. — Расскажите подробнее, — доктор Хендриксон озадаченно протирает очки. — Ну, пару недель назад я познакомился с новыми соседями. Они женатая пара. В общем, меня заинтересовал мужчина, Кастиэль, однако он не слишком дружелюбен, и не только ко мне, а вообще ко всем… — Гм… — психолог снова что-то записывает в блокнот. — Я был у них на ужине, и мне даже удалось мило пообщаться с ним наедине, ну, я имею в виду, — мужчина слегка смущается, — между нами проскочила какая-то искра. Не подумайте ничего такого, не романтическая, а просто… искра. Хотя, возможно, это только моё впечатление, ведь прошло уже две недели, а у меня даже его номера телефона нет. — После ужина вы больше не виделись? — уточняет психолог. — Да, — выдыхает Дин, — если верить вашим словам, то, думаю, он отличный кандидат, чтобы встряхнуть меня… Ну, он показался мне интересным, хотя, честно говоря, я почти ничего о нём не знаю. — Замечательно, — психолог окидывает Дина озадаченным взглядом. — Вы сказали, что он ваш сосед напротив, верно? — Дин растерянно кивает. — Тогда проявите инициативу, встретьтесь с ним у дома, а затем пригласите куда-нибудь. Скажите, что таким образом хотите отблагодарить за ужин. — Проявить инициативу? — Дин морщится. — То есть, вы советуете мне маячить под его окнами? — Ну, это звучит несколько грубовато, — психолог откашливается, — скажем так, устройте ненавязчивое наблюдение. А когда подвернётся подходящий момент, перехватите Кастиэля и предложите провести время вместе. — Это всё равно попахивает сталкерством, — на лице Дина вырисовывается отчаяние. Психолог лишь молча отворачивается к окну, не подтверждая и не опровергая его слова. — Это называется проявить свой интерес, мистер Винчестер.       Дин принимается воплощать свой интерес в жизнь незамедлительно. Уже на следующий день после сеанса с психологом он предпринял первую попытку. Устроившись с книгой на балконе, Винчестер почти незаметно наблюдал за соседским участком. Зная, что супруги обычно возвращаются около семи, Дин разработал нехитрый план: выйти к почтовому ящику как раз к моменту их приезда. Он рассчитывал завязать непринуждённую беседу и пригласить Кастиэля на дружескую встречу. Однако у этого, как он считал, гениального замысла, была одна досадная загвоздка, которую Дин не сразу учёл.       Писатель встрепенулся, заметив знакомую ауди, вынырнувшую из-за поворота. С балкона второго этажа обзор был превосходным. Отложив книгу на журнальный столик, Дин мгновенно спустился вниз. К тому моменту, как он добрался до почтового ящика, машина уже стояла у гаража. Отлично. Мужчина добродушно улыбнулся, махнув рукой Эйприл, а затем Кастиэлю. Женщина, не теряя времени, вручила пакеты мужу и отправила его в дом, а сама направилась к Винчестеру. Дин невольно нахмурился, видя, как Кастиэль молча скрылся за дверью, осознавая, что его план рухнул, едва успев родиться. Эйприл. Эта вездесущая Эйприл!       Дину захотелось завыть от собственной глупости. Как он мог только подумать пригласить Кастиэля на встречу без Эйприл? Это бы выглядело нелепо и невежливо. Особенно учитывая, что именно Эйприл больше всех хлопотала над ужином. Затея отблагодарить только одного из хозяев изначально была обречена на провал. Чёртов доктор Хендриксон… В итоге Дину пришлось почти десять минут выслушивать подробный отчёт о том, как прошёл день у назойливой соседки, с натянутой улыбкой кивая на каждую её фразу. Да уж, светская беседа удалась на славу, вот только совсем не так, как он себе представлял. — Мило поболтали. Ещё увидимся, хорошего вечера, Дин, — женщина хлопает мужчину по плечу. Дин лишь проводит её недовольным взглядом, с силой захлопывая дверцу почтового ящика.       Вторая попытка тоже обернулась неудачей. Пусть Дину и удалось застать Кастиэля наедине, но лишь на мгновение, пока тот выходил из машины. Они едва успели обменяться приветствиями, как из-за угла дома, словно из ниоткуда, возникла Эйприл с садовым инвентарём в руках. Дин невольно вздрогнул, увидев её, а Кастиэль, словно ускользающая тень, снова собрался скрыться в доме, прямо из-под носа Винчестера. — Рад был встрече, — бросает Новак на ходу, направляясь к своему участку. Эйприл же уже спешит к Винчестеру, размахивая граблями. — А… — Дину остается лишь растерянно протянуть руку вслед удаляющемуся Кастиэлю, не находя слов.       Третья попытка, спонтанная и отчаянная, едва не закончилась трагедией. Новак убирал опавшие листья на своём участке, а Дин, словно зализывая раны после предыдущих неудач, любовно полировал свою Детку до зеркального блеска. Злость на самого себя кипела в нём, он больше не желал опускаться до уровня дождевого червя, поэтому лишь исподлобья бросал мрачные взгляды на ничего не подозревающего Кастиэля. Однако момент казался идеальным, чтобы наконец-то поговорить. И Эйприл, к счастью, не маячила на горизонте, похоже, её вообще не было дома. Дин нервно сглотнул, прежде чем решительно направиться к соседскому дому…       Ослеплённый своей целью, писатель напрочь забыл об осторожности и, не глядя по сторонам, шагнул на дорогу. Неожиданно вылетевшая из-за угла машина взвизгнула тормозами в самый последний миг, но всё же чиркнула его. От внезапного удара и шока Дин рухнул на асфальт, ошарашенно глядя в небо. Хмурясь, он услышал взволнованный крик женщины. Водительница мгновенно выскочила из машины и бросилась к нему. В тот же миг чьи-то сильные руки подхватили его с земли, крепко удерживая на месте. — Дин, — наконец взгляд Винчестера фокусируется, он узнает лицо Кастиэля, слишком близко склонившегося над ним. — Господи, Дин, ты меня слышишь? — Я… я вызову скорую, — в панике лепечет женщина. — Нет, не нужно, — писатель пытается выдавить улыбку, — я в порядке, всего лишь слегка задело. Это не ваша вина… Я сам виноват, выскочил на дорогу, не посмотрев по сторонам. — Скорая уже в пути, — заверяет женщина, участливо поглаживая его по плечу.       Дин склоняет голову набок, замечая обеспокоенное выражение лица Кастиэля. Он всё ещё находился в его крепких руках, почти полностью опираясь на него. Это было неловко. Дин нервно сглатывает, прежде чем высвобождается из стальной хватки. Осторожно пошевелив руками и ногами, писатель убеждается, что отделался лишь лёгким испугом. Кастиэль с облегчением выдыхает, переводя взгляд на перепуганную водительницу. — К счастью, переломов нет. — Послушайте, — Винчестер снова морщится, обращаясь к женщине, — просто езжайте дальше. Всё в порядке. Я не хочу никаких разбирательств с полицией, так что просто уезжайте. — Я… А как же денежная компенсация? — Мне ничего не нужно, — Дин слабо улыбается, — правда, давайте забудем об этом. А когда приедет скорая, я скажу, что поскользнулся в грязи, когда мыл машину.       Женщина всё же протягивает ему свою визитку на случай, если понадобятся деньги на лечение, и быстро уезжает. Винчестер пытается отшутиться, но Кастиэль по-прежнему хмурит брови, поражённый беспечностью соседа. Делая несколько неуверенных шагов в сторону дома, писатель резко хватается за ногу, шипя от пронзившей боли. Новак тут же поддерживает его сзади, на мгновение обхватив за талию, а затем за плечи. — У тебя что-то с ногой, — Кастиэль хмурится ещё сильнее. — Я поеду с тобой в больницу. — Что? — Дин слегка краснеет от смущения. — Нет, послушай, это пустяки. Обычный ушиб. — В больнице как раз и проверят твой ушиб. Может, у тебя ещё и сотрясение? Голова болит, тошнит?       Винчестер озадаченно качает головой. Нет, конечно, затылок немного ныл от удара об асфальт, но ничего серьёзного не было. Дину стало смешно. Нет, он, конечно, хотел провести время с Новаком, но не таким же образом! Когда их увозит скорая, Дин способен лишь с благодарностью смотреть на своего спасителя всю дорогу до больницы. Сумерки сгущаются, когда они покидают клинику. На ноге Винчестера красуется эластичная повязка из-за лёгкого растяжения. В остальном он был здоров, как бык, если не считать нескольких ушибов после падения. Кастиэль помогает Дину передвигаться, поддерживая его под локоть. Писателю льстит эта забота, но одновременно он чувствует себя полным идиотом. Дину было неприятно осознавать, что перед Кастиэлем он постоянно попадает в неловкие ситуации. Может, это и правда знак свыше, что им не стоит завязывать дружеские отношения? — Такси будет через семь минут, — из его глубоких раздумий вырывает низкий голос Новака. — А, отлично, — Винчестер не в силах сдержать улыбку, — спасибо, приятель, ты меня здорово выручил. — Любой добропорядочный сосед поступил бы так же, — усмехается Кастиэль. — Кас… — Дин смущённо улыбается, — прости. Кастиэль, теперь я у тебя в долгу. — Можешь звать меня Касом, так даже лучше, — незамедлительно отвечает мужчина. — Так мы теперь друзья? — шутит Винчестер. — Посмотрим, — Новак лишь качает головой, не пытаясь скрыть очаровательной улыбки. Дин заворожённо пялится на него. При свете фонаря Кас выглядит невероятно притягательно.       Винчестер растерянно моргает, заставляя себя отвести взгляд. Эта внезапная искра стремительно разгоралась в нездоровое наваждение. И всё же, Дин никак не мог постичь, что так отчаянно влекло его к Новаку. Одно он знал наверняка: рядом с Кастиэлем на душе было удивительно спокойно, такого внутреннего умиротворения он не ощущал ни с кем другим. Даже на сеансах у доктора Хендриксона не царила подобная безмятежность. Дин снова бросает взгляд на Новака и едва не задыхается, встречая его пронзительный взгляд. — Кхм, Кас, у тебя планы на эту субботу есть? — Пока не знаю, а что такое? — в синих глазах плещется неподдельный интерес. — У меня завалялись два билета на регби. Может, сходим вместе, если хочешь… — Прости, Дин, регби — это не моё, — Винчестер разочарованно прикусывает губу. На что он вообще рассчитывал? — Однако, у тебя же в пятницу литературный вечер. Я с удовольствием бы посетил его, если ты достанешь мне билет.       Глаза Дина вспыхивают от неожиданной радости. Он с недоверием смотрит на Каса. Предложение Новака, вместо резкого отказа, отзывается приятным теплом в груди Винчестера. Писатель с улыбкой кивает головой, хлопая новоиспеченного друга по плечу. — Насколько мне известно, все билеты распроданы, но, приятель, для тебя я достану всё что угодно. Могу и для Эйприл попробовать, если ей, конечно, будет интересно. — Ей это совершенно неинтересно, — незамедлительно отвечает Кастиэль. Дин удивлённо открывает рот. — Она не любительница литературы, особенно такого жанра, — добавляет он мягче. — Ясно… Ну, тогда приглашён только ты, — Дин растерянно потирает руки. Новак лишь тепло улыбается ему. — Постой, а откуда ты… узнал о моём литературном вечере? Я вроде бы не упоминал об этом. — Дин, весь город обклеен афишами. Заметить твоё имя на них не составит труда.       Винчестер неловко усмехается. Да уж, как он сразу не догадался? Это же очевидно. В какой-то необъяснимой прострации они молча доезжают на такси до дома. Чуть позже Кастиэль, как истинный джентльмен, помогает Дину добраться до крыльца. И Винчестеру наконец-то удается выудить номер телефона нового друга. Они тепло прощаются, и Дин ещё долго провожает взглядом удаляющуюся фигуру, пока та не растворяется в кромешной темноте. Войдя в дом, Винчестер скидывает верхнюю одежду и приваливается к стене, ощущая резкую боль в ноге. Он задумчиво пялится в стену, уже с нетерпением ожидая вечера пятницы.