Мем вышел из под контроля

Город уже начали украшать красными бантами, цветными гирляндами, как бы комично это ни смотрелось с обычной декабрьской температурой в Пальметто. С каждым днем количество «готовых» домов к празднику росло с геометрической прогрессией. Нил стал замечать, как его шаг с каждым разом становился все медленнее, а глаза цеплялись по сторонам все чаще. Даже спустя три года он по новой забывал о существовании таких масштабных праздников после отца. Дети с чужого участка, играющие в воображаемые снежки явно не дадут теперь про это забыть. На первом этаже тихо играла колонка с какой-то очень древней музыкой. Мэри плавно передвигалась по кухне в теплом свитере по колено, подпевая французским строчкам о любви. На столе стояли зажженные свечки, красиво поставлены салфетки, за ними тарелка с сладостями, пускай даже в доме их никто никогда не ел. Нил все еще не привык к такой спокойной картине после всего, что видел до совершеннолетия. Поэтому каждый раз, когда его мама покупала какую-то новомодную штуку, они часами могли вместе сидеть и разбираться как ей пользоваться, пока все остальные справлялись с этим за минут десять. Джостен никогда не смеялся с попыток мамы создать хоть какой-никакой уют: в начале это выглядело нелепо и криво, но он всегда был рядом, чтобы поддержать ее. Их дом все еще не дотягивал до уровня Моро, но уже был живее, чем Нил мог когда-то себе вообразить. Все готов сделать, только чтобы увидеть улыбку мамы. Во дворе уже стояла знакомая Кия, готовая рвануть с места по щелчку пальца. Нил похлопал себя по карманам, затем задержал взгляд на отражении в зеркале прихожей, куда смотрел реже, чем рождались дети альбиносы. Челка лежала в разные стороны, метод «пальцев вместо расчески» делал только хуже. Джостену казалось, что он сейчас окончательно психанет и отрежет эти патлы на раз два. — Давай помогу. — неожиданно рядом оказалась Мэри, видимо услышав недовольное пыхтение сына. — Так прихорашиваешься. — она легким движением руки положила волосы как надо, затем опустилась, чтобы поправить воротник. — Неужели свидание? — Мам. — Нил. Такая игра? Коронная фраза в их маленькой семье. — Нет, не свидание. Просто с Эндрю едем на разговор. — Так, значит, Эндрю? Забавно. — Мэри мягко улыбнулась, затем бережно обхватила подбородок сына, прошептав: — Потом о нем расскажешь. Беги. Нил буквально слетал с крыльца, чуть ли не прямиком на сиденье к Эндрю, учитывая с какой силой Мэри толкнула его вперед. Сколько бы он не описывал, что мама стала достаточно мягче — прошлое дает о себе знать. — Красивая. — вместо приветствия, если оно вообще может быть, выпалил Эндрю. — Ты разбираешься в женщинах? — Нил удивленно повернул голову в сторону водителя. Он знал, что мама объективно привлекательная. С самого детства Мэри была королевой вспышек и подиумов, пока не встретила бывшего мужа. Когда Нил шел рядом с ней, часто можно было услышать тихие восторги, нелепые комментарии и неуклюжие комплименты. Что уже говорить о красоте своей матери, когда лучший друг не стесняется, пускай даже в шутку, напрашиваться в отчимы. — Разбираюсь. — протянул Эндрю, чуть прищурившись. — На моей памяти это первый раз, когда я говорю комплимент женщине. Нил лишь кивнул, так как сам об этом думал. — Ну и как? — Забавно, но не особо волнительно. Вероятно, мне проще восхищаться тем, к чему уже привык. Он бросил на Нила выразительный взгляд, а затем снова вернулся к дороге, оставляя после себя легкую, почти невесомую, но от этого еще более ощутимую напряженность. Нил шумно выдохнул, отвернувшись к окну, но почему-то поймал себя на том, что улыбается. С тех пор они молчали до того, пока вдалеке не показалась знакомая фигура, переминающуюся с ноги на ногу явно не от холода. — Привет. — тихо сказал Ники, пытаясь уловить настроение парней. — И тебе. — нейтрально сказал Нил за них обоих. Все в компании прекрасно понимали, что Эндрю не заговорит сегодня без надобности. Его вызвали, значит он будет слушать, но не больше. — Наверное, сразу к делу. — Хэммик кивнул сам себе, затем развернулся вправо, чтобы было удобно идти вдоль пруда. — После нашего разговора я правда ограничил возможность публикации, но не сообщил об этом никому. Ни один пост не принадлежит мне. Он принадлежит анонимным людям — любой желающий студент Пальметто мог воспользоваться нашим ботом и поделится своими мыслями, а сайт автоматически публиковал, почти без фильтров на слова. Нил шел между Эндрю и Ники, внимательно внимая каждое слово, параллельно служа некой стеной безопасности, где каждый смог бы сказать, что думает, до того как набить друг другу лицо. — Мне надо было проверить собственную теорию, так как я кажется сразу заметил зацепку, кто бы мог это писать из всех наших. Зацепка, точнее ставка сыграла. Но, к ней позже. Ники шел торопливо, из-за этого его буквально приходилось догонять более широкими шагами. — Эндрю, — кузен впервые повернул голову на брата, судя по бегающему взгляду он все пытался собраться с мыслями, чтобы продолжить. — Ich möchte um Vergebung bitten. Du hast so viel für mich getan, ich möchte dieses Vertrauen nicht verlieren, wenn ich es nicht schon verloren habe. Ich hätte dir alles auf einmal erzählen sollen, aber ich bin ein Feigling. Ich bin es gewohnt, zu lügen und mich zu verstecken, in der Erwartung, dass sie sich bei jedem Wort, das ich sage, von mir abwenden. — Das reich — отрезал Эндрю. — Я об этом говорил, тебе еще в прошлый раз, что ко мне можно подойти со всем дерьмом, в котором ты даже не смог признаться себе. Wissen Sie, wo das Problem liegt? Sie möchten mein Vertrauen zurückgewi nnen, wenn Sie mir nicht vertrauen. Im Übrigen ist es nicht einseitig. Повисла тишина, которую иногда нарушали порывы ветра. Ники чуть замедлил шаг, затем окончательно остановился, проведя рукой по собственным волосам. — Ich weiß. — Хэммик выдохнул, словно сдаваясь, но в глазах всё ещё светилась напряжённость. — Я не жду, что ты поверишь мне сразу, — его голос был тише, но не дрожал. — Но я говорю это не для того, чтобы выгородить себя. Я просто… я хочу быть честным. Эндрю смотрел прямо перед собой, ни на секунду не меняя темп: — Честность? Поздновато, не находишь? — Я понимаю. — Ники отвёл взгляд, затем всё же снова взглянул на брата. — Но я хочу попробовать. Он снова перевёл разговор на немецкий, как будто боялся, что на английском его слова потеряют вес. — Ich kann es nicht ändern, was passiert ist. Aber ich kann versuchen, es richtig zu machen. Bitte... du bist mein Bruder. Ich will dich nicht verlieren. Эндрю вздохнул, устало потирая переносицу. В это время про себя Нил думал, о том, что больше не может терпеть. Он стал понимать то недовольное лицо Миньярда на ночевке, после идеи поговорить с братом. Но он также понимал Ники — откуда взялся его страх быть пойманным. Пока никто не начал говорить, Нил решился на поступок, который убьет двух зайцев сразу: внезапное знание немецкого и попытка добиться от Ники хоть чего-то полезного. — Das ist nicht fair. На него резко повернулись две пары глаз. На мгновение во взгляде Эндрю промелькнуло удивление. Ники тоже замер, выпрямился так резко, словно его ударило током. — Что? Джостен не стал отводить взгляда, пути назад не было. — Hier ist eine zusätzliche Tatsache über mich, abgesehen von der verbleibenden Schuld. Эндрю не ответил сразу. Он просто смотрел. В этом взгляде было что-то новое, что-то, чего Нил не мог сразу распознать. — Ты с самого начала всё понимал? — голос Ники был едва слышен. Нил кивнул, не сводя глаз с Эндрю. Ему сейчас важно было узнать его реакцию. — Это ведь не преступление.— спокойно добавил Джостен. — Не преступление? — Ники взмахнул руками. — Чувак, ты же буквально подслушал, то, что я говорил специально для Эндрю, чтобы понимал только он. — он резко выдохнул и хлопнул себя по лбу. — А ты еще и не стесняешься этого. Эндрю посмотрел на кузена так, будто раздумывал, стоит ли его заткнуть. — Значит, теперь ты знаешь, что Нил может быть киндер сюрпризом, буквально боксом «угадай че выкину». — сухо заметил он. — Поздравляю. — Какого черта? — пробормотал Ники, качая головой. — Боже, ну и день. Эндрю взглянул на него чуть дольше, чем обычно. — И что ты теперь будешь делать с этой информацией? — спокойно спросил он. Ники моргнул, не сразу понимая, что вопрос адресован ему. — В смысле? — В том смысле, что ты любишь ныть о шансах. Так вот. — Эндрю лениво приподнял бровь. — Вот тебе один. Ники застыл, еле выдавливая: — Серьёзно? — Разочаруешь — пеняй на себя. — коротко ответил Эндрю и повернулся обратно к Нилу. На это Ники лишь сглотнул, его плечи чуть опустились, но он не отвел взгляда. — Я все еще не верю тебе, но это не значит, что это нельзя исправить. Хэммик заморгал, словно не сразу понял смысл сказанного, а потом коротко кивнул снова, на этот раз с заметным облегчением: — Я приму это. — сказал он чуть тише. Наступила небольшая пауза. Напряжение всё ещё висело в воздухе, но уже не давило. Казалось, что самый трудный шаг сделан, и теперь им нужно просто двигаться дальше. За все время молчания они успели дойти до автолавок с разной едой. Эндрю сразу зацепился за фургон со сладостями, поэтому ничего не говоря, ускорил шаг к цели, оставляя Нила и Ники наедине. Джостен проводил его взглядом, пока не почувствовал как на него смотрят с правой стороны. — Ты вообще замечал? — начал Хэммик, многозначительно качая головой. — Что именно? — Нил вопросительно посмотрел на него. — Что он лайкает только твои посты. Неожиданная реплика заставила Нила часто моргать от недоумения: — Что? — В смысле, — Ники пожал плечами, будто это было самым очевидным фактом в мире. — Эндрю вообще редко что-то лайкает. Но если и лайкает, то только тебя. Нил открыл рот, но ничего не сказал. — Просто подумай об этом. — продолжил Ники с лукавой улыбкой. — Может, это что-то значит. Скажешь Эндрю, что я пошел нам столик занять. Джостен закатил глаза и отвернулся, делая вид, что не обратил внимания. Эндрю промахнулся, когда давал наречение «сюрприз» Нилу — больше такое слово подходило как раз его кузену, который непонятно по какой цепочке своих мыслей решил рассказать о своих наблюдениях. Миньярд стоял у фургона, изучая ассортимент с таким видом, будто выбирал не сладости, а оружие. Он что-то коротко бросил продавцу, забрал свой заказ и повернулся к подошедшему Нилу. — Как думаешь Ники вспомнит, что обещал нам зацепку или придется напомнить?— бросил Нил, когда тот подошёл ближе. Эндрю лениво откусил кусок от своего десерта и посмотрел на него так, будто Джостен задал тупой вопрос. Нил ждал пока он прожует, чтобы услышать объяснения. Но единственное, что ему сказали: — Пошли уже, там посмотрим. Когда они подошли к месту, куда ушел Ники, нарисовалась интересная картина: Хэммик сидел в компании девушек, что-то весело рассказывая, параллельно махая руками. Но стоило им подойти ближе, как Нил понял, кто сидит рядом с ним. Рене встретила их привычной мягкой улыбкой, будто ничего необычного не происходило. А вот Элисон… Она выглядела так, будто готова была убить Ники взглядом. — Ты не говорил, что будут гости. — заметил Нил, переводя взгляд с Ники на Рене. — Ну, знаешь, иногда лучше ставить людей перед фактом. — невинно ответил парень, отпивая свой напиток. — Мы подумали, что так будет проще. — добавила Рене. Нил перевёл взгляд на Эндрю, но тот, как всегда, выглядел спокойным. Только его пальцы чуть сильнее сжали салфетку с десертом, выдавая внутреннее напряжение. — И что это должно значить? — наконец спросил Миньярд, садясь за стол. — Это значит, что нам есть что сказать. — серьёзно ответила Уокер. — Нам? — переспросил Нил, кидая взгляд на Элисон, которая демонстративно отвернулась, скрестив руки на груди. — В основном мне. — призналась Рене. Эндрю не отводил от неё взгляда, но молчал, ожидая объяснений. — Я знаю, что сама в свое время предложила Нилу и Жану найти админа, но теперь думаю иначе. — Это мы уже поняли, — сухо бросил Миньярд. — Теперь вопрос почему. — Потому что я знаю, кто это делает. Нил услышал, как Ники кажется подавился воздухом. Он явно не ожидал, что Рене скажет об этом прямо. Эндрю не моргнул, его взгляд оставался таким же холодным. — И ты решила защитить этого человека? Девушка выдержала паузу, затем кивнула. Элисон сжала челюсть, ее пальцы сжались в кулаки. — Я не просила тебя этого делать. — тихо сказала она, обращаясь к Рене. — Но я не могла просто смотреть. — так же спокойно ответила Уокер. Эндрю перевел взгляд на Элисон, изучая ее. Словно пытаясь найти все ответы, не задавая вопросов. — Значит, это ты. — это было утверждение. Рейнольдс чуть заметно напряглась, но быстро скрыла это за напускной самоуверенностью. — Ну, допустим. И что? Рене нервно сцепила пальцы в замок, но промолчала. Ники выглядел так, будто очень хотел быть где угодно, только не здесь. Эндрю не сводил с Элисон взгляда. — Зачем? Она закатила глаза, будто объяснять это было ниже её достоинства. — Потому что это работает. Потому что людям нравится читать грязные истории. Потому что мне нужны были деньги. Выбирай любой вариант. — И ты решила слить в сеть ложь про Джереми? — Правду. — Элисон. — шикнул на нее Ники, видимо сам не выдерживая всей этой сцены от подруги. — Ой, да ладно. Это всего лишь слухи. — Она пожала плечами. — Он же пережил, верно? Нил резко выдохнул, и Элисон перевела на него взгляд: — О, не говори, что ты так переживаешь за бойфренда своего лучшего друга. В жизни не поверю, что ты умеешь это делать. До того как Джостен успел, что-либо выдать на такие речи, Эндрю перехватил его кулак, всего на секунду, но этого хватило, чтобы успокоится. — Ты плохо понимаешь, что несешь, а тем более в чью сторону. — спокойно сказал Миньярд. Элисон снова посмотрела на него. — Это угроза? Эндрю отпил напиток из стакана Ники, спокойно возвращая его владельцу. — Нет. Это факт. Затем они с Нилом синхронно встали из-за стола, предполагая, что разговор на этом закончен. Эндрю ушел быстрее, ни с кем не прощаясь. Джостен последний раз обвел троицу взглядом, остановившись на Ники, одним жестом намекая, чтобы тот ему потом написал. Возле машины во всю пускали кольца дыма от сигарет. Эндрю курил, облокотившись на капот. Его взгляд уходил куда-то вдаль, за пределы границ мира. — К тебе или ко мне? — Нил знал, что фраза звучит интересно, поэтому использовал ее специально, чтобы привлечь внимание. — Не, давай прям тут. — ответили ему, не отводя взгляда от горизонта. — Ладно, а если серьезно, надо позвонить этим — срочное собрание и бла-бла-бла. — сказал с ноткой сарказма Джостен, пока пытался понять, как опереться на капот так, чтобы было удобно. — На нашем месте или поедем туда, где нет людей? Ты как хочешь? — он повернул голову, пытаясь наконец поймать эмоцию на чужом лице. — Чтобы дольше трех минут, затяжная прелюдия, хорошее место с видом и полное отсутствие свидетелей. — Эндрю сказал это ровным тоном, не глядя на него. Нил лишь хмыкнул, склонив голову набок, будто задумавшись. — Значит, чтобы не мешали.— протянул Джостен. — Ты хочешь обсудить это без посторонних ушей? Эндрю медленно перевёл на него взгляд. — Да, именно это я имел в виду. Нил выдержал паузу, разыгрывая непонимание, и развёл руками. — Ну, в таком случае, логично будет выбрать место, где нас никто не потревожит. В воздухе повисло напряжение. Эндрю наконец посмотрел на него, подозрительно дольше обычного. — Что? — Nichts. Он выкинул сигарету, быстрым рывком садясь за руль. Нил поспешил за ним. — Всё, они будут через восемь минут. — сообщил Эндрю, выкинув телефон обратно на панель. Они остановились где-то не далеко от въезда в город. Вокруг только тёмное небо, приглушённый свет фонарей у трассы и ровный шум ночи. Нил снова огляделся, запоминания каждую деталь. — Если бы я не знал, что это просто встреча, я бы подумал, что ты выбрал место для убийства. — А это вариант. — спокойно заметил Эндрю. Прежде чем Нил успел ответить, вдалеке появились знакомые фары. Машина остановилась чуть дальше, и спустя несколько секунд из неё вышел Джереми. Он выглядел не злым, но определённо не в восторге. Жан вышел следом — как всегда спокойный, но с лёгкой тенью усталости на лице. — Ну. — Джереми запихнул руки в карманы куртки. — Надеюсь, дело реально срочное. — Срочное. — подтвердил Эндрю. Нокс слегка кивнул, потом хмыкнул и покачал головой. — Знаешь, Эндрю, в следующий раз, когда ты напишешь мне «срочно», я надеюсь, у меня будет хотя бы две минуты форы. Нил чуть нахмурился, не выдержав, спросил: — Форы для чего? Жан молча посмотрел на него, затем перевёл взгляд на Джереми. — Я и не…— Нил осекся. — Оу. — Да, — тяжело вздохнул Джереми, устало потирая лицо. — Оу. На это Джостен лишь коротко хмыкнул, а Эндрю, как обычно, никак не отреагировал, перейдя сразу к делу: — Мы позвали вас не просто так. — Ну, разумеется. — Джереми вздохнул ещё раз, теперь уже собравшись. — Что случилось? Мысленно Нил сто раз одернул себя за ту шутку на парковке для привлечения внимания. Концентрация темы секса за последние десять минут превышала больше чем за всю его жизнь. Он надеялся, что его пустой взгляд и легкую растерянность никто из его опытных друзей не заметил. — Внезапное трио самых главных сплетниц Пальметто решило раскрыть свои маски. — все еще отречено говорил Эндрю. — Ники сговорился с Рене и они притащили главный гвоздь программы на наш разговор. У вас три попытки угадать, кто это может быть. — продолжил Миньярд, теперь наигранно улыбаясь. — Это кто-то из Лисов? Кто-то из моих коллег? — первый начал стрелять догадками Джереми. — М, нет. — Этот человек знаком с нашей четверкой? — Нокс вошел в азарт, пока не собираясь сдаваться. — Да. — Он был на нашей вечеринке? — внезапно подал голос Жан, указывая пальцем между собой и Эндрю. — Да. Все, теперь только имена можно. — по легкому интересу в глазах Миньярда, Нил вспомнил о чужом пристрастии к ставкам. — Роланд. — Опа. Джереми, да ты умеешь удивлять, но удача сегодня не на твоей стороне. Теория хорошая, респект. — Эндрю отсалютовал куда-то вверх. — Жан? — Эрик? Парень Ники, да еще и сайты делает. Может это просто их семейный кружок по интересам. — неохотно предположил Моро. — Мимо, господа, мимо. — «ведущий» выдержал паузу, бегая глазами с Джереми на Жана. — Элисон Рейнольдс. — Что? — в унисон отреагировали двое. — Это же максимально рандомно. — неверяще пропищал Нокс. — Деньги никого не щадят. — пожав плечами, вставил Нил. — Тем более она подружка Ники, тут далеко ходить не пришлось. — Но меня же с ней практически ничего не связывает. Только на первом курсе мы… А. — кажется Джереми вспомнил какой-то эпизод, судя по быстро бегающим зрачкам. — Ну, нет. — менее уверенно заключил парень, словно пытаясь победить собственный диалог в голове. Жан подошел ближе к Джереми, положив руку на чужое плечо в знак поддержки. — У меня был романтик с ее бывшим парнем, я не знал, что они встречаются. Честно, мне казалось, что мы это решили, тем более столько времени прошло. — он неловко пожал плечами, заводя одну руку на затылок. — Боже. — Эндрю закатил глаза, на аккуратность друга. Немного подумав, когда рука Нокса перешла на талию Жана, Джереми спокойно сказал: — Я попробую с ней об этом поговорить. — Она что-то говорила про нужду в деньгах, как вариант, но того, что ты сказал там не было. — все это время раздумывая, озвучил свои мысли Нил. — Зачем ей об этом говорить при всех. Главное, что я понял. — Факт. — аргумент удовлетворил любопытство Джостена. Джереми больше не волновался, пропал огонек сбитых нервов из глаз, лишь блаженная усталость. Кажется Жан тоже это заметил, невесомо коснувшись губами чужого виска. Нил закрыл глаза, его все еще смущало любое проявление чувств этих двоих на публике, даже спустя месяц. — Так, ну я предполагаю, что дело закрыто. Пойманы все воры, а такое надо отметить! — в Джереми как будто проснулось второе дыхание. Все облегченно выдохнули, наконец осознавая, что правда все закрыто и теперь не надо будет это мусолить до мозолей мозга. — Почему бы и нет. — с разных сторон послышались согласия. Спустя две недели флешбеки о том вечере сами всплывают в голове Нила. Он не особо помнил как завалился домой, как прошел мимо спальни Мэри, как разделся и лег спать. Было ли это тихо или всё-таки его спалили с поличным. Мысленно он был благодарен маме, за то что она не поднимала эту тему, даже если там что-то было. Но больше Нила беспокоило не его пьяные попытки снять обувь с желанием выкинуть их на улицу, а то как он умудрился договориться с Эндрю на их совместную тренировку. Парень вынашивал эту идею со дня, как только узнал о том, что его друг, был вратарем, с отличной оценкой от Кевина, что уже нихуя себе. Что у трезвого на уме, то у пьяного на языке — видимо таким руководством пользовался тот Джостен, когда вел дипломатические переговоры. Но самое интересное у него это получилось, что пугало еще больше. Корт был свободен только в определенные даты, Нил на следующий же день дрожащими руками на трезвую голову отправил Эндрю сообщение, с просьбой выбрать подходящее, достаточно быстро получив ответ. Этот день настал, мандраж брал с самого утра. Нил не мог спокойно спать, как перед самым важным событием в его жизни. Он даже обвел его в собственном календаре, который раздавали всем «Лисам» на прошлое Рождество от спонсоров. Все тело было наэлектризовано. Эндрю хотелось удивить, хотелось дать ему что-нибудь взамен. Быстрым перечислением в голове всех вещей, что могли заинтересовать Миньярда, Нил вспомнил об автомобилях. Вспомнил как крутил игрушечный Порш в руках, мысленно отмечая использовать козырь, когда будет подходящий момент. Вспомнил, что обещал Эндрю историю. Этот момент настал. Джостен молнией сбежал с лестницы, смазано попрощавшись с мамой, уже забегая в гараж. Он давно не был за рулем этой красотки, но все прошло глаже, чем он мог ожидать. Нил остановился у знакомого дома и убрал руку с руля, чуть откидываясь на сиденье. Мягкий свет фонарей отражался на полированном капоте Порш Панамера. Он знал, что эта машина станет неожиданностью. За занавесками мелькнула тень — Эндрю заметил его. Прошла секунда, потом дверь приоткрылась, и на пороге показался Миньярд. Вместо того, чтобы сразу подойти к машине, он замер на крыльце, засунув руки в карманы. Его взгляд медленно, почти лениво, скользнул по кузову, но Нил знал лучше — это не было равнодушием. Эндрю сделал несколько шагов вперед, и в приглушенном свете фонаря Нил заметил, как его глаза чуть сузились — не от раздражения, а от пристального интереса. — Это подкуп? — протянул он, обходя машину по дуге, как хищник, присматривающийся к новой добыче. — Как хочешь. — Допустим. — Эндрю почти незаметно провел пальцами по капоту, задержавшись на логотипе. — Значит сегодня ты решил, что я достоин услышать как ты ее украл у японской мафии, когда был на секретном задании в прошлой жизни. Нил усмехнулся. — Ну, доля правды в этом есть. Машина – подарок моего дяди после суда, а он влиятельный человек в Европе, скажем так. Эндрю резко поднял взгляд, и в нем мелькнуло что-то такое, чего Нил прежде не видел — чистый, ничем не замутненный интерес. Не тот, что сам Джостен показывал к ракеткам или экси, нет. Это было другое. — Ты не носишь вещи ради понтов, ты не тянешься к дорогим игрушкам, — голос его был низким, почти задумчивым. — Но у тебя влиятельный человек в Европе и чертова Панамера в гараже, которой ты не пользуешься. Но при этом она не выглядит как то, что стоит и гниет без дела. — Ей пользуется моя мама. Жан видел. — Нил посмотрел прямо на него. — Я подумал, тебе понравится мой сюрприз. Миньярд на мгновение замер. В темноте было почти незаметно, как чуть дернулся уголок его губ. — Хм. Неплохо, Джостен. Для того, кто пытается довести меня своими перфомансами. Он снова обошел машину, внимательно изучая детали — фары, изгибы кузова, колеса. В его движениях была легкость, но Нил видел в этом почти детское восхищение, спрятанное за обычной невозмутимостью. Наконец, Эндрю резко кивнул на дверь: — Ключи. — Нет. — Жалко. Но вместо того, чтобы возмутиться или отстраниться, он молча открыл пассажирскую дверь и сел в салон, максимально аккуратно, будто совершив лишнее движение все сломается. Всю дорогу Нил был занят предвкушением тренировки, точнее своего подарка на Рождество, как ему успел напомнить Эндрю. Единственное, что тот сказал за весь путь. Порш, нарушая ночную тишину, резко затормозил у ворот корта. Нил выключил зажигание и повернулся к Эндрю, который просидел на пассажирском сиденье практически не шевелясь. Забавно было наблюдать, как он, буквально затаив дыхание, ехал в этой машине. Это сильно контрастировало с тем, как парень, не особо церемонясь, управлял своей Кией, не щадя ни подвеску, ни двигатель. — Выдыхай, Миньярд. Приехали. — с широкой улыбкой сказал Нил, щёлкнув пальцами в паре сантиметров от лица Эндрю. — Не могу поверить, что имея такую тачку, ты предпочитаешь ездить на моей развалюхе. — проворчал Эндрю, едва касаясь приборной панели кончиками пальцев, словно боялся оставить хоть малейший след. Нил заметил, что обычно циничный и равнодушный Эндрю в этой машине ведёт себя как ребёнок, которому доверили дорогую игрушку. Его благоговейное отношение к его автомобилю вызывало у Нила тёплую, почти нежную улыбку. Как бы ему ни хотелось любоваться этим зрелищем, он слишком долго ждал этого дня, когда Миньярд наконец-то присоединится к нему на корте. И сейчас, находясь всего в пяти минутах от стадиона, Джостен просто не мог и не хотел больше ждать. — Пошли. — поторопил Нил, чувствуя, как его нетерпение достигает предела. — Если будешь хорошим мальчиком сегодня, на обратном пути поведешь ты. Нил поймал на себе испепеляющий взгляд из-под полуопущенных век и уже собирался плюнуть на всё и просто вышвырнуть Миньярда из машины, но тот на удивление легко подчинился и сам открыл дверь. Нил усмехнулся и вышел следом. — Ещё одно слово, и я выпорю тебя этим поводком. — процедили в ответ. — Сначала тебе придётся отобрать его у меня. Щелкнув выключателем, Нил залил раздевалку ярким светом и, посторонившись, жестом пригласил Эндрю войти. Накануне вечером, задержавшись после общей тренировки, он позаботился обо всем необходимом: разложил экипировку, подобрал подходящую по размеру форму для Эндрю, чтобы сейчас не тратить на это драгоценные минуты. Все для того, чтобы как можно скорее начать их долгожданную тренировку. — Экипировка там. — Нил кивком указал на скамейку. — Я переоденусь в душевой. Он всегда так делал, чтобы не давать товарищам по команде повода пялиться на его шрамы, оставленные отцом. Ему не нужны были их сочувственные взгляды, тем более осуждающие или насмешливые. Шрамы уродливые, пугающие. Они — постоянное напоминание о боли, о кошмарах прошлого, о несправедливости, пропитавшей каждый день его детства. В голове крутились мысли о том, как бы Эндрю отреагировал, увидев его изуродованное тело. В глубине души Нил надеялся на понимание. Он знал, что Эндрю испытывает к нему нечто большее, чем просто дружескую симпатию. Сначала это было лишь смутное ощущение, но с каждой встречей, с каждым взглядом, с тем поцелуем на капоте становилось понятно, что это были уже не намёки, а целые билборды прямо говорящие о своих намерениях. Нил не знал, к чему это приведёт, но твёрдо знал одно: потерять Эндрю и то хрупкое доверие, которое установилось между ними, он не хотел. Отточенными, почти механическими движениями Нил переодевался, словно выполняя давно заученный ритуал. Снять футболку, надеть защиту для плеч, затем нагрудник и завершить всё игровой майкой. Остальное можно было сделать, не прячась в душевой. В раздевалке Эндрю небрежно вертел в руках клюшку, одетый в одну из запасных форм, но полностью игнорирующий защиту. — Ничего не забыл? Эндрю не спешил объяснять, почему пренебрегает экипировкой, а Нил не торопил его, сосредоточившись на закреплении щитков на голенях. Однако он чувствовал на себе взгляд Эндрю, изучающий каждое его движение, задерживающийся на участках обнажённой кожи. — Она мне не понадобится. — запоздалый ответ прозвучал как вызов, порождая больше вопросов, чем давая ответов. То, что это не очередной выпендрёж, стало ясно уже через пятнадцать минут тренировки. Кевин говорил, что Миньярд хорош, но Нил и представить себе не мог, насколько он невероятен в воротах. В следующий раз, когда Дэй начнёт умолять его вернуть Эндрю в команду, Нил уже не будет так категоричен в своём отказе. Как бы Джостен ни пытался прорваться, Эндрю стеной стоял на защите ворот. Поначалу он лениво отражал удары, даже слегка пренебрежительно, словно позволяя Нилу немного развлечься, посылая мяч прямо под ноги. Но постепенно игра разгоралась, азарт захватывал обоих, и с каждым новым ударом клюшка Эндрю работала всё быстрее и сильнее, отправляя снаряд далеко за пределы досягаемости Нила. Мышцы горели огнём, но Нил и не думал сдаваться. Каждый отбитый удар лишь разжигал в нём ярость и желание пробить защиту Миньярда хотя бы раз. Удары слились в бесконечный водоворот, а время утратило всякий смысл. Существовал лишь он, клюшка в его руках, яростный удар и непробиваемая стена Эндрю. Руки отказывались повиноваться, замах становился всё менее точным, а из арсенала приёмов осталась лишь упрямая, почти безумная воля к победе. Даже фирменные финты Кевина, которые, как наивно полагал Нил, он освоил в совершенстве, оказались бесполезными. — Хватит. — Эндрю невозмутимо опустил клюшку на пол, завершая тренировку. Нил хотел возразить, настоять на продолжении, но усталость сковала его тело, не давая издать ни звука. Он безвольно опустился на пол, словно марионетка, у которой перерезали нити, клюшка выпала из ослабевших рук. Эндрю опустился рядом, скрестив ноги по-турецки, давая ему время прийти в себя. — Пойдём, отвезу тебя домой. — Миньярд мягко толкнул его ногой в бедро. — Уже поздно. Под струями обжигающей воды в душе Нил осознал, насколько сильно он переусердствовал. Каждая мышца протестовала, но постепенно тепло возвращало им чувствительность. Пока он приходил в себя, Эндрю успел привести корт в порядок, словно их ночной тренировки и не было. Невероятно, но при таком напряжении он не только не выдохся, но даже не вспотел. Нил был восхищён его выносливостью. Дорога домой пролетела в комфортной тишине, нарушаемой лишь размеренным шумом мотора. Нил, находясь на грани сна, не сводил глаз с Эндрю, ведущего его Порш. Эндрю был чертовски красив. Дорогие машины ему невероятно шли, будто он родился за рулём, настолько органично он смотрелся в этом образе. Спокойная уверенность, исходившая от Эндрю, окутывала Нила чувством покоя и безопасности, погружая в сладкую дрёму. Сквозь сон Нил почувствовал прикосновение к плечу, настойчиво выводящее его из дрема. — Просыпайся, спящая красавица. Приехали. — произнёс Эндрю, вкладывая ключи от Порша в руку Нила. – Загнать в гараж сам сможешь? Мне ещё до дома бежать. — Куда бежать? — остатки сна как рукой сняло. — С ума сошёл? Время половина третьего ночи. Переночуешь у меня. Утренний луч декабрьского солнца нагло пробился сквозь неплотно закрытые жалюзи, заставляя Нила проснуться. Безусловно, это было куда приятнее, чем отвратительная трель будильника. Нил, щурясь от яркого света, потянулся, разминая ноющие мышцы. Внезапно его рука наткнулась на что-то мягкое и тёплое, пригревшееся справа. Поднявшись и повернув голову, он увидел Эндрю Миньярда, который мирно спал, уткнувшись лицом в подушку, обнимая плюшевую панду — подарок Жана, ногой подпирая морковь — уже собственно выбитый подарок в парке. Секунда на осознание, две на попытки вспомнить события прошлой ночи, три на невольное разглядывание обнажённой спины, упругих бицепсов и сильных мышц. Эндрю… без футболки. Твою мать. Внезапный стук в дверь — короткий и требовательный — заставил Нила вздрогнуть. Не дождавшись ответа, дверь приоткрылась. — Нил, ты ещё спишь? Во сколько ты вче… — Мэри резко замолчала, уставившись на незваного гостя в кровати сына. Незаконченный вопрос повис в воздухе, а в глазах женщины читалось полное замешательство. Шум заставил Эндрю проснуться. Он приподнялся на локте, сонно щурясь одним глазом и пытаясь понять, что происходит и где он находится. Нил, смутившись, судорожно натянул на него одеяло, пытаясь скрыть оголенный торс. — Мам, дай нам пять минут, и мы спустимся. — выпалил Нил, пытаясь сгладить неловкость ситуации. — Мам? — эхом повторил Эндрю, словно не понимая значения этого слова. Но через секунду до него дошло. Стыдливо прикрыв лицо рукой, он тихо выругался — Вот дерьмо. Мэри, решив не смущать парней ещё больше, молча вышла из комнаты, тихо прикрыв за собой дверь. Усталость после ночной тренировки была такой, что Нил почти не помнил, как оказался в постели. Тем более совершенно вылетело из головы, как рядом с ним оказался полуобнажённый Миньярд. Натягивая домашние штаны и не глядя бросая Эндрю его футболку, Нил, честно говоря, совершенно не представлял, как себя вести. Они молча по очереди сходили в ванную, чтобы наспех привести себя в порядок. Уже спускаясь по лестнице, Эндрю тихо спросил: — У тебя из-за этого будут проблемы? — Проблем нет, но неловкий разговор гарантирован. – вздохнул Нил. Мэри сидела на кухне, увлечённо листая что-то в телефоне, неспешно потягивая кофе. Рядом с ней на столе стояли ещё две дымящиеся чашки. Нил и Эндрю попытались как можно незаметнее проскользнуть мимо неё к входной двери, надеясь, что хотя бы Эндрю удастся избежать разговора. Глупо было надеяться, что мама их не заметит. — Нил, твой молодой человек разве не останется на завтрак? — она отложила телефон и теперь внимательно рассматривала Эндрю. — Я бы хотела познакомиться с тем, кто ночует в моём доме. Нил и Эндрю обменялись обречёнными взглядами, понимая, что отступать некуда. Они вошли на кухню и сели напротив Мэри, старательно избегая зрительного контакта. Первым молчание нарушил Нил — в конце концов, это он втянул их в эту неловкую ситуацию. — Ты всё не так поняла… — выражение лица Мэри красноречиво говорило: «Правда, что ли?» — Вчера мы поздно закончили тренировку и сильно устали. А так как мы были на моей машине, мне показалось небезопасным отправлять Эндрю домой пешком ночью, поэтому я предложил ему остаться. — У нас есть гостевая спальня, Нил. — Да, но ты говорила, что она для… моей второй половинки, понимаешь? А друзья могут спать в моей комнате. — А вы друзья? — с ироничной улыбкой уточнила Мэри. Ответ был очевиден, но почему-то застрял у Нила в горле. Да, конечно, они друзья, но ставить Эндрю в один ряд с Жаном казалось неправильным. Мэри уловила его замешательство, но не стала давить. Лишь многозначительно взглянув на Нила, она переключила своё внимание на молчавшего Эндрю. — Мэри Джостен. — она протянула ему руку. — Друзья Нила зовут меня Мэри. — Эндрю Миньярд. — ответил Эндрю, элегантно поцеловав тыльную сторону её ладони. Этот учтивый жест не ускользнул от внимания Нила. Он и представить себе не мог, что Эндрю обладает таким арсеналом светских манер, которым его так усердно пытался обучить Жан. Судя по улыбке, расплывшейся на лице Мэри, она была приятно удивлена. Дальнейшее утро прошло за непринуждёнными разговорами за чашкой кофе и ароматными панкейками. Наблюдая за тем, как Эндрю и Мэри довольно быстро нашли общий язык, Нил почувствовал прилив тепла и счастья. Когда пришло время прощаться, Мэри, узнав, что Эндрю живёт один, заботливо сунула ему в руки контейнер с панкейками и взяла с него обещание обязательно заглянуть как-нибудь на ужин. Нил не помнил, когда в последний раз он так долго и искренне улыбался. Проводив Эндрю, Нил надеялся незаметно проскользнуть в свою комнату и как можно дольше избегать допроса матери. Он уже направился к лестнице на второй этаж, когда властный голос Мэри остановил его: – Мы ещё не закончили, Абрам. Спорить с матерью, когда она называла его вторым именем, было бесполезно. Нил обречённо вздохнул. Мысленно смирившись с неизбежным, Нил вернулся на кухню. Он прекрасно понимал, о чём хочет поговорить с ним Мэри, но понимать и говорить об этом — совершенно разные вещи. После побега от отца и налаживания новой жизни в Пальметто Мэри решила провести запоздалую беседу с сыном о тонкостях «взрослых» отношений между людьми. Тогда Нил вежливо кивал, слушая её монолог о предохранении и запрете ночевать в одной комнате, но большинство её слов пролетали мимо ушей. Спустя время, с помощью Жана, Нил осознал, что его совершенно не интересуют романтические и сексуальные отношения. Он поделился этим открытием с мамой, она приняла его нетрадиционную ориентацию спокойно и без осуждения. Нил наивно полагал, что на этом неловкие разговоры между ними закончились, но потом в его жизни появился Эндрю, и Мэри, конечно же, заметила интерес сына. Решив не затягивать пытку, Нил поспешно выпалил: — Между нами ничего не было прошлой ночью. Всё было именно так, как я тебе рассказал. О предохранении можешь не беспокоиться, я знаю, что это такое, и понимаю, что защита важна, даже если мой партнёр — мужчина. В следующий раз, если такое повторится, Эндрю будет спать в гостевой комнате. Он перевёл дыхание и с надеждой посмотрел на мать. — Это всё? Я могу идти? Мэри терпеливо выслушала торопливую речь сына. Строгое выражение на её лице постепенно сменилось лёгкой понимающей улыбкой. — Ты влюблён, Абрам. — произнесла она скорее утвердительно, чем вопросительно. — Я не… влюблён. — попытался возразить Нил, но его голос дрогнул, выдавая смятение. — Я не знаю как. — То, что ты никогда раньше не влюблялся, не означает, что ты не способен на это. — мягко возразила Мэри. Нил никогда не задавался вопросом, что на самом деле чувствуют влюблённые. Именно поэтому он и не пытался анализировать свои чувства к Эндрю с этой точки зрения. Ему просто нравилось наблюдать за ним, замечать, как он хмурит брови, когда напряжённо о чём-то думает, или нервно покусывает нижнюю губу в моменты волнения. Ему нравилось случайно прикасаться к нему — например, когда он передавал ему стакан с напитком, ощущая мимолетное тепло его пальцев, или когда небрежно задевал его плечом, наблюдая, как по коже Эндрю пробегает легкая дрожь. Нилу нравилось задерживать на нем взгляд, внимательно изучая каждое выражение его лица, садиться ближе, чтобы чувствовать его горячее дыхание на своей щеке, или ненадолго касаться его руки, словно совершенно случайно. — Мам, то, что я чувствую… это и есть влюблённость? — А что именно ты чувствуешь, Абрам? — спросила Мэри, побуждая его к откровенности. Преодолев смущение, Нил решил открыться матери, рассказав о своих чувствах к Эндрю. Желание понять себя и природу их отношений оказалось сильнее неловкости. — Я хочу быть с ним. — тихо произнёс Нил, словно признаваясь в чём-то запретном. — Не только в хорошие моменты, но и когда ему тяжело, когда он нуждается в ком-то, кто будет рядом. Я хочу быть тем человеком, который поможет ему справиться с его мрачными воспоминаниями. Быть его опорой, чтобы он знал, что всегда может на меня положиться. Я хочу целовать его. Хочу, чтобы он тоже этого хотел. Мэри нежно обняла сына, поглаживая его по голове. — Да, Абрам, ты определённо влюблён. — прошептала она с теплотой. И, словно пазл сложился воедино, в голове Нила всё встало на свои места. Желание прикасаться, защищать, радовать, оберегать, жажда взаимности и внимания со стороны Эндрю — теперь все эти чувства обрели чёткую форму и название. Этот разговор стал той самой лакмусовой бумажкой, которая проявила его скрытые эмоции. Простое, но такое неизведанное чувство. Он встретился взглядом с Мэри, и в его глазах промелькнула тень сомнения. — А если он не…? Мэри улыбнулась, развеивая его сомнения. — Ты ему тоже нравишься. Это невозможно не заметить по тому, как он на тебя смотрит. В материнских объятиях Нил почувствовал облегчение, словно гора свалилась с его плеч.