To my last breath, my heart will whisper your name.

Феликс не мог перестать улыбаться. Он пытался вести себя естественно, но стоило Хенджину просто посмотреть на него, как внутри всё замирало, и он чувствовал, как щеки начинают гореть. Хенджин тоже изменился. Он стал мягче, чаще улыбался, его глаза больше не были такими пустыми, как раньше. Он по-прежнему редко говорил о своих чувствах, но в его действиях было больше тепла. Сегодня они снова гуляли по больничному саду. Феликс шёл чуть впереди, иногда оглядываясь, чтобы убедиться, что Хенджин всё ещё рядом. — О чём ты думаешь? — спросил он, переплетая пальцы с его пальцами. Хенджин пожал плечами. — О тебе. Феликс усмехнулся. — Да? И что же обо мне такого интересного? Хенджин остановился, потянул его за руку ближе к себе. — О том, как ты держишь меня за руку, будто боишься, что я исчезну. Феликс замер, а затем тихо сказал: — Потому что боюсь. Хенджин посмотрел на него внимательно, затем сжал его пальцы крепче. — Тогда просто наслаждайся моментом, — тихо произнёс он. — Мы ещё здесь. Феликс кивнул, делая глубокий вдох. — Тогда… скажи мне что-то важное. Что-то, что ты никогда никому не говорил. Хенджин на мгновение задумался, потом медленно произнёс: — Я никогда не думал, что смогу влюбиться, когда знаю, что скоро умру. Феликс вздрогнул, затем мягко улыбнулся. — А теперь? Хенджин посмотрел на него, затем медленно поднял руку и убрал прядь волос с его лица. — А теперь я просто счастлив. Феликс почувствовал, как тепло разливается по всему телу. — Тогда… можно? — Что? Феликс шагнул ближе и осторожно прижался губами к его губам. Поцелуй был лёгким, но в нём было столько нежности, что Хенджин на мгновение забыл, где они находятся. Когда они отстранились, Феликс тихо засмеялся. — Теперь ты официально мой парень. Хенджин вздохнул, покачав головой, но улыбка на его лице говорила, что он не против. — Ты невозможный. — Зато твой, — подмигнул Феликс. Хенджин покачал головой, но в глазах его было то самое выражение, которое Феликс уже начал узнавать — любовь. И в этот момент болезнь казалась далёкой. Они были просто двумя парнями, которые держались за руки и любили друг друга. И казалось будто сама болезнь отступает назад видя их любовь. И так оно и было ведь их состояние улучшилось. Феликс первым заметил изменения. Однажды утром он проснулся и понял, что дышать стало легче. Не было той удушающей тяжести в груди, которая обычно сопровождала его каждый день. Он осторожно сел на кровати, ожидая головокружения, но оно так и не пришло. В этот день он впервые за долгое время почувствовал, что может жить. — Ты выглядишь лучше, — заметил Хенджин, когда они встретились в саду. Феликс кивнул, не сдерживая улыбку. — И чувствую себя лучше. А ты? Хенджин задумался, прежде чем ответить. — Знаешь… да. — Он пожал плечами, но во взгляде мелькнула искра надежды. — Я даже сегодня впервые за месяц нормально завтракал. Феликс удивлённо на него посмотрел. — Что-то необычное? Хенджин усмехнулся. — Просто обычные тосты, но я впервые за долгое время ел не через силу. Феликс замер, а затем взял его за руку. — Это… это значит, что нам становится лучше, да? Хенджин посмотрел на их переплетённые пальцы, затем кивнул. — Похоже на то. Феликс глубоко вдохнул, затем решительно сказал: — Тогда, если мы выздоровеем… что мы будем делать? Хенджин взглянул на него, удивлённый этим «если». — Мы выздоровеем, — твёрдо добавил Феликс. — И тогда у нас будет будущее. Хенджин молчал, будто обдумывая это. — Будущее… — повторил он. — Честно, я никогда о нём не думал. — Тогда начни думать, — улыбнулся Феликс. — Например, куда бы ты хотел поехать первым делом? Хенджин задумался, а затем медленно произнёс: — Я всегда хотел увидеть океан. Настоящий, бескрайний. Феликс расплылся в улыбке. — Тогда мы поедем к океану. Будем сидеть на берегу, слушать шум волн и смотреть на закат. — А ты? Чего хочешь ты? Феликс задумался на мгновение. — Я хочу петь. На сцене. Пусть даже перед небольшой аудиторией, но петь так, чтобы люди чувствовали то, что чувствую я. Хенджин посмотрел на него с лёгкой улыбкой. — Тогда я буду в первом ряду. Феликс почувствовал, как сердце дрогнуло от этих слов. — Значит, договорились. Мы выздоровеем, увидим океан и я спою для тебя. Хенджин кивнул, его пальцы крепче сжали руку Феликса. — Договорились. Феликс на секунду замолчал, а затем тихо сказал: — Можно тебя обнять? Хенджин удивлённо моргнул, но потом его лицо смягчилось. Вместо ответа он просто притянул Феликса к себе. Феликс зарывался лицом в его плечо, чувствуя, как тепло Хенджина окутывает его, словно защищая от всего. — Спасибо, — прошептал он. Хенджин провёл рукой по его волосам и тихо ответил: — Это тебе спасибо. Феликс поднял голову, посмотрел ему в глаза и слегка коснулся губами его губ. Поцелуй был нежным, мягким, полным чего-то тихого и драгоценного. Когда они отстранились, Хенджин провёл большим пальцем по его щеке. — Мы правда сможем это сделать? Феликс улыбнулся. — Мы уже начали. Хенджин не ответил, только провёл рукой по его щеке, а затем лёгким движением убрал выбившуюся прядь волос за ухо. — Ты такой тёплый, — вдруг сказал он. Феликс моргнул. — Это хорошо? Хенджин кивнул, медленно проводя кончиками пальцев по его запястью. — Да. Это напоминает мне, что ты здесь. Что ты живой. Феликс улыбнулся, сжимая его ладонь. — И ты тоже. Мы живые, Хенджин. Хенджин посмотрел на него, и в глазах его сверкнула искра. — Да, — прошептал он, слегка касаясь губами его лба. — Мы живые. Но что-то в его голосе показалось Феликсу странным. Чуть дрожащим. Будто бы он сам пытался в это поверить. И уже через несколько дней всё изменилось. Продолжение следует...