All the Young Dudes (ATYD)

Суббота, 23 октября 1971 Еще через неделю Сириус опять подловил Римуса одного. — Тебя просто не научили? Римус нахмурился и устало пожал плечами. До этого он беззаботно сидел на кровати и листал журнал Джеймса про квиддич — ему нравились двигающиеся картинки, хоть он до сих пор так до конца и не понял правила. Но в Хогвартсе журналы были единственным развлечением, хоть немного похожим на телевизор. — Меня учили, — ответил он, переворачивая страницу в надежде, что Сириус поймет намек и уйдет. Но Сириус, конечно же, никуда уходить не собирался. Римус закрыл журнал. — Меня учили читать, — повторил он. — Я просто так и не научился. Думаю, что когда я смотрю на слова, то вижу не то, что остальные. Все какое-то бессмысленное, буквы прыгают и меняются местами. Учителя говорили, я просто туповат. В приюте никому не было особого дела до учебы. В школе им даже толком не задавали домашних заданий, потому что почти у всех обитателей Святого Эдмунда с учебой не складывалось по двум причинам: либо они не хотели учиться, либо у них не получалось. Так что и от Римуса никогда не ждали ничего выдающегося. — А как ты тогда все делаешь? — Сириус явно не собирался сдаваться. — Что делаю? — Ну… все! На уроках. Римус посмотрел на него таким взглядом, будто из них двоих туповат был именно Сириус. — Сириус, я ничего и не делаю. Если ты не заметил, у меня по отработке каждый вечер. — Да это понятно, — отмахнулся Сириус. — Но недавно на зельеварении я видел, как ты ничего не записывал, даже не смотрел в учебник или на доску, но все равно идеально приготовил зелье от ожогов. Слизнорт даже дал тебе пять баллов. Римус немного порозовел от воспоминания — он не привык к похвале от учителей. — Да это было легко, — покачал он головой. — Слиззи рассказывал рецепт на предыдущем уроке, я просто запомнил. — С ума сойти, так у тебя же блестящая память. Римус пожал плечами. Наверное, так и было. Учителя в Святом Эдмунде часто отмечали, что для недалекого паренька он знал поразительно много слов. Сириус смотрел прямо перед собой, явно глубоко задумавшись — Римус практически видел, как у него в голове крутятся винтики. Все-таки поразительно, что иногда Сириус был все равно что закрытая книга, а в другой раз его было до смешного легко прочитать. — Если бы ты мог читать, то был бы как я и Джеймс. Даже лучше. Римус фыркнул: — Очень скромно, Блэк. — Но это так! — ответил Сириус задумчиво, пропуская сарказм мимо ушей. — Чары тебе даются быстрее, чем нам, и если память у тебя и правда такая, как ты говоришь, то… — Он пожевал губу. — Уверен, есть заклинание. — Собираешься вылечить меня заклинанием? — рассмеялся Римус. — Почему бы и нет? Естественно, Римус об этом уже думал. Конечно думал. Вот только он не понаслышке знал об ограничениях магии. Все-таки это у него были шрамы, которые нельзя залечить заклинаниями, и это ему приходилось терпеть ежемесячные мучения, против которых магия была бессильна. — Магией это не исправишь, — ответил он твердо. — Зачем бы тогда Джеймс носил очки? — Я думаю, есть заклинания для зрения, — ответил Сириус. — Может, носить очки проще, или эти заклинания слишком опасные, а может сложные. Да что угодно. — Дело не только в чтении, — возразил Римус. — Пишу я тоже ужасно. Очень медленно, и всегда получается грязно. — Ну, для этого заклинания точно есть, — ответил Сириус уверенно. — Можешь зачаровать свое перо — я видел, как папа так делает, когда подписывает документы. У него обычно очень неровный почерк. Римус не знал, что еще сказать. Сириус явно не планировал отступать. — А почему тебе вообще есть дело? — спросил Римус. — Ты мой друг-мародер! Мы не можем допустить, чтобы ты каждый день торчал на отработках. Вдруг Слизерин решит отомстить? Нам нужно твое коварство для следующих вылазок. — Глаза у Сириуса сверкнули. — Кстати об этом — я так понимаю, ты еще не сделал историю магии? — Нет. — Отлично, тогда приступим. — Он спрыгнул с кровати и принялся копаться в сундуке. — Ну нет. Ты не будешь делать за меня домашку, — заспорил Римус, тоже поднимаясь и складывая руки на груди. — Еще бы, конечно не буду, — ответил Сириус, выуживая тяжелую книгу. «История магии», Римус узнал учебник по размеру и обложке. — Просто хочу освежить в памяти некоторые даты. Так что я тут посижу и почитаю вслух, мне так проще сосредоточиться. И если вдруг у тебя случайно что-то отложится в этой твоей огромной голове, что поделать, — развел он руками. — Я тут при чем? — Тебе что, нечем заняться? — сердито пропыхтел Римус. — Где вообще Джеймс? — Смотрит, как тренируется команда по квиддичу. — Сириус уселся на кровати и открыл учебник. — Кажется мне, что он хочет в следующем году попасть в команду, так что пытается набраться опыта. Питер с ним, естественно. А теперь тихо, я вообще-то пытаюсь учиться. — Он откашлялся: — «История магии», автор Батильда Бэгшот. Глава первая, Древний Египет, права и ритуалы Имхотепа… И он читал. И читал, и читал. Поначалу Римус просто стоял посреди комнаты и думал, стоит ли просто уйти, хлопнув дверью, но вдруг понял, что не так уж и злится. На Сириуса вообще плохо получалось злиться, как бы сильно он ни действовал на нервы. Так что в конце концов Римус сел и стал слушать. Оказалось, что история не такая уж и скучная, если начинать с начала. К тому же Сириус читал куда живее, чем профессор Бинс. Его голос был чистым и ровным, и он никогда не запинался на сложных словах или фразах — будто читал «Историю магии» уже сотню раз. Римус однажды слышал, как Сириус сказал Джеймсу, что знает латинский и греческий — похоже, в семье Блэков всерьез относились к образованию. Он читал и читал, глава за главой, от кровавых египетских воскрешающих чар до загадочных греческих оракулов, а от них до магических месопотамских жриц. Древний мир открывался Римусу страница за страницей, и спустя какое-то время он понял, что, закинув руки за голову, лежит на кровати с закрытыми глазами, позволяя Сириусу вести себя сквозь время. Постепенно голос у Сириуса осип, став не громче шепота. Их обступил вечер, и в спальню пролился золотой закатный свет. На середине пятой главы — Тиберий и достижения римской боевой магии — Сириус кашлянул и отложил учебник. — Думаю, на сегодня хватит, — просипел он. Римус открыл глаза и сел, часто моргая. — Хорошо, — сказал он тихо. — Уже ужин, я проголодался. Потянувшись, они спустились в гостиную. Джеймс и Питер ждали их в Большом зале на своих обычных местах. — Как тренировка? — спросил Сириус, залпом выпив кубок тыквенного сока. Его голос почти вернулся к обычному, в нем разве что угадывалась хрипотца. — Отлично, — ответил Джеймс радостно — он наколол на вилку сардельку и использовал ее как метелку, чтобы собрать пюре. — А ты почему не пришел? — Домашка, — ответил Сириус, поливая собственное пюре подливкой. Во время ужина Джеймс развлекал их подробнейшим рассказом о тренировке, перечисляя всех игроков в команде, их слабые и сильные стороны и приемчики, и рассуждал, что бы он сделал по-другому. Время от времени и Питер вставлял что-то от себя, но его мысли почти не отличались от того, что говорил Джеймс. На десерт на столе появилось печенье миллионера, которое не понравилось ни Джеймсу, ни Сириусу. Римус решил, что оба сошли с ума, и посчитал такое поведение доказательством их пижонства. Он бы съел и их порцию тоже, но Питер умял все быстрее него. — У меня есть сладости, — предложил он, вытаскивая из кармана раздутый бумажный пакет. — Мама прислала, можете взять. — Класс, Пит! Сириус и Джеймс набросились на шоколадных лягушек с летучими шипучками и на меняющие вкус леденцы. Римус тоже взял парочку конфет, и они жевали до тех пор, пока всех не начало подташнивать. — А что за домашку ты делал? — спросил Джеймс, рассеянно почесывая подбородок. — Мне казалось, мы закончили все, что было на эту неделю. — Я кое-что пропустил по истории. Нужно было наверстать, — ответил Сириус и поскреб ногтями шею. Из-за них Римус тоже зачесался. Руке было щекотно, будто по ней ползло крошечное насекомое. Он вдруг вспомнил о чесоточном порошке и посмотрел на запястье. И чуть было не закричал. На руке, начиная от пальцев, с жуткой скоростью пробивались толстые темные волоски. Он обращался! Но до полнолуния было еще далеко, как это возможно? Римус вскочил на ноги так быстро, что чуть не свалился. Ему срочно нужно было бежать из Большого зала. — Что случилось, Люпин? — испуганно спросил Джеймс. Римус посмотрел сперва на него, а затем на Сириуса. У обоих тоже росли волосы — черные, они вились на их щеках, на ладонях и руках — везде, где была видна кожа. Римус, не говоря ни слова, пробежался языком по кромке зубов — клыков не было. — О, вот черт… — выругался Джеймс, оглядев сначала себя, а потом Римуса и Сириуса. — Что с нами? — Питер, — рыкнул Сириус, его лицо уже было целиком покрыто волосками. — Ты уверен, что сладости прислала тебе мама? Питер, который еще не успел ничего съесть, уставился на них, а затем покраснел и залепетал: — Ну, то есть… я решил, что это от нее… я получил посылку утром. — Пит! — проревел Джеймс. На них уже смотрели, студенты поворачивали головы и подталкивали друг друга локтями. Вскоре весь Большой зал перешептывался и указывал на трех поразительно волосатых гриффиндорцев. Многие хихикали, но, конечно, никто не смеялся громче Северуса Снейпа. — Пойдемте, — Сириус встал, задрав волосатый нос к потолку с уморительным аристократическим достоинством. — В больничное крыло. А потом придумаем, как будем мстить. Они ушли под взрывы смеха, Римус съежился от стыда, пряча лицо в ладонях. Все его тело было покрыто поблескивающими на свету волосками. И ему было далеко не так весело, как Джеймсу с Сириусом. — Говорил же, что они отомстят, — пробормотал Сириус.