All the Young Dudes (ATYD)

К концу первого учебного дня вся школа знала про новую прическу Сириуса. Джеймс и Питер даже принялись ходить по коридорам справа и слева от него как телохранители, и кидали уничижительные взгляды на любого, кто отваживался хихикать или шептаться. — Не так все плохо, — уверял Джеймс, наблюдая, как Сириус рассматривает себя в зеркале. Было время обеда, и они прятались в пустом туалете для девочек на втором этаже, чтобы хоть ненадолго скрыться от любопытных глаз. Было видно, что Джеймс врет, и Сириус наверняка это понимал. Прическа была ужасная, из-за нее он выглядел каким-то крошечным. Без копны волос его глаза казались огромными, из-за чего Сириус напоминал испуганного ребенка. А высокие скулы и точеные брови стали еще приметнее, придавая ему злобный и истощенный вид. Не удивительно, что все на него смотрели — более того, из-за этой перемены мало кто заметил шрам Римуса. Но радоваться было нечему, думал Римус угрюмо, ведь волосы отрастут, а его лицо останется таким навсегда. Сириус потер затылок, все еще разглядывая свое отражение. Питер издал нервный смешок: — Выглядишь как Люпин. Джеймс кивнул, бегая взглядом от одного к другому. — Да, есть немного. Сириус посмотрел на Римуса и впервые с сочельника улыбнулся. Той самой улыбкой Сириуса Блэка — такую не могла испортить ни одна прическа. — Да, вы правы, — сказал он, все еще потирая голову. Он притянул Римуса поближе, чтобы они вдвоем отражались в зеркале. — Можем сойти за братьев. Римус нехотя рассмеялся. Настоящий брат Сириуса ждал их этим вечером у гриффиндорской гостиной. Он сидел на полу, прижав колени к груди, и пустым взглядом смотрел перед собой. Его прическа не изменилась — волосы почти касались плеч. Его друг, Барти Крауч, с выражением скуки на лице прислонился к стене и волшебной палочкой лениво гонял бумажный самолетик по коридору. Крауч и Регулус были так же неразлучны, как Джеймс с Сириусом; вот только Барти, костлявый и светловолосый, по мерзости характера опережал даже Снейпа — Римус уже даже узнавал его по грубому, каркающему смеху. Как только мародеры приблизились, Регулус неторопливо поднялся. Римус на всякий случай нащупал в кармане палочку. — Вот ты где, — сказал Регулус с едва заметной ноткой волнения в надменном голосе. Его взгляд нет-нет да падал на Джеймса. Самолетик Барти принялся кружить вокруг них. — Что тебе надо? — спросил Сириус. — Просто хотел убедиться, что ты… что у тебя все нормально. — Как и вчера, — пожал плечами Сириус. — Тебя не было на ужине. — Не было, — повторил Сириус неприветливо. Они послали Питера на кухню за сэндвичами, а потом поужинали, спрятавшись в одном из секретных мест в замке. Римусу очень нравилась эта новая игра — избегать всех в Хогвартсе, включая гриффиндорцев. Обычно Джеймс с Сириусом были готовы на все, чтобы оказаться в центре внимания, тогда как Римус предпочитал лишний раз не бросаться в глаза. — Мы можем поговорить? — спросил Регулус. Сириус развел руки, как будто показывая, что ему ничего не мешает. Регулус недовольно закатил глаза. Римус отметил, что в его лице не было дерзости, свойственной старшему брату: челюсть у Регулуса была слабее, губы тоньше, и рот казался менее выразительным. — Наедине, — уточнил он, с неодобрением посматривая на мародеров. — Нет, — ответил Сириус коротко. Регулус вздохнул. Очевидно, он слишком хорошо знал брата, чтобы не пытаться спорить. Самолетик Барти Крауча кружил вокруг них все быстрее. Римус тревожно следил, как он набирает скорость. — Ну и ладно, — сказал Регулус, складывая руки на груди. — Я просто хотел предупредить, что мать и отец приказали нам с Нарциссой следить за тобой и докладывать им. Сириус издал звук, будто его сейчас стошнит. Регулус продолжал, не отводя взгляд: — Мы, если что, не собираемся. Это не наше дело. — Как благородно, — ответил Сириус, и Джеймс рассмеялся. — Я тебе не враг, придурок, — закатил глаза Регулус. — Как и Нарцисса. Делай что хочешь, нас это не касается. — Отлично. — Отлично. Они замолчали, не сводя друг с друга глаз. Будь на месте Регулуса Джеймс, он бы уже давно рассмеялся, хлопнул Сириуса по плечу — и они бы помирились. Но Регулус был так же по-ослиному упрям, как и Сириус, и не понимал, когда пришло время закончить ссору. — Ай! — пискнул Питер, как щенок, которому наступили на лапу. Барти Краучу явно наскучила семейная драма, и он решил атаковать самого щуплого мародера своим остроносым самолетиком. Крауч злобно рассмеялся, когда самолетик отлетел, разгоняясь для нового нападения. Джеймс достал палочку. — Инсендио, — произнес он лениво. Самолетик загорелся и, так как больше его никто не контролировал, устремился на Крауча с пугающей скоростью. Барти вскрикнул от ужаса, заслонившись руками, но самолетик, не долетев, с шипением погас, обратившись в горстку пепла прямо у него перед носом. — Пойдем, — обратился Регулус к Барти, который теперь с опаской поглядывал на Джеймса, и оба направились в сторону подземелий. — Нарцисса просила передать, что желает тебе удачи в субботу, Поттер, — бросил Регулус через плечо. Джеймс не ответил, проходя следом за Сириусом в гостиную. — А что в субботу? — спросил Римус. — Матч. Гриффиндор против Слизерина, — ответил Джеймс. Римус совсем забыл. Он не следил за расписанием квиддичных матчей и ходил, только если нужно было поддержать Гриффиндор, а последний матч вообще выпал на день после полнолуния, так что его пришлось пропустить. И вообще, он какое-то время назад завел привычку отключаться и погружаться в книгу, когда рядом говорили о тактиках и турнирных таблицах. — Надеюсь, ты их разнесешь, — прорычал Сириус, падая в кресло. — Так и собираюсь, — ответил Джеймс жизнерадостно, присаживаясь рядом. — Если Нарцисса не поймает снитч слишком быстро. Хотя Марлин лучшая загонщица в команде за последние годы, так что… Джеймс замолчал, осознавая, что только что сказал. Сириус вымученно вздохнул и резко поднялся. — Я спать, — сообщил он.

* * *

Суббота, 13 января, 1973 За ночь выпал снег. Если бы Хогвартс был обычной школой, ворчал про себя Римус, дурацкий матч бы сразу же отменили. Но нет, вместо этого гриффиндорская гостиная оживленно гудела в предвкушении и все обсуждали «идеальные погодные условия». Вместе с Питером они все утро безуспешно пытались наслать на униформу Джеймса согревающее заклинание, а Сириус вообще исчез с самого утра и с тех пор не появлялся. Капитан гриффиндорской команды, Адил Дешмак, настоял, чтобы команда позавтракала вместе, а не разбегалась по друзьям. Так что теперь игроки сидели рядом, бледные и невыспавшиеся, поедая одинаковые порции овсянки с фруктами — тоже приказ капитана. Только у Джеймса было хорошее настроение, несмотря на то, что с согревающим заклинанием так ничего и не вышло. — А где Сириус? — зевнула Лили, усаживаясь рядом с Римусом и вгрызаясь в щедро смазанный маслом тост. — Не знаю, — тоже зевнул Римус, гресь о чашку с горячим чаем, будто это было самое ценное, что у него есть. — Скорее всего, где-нибудь дуется, — сказал Питер желчно и огрызнулся в ответ на выразительный взгляд Римуса: — А что?! Меня он постоянно зовет нытиком. — Он придет, — ответил Римус, не слушая Питера. — Сириус не пропустит, как мы размажем слизеринцев. Лили не сдержала улыбки. Несмотря на свои обычные увещевания о дружбе между факультетами, сегодня она, как и все остальные за столом, была с головы до ног наряжена в красно-золотое. Позавтракав, они все вместе отправились на стадион. Гриффиндорская часть трибун пестрела красно-золотыми флагами и растяжками, в окружении четырех огромных знамен с изображением гриффиндорского льва; скамейки кто-то уже успел расчистить от снега. Лили и Питер хотели занять лучшие места, на самом верху, где ветер был сильнее всего, так что Римус, несмотря на два свитера под мантией, уже мелко дрожал от холода. — Замерз, Римус? — спросила Лили, наблюдая, как он дышит в перчатки, пытаясь хоть немного согреть руки. — Так, немного, — ответил он язвительно, слишком не в духе, чтобы думать о вежливости. — Дай руки, — Лили схватила его за запястья и указала палочкой на ладони: — Калидум Вестимента! В ту же секунду восхитительное тепло растеклось по рукам, от кончиков пальцев до запястий. — Как ты это сделала?! — спросил он. — Мы мучились все утро. — Думаю, тут дело в интонации, — ответила Лили. Она повторила то же самое с его мантией, а потом повернулась к Питеру. В это время команды уже собрались на поле, на котором расчистили дорожки, чтобы можно было выйти из раздевалок. Они стояли друг напротив друга — алые и изумрудные. Римус даже различал некоторых игроков — воронье гнездо волос Джеймса, пушистый блондинистый хвост Марлин. Он узнал и Нарциссу Блэк — высокую и стройную, с платиновыми волосами, заплетенными в две косы, которые вились на спине, доставая до талии. Сириуса все не было. — Конечно, — рассказывал Питер Лили, — нам не обязательно выигрывать этот матч, нужно просто набрать очков. Если закончим игру с шестью голами, то останемся наверху таблицы. Нарцисса классный ловец, но в остальном их команда ничем не выделяется. Учитывая, что у нас есть Джеймс. Он один как три охотника. Лили вежливо кивала — когда разговор заходил о спорте, люди редко слушали Питера. Римус уж точно не слушал. Он попробовал почитать потрепанную книгу Сириуса про квиддич, но ничего в ней не объясняло совершенно бессмысленную систему подсчета очков. Мадам Трюк подула в свисток, и игроки взобрались на метлы, готовые ко взлету. Сириуса все не было. Римус вытянул шею, оглядываясь по сторонам, но даже со своим острым зрением не видел Сириуса. Неужели Питер прав, и он и правда где-то сидит и дуется? Казалось, что Сириус уже не переживает, что не попал в команду, ведь он был на всех играх в этом году. Может, дело в том, что именно этот матч они играли против слизеринцев… Мадам Трюк опять подула в свисток и выпустила снитч. Игроки ринулись в воздух, как красные и зеленые снаряды. Сириуса все не было. Питер и Лили всколичи, подбадривая команду вместе с остальными зрителями, так что Римус тоже встал, притворяясь, что увлечен игрой. Джеймс завладел квоффлом, стоило ему подняться в воздух, и забил гол слизеринцам меньше чем за минуту от начала игры. Болельщики взорвались радостными криками, но их заглушил оглушительный рев, ударивший как раскат грома. — Ррррррраааааааа! — Это что?! — заозиралась Лили вместе со всеми остальными. Испугались даже игроки на поле. Римус поднял голову и увидел, что львы на знаменах ожили и теперь расхаживали взад-вперед по красному полотну, рыча и встряхивая гривами. — Это всегда так? — спросил он, указывая на знамя. Лили и Питер покачали головами, пораженно следя за львами. Римус неожиданно улыбнулся. Он знал, чья это магия: игривая и немного пугающая. — Смотрите! На нижнем ряду трибун гриффиндорец в алой мантии шагал в такт со львами и размахивал волшебной палочкой, точно дирижер. Без сомнения, это был Сириус — у кого еще бывает такая самоуверенная походка? — вот только он уже не был коротко подстрижен, на его голове красовался огромный золотой парик, похожий на львиную гриву. Римусу даже показалось, что из-под мантии выглядывает львиный хвост. По трибунам прокатился смех, даже там, где сидели Когтевран и Пуффендуй. Молчали только трибуны Слизерина, теперь едва заметные в ало-золотом хаосе. Джеймса львы не отвлекли, а только подбодрили, на что Сириус наверняка и рассчитывал. Он забил еще три гола, получив в ответ три оглушающих рыка, пока слизеринцы пытались не отвлекаться. — Мы — Гриффиндор! — скандировал Сириус, его голос, усиленный магией, разносился по стадиону. — Могучий-могучий Гриффиндор! — поддерживала его толпа. Привыкнув к крику и шуму, Римус впервые увлекся игрой. Джеймс, яркая точка в небе, исчезал и появлялся в самых неожиданных местах; остальные охотники тоже неплохо справлялись и подхватывали его сложные маневры и пасы. Марлин с битой в руке успевала не только защищать охотников и ловца, но и отправляла бладжеры в соперников — особенно в Нарциссу. Хотя мало кто мог сравниться с Нарциссой Блэк. Ее манера полета была утонченной, грациозной, Римус узнавал приемы, которым Сириус пытался его научить. Она двигалась быстро и никогда не оставалась на одном месте. Ловец Гриффиндора старался держаться к ней поближе, надеясь, что она приведет его к снитчу, но она уворачивалась или ныряла в ложные восьмерки, чтобы сбить его с толку — дважды отправив его прямо навстречу бладжеру. В отличие от Джеймса, Нарцисса не красовалась, а играла по-деловому и безжалостно. Гриффиндор опережал Слизерин на сто очков, когда Нарцисса увидела снитч — Римус поймал этот момент. Ее осанка переменилась; она не отвела взгляд от мячика ни на секунду. Некоторое время она просто парила в воздухе, проверяя, далеко ли гриффиндорский ловец — он висел у нее на хвосте, но не понимал, что она задумала. В этот самый момент Мейси Джексон, гриффиндорский охотник, забил очередной гол, и счет стал 130:20. Гриффиндорцы пришли в восторг, Сириус замахал палочкой с удвоенной силой. В этот раз львы не только издали победный рык, но, напружинившись, выпрыгнули прямо в морозное зимнее небо и принялись расхаживать вокруг игроков. Гриффиндорский ловец, перепугавшись, нырнул, чтобы избежать столкновения, но лев исчез, не успев его коснуться. — Не туда, идиот! — разнесся все еще усиленный голос Сириуса. Но было слишком поздно — Нарцисса воспользовалась отвлекшимся соперником и устремилась вперед. Она пролетела над трибунами, ликующе зажав снитч в высоко поднятой руке. Слизеринцы разразились аплодисментами и серебристо-золотыми фейерверками, нараспев повторяя: — Блэк, Блэк, Блэк! Это звучало крайне непонятно, потому что гриффиндорцы тоже скандировали: — Блэк, Блэк, Блэк! — пока Сириус кланялся перед трибуной. Рядом спикировал Джеймс и взъерошил его нелепую гриву. — Пот-тер, Пот-тер, Пот-тер! — переключились гриффиндорцы. — Ну и ладно! — сообщил радостный Питер. — Мы проиграли, но все равно остались наравне с Когтевраном. Прошли в финал! Римусу все это было до лампочки. Они высыпали на поле, чтобы поздравить команду. Питер и Римус дружески похлопали Сириуса по плечу. — И ты молчал! — Мы же могли помочь! Сириус ухмыльнулся и поправил львиный парик. — Сириус! — раздался холодный голос. Все повернулись. В развевающейся изумрудной мантии и с серебряной медалью на шее к ним решительно шла Нарцисса. Римус попытался спрятаться за спиной Питера, но Сириус не сдвинулся с места. Нарцисса неожиданно усмехнулась: — Сними этот уродливый парик. Сириус послушно снял львиную гриву и неловко потер голый затылок. Нарцисса выхватила палочку и коснулась его головы: — Кресцере. Мародеры и все, кто стоял вокруг, ахнули. Волосы Сириуса вдруг принялись расти с невиданной скоростью, будто из его головы неожиданно хлынул смоляной водопад. — Что за… — Сириус схватился за голову — волосы отросли до их обычной длины и остановились. Нарцисса улыбнулась, сверкнув белоснежными зубами. — Спасибо, что посодействовал нашей победе. С этими словами она повернулась, махнув серебряными косами, и пошла обратно к команде. Джеймс дернул его за новенькие локоны и усмехнулся: — Я никогда не пойму вашу чокнутую семейку.