All the Young Dudes (ATYD)

Май, 1973 Пора экзаменов пришлась на неудачное для Римуса время — середину мая, аккурат к полнолунию. Само полнолуние выпало на пятницу, за утро он успел сдать экзамен по зельеварению, но потом все выходные проспал, хотя нужно было повторять пройденное. Вдобавок к этому, из-за луны магия совершенного его не слушалась. Римусу казалось, что на втором курсе такое случалось все реже, но с приближением экзаменов — было ли это из-за нервов, или из-за того, что он много занимался — он заметил, что его магия становится сильнее, дичает и отбивается от рук. Самый легкий взмах палочки мог повлечь непредсказуемый результат; иногда он даже не успевал договорить заклинание, как из кончика вырывался луч света, отдаваясь электричеством в пальцах. Из-за этого Джеймс успел приобрести привычку три раза в день говорить «Успокойся, Лунатик», потому что Римус пытался отрабатывать самые разные, вполне обычные заклинания трансфигурации — и у него обязательно что-то шло не по плану. И если поначалу он думал, что простенькие заклинания помогут лучше контролировать магию, то когда он в третий раз разбил окно в спальне, пытаясь левитировать плюй-камни, стало ясно, что это не поможет. — Репаро, — бросил Сириус, отрываясь от учебника по астрономии. Стекло вновь стало целым; Римус вздохнул. — Тебе надо расслабиться, приятель, — усмехнулся Джеймс. — Практические экзамены все равно только на следующей неделе. — Да я ужасно отстаю, — пробурчал Римус, собирая разбросанные плюй-камни обратно в коробку. — Если ты отстаешь, то я где? — простонал Питер с пола. Вокруг него были разложены пять учебников, все по разным предметам. — Я сто процентов провалю трансфигурацию, я так ни во что и не превратил кролика, а я знаю, что МакГонагалл подсунет нам что-нибудь суперсложное. — Зато ты справишься с зельеварением, — парировал Римус. — И с травологией. Я даже не помню, какие травы что значат… — На последнем тесте по травологии у тебя баллов больше, чем у меня, — напомнил Джеймс. — А на истории магии нам всем вообще конец… я с тебя весь год списывал. — Зато ты круче всех в трансфи… — начал Римус, но запнулся, потому что Сириус с грохотом бросил учебник по астрономии. — Может, заткнетесь? Я тут пытаюсь учиться, — закричал он, вскакивая на ноги. — Ноете, как кучка старух. Я пошел в библиотеку, — он закинул на плечо сумку и вылетел из спальни. Они недолго помолчали, Питер выглядел так, будто вот-вот расплачется. — Не обращайте внимания, — вздохнул Джеймс. — Он просто не в духе, потому что скоро надо возвращаться домой. Можно понять, — добавил он быстро. — С такими-то родителями… — Наверное, — пожал плечами Римус. Хотя лично ему не казалось, что это достойное оправдание. Его летом тоже не ждало ничего приятного. Ну, ладно, ему, конечно, не надо было жениться на кузине или ходить на нелепые торжественные банкеты, но зато Сириуса никто не станет раз в месяц запирать в тюремной камере и ему не придется прятаться от старших воспитанников, для которых нет занятия веселее, чем запихнуть твою голову в унитаз. — Значит, этим летом он к тебе не поедет, Джеймс? — спросил Питер осторожно. Скорее всего, он был только рад провести это лето без Сириуса, чтобы Джеймс все время посвящал только ему. — Неа, — ответил Джеймс грустно. — Мы его всегда ждем, конечно. Всех вас, — он многозначительно посмотрел на Римуса. — Но мы с родителями решили, что после фиаско на Рождество его не отпустят. Сириус вообще думает, что до помолвки его просто запрут в комнате. Римус почувствовал укол вины. Он так и не придумал никакого решения, а со всеми этими экзаменами и полнолунием вообще забыл о помолвке на целые две недели. Судя по тому, что Нарцисса проклинала любого, кто просто на нее посмотрит, она тоже не слишком преуспела. — Ну, если он будет так себя вести, к осени его ждет кое-что похуже, чем новая прическа, — сообщил Питер, рассматривая свои записи. — Это ты о чем? — нахмурился Джеймс и резко сел. — Считаешь, Сириус во всем этом виноват? — Нет! — испугался Питер. — Нет, я просто хотел сказать, что… Он вчера упаковал гриффиндоские гербы, чтобы повесить их у себя в комнате и позлить родителей. Поэтому у него с ними и проблемы. — Гордится своим факультетом, что тут такого, — продолжал настаивать Джеймс, хотя обеспокоенно глянул в сторону чемодана Сириуса. Римус решил не лезть, потому что был согласен с Питером и Нарциссой. Частенько Сириус подставлял сам себя. Для смышленого и магически одаренного человека ему недоставало хитрости и некоторой дальновидности. Если бы он не пререкался с родителями по любому поводу, то, может, никакой помолвки бы и не случилось. Кому как не Римусу было не знать, что иногда нужно просто вести себя незаметно. Особенно если ты выделяешься. Джеймс же по характеру был больше похож на Сириуса, поэтому не понимал такую точку зрения. Он считал умение дать отпор очень важным качеством. Но если все в жизни считать битвой — тогда всегда будет и проигравший. И пока Сириус не достигнет совершеннолетия — это каждый раз будет он.

* * *

— Замечательно, мистер Поттер, — похвалила МакГонагалл, наблюдая, как Джеймс превратил своих кроликов в пару отличных вельветовых тапочек, отороченных мехом. Римус попробовал успокоиться, готовясь произнести заклинание. С полнолуния прошло уже полторы недели, и с магией наконец-то все наладилось, разве что иногда подводили нервы. Он с тоской посмотрел, как Сириус лениво взмахнул палочкой над своими кроликами, и те тоже покорно превратились в премилую пару домашних тапочек из черной шерсти. У тапок Римуса даже спустя три попытки остались уши и хвосты, к тому же они оставляли за собой на столе помет. Когда настала его очередь, он закрыл глаза и, чувствуя легкое головокружение, произнес заклинание. Тапки не вышли идеальными, как у Джеймса или Сириуса, но их вполне можно было бы носить, в них даже не осталось ничего кроличьего, кроме разве что скучного коричневого цвета. Зато Римус был уверен, что отлично справился с письменными экзаменами — не только по трансфигурации, а вообще со всеми. Он вспомнил все, что нужно, по любимым предметам и точно не провалился в зельеварении, травологии и астрономии. В конце экзамена МакГонагалл вернула всем кроликам первозданный вид и запустила их обратно в клетку, ждать следующих учеников. Затем она раздала листы пергамента. — Как вы знаете, — сообщила она официальным тоном, — на третьем году обучения можно выбрать два дополнительных предмета. Как следует подумайте, изучите плюсы и минусы каждого предмета, а затем верните мне заполненные заявления до конца семестра. Класс взволнованно загудел, и Римус с беспокойством уставился на список новых предметов. Стоило им оказаться в коридоре, Питер принялся донимать Джеймса вопросами, какие предметы он выберет, чтобы записаться на те же самые. — Магловедение, — ответил Сириус, переступая порог, отделяющий прохладный холл замка от ясного и теплого дня. — Я точно пойду на магловедение. Римус закатил глаза. Стоило ожидать — если в школе и был какой-то предмет, который не одобряли в семье Блэков, то точно именно этот. — Думаешь, Эванс нужно магловедение? — задумчиво спросил Джеймс. Сириус рассмеялся: — Сомневаюсь, она же из семьи маглов. Но ты можешь произвести на нее впечатление кругозором. — Хм… да, может быть. — Джеймс уставился в пергамент. — Так ты пойдешь на магловедение, Джеймс? — спросил Питер тревожно. — Как думаешь, там сложно? Наверное, если что, Римус поможет… А ты пойдешь на магловедение, Лунатик? — Неа, — качнул головой Римус. — Какой смысл? А вам бы не помешало — может, наконец-то перестанете донимать меня вопросами. На самом деле он хотел, чтобы было еще и волшебниковедение, чтобы не чувствовать себя постоянно невеждой. Но возможно, дело было не столько в его незнании, сколько в заносчивости самих волшебников. — Прорицания… Это что-то вроде гаданий? — Джеймс бросил мантию на газон и сел. Сириус сделал то же самое и закатал рукава рубашки. — Скорее всего. Хрустальные шары и кофейная гуща. — Звучит как легкотня. Давайте запишемся. Все трое заскребли перьями по пергаменту. Кроме Римуса. Его совсем не прельщала идея знать будущее — что бы его ни ждало, вряд ли там было что-то хорошее. — Лектиункула Магна, — прошептал Римус, коснувшись виска палочкой, и принялся читать список предметов: — Нумерология. Это что-то вроде арифметики? — Что-то с числами, — пожал плечами Сириус. — Звучит сложно. — Уход за магическими существами… ну не знаю, — фыркнул Джеймс. — Вы видели учителя? У него шрамов больше, чем у Лунатика. — Эй, — пихнул его Римус. Вообще-то уход за магическими существами его заинтересовал. Он, в конце концов, тоже был своего рода магическим существом. — Думаю, я пойду на нумерологию, если вы туда пойдете, — сказал Сириус. — Там правда будет сложно? — заволновался Питер. — Да мы поможем, Пит, не волнуйся, — успокоил Джеймс. — Все равно в следующем году будет кое-что поважнее домашки. Хогсмид! — Вы и так три раза в неделю ходите за сладостями, — ответил Римус рассеянно, размышляя, нужны ли ему древние руны. — Ага, но там же еще и «Зонко»! Римус согласно кивнул. На самом деле он с нетерпением ждал, когда им разрешат ходить в Хогсмид, потому что еще никогда не был там, где живут одни волшебники, разве что в Хогвартсе. А рассказы про Косой переулок его порядком достали. Он вздохнул и лег на траву, разглядывая облака. Торопиться было некуда, о дополнительных предметах он подумает позже. А пока что экзамены почти закончились, и хотелось насладиться свободным временем, упиваясь мыслью, что до отъезда остался целый месяц. Джеймс резко сел. — Эй, Эванс! — крикнул он. Римус мысленно закатил глаза. Начиная с полуночного пира Джеймс вел себя как полнейший идиот всегда, когда рядом оказывалась Лили. — Я тебе не собака, Поттер, — раскатился ее голос по лужайке. — Нечего меня подзывать. — Привет, Сириус, — крикнула Мэри. Римус сел, щурясь от солнца. Марлин смущенно ему помахала, и он помахал в ответ. — Здорово, МакДональд, — крикнул Сириус, заправляя за ухо прядь. Он теперь делал так каждый раз, если где-то рядом наблюдались девчонки, что ужасно действовало на нервы. Мэри, Марлин и Лили держали по мороженому — учитывая теплую не по сезону погоду, идея Римусу показалась отличной. Лили даже зачаровала веер, который летал рядом, так что куда бы они ни пошли — за ними следовал приятный ветерок. — Дайте нам лизнуть! — крикнул Джеймс, двусмысленно ухмыляясь. Марлин покраснела до корней волос, глупо захихикав, но Лили осталась невозмутимой. — Кажется, вам и правда стоит освежиться, — сказала она. — Агуаменти! Она направила на мародеров палочку, из которой полилась ледяная вода. Римус вовремя отскочил, но Лили в него и не целилась. А вот Джеймсу и Сириусу досталось больше всех — мокрые насквозь, они возмущенно засуетились. Девчонки радостно засмеялись. — Ну и зачем? — прорычал Сириус. Он убрал с лица прилипшие волосы, напоминая утонувшую мышь. — Я думала, вам нравятся розыгрыши, — невинно улыбнулась Лили, а затем они втроем развернулись и пошли к озеру. — Сущий кошмар, а не девчонка, — простонал Сириус, обдувая себя горячим воздухом из палочки. — Помягче, это вообще-то моя будущая жена, — ответил Джеймс, сквозь запотевшие очки мечтательно наблюдая за удаляющимися подружками. — И не драматизируй, на этой жаре ты высохнешь через полчаса. — А где, вы думаете, они взяли мороженое? — спросил Питер невпопад. Римус улыбнулся, опять укладываясь на траву. Ему не было никакого дела до возвращения домой, помолвок или новых предметов. Сейчас он был именно там, где должен.