All the Young Dudes (ATYD)

Примечание автора: подвижки в плане, первое собрание Клуба Слизней и конфликты. Понедельник, 8 октября, 1973 — Сириус, давай лучше ты придумаешь, какие подставлять слова, ты у нас самый… э-э-э… — Велеречивый? — подсказал Сириус, зевая. — Словоохотливый? Экспансивный? — Именно, — улыбнулся Римус. — Я найду заклинание, а Джеймс придумает, как его наслать на всех слизеринцев сразу… это кажется самым сложным. Питер, ты тоже поможешь. — Вы только посмотрите на Лунатика! — рассмеялся Джеймс, смазывая тост сливочным маслом. — Раздает приказы прямо как начальник. — У мародеров социалистическая утопия, — сказал Сириус, зевая. — У нас нет начальников. — Вижу, тебе понравилось магловедение, — хмыкнул Римус. Сириус сложил голову на стол и закрыл глаза, показывая Римусу средний палец. На стол рядом с тарелками с завтраком приземлилась сова — конечно же Джеймса. У Сириуса родители отбирали сову уже столько раз, что у него ее, считай, и не было, Питер пользовался школьными совами, а Римусу никто ничего не писал. — Чего?.. — Джеймс, хмурясь, открыл письмо. — Какой еще Клуб Слизней? — Ах, да, — Сириус приоткрыл один сонный глаз. — Мне тоже пришло. Старика Слизнорта интересуют примечательные студенты. Так что, естественно, я. Видимо и ты тоже. Питер и Римус ни в какой клуб приглашений не получали, но это было и не удивительно. Питеру неплохо давались зелья, но других талантов у него не было. А что касается Римуса, то он старался лишний раз не попадаться Слизнорту на глаза. Просто на всякий случай. — Мы тогда тоже не пойдем, — заявил Джеймс, решительно сворачивая письмо. — Мы — мародеры! Один за всех и все за одного. — Мне все равно, — пожал плечами Римус. — Идите, если хочется. Лили, наверное, тоже позвали. — Думаешь? — оживился Джеймс. — Ну да, ей хорошо даются зелья. — На его лице опять появилось дурацкое мечтательное выражение. — Да ей вообще все хорошо дается, она, наверное, умнее всех в классе… — Эй… — хором прикрикнули на него Римус и Сириус. Джеймс закатил глаза: — Ладно, умнее всех девчонок. Сириус удовлетворенно закрыл глаза, явно планируя остаток завтрака проспать.

* * *

Четверг, 11 октября, 1973 Вечеринку наметили на четверг. Джеймс все еще переживал, что двух мародеров придется оставить в стороне, поэтому предложил пойти вместе, просто накинуть мантию-невидимку. Сириус нашел идею забавной, но Римус считал, что это унизительно. К тому же его никогда не тянуло оказаться среди сливок общества. В конце концов Питер тоже отказался, хотя было видно, что такое решение далось ему с трудом. Четверг был у Римуса самым любимым днем. Если быть точнее, то четверг с двух до четырех, потому что это время принадлежало уходу за магическими существами. Этот же урок был еще и по средам, но там они проходили теорию; теория Римусу тоже нравилась — никто так не рассказывал о биологии, как профессор Ферокс. Но вот четверги посвящались практике: в этот день они всем классом высыпали на улицу или же приходили в кабинет, где их ждали профессор Ферокс с горящими от нетерпения глазами и новое удивительное животное. После жмыров они прошли докси и крупов, а на этой неделе приступили к растопырникам. Когда Ферокс показал существ в большом загоне в углу кабинета, Мэри и Марлин взвизгнули. Римус сдержался, но не осуждал их за такую реакцию — растопырники были совершенно непривлекательными. Они напоминали огромных крыс, из спин которых росли щупальца, извивающиеся и похожие на опарышей. — Не можем же мы каждый урок смотреть только на крупов и жмыров, — усмехнулся Ферокс, подзывая всех встать поближе. — Далеко не все волшебные существа, которых я вам покажу, будут миленькими. Но только разнообразие добавляет жизни красок! — Надеюсь, их не нужно будет трогать, — прошептала Марлин, поеживаясь. Римус об этом не переживал. Существа были неприятными на вид, но противно ему не было. У него был крепкий желудок, на прошлой неделе так сказал сам профессор Ферокс — они как раз смотрели, как вылупляются яйца докси. В тот день Римус светился от гордости до самой ночи. Ферокс посмотрел на Римуса: — Мистер Люпин, расскажете нам о полезных свойствах щупалец растопырников? Римус постарался скрыть довольную улыбку, чтобы не слишком походить на заучку. — Они отлично заживляют раны и ссадины, полученные магическим путем, — ответил он без запинки. — А если их съесть, то они сделают человека невосприимчивым к большинству проклятий. — Чудесно! Пять баллов Гриффиндору. Римус все-таки улыбнулся. И кому какое дело до дурацкого Клуба Слизней; Слизнорту было до Ферокса как до луны. Ферокс был умным, совершенно не напыщенным и смешно шутил, а еще занимался опасной работой. Раньше Римус особо не думал о будущем, но последнее время часто представлял, что когда вырастет, то станет как профессор Ферокс. Ему, конечно, придется получше питаться или начать заниматься спортом, потому что Ферокс был очень основательным, мускулистым. Римус же, хоть и был на пару дюймов выше остальных мародеров, так и оставался ужасно тощим. Как-то раз после полнолуния он даже спросил об этом у мадам Помфри. — Такой у тебя метаболизм, — ответила она. — Ты можешь больше есть или больше отдыхать, но, боюсь, ничего не изменится. Но волноваться не о чем, милый, ты вполне здоров. Звучало не очень-то обнадеживающе, но кроме как принять этот факт выбора не было. Наверняка его отец тоже был худым. Зато Римус хотя бы не был пухлым, как Питер. Из них четверых Питер единственный до сих пор напоминал ребенка. Тем же вечером эта разница между мародерами стала еще заметнее. Сириус и Джеймс, одетые в парадные мантии, стояли посреди спальни как два юных аристократа, которые только что унаследовали богатое поместье, а Питер, уже в пижаме, с завистью смотрел на них из-под одеяла. — Как думаешь, будут танцы? — спросил Сириус, нервно поправляя галстук. — Вряд ли, — ответил Джеймс, безуспешно пытаясь пригладить волосы. — Нам бы тогда сказали привести спутниц. Сириус без сил повалился на кровать. — Как же я все это ненавижу, — простонал он. — Лунатик, иди вместо меня. Старикан не заметит разницы. — Еще чего, — фыркнул Римус, не отрываясь от очередной книги — «Атака словом: Оборонные скороговорки». — Слизнорт даже имя мое запомнить не может. Думаю, ему не понравится, когда вместо чистокровного Блэка он получит какого-то полукровку, которого постоянно называет Лупер. — Фи, — сморщил нос Сириус. — Такой он, конечно, противный старикашка. Самый настоящий слизняк. — Сириус усмехнулся и повторил: — Слышал? Настоящий слизняк, Лунатик. Римус улыбнулся в ответ. — Ну, готов? — вздохнул Джеймс, отбрасывая расческу — видимо, смирился, что волосы ему покорить не удастся. — Наве-е-ерное, — протянул Сириус, с трудом поднимаясь. — Я спущусь с вами, — сказал Римус. — Схожу в библиотеку. Пит, ты пойдешь? Питер посмотрел с таким видом, будто ему предложили что-то безумное, и помотал головой. В гостиной (к вящей радости Джеймса) их уже ждала Лили в симпатичной мантии цвета морской волны. К сожалению (для того же Джеймса), когда они подошли, стало очевидно, что ждет Лили вовсе не его. — Римус! — воскликнула она, поднимаясь. — Отлично выглядишь, Эванс, — произнес Джеймс заискивающе. Сириус вздохнул. — Я хотела поговорить с Римусом, — сообщила Лили, будто не замечая Джеймса. — Пойдем на вечеринку вместе? — А я не иду, — пожал плечами Римус. — Меня не приглашали. — Ой… — Лили порозовела, смутившись. — Прости, я просто решила… — О чем ты хотела поговорить? — спросил Римус нетерпеливо. Книга была тяжелой, а еще приближалась пятница и полнолуние, так что все вокруг опять страшно действовало на нервы. Лили глянула на Джеймса и Сириуса, явно намекая, что не при них. Римус вздохнул: — Я иду в библиотеку. Если хочешь пройтись со мной, то пошли. Ей было не по пути, но Римусу было все равно. Он вышел из гостиной и услышал, что она торопится следом, стуча каблучками своих нарядных черных туфель. — Что за книжка? — спросила Лили запыхавшись, пытаясь поспеть за длинноногим Римусом. — Да ерунда, — ответил он, прикрывая название. — Просто кое-что исследую. — Это же не что-то гадкое? — спросила Лили с подозрением. — Вы что, опять задумали сделать с Северусом что-то ужасное? — Так и знал, что ты хочешь поговорить о Снейпе, — закатил глаза Римус. — Ты не можешь не признать, что в Хогсмиде Сириус первый начал. Ну то есть, он же назвал Севе… — Мне все равно, Лили, — не выдержал Римус, ускоряясь. — Это он повел себя гадко, Сириус и Джеймс просто шутили, но Снейпу же обязательно всегда переходить на личности. — Ах так, — Лили топнула ногой. — Да вы все друг друга стоите. — Ты же знаешь, что он ненавидит таких как ты? — спросил Римус, останавливаясь у библиотеки и нависая над Лили. — Такие как он ненавидят таких, как мы. — Такие, сякие, — передразнила Лили. — Честное слово, вся эта ерунда с чистотой крови полная глупость, и она не оправдывает… — Снейп довел Марлин до слез, — настаивал Римус. — Мэри нам рассказала. Как ты думаешь, что он за твоей спиной говорит о тебе? Лили опять покраснела: — Сев обо мне никогда не скажет ничего плохого! Он мой лучший друг. — Ну, значит, тебе повезло. А вот всем остальным не очень, — выплюнул Римус. Лили уставилась на него, явно не зная, что сказать. Она выглядела так, будто сейчас заплачет, и Римусу даже стало немного стыдно. Когда она заговорила, голос ее звучал кротко и тихо: — Что вы хотите с ним сделать? Римус вздохнул. — Не только с ним, со всеми слизеринцами, — он понизил голос, наклоняясь чуть ниже. — И ничего ужасного. Если Снейп перестанет обзываться, то ему вообще ничего не будет. Лили явно ему не поверила. Римус выпрямился: — Больше ничего не скажу. Иди, а то опоздаешь на свою вечеринку.

* * *

Тем же вечером Римус засиделся допоздна в гостиной и наконец-то нашел нужное заклинание. Теперь осталось, чтобы Сириус придумал замещающие слова, и можно наконец-то продумывать розыгрыш. Было уже почти одиннадцать, когда портрет распахнулся и внутрь прошагала Лили — мрачнее тучи. На ее мантии виднелись странные серебристые пятна, которые переливались в свете камина. — Что случилось, Эванс? — спросил Римус осторожно, все еще немного стыдясь своей вспышки у библиотеки. — Спроси их, — бросила она в ярости. — Я пошла в душ. Было и так понятно, о ком речь, но если бы Римус не догадался, то ответ бы нашел его сам, потому что следом в гостиную ввалились Сириус и Джеймс — оба в истерике от смеха. Римус не выдержал и тоже заулыбался — так заразительно они смеялись. — Что вы натворили? — спросил он. — Это все Сириус, — Джеймс постучал друга по спине, а потом отвесил ему витиеватый поклон. Сириус тоже поклонился. — Мой дорогой друг, без вас бы я не справился. — Да вы о чем? — повторил Римус, чувствуя, что теряет терпение. — Слизни, — ответил Джеймс. — Слизни, повсюду. Начиная с мармеладных слизней, которые были выставлены как угощение. — Простенькое заклинание трансфигурации, — ответил Сириус с неискренней скромностью. Он упал в кресло и закинул ноги на ручку. — Но потом… — с восторгом продолжал Джеймс, присаживаясь рядом с Римусом, — их становилось все больше и больше… — Эванс поэтому на вас злится? — Ну, ты видел, что у нее там на платье… И наверное на волосы тоже попало. Это были какие-то скоростные слизни, они как-то сумели везде пробраться… — Шуток она, конечно, не понимает, — зевнул Сириус. — Могла бы поблагодарить, что мы хоть немного оживили эту скучищу. — Мда, как она могла, — ответил Римус. — Ну, вот ты все понимаешь, Лунатик, — разулыбался Сириус. — Уверен, если бы мы тебя заслизнили, ты бы на нас не злился. Римус решил на это не отвечать и обратился к Джеймсу: — А Слизнорт понял, что это вы? — Да там сложно было не понять. Только мы не визжали от страха. — Отработки? — Три недели оттирать котлы. Ну ничего, накачаю мышцы, — Джеймс сжал кулак, демонстрируя бицепс, который, надо признать, выглядел очень слабеньким. — Есть и хорошие новости, — вставил Сириус. — Никаких больше вечеринок, из Клуба Слизней нас пожизненно выписали. — Зато впишут в учебники по истории! — пропел Джеймс, и все втроем разразились смехом.