All the Young Dudes (ATYD)

Пятница, 2 ноября, 1973 Римус заглянул в спальню и, убедившись, что все чисто, прокрался внутрь. Он открыл свой чемодан и засунул туда коробку, прикрыв ее старыми джинсами. — Здорово, Лунатик, — раздался голос за спиной. От испуга Римус с оглушительным «БУМ!» захлопнул тяжелую крышку и повернулся. Из ванной вышел Джеймс — волосы мокрые, очки запотели. — Привет, — произнес Римус, молясь, что выглядит не подозрительно. — Выглядишь подозрительно, — сощурился Джеймс. — В смысле? — Что ты делаешь? — Ничего! — Это подарок Сириусу? Римус печально вздохнул. — Да. — От меня-то зачем прятать, Лунатик, — рассмеялся Джеймс. Он бросил полотенце на кровать и стал одеваться. — Я же ему не скажу. Римус неловко пожал плечами. На самом деле он просто хотел скрыть тот факт, что последние два часа провел в женском туалете на четвертом этаже, где пытался упаковать дурацкую коробку, пока над головой кружила Миртл и вместо того, чтобы что-нибудь посоветовать, мерзко хихикала. А еще он предпочел бы ничего не выдумывать в ответ на расспросы, где он взял деньги. Запас украденных сигарет почти иссяк, и у него накопилось как раз столько, чтобы хватило на рождественские подарки. А если подойти к тратам разумно, то должно остаться и на подарок для себя. Римус еще не придумал, что хочет, но ему нравилась сама мысль, что если что-то приглянется — он сможет себе это позволить. — Повезло, что в этом году день рождения выпал на субботу, — сказал он Джеймсу, немного повеселев. — У нас уже есть план? — За завтраком, естественно, споем ему «С днем рождения», — произнес Джеймс очень серьезным тоном. — Естественно, — согласился Римус. — И на обеде, и потом еще на ужине. Утром у меня тренировка, а потом мадам Трюк разрешила задержаться на поле, пока не придут когтевранцы. Так что сможем полетать. — А, хорошо, — сказал Римус уже не так радостно. Перспектива сидеть в одиночестве на холодных трибунах совсем не радовала, но день рождения-то был у Сириуса. Так что ничего страшного, пусть летают, а он почитает свою книжку. — Потом ему, наверное, опять придется пойти на чаепитие с Нарциссой и Регулусом. Так что надо узнать, до скольких это все, и уже потом заниматься вечеринкой. Как думаешь, никто не будет против, если мы проведем ее в гостиной? — Не должны, — уверил его Римус. Гриффиндорцы всегда соглашались с идеями Джеймса и Сириуса, особенно если речь шла о веселой вечеринке. Так что никто не был бы против, к тому же на этой неделе мародеры были на пике популярности. Начиная со среды не было еще ни дня, чтобы Римус прошел по коридору и не услышал слов благодарности или не получил дружеского хлопка от гриффиндорцев, когтевранцев и пуффендуйцев. Слизеринцы скалились, бесились, но сказать ничего не могли. Кое-кто, конечно, пытался. Первые пару дней после Хэллоуина тут и там еще проскакивали случайные «котята» и «сладкие пирожки», и сразу за ними — взрывы хохота. В пятницу на уроке заклинаний Снейп вышел из себя и назвал Джеймса «очаровательной маленькой куколкой» — Сириус чуть было не скончался от смеха, а Лили почему-то страшно смутилась. И самое лучше в этом розыгрыше (Римус, когда его придумывал, об этом даже не подумал) было то, что слизеринцы не могли никому пожаловаться, потому что тогда пришлось бы объяснять, какие слова заменили. Так что их попытки самостоятельно найти контрзаклятие напоминали шоу — неспешное и уморительное. — Так им и надо, — смеялась Марлин. — Будь они пуффендуйцами, то ничего бы сложного не выдумывали и уже давно бы нашли, как снять заклинание. Вот так, за одну ночь, из шутов-третьекурсников мародеры стали героями в факультетской войне, которая не утихала годами. Римус старался не думать о возможных последствиях, вместо этого сосредоточившись на приближающемся дне рождения Сириуса. Четырнадцать почему-то звучало даже круче, чем тринадцать. Вот уж в четырнадцать ты точно-преточно становился самым настоящим подростком. Накануне вечером Мэри опять сидела с ними за ужином. Римус уже несколько раз хотел спросить Джеймса, что он думает по поводу нового уклада, но передумал. К тому же Джеймсу скорее всего было все равно, он вел себя как обычно. Да и Мэри не делала ничего противозаконного — она просто сидела за столом своего факультета. Сказать по правде, Римус пока сам не понял, почему ее присутствие так действовало на нервы. Наверное, его раздражало, что Мэри постоянно сидела рядом с Сириусом, что, на взгляд Римуса, слишком уж явно демонстрировало окружающим их намерения. Поэтому сдержанность Сириуса, который никак не высказывался на эту тему, просто бесила. Римус терпеть не мог чужие секреты. — Блэк, ты завтра во сколько освободишься? — спросил Джеймс, пока они поедали хрустящую жареную треску и румяную картошку. — Ты о чем? — не понял Сириус. Он полил свою рыбу уксусом и протянул бутылку Римусу. Мэри, которая как раз тянулась за уксусом, кинула на Римуса странный взгляд. — Спрашиваю, во сколько завтра закончится ваше традиционное чаепитие? Вы же всегда так отмечаете твой день рождения. — О-о-о, Сириус, у тебя завтра день рождения? — заулыбалась Мэри. — Ты мне не говорил. Я бы купила тебе подарок! — Зачем? — спросил Сириус, кинув на нее удивленный взгляд, а затем повернулся к Джеймсу: — Не знаю, может в этом году его и не будет. Меня никуда не приглашали. — А, да? — Джеймс вскинул брови. Это всегда придавало его лицу немного совиное выражение. — А тебе… ну, ты как? Не против? Сириус фыркнул, не поднимая головы от тарелки. — Да мне-то что? Вообще плевать. — Вот и хорошо, — радостно заключил Джеймс, бросив на Римуса и Питера многозначительный взгляд. — Тогда мы начнем продумывать самую роскошную вечеринку, какой гриффиндорская башня еще не видела. — Да! — добавил Питер для убедительности. — А я могу прийти? — спросила Мэри. — Естественно, — сказал Римус слегка язвительнее, чем намеревался. — Все приглашены. — Может, не стоит закатывать целую вечеринку? — протянул Сириус, гоняя по тарелке горошину. — Я как-то не в настроении. — Ну не-е-ет, почему? — запричитала Мэри. — Будет весело! Так же, как у Римуса в прошлом году… Даже лучше! Сириус ничего не ответил, и Джеймс еще раз посмотрел на Питера и Римуса. Остаток ужина провели в молчании.

* * *

Суббота, 3 ноября, 1973 Утром, в день рождения Сириуса, Римус проснулся один, а на двери ванной обнаружил записку, написанную идеальным почерком:

Ушли на тренировку. Тебе бы вряд ли захотелось, так что решили не будить. Увидимся на завтраке.

С

После душа Римус решил, что раз такое дело, то можно сходить в библиотеку. Он уже дописал сочинение о магических существах класса ХХХ и хотел заранее почитать про существ класса ХХХХ. (Недавно он узнал, что он, тощий, тринадцатилетний Римус Люпин, принадлежал к классу магических существ ХХХХХ. В том же списке были мантикоры и драконы.) По решению Джеймса (при поддержке Римуса) они все равно решили устроить вечеринку, хочет этого Сириус или нет. Сириус обожал быть в центре внимания, даже если у него не было на это настроения. Питера назначили ответственным за украшения, и он (не без помощи Мэри и Марлин) справился просто блестяще: в спальне девочек был спрятан целый сундук серпантина и воздушных шаров. Джеймс занимался приглашениями — работа, по наблюдениям Римуса, заключалась в том, чтобы кричать на студентов, приказывая явиться без опозданий, иначе… Римус отвечал за еду — ничего сверхъестественно сложного, если у тебя есть карта и мантия-невидимка. Он позавтракал в одиночестве, в компании книги. С тех пор, как слизеринцев на время приструнили, в Большом зале стало куда приятнее. Даже те, кому удалось снять заклинание, пока что помалкивали. Книга оказалось такой интересной, что Римус не мог оторваться, и так и продолжил читать по пути в библиотеку, иногда выставляя вперед руку, чтобы не врезаться в дверь или стену. Так что когда он на полном ходу сбил с ног Регулуса Блэка, виноват в этом был Римус и только Римус. — Прости! — воскликнул он и без задней мысли протянул руку. Регулус, увидев шрамы, исполосовавшие запястья Римуса, сузил глаза и поднялся на ноги самостоятельно. Он отряхнулся и со свойственной Блэкам надменностью фыркнул. — Смотри, куда идешь, — сказал он ледяным тоном. — Я уже извинился, — ответил Римус, теряя терпение. У него не было желания ни с кем ругаться, он просто хотел без приключений добраться до библиотеки. — Почему ты вообще бродишь в одиночестве? — спросил Регулус с подозрением. — Планируешь еще раз покуситься на чью-нибудь свободу слова? — Могу задать тебе тот же вопрос, — усмехнулся Римус. — Где твой дружок Крауч? И вообще, ты не докажешь, что мы как-то причастны. — Не докажу, — скривился Регулус. — Но я ни с чем не перепутаю почерк своего брата. — Неужели? — Мне достались другие слова. — Да ну? — Римус старался не измениться в лице — он понятия не имел, что для Регулуса Сириус что-то изменил. — Каждый раз, когда я хочу сказать название своего факультета, у меня получается… — Регулус с опаской глянул по сторонам, будто переживая, что их кто-то может подслушать: — Ура, Гриффиндор, вперед! Римус рассмеялся, и Регулус смерил его снисходительным взглядом. — Прости, — опять повторил Римус. — Это просто… ну, забавно. — Тебе-то конечно, — фыркнул Регулус. Он был ниже ростом, но каким-то образом все равно умудрялся смотреть на Римуса сверху вниз. — Такие, как ты, понятия не имеете, чем рискует мой брат. Я и так как мог скрывал от родителей его выходки, но он же не останавливается, и с каждым разом его идеи все хуже, и хуже, и… — Так его поэтому не позвали на это ваше девчачье чаепитие? — перебил Римус недовольно — за друга было обидно. — Нарцисса считает, что игра не стоит свеч. — Регулус отвел взгляд, и холодная маска на его лице дрогнула. Римусу показалось, что на самом деле он был бы не против повидаться с братом. — И эта его последняя шутка со словами только доказывает, что она права. Он уже никогда… никогда не сможет вернуться. Регулус тряхнул головой и повернулся в сторону подземелий. Римусу вдруг стало его жаль, и, понимая, как это глупо, он все же окликнул: — Рег, подожди. Регулус обернулся, на лице — выражение ужаса от неожиданного панибратства. Но Регулус было то еще имечко, попробуй произнеси. В сто раз хуже, чем Римус. — У нас сегодня вечеринка в честь его дня рождения, в гостиной. Можешь прийти, если хо… — Не надо, — оборвал его Регулус. — Не приглашай меня. Просто забудь. Передай от меня поздравления, — бросил он и торопливо ушел.

* * *

С Регулусом или без, вечеринка имела оглушительный успех. Буквально, потому что каждое изображение льва в гостиной (а их было немало) заколдовали таким образом, что они рычали всякий раз, когда кто-то произносил «день рождения» или «Сириус». Пришли все гриффиндорцы. Римус был уверен, что старшекурсники пили из фляжек что-то покрепче, чем сливочное пиво. Проигрыватель Сириуса крутился без остановки, и многие девочки танцевали. Мэри попыталась уговорить Сириуса потанцевать под John, I’m Only Dancing, но он ни в какую не согласился и остался на диване с Римусом и Питером. — Я умею только вальсировать, — сообщил он шепотом. — И скорее умру, чем еще раз это сделаю. А вот Джеймс вскочил и даже потряс бедрами (в подозрительной близости к Лили), но почти сразу споткнулся о ковер и чуть не улетел головой в камин. Сириус так искренне над ним смеялся, что Римус порадовался, что тот не переживает о родителях. Он решил пока не рассказывать ему о встрече с Регулусом — счастливее Сириус от этой истории не станет, поэтому какой смысл. — Это ты Люпин? — Через спинку дивана к нему наклонилась шестикурсница, ее длинные черные волосы мазнули Римуса по плечу и он подскочил от неожиданности. — Моя подруга Фарая сказала, что ты продаешь… — Ш-ш-ш, иди сюда! — Римус вскочил с дивана, мотая головой, как болванчик. Все это время ему удавалось держать свой бизнес в секрете от других мародеров. — Что покупаешь? — спросил он, когда они отошли как можно дальше от Сириуса и Питера. — Две пачки, любых, — ответила шестикурсница. — Один галеон. — Чего?! — возмутилась она. — Фарая сказала, что ты продаешь их по пять сиклей за пачку! — Запасы на исходе, — пожал плечами Римус. — Спрос и предложение. — Мда, ладно. — Она недовольно скрестила руки на груди. — Пусть будет галеон. — У меня их нет с собой. Встретимся завтра, на этом же месте, в семь. Утра. — В воскресенье?! — У меня полно других покупателей… — Ладно, ладно… Когда Римус вернулся обратно на диван, Сириус сразу же оживился. — Что там такое, Лунатик? — спросил он, щурясь и становясь как капля воды похож на Регулуса. — Неужели очередная девушка? — Заткнись, — пробормотал Римус, пиная его. — У тебя есть девушка, Римус? — заинтересовалась Мэри. Римус даже вздрогнул. Она-то откуда взялась… — Нет у меня девушки, Блэк просто придурок. — Вот и славно, — довольно улыбнулась Мэри. — Потому что иначе, — она накрутила на палец тугую кудряшку, — кое-кто бы очень расстроился. — А… Ладно, — ответил Римус, стараясь не показывать раздражения. — Лунатик кому-то нравится? Кому? — спросил Сириус. — Я не могу тебе сказать, — хихикнула Мэри, изображая, как зашивает себе рот. Римус пожелал, чтобы он у нее и правда зашился. — Эти девчонки… — произнес Сириус недовольно. — С вами просто невозможно. Мэри сделала вид, что надулась, но больше ни в чем не призналась. Сириус все еще недовольно качал головой, но при этом улыбался. — Итак, что ты продаешь? — Он повернулся к Римусу. — Эта девочка сказала, что хочет что-то купить. — Ничего, — сказал Римус невинным тоном. — Она просто ошиблась. — Я все равно рано или поздно узнаю, — пообещал Сириус, и где-то глубоко в его синих глазах блеснула озорная искорка. — Не пойми меня неправильно, я очень рад подарку, он просто отличной, — он кивнул на распакованный набор из «Зонко» — «Приколы и шутки премиум-класса» — и громко объявил: — Он замечательно пополнит коллекцию любого приколиста. Но рано или поздно я узнаю, на какие деньги ты его купил. В эту фигню про умершую тетушку и наследство я сразу не поверил. — Тебе твой дядя оставил наследство, — напомнил Римус. — Ага, но я не могу до него добраться, пока мне не исполнится шестнадцать, — отмахнулся Сириус. — Так что нет, Люпин, что-то здесь нечисто. Я тебя знаю… Чтобы у Лунатика и не было секретов? — Вот и оставь их секретами, — сказал Римус загадочно и отвернулся.