All the Young Dudes (ATYD)

Предупреждения автора: упоминается употребление алкоголя и курение.

Didn’t know what time it was

the lights were low-oh-oh

I leaned back on my radio-oh-oh

Some cat was laying down some rock n roll, lotta soul he said

Then the loud sound did seem to fade (ah ade),

Came back like a slow voice on a wave of phase (ah aze);

That weren’t no DJ, that was hazy cosmic jive…

Дэвид Боуи — Starman

Суббота, 8 марта, 1975 Учитывая все, что произошло, Римус не ждал никакого особо праздника по поводу своего пятнадцатилетия. Но мародеры, конечно, были только рады доказать ему обратное. Как обычно, все планирование держалось в строжайшем секрете и Римус до последнего момента ничего не подозревал. День рождения выпадал на воскресенье, так что в субботу он лежал на кровати и читал, пока на фоне негромко играла одна из пластинок Сириуса. Последнее время он частенько брал проигрыватель и валялся в кровати с книгой — Сириус никогда не был против. Было около девяти вечера, но в спальне никого не было; Римус даже раздумывал, не лечь ли спать пораньше. И только он решил, что пора переодеваться в пижаму, как в комнату ворвался Сириус с лукавой улыбой, которая могла означать лишь одно — ночь предстоит длинная. — Готов? — спросил он и в два прыжка пересек комнату, принеся с собой запах камина из гостиной. — К чему? — Римус отложил книгу. — К сюрпризу на день рождения, естественно, — вздохнул Сириус с таким видом, будто Римус был совсем дурачок. — Давай, поднимайся, и ботинки надень — лучше те твои огромные, магловские, с прикольными шнурками. — А, эм… куда мы идем? — Наружу, — бросил Сириус, копаясь в своем чемодане. Оттуда он выудил магловские джинсы и черную футболку. — Ого, то есть прямо на улицу? — удивился Римус, наблюдая, как Сириус переодеватся. — Ага, и мантию возьми. Магловская одежда Сириусу шла, подумал про себя Римус. В целом, ничего удивительного, половина магов лучше выглядели в обычной футболке и джинсах, чем в школьной форме и допотопной мантии, но Сириусу шло решительно все — и куда лучше, чем остальным. Римус решил больше не задавать вопросов и наклонился завязать шнурки. Было очевидно: Сириус в восторге, что он ничего не знает о сюрпризе, и Римус не видел никакого смысла портить ему удовольствие. Спускаясь вслед за Сириусом по лестнице, Римус чувствовал себя престранно в джинсах и дорожной мантии, но жаловаться не стал — Сириус наверняка думал, что они выглядят как заправские магловские модники. В гостиной ждали Джеймс и Питер, тоже со страшно довольными физиономиями. — Вы же знаете, что день рождения у меня только через два дня? — уточнил Римус, сам нехотя улыбаясь. — То, что мы задумали, отлагательств не терпит, — заявил Сириус. Он всеми силами пытался сохранять вид таинственный и одновременно безразличный, но ему очевидно не терпелось поскорее раскрыть все карты. — Не волнуйся, — сказал Джеймс, в глазах которого поблескивали азартные искорки. — В понедельник за завтраком мы тебе обязательно споем. — И на обеде, — добавил Питер. — И на ужине, — заключил Сириус, когда они уже спускались из гриффиндорской башни. — Давайте-ка сюда, — произнес Джеймс, набрасывая сразу на четверых мантию-невидимку. Пока они держались вплотную друг к дружке, а Римус пригибал колени, то кое-как выходило поместиться. Но если кто-нибудь вырастет еще хоть на дюйм — мантия не справится. К счастью, идти было недалеко. Как Римус и подозревал, они направились к горбатой ведьме и спустились в тоннель «Сладкого королевства». — Итак, пятнадцать! — пропел Сириус радостно и похлопал Римуса по плечу, что, вероятно, считал очень солидным жестом. — Не терпится? Римус пожал плечами. — Я об этом особо не думал. Ты тут самый старший, вот и скажи, чего мне ждать. — Ну, естественно, я куда взрослее и мудрее вас… Джеймс, который шел впереди и освещал путь палочкой, громко фыркнул. — Но лучше бы мне было семнадцать, — продолжал Сириус, не обратив внимания. — Тогда могли бы сейчас не идти пешком. — Даже не начинай, — проворчал Питер, замыкающий шествие. — Он хотел научиться трансгрессировать к твоему дню рождения, Римус. Чтобы проще было попасть в Хогсмид. — В Хогвартсе нельзя трансгрессировать, — заметил Римус. — Десять очков Лунатику, — улыбнулся Сириус. — Но отсюда уже бы смогли. Не пришлось бы красться через магазин. — Но ведь это очень сложно? — спросил Римус. На самом деле он переживал, что когда придет время учиться трансгрессии, у него вообще ничего не получится, потому что тот единственный раз, когда он трансгрессировал вместе с мистером Поттером, прошел ужасно и его потом тошнило. — Ага, но у нас-то бы получилось, — ответил Сириус уверенно. — Учитывая все, что нам надо сделать в этом семестре, учиться еще и трансгрессировать — это перебор, — заявил Питер. Сириус одарил его крайне сердитым взглядом, и Питер открыл рот с таким видом, будто ляпнул что-то ужасное. — Ты про экзамены? — спросил Римус как ни в чем не бывало, просто чтобы выручить Питера. Его ужасно удивляло, что тот так долго умудрялся не проболтаться; хотя и Джеймс с Сириусом тоже были хороши, потому что вели себя далеко не так осмотрительно и скрытно, как сами считали. — Да, точно, — вздохнул Питер с облегчением. — Экзамены. Я точно провалюсь по истории магии. Сто процентов. В жизни не наскребу на СОВ. Затем они какое-то время обсуждали СОВ в следующем году, сетуя на свою неподготовленность по тому или иному предмету, хотя на самом деле Римус очень ждал этих экзаменов, особенно практическую часть. Наконец они добрались до «Сладкого королевства». И вот тут все пошло слегка не по плану. — Вот черт! — выругался Джеймс, подергав запертую дверь. — Он обычно не спит и сидит со своими счетами. А сегодня, наверное, лег пораньше. — Или ушел куда-то, — предположил Римус. — Вечер субботы. — И что делать? — спросил Питер. — Попробовать Алохомору? Но нам нельзя тут колдовать… — Дайте-ка посмотрю, — Римус подошел к двери, выуживая из кармана невидимку, которую таскал с собой с лета, и, рассмотрев замок, заключил: — Ага, легкотня. — Он наклонился, вставил в скважину невидимку и принялся ее медленно поворачивать, прислушиваясь. Наконец мягкий щелчок подтвердил, что все получилось. Римус отошел и театрально распахнул дверь: — Прошу! — Красавчик! — обрадовался Джеймс. — Скорее, идем. Выбраться из магазина было куда проще: на входной двери замок открывался изнутри. И вот они уже стояли в Хогсмиде и вдыхали холодный ночной воздух. Какое упоительное чувство — быть там, где не положено! Римусу даже не было дела, поймают их или нет. Он двинулся следом за Сириусом и Джеймсом мимо «Трех метел», закрытых лавок и почты. Радостные, Джеймс и Сириус остановились перед входом в какой-то паб, в котором Римус никогда не был. Покачивающаяся над входом вывеска гласила: «Кабанья голова», а под надписью было соответствующее кровавое изображение. На тротуаре стояла меловая доска, на которой было написано: «Сегодня живая музыка! Открытый микрофон, каверы магловских хитов!» — Не может быть! — потрясенно воскликнул Римус. Теперь он понял, почему все это время Сириус так широко улыбался, что у него теперь, наверное, ныли скулы. — Как тебе? — Сириус нетерпеливо переминался с ноги на ногу. — Он клялся, что тебе понравится, — сказал Джеймс немного неуверенно. Римус с трудом отвел взгляд от меловой доски и посмотрел на Сириуса. — Мне очень нравится, — подтвердил он. Внутри не было толпы, но посетителей хватало, а первая группа как раз готовилась к выступлению. Паб был не такой ухоженный, как «Три метлы», пол вместо ковра был устлан соломой, из-за чего внутри едва уловимо пахло амбаром, но зато Римус был уверен, что сюда вряд ли забредет кто-то из знакомых, а значит, и в школе их никто не сдаст. — Я закажу нам выпить, — весело объявил Сириус, в его глазах опять заплясали озорные искорки. — Сириус… — голос Джеймса звучал строго. — Только сливочное пиво. — Ага… — Так значит, — произнес Римус, когда они уселись за крошечный столик на шатких ножках, который одновременно был и недалеко от сцены, и в достаточно темном углу, — магловские каверы? Волшебники правда такое слушают? — Не, — покачал головой Джеймс. — Но последнее время магловская музыка как будто стала популярнее. Наверное, из-за Темного Лорда и этой его чуши про чистокровность. — Они будут играть Боуи? — спросил Питер. Благодаря Сириусу и Римусу бедняга думал, что в магловской музыке только Боуи и существует. Группа объявила свое выступление, назвавшись «Банши Блюз», и как раз вернулся Сириус с подносом, полным напитков. Римус насчитал пятнадцать штук. — Сириус! — возмутился Джеймс. — Ну что? — Сириус ему подмигнул. — Вот тебе твое пиво. — Я имел в виду, что нужно брать только сливочное пиво, для всех. Как тебе вообще это все продали? Это что, огневиски? — И медовуха, — кивнул Сириус. — Не пей, если не хочешь. Так вот, — он поднял стакан, на четверть наполненный какой-то янтарной жидкостью, — за нашего дорогого Лунатика — изобретателя Карты мародеров, творца лучших розыгрышей, завершителя нашей домашки… — За Лунатика! — повторили Джеймс и Питер. Римус, смутившись, отвернулся и стал смотреть на музыкантов. Он никогда не бывал на концертах, не говоря уже о концертах музыкантов-волшебников. Одеты они были ожидаемо странно — мантии вперемешку с самыми неожидннами магловскими нарядами, например, на солисте была белая ковбойская шляпа и зачем-то розовое боа из перьев. Зато инструменты выглядели вполне себе магловскими, разве что нигде не было видно усилителей — видимо, за звук отвечала магия. Они сыграли парочку песен «Битлз», затем «Роллинг Стоунс», — и все звучало неплохо. Даже Джеймс к последней песне притоптывал под столом ногой, но может быть это потому, что Сириус тайком подливал ему в сливочное пиво огневиски. На вкус огневиски был просто ужасен, но не хуже дешевой водки, которую Римус заливал в себя летом. Свой первый стакан он осушил залпом и даже не поморщился, из-за чего Сириус потом еще долго не сводил с него восхищенного взгляда. Питер пил медовуху и после каждого глотка спрашивал: «Я уже пьяный? Я напился?» — и после двух стаканов, наверное, уже и правда напился. — Может, перейдешь на сливочное пиво? — предложил Римус, с тревогой на него поглядывая. Питер, румяный, блаженно улыбался и покачивался на стуле. «Банши Блюз» уже собирали свои инструменты, к микрофону подошла колдунья с длинной челкой. И тут от барной стойки отделился молодой волшебник и подошел к ним. — Это ты что ли, Люпин? — спросил он. Римусу было смутно знакомо его лицо, но он не мог вспомнить откуда. — Эм… Привет, — ответил он нервно. — Арнольд Дойл! Я был в Хогвартсе в прошлом году, помнишь? — парень был долговязый и тощий, как и половина старшекурсников. — Я только благодаря твоим сигам продержался на ЖАБА. — А! Точно, привет, Арнольд. Прости, не узнал, — Римус все еще не был уверен, что помнит его, но из-за виски со всеми хотелось быть дружелюбным. — Ты чего здесь делаешь? — Девушка играет, — он кивнул на сцену, где волшебница с длинной челкой настраивала гитару. — А вы чего? Вы же вроде еще не закончили школу. — У меня день рождения, — ухмыльнулся Римус. — Сбежали. — Понял, — рассмеялся Арнольд. — Ну, я вас не выдам. Давайте угощу выпивкой? Выражу, так сказать, благодарность за сиги. — Наш ты человек, Арнольд, — крикнул Сириус. Вышло слишком громко для такого тесного паба — в выпивке он не отставал от Римуса ни на глоток. Арнольд опять рассмеялся и ушел к бару. Его девушка начала играть что-то похожее на Боба Дилана, Римус не особо разбирался в фолке. Он до сих пор так и не вспомнил, продавал ли что-то Арнольду, но тот явно чувствовал себя обязанным оплатить долг, так что купил целую бутылку огневиски и поставил по центру стола. — С днем рождения! Совершеннолетие отмечаешь, получается? — Вообще-то… — начал Питер, но Сириус вовремя пнул его, и тот прикусил язык. — Да, — соврал Римус. — Спасибо! Дальше все поплыло; и ясная мысль у Римуса осталась только одна — нет ничего лучше курения, с чем Сириус, который не хотел ударить в грязь лицом, согласился. — Они же воняют, Лунатик, — пожаловался Джеймс, морщась. — И о чем он вообще? Что значит — твои сигареты помогли ему на экзаменах? — Да, наверное, перепутал с кем-то, — пожал плечами Римус, не поведя и бровью, когда Сириус зашелся истерическим смехом. Следующая группа была лучше всех — они назывались «Драгонхайд» и исполняли много репертуара Slade, Status Quo и Black Sabbath. Ноги так и рвались пойти танцевать, но Римус был куда трезвее Сириуса и Питера и пока что себя контролировал. Под конец он все-таки стал подпевать, но к этому моменту пели уже все посетители. Римус даже забрался на стул и стал раскачивать над головой стакан с огневиски, пока все хором затянули: So cum on feel the noize! Girls grab ya boys! We get wild, wild, wild! We get wild, wild, wild! Сириусу идея со стулом очень понравилась, но после двух попыток залезть на собственный (от падения его оба раза спас Джеймс, который еще сохранил остатки координации) он просто обнял Питера и Джеймса за плечи и покачивался вместе с ними, крича во все горло: So you think we have a lazy time, well you should know better… And I don't know whyyyyy I just don't know whyyyyy And you say I got a dirty mind, well I'm a mean go getter! And I don't know whyyyy And I don't know whyyyyyyy Anymore! Oh no--ooooh! Мародеры так прониклись песней, что, возвращаясь обратно по улочкам Хогсмида, все еще пели — держась за руки, шатаясь и спотыкаясь и умирая от смеха. На свежем воздухе Римус немного протрезвел и даже почувствовал угрызения совести, увидев, в каком состоянии Сириус и Питер. В «Сладкое королевство» они вернулись далеко за полночь. Прокравшись внутрь так тихо, как сумели, они направились в подвал — Джеймс и Римус изо всех сил пытались отогнать Сириуса с Питером от витрин со сладостями. Обратный путь в Хогвартс оказался сущим кошмаром. Питер едва волочил ноги, спотыкался, опирался на Джеймса и жаловался на головную боль. Сириус же перекатывался от стены к стене, чудом держась на ногах, и то и дело взрывался отрывками песен. Когда они добрались до выхода из тоннеля, Джеймс и Римус почти протрезвели, Питер же едва оставался в сознании, а Сириус подозрительно позеленел. — Мерлин, как мы доведем их до спальни, мы же всех разбудим, — выдохнул Джеймс, удерживая Питера. В ту же секунду Сириус наклонился — и его стошнило. — О боже, — Римус подхватил Сириуса, прежде чем тот рухнет прямо лицом в лужу своей же рвоты. Он убрал волосы с его лица и похлопал друга по спине. — Так… — Он посмотрел на Джеймса. — Давай ты отведешь Питера под мантией, так будет проще. А я тут с ним немного посижу, — он кивнул на Сириуса. — А затем призову мантию спустя полчасика? Вдвоем под ней в любом случае удобнее. — Да, хорошая идея, — благодарно вздохнул Джеймс. — Точно не хочешь, чтобы я с ним остался? Сириус резко сел, постанывая и пряча лицо в ладонях. — Да не, я уже имел дело с пьянчугами, — усмехнулся Римус. — Так что идите. Спасибо за день рождения, Джеймс, было просто офигенно. Джеймс ему улыбнулся и вместе с Питером, который цеплялся за него как обезьянка, исчез под мантией. Римус вздохнул, сел рядом с Сириусом и указал палочкой на лужу: — Терего. Стало чисто. Сириус опять простонал и опустил голову Римусу на плечо. — Ты как? Порядок? — улыбнулся Римус. Сириус что-то невнятно пробормотал. — Ага, так и должно быть. Только не блюй на меня, пожалуйста. — М-хм-м-х. — Пить хочешь? — Да. Римус допил остатки огневиски из бутылки, а затем прикоснулся палочкой к горлышку. — Агуаменти! — Бутылка наполнилась ледяной водой. Он протянул ее Сириусу. — Только не всю сразу, а то опять стошнит. — М–м-м, — Сириус не открывая глаз сделал пару глотков. Он побледнел и весь взмок, но все равно, скорее всего, выглядел в сто раз лучше, чем Римус. — Ты вообще все умеешь, Лунатик, — заплетающимся языком проговорил он, опять тяжело опускаясь на его плечо — Ага, — вздохнул Римус. — Открывать замки и напиваться. — И магию, — пробормотал Сириус сонно. — Ну да, мы же волшебники, придурок. — У меня магия получается, — вздохнул Сириус. — Но ты, ты… ты и есть магия, понимаешь? — Ты пьяный и несешь чушь, — рассмеялся Римус. — Эй, не спать. Мне еще вести тебя обратно. — Змлчи, — пролепетал Сириус, отключаясь. Римус вздохнул и задумался, заметит ли кто-то, если они просто поспят здесь.