Тексты для Исторических Приключений

Часто по ночам Зоэ неслышно ступает босыми ногами по рассохшимся половицам старого дома, заранее зная, куда нужно шагнуть, чтобы они не скрипнули. Она останавливается у неплотно прикрытой двери спальни доньи Эстреллы и замирает, лихорадочно перебирая пальцами бахрому наброшенной поверх ночной сорочки тёплой вязаной шали. Эту шаль связала для неё донья Эстрелла, да и сорочка Зоэ, как и все платья и другой гардероб, тоже отданы ею. Ведь Зоэ появилась в этом маленьком старом доме, закутанная в капитанский камзол поверх собственной изодранной рубашки. Она оставила бы его себе, этот камзол, не раз испятнанный кровью владельца, прижимала бы его полы к губам и молилась, молилась. За капитана Бернардито. За Одноглазого Дьявола. — Не дьявол, о нет, нет, — гневно и почти неслышно шепчет она, напряжённо прислушиваясь к дыханию доньи Эстреллы за дверью. Та дышит тихо, но мерно, спокойно, и сердце Зоэ успокаивается тоже. Эта пожилая женщина заменила ей всю потерянную семью. И ещё она — мать капитана Бернардито. Зоэ часто слышит, как донья Эстрелла молится перед портретом погибшей дочери… и знает, что она свято хранит у сердца миниатюру с портретом сына — нельзя, чтобы кто-то увидел это, её сын — вне закона, её сын — корсар. Его же могут убить в любой момент, отчаянно думает Зоэ, роняя голову на грудь и ещё крепче сжимая в пальцах бахрому шали. Самого храброго, самого благородного и доброго человека из всех, кого Зоэ знала. Доброго? Доброго, помилуй Бог?! Его собственные корсары не поверили бы своим ушам, услыхав такое о капитане Бернардито. Но разве не он охотился за судами, перевозящими рабов, будто сокол, возникая в синеве моря, как сокол возникает в синеве неба, чтобы отбить этих несчастных и покарать их жестокосердных мучителей? Разве не он точно так же спас и саму Зоэ, при этом не воспользовавшись её юностью и невинностью, а оберегая, словно собственную младшую сестру? Зоэ вспомнила, как стояла на палубе невольничьего корабля, захваченного корсарами Бернардито, и смотрела, смотрела, смотрела неотрывно в его смуглое ястребиное лицо, перечёркнутое чёрной повязкой. Он убил её мучителя, её палача, и забрал Зоэ себе, чтобы поселить в доме матери, словно родное дитя. Зоэ судорожно вздыхает и отходит от двери доньи Эстреллы. Счастливица! Эта женщина была настоящей счастливицей, родив такого сына. О, что бы только ни отдала Зоэ, чтобы родить сына капитану Бернардито!

* * *

Следующей весной Зоэ действительно родит Бернардито сына… и умрёт родами. Но Диего вырастет честным, благородным и храбрым, верным долгу, как его отец.