За гранью стали

Бродя по тёплым улицам города, Селеста постепенно ощущала, как тревожные мысли стихают одна за другой. Впрочем… за прошедшую ночь всё и без того успело смягчиться, потерять прежнюю остроту. А мысль о встрече с Дорейном и вовсе согревала сердце тихим, почти девичьим трепетом. Скользя среди немногочисленных прохожих, она то и дело ловила на себе взгляды. Впрочем, к этому Леди давно привыкла. Селеста часто покидала замок, растворяясь в шуме города под Звездопадом, и её присутствие здесь уже никого не удивляло. То она засиживалась в таверне в компании очередного рыцаря, то до самого рассвета кружилась в танцах на празднествах. И всё же, где бы ни появилась Леди, она неизменно притягивала к себе внимание. Сегодня не исключение. Тонкая шифоновая юбка бесшумно струилась следом за ней, легко касаясь каменных улиц. Оранжевая ткань мягко переливалась под утренним солнцем, словно впитывая в себя его тёплый свет. Не обращая внимания на провожающие её взгляды, Селеста лишь выше вскинула голову и неспешно продолжила путь. В её походке не было ни капли робости присущей многим леди - только привычная, врождённая уверенность. Одни смотрели на нее с восхищением, другие - с осуждением, третьи с плохо скрываемым желанием, но всё это, почти никогда её не волновало. Наконец впереди показалась нужная улочка. Город у Звездопада был совсем небольшим. И городом-то его можно было назвать лишь с натяжкой - скорее шумное поселение, выросшее возле порта и замка Дейнов. Узкие улочки тянулись вдоль белокаменных домов, пахло морской солью, рыбой и свежими фруктами, а жизнь здесь текла просто и шумно. Но для ищущего, в этом месте было всё необходимое… а порой даже больше. Селеста неспешно двигалась дальше, пока улицы не стали заметно тише. Домов здесь было меньше, а голоса людей доносились лишь отдалённым эхом. Почти у самой окраины перед ней возникло знакомое здание. Двухэтажная таверна, выстроенная из гладкого белого камня, выделялась даже среди светлых домов Звездопада. Потемневшая вывеска тихо покачивалась на ветру, а из распахнутой двери уже доносились громкий смех, звон кубков и запах кислого дорнийского.   Это место давно пользовалось известностью среди мужчин города - да и не только мужчин. Первый этаж всегда был полон: моряки, рыцари, торговцы и портовые рабочие собирались здесь за вином, игрой в кости и шумными разговорами. Но настоящий интерес скрывался выше. Второй этаж таверны служил совсем иным целям - местом более тихим, более уединённым, где юные лорды, рыцари и заезжие гости искали себе удовольствия в объятиях ласковых девушек и сладкого вина. Услышав очередной взрыв смеха за дверью, Селеста едва заметно улыбнулась. Стало ясно - Сир Хатор не ошибся, сообщив ей пару часов назад, где именно находится принц. А может быть, после её отказа он и сам решил провести вчерашний прохладный вечер здесь - в тепле, среди приторно ласковых голосов, сладкого вина и хорошеньких лиц, в компании принца Дорейна. Селеста вошла внутрь и, едва переступив порог, неспешно направилась в глубь таверны. Утренний полумрак ещё держался под низкими потолками. Большинство столов вдоль стен пустовало, лишь кое-где остались забытые кружки да крошки после ночных посетителей. Возле одного из столов возилась пожилая мойщица - грузная женщина с усталым лицом и закатанными рукавами. Тяжело кряхтя, она пыталась оттереть засохшие пятна со столешницы мокрой тряпкой, время от времени недовольно бормоча себе под нос. Яркая ткань платья Селесты сразу бросилась ей в глаза. Женщина подняла взгляд, тяжело вздохнула и коротко кивнула в знак «уважения к Леди». Приветливости, и тем более тепла в этом жесте не было. Почти сразу она вновь отвернулась к своему занятию. И тут раздался знакомый голос - громкий, тёплый и насмешливый: — А вот и моя великолепная подруга. Дорейн улыбался широко и лениво, явно пребывая в превосходном расположении духа. Рядом с ним привычно возилась очередная красавица. Он сидел за длинной общей стойкой напротив кухни, развалившись так свободно, словно находился у себя дома. Перед ним стоял почти пустой кубок с вином, а рядом - несколько разбросанных игральных фигурок, оставшихся, видимо, после ночной компании.  Селеста медленно подошла ближе, уже заранее оглядев обоих. Дорейн, как и всегда, выглядел так, будто собирался не на завтрак в таверне, а на приём при дворе. Тёмно-красный дублет сидел на нём безупречно, длинный меч покоился у бедра, а тёмные, не самые чистые волосы, были привычно зачёсаны назад - хоть и не слишком аккуратно после проведённой здесь ночи. Рядом стояла молодая девушка - вероятно, одна из работающих тут. На ней было лёгкое светло-желтое платье с простым вырезом, а соломенные волосы свободно рассыпались по плечам. Держа в руках кувшин, она робко улыбнулась Селесте и неловко присела в поклоне. Дорейн закатил глаза. — О, прекрати эти церемонии и принеси мне наконец завтрак. Он лениво протянул руку и слегка хлопнул девушку по бедру. Та лишь смущённо улыбнулась и тут же скрылась за стойкой, быстро направившись к кухне. Принц кивнул Селесте на соседний стул и, потянувшись к бокалу, вновь окинул её взглядом через плечо. Его глаза задержались на оранжевой ткани платья, затем медленно поднялись выше. Но вслух он ничего не сказал. Селеста опустилась рядом, чуть поёрзав на месте, и закинула ногу на ногу. — Время идёт, а ты совсем не меняешься, — с усмешкой заметил Дорейн. — Опять приходишь вытаскивать меня отсюда. Селеста выгнула бровь и чуть приподняла подбородок. — Вообще-то, я не собиралась сюда приходить. Это ты вынудил меня. Она отвела взгляд, лениво осматривая почти пустой зал. — Ещё вчера леди Кларисса выделила тебе лучшие покои Звездопада. Они даже лучше моих. Я проверяла. Улыбка не сходила с его лица ни на миг. Каре-золотистые глаза были прикованы к ней с откровенным интересом, и лишь иногда его взгляд скользил к её губам. — Покоев мне хватает и в Солнечном Копье, — протянул он, покручивая бокал в пальцах. — Но моя бабка там и вздохнуть спокойно не даёт. «Не делай этого, не говори того…» Он тихо фыркнул. — А ты зачем явилась? Я бы сам пришёл ближе к вечеру. Селеста закатила глаза. — Тётушка приказала найти тебя, привести в замок и поговорить. Дорейн рассмеялся - хрипло, низко, всё ещё слегка сонно . — И давно ты начала её слушаться? Он уже хотел продолжить, но вдруг замолчал, задумчиво поднеся бокал к губам. — Хотя… правильно сделала. Поговорить нам действительно стоит. На несколько секунд его взгляд потускнел от размышлений. — Она должно быть уже рассказала тебе об их планах? — тихо спросил он. — Только я не понимаю, к чему такая спешка. У нас ведь ещё есть время. Со стороны кухни доносились звон посуды, женский смех и запах горячего мяса со специями. Но даже сквозь весь этот шум голос Селесты звучал отчётливо. — Время? — она усмехнулась. — Когда я уходила из замка, Кларисса велела разыскать тебя как можно скорее. Селеста повернулась к нему. — Для нас уже готовят корабль. На мгновение Дорейн растерялся. Он моргнул несколько раз подряд, машинально облизнув губы, на которых ещё оставался сладковатый вкус вина. Его взгляд метнулся от Селесты куда-то в сторону, будто он пытался быстро собраться с мыслями. — Вот как… — медленно произнёс принц. — Я думал, бабушка хотя бы сообщит мне об этом. Селеста лишь равнодушно пожала плечами. В этот момент светловолосая служанка наконец вернулась. Плавно покачивая бёдрами, она поставила перед Дорейном тяжёлое деревянное блюдо. На нём лежали запечённая морковь, щедро посыпанная ароматными специями, небольшой румяный цыплёнок и два аккуратно нарезанных инжира, политых густым янтарным мёдом. — Великолепно. прогудел он улыбаясь и цокая языком. Дорейн тут же принялся за еду. Схватив вилку, он без особых церемоний вонзил её в цыплёнка и начал торопливо разделять мясо, словно только сейчас вспомнил, насколько голоден. От горячего блюда поднимался аромат специй и жареной кожицы, смешиваясь с запахом вина и дыма, пропитавшим таверну. Селеста молча наблюдала за ним несколько секунд. Она тяжело вздохнула и отвела взгляд к мутному окну. — Пехоту тоже отправили сегодня утром, — негромко произнесла она. Дорейн лишь хмыкнул, даже не поднимая головы. Похоже, эта новость уже не могла его удивить. Селеста медленно провела пальцами по краю стола. — Я совсем не хочу уезжать, — призналась она после короткой паузы. — И… я до сих пор не понимаю, чего именно Кларисса ждёт от меня. Дорейн продолжал есть ещё пару секунд, а затем всё же заговорил - приглушённо, не успев толком прожевать: — Стоит старшим начать строить планы, как нас тут же начинают двигать по доске, будто мы деревянные фигурки. Его голос оставался спокойным, но под этой ровностью чувствовалась обида, давно копившееся внутри. Он наконец проглотил еду, устало откинулся чуть назад и посмотрел прямо на неё. — Думаешь, я сам мечтаю поскорее покинуть свой тёплый дом? На его губах мелькнула короткая, почти насмешливая улыбка, но в глазах усталость никуда не исчезла. — Просто если я откажусь… моя драгоценная бабка до конца жизни будет напоминать всему Дорну, что её непутёвый внук ослушался единственного приказа Дерии. Последние слова он произнёс с заметной иронией, почти лениво растягивая имя бабушки. Но даже за этой привычной насмешкой легко угадывалось другое - Дорейн прекрасно понимал, что выбора у него почти нет. Селеста медленно откинулась на высокую спинку стула и переплела пальцы между собой. Несколько секунд она просто смотрела на Дорейна, а затем всё же улыбнулась - мягко, хоть и не слишком уверенно. — Ну… ведь всё не так плохо, правда? — тихо произнесла она. — По крайней мере, мы отправимся вместе. Дорейн в ответ лишь усмехнулся и отправил в рот очередной кусок мяса. На мгновение уголки его губ дрогнули теплее, но отвечать прямо он не стал. Вместо этого, как всегда, предпочёл увести разговор в сторону. — Раз готовят корабль… — протянул он, задумчиво крутя вилку в пальцах, — значит, пойдём по Быстроводной? До Костяного пути? Селеста ненадолго задумалась, вспоминая слова Клариссы, а затем медленно кивнула.  — Думаю, да. Дорейн тихо хмыкнул и продолжил завтракать, будто речь шла о простой прогулке, а не о долгом пути через половину Вестероса. Селеста вновь тяжело вздохнула. На этот раз он всё же поднял на неё взгляд. — Что? — Слово прозвучало приглушённо - он опять говорил, не успев прожевать. Селеста помедлила. — Меня всё ещё не отпускает одна мысль… почему именно мы? Она повернулась к нему чуть ближе. — Кларисса могла отправить любую из моих сестёр. Они старше, опытнее, умнее меня. Но выбрала именно меня… — И ты… Почему принцесса Дерия не отправила своего главного наследника? Дорейн улыбнулся почти сразу, словно ответ был очевиден. — А ты правда не понимаешь? Он лениво покрутил бокал в пальцах. — Всё очень просто. Нас не жалко. — Сказал он это спокойно, без эмоций, буднично. — Наследников и любимцев не отправляют за сотни миль в чужие земли. Слишком рискованно. Наконец закончив с едой, Дорейн сделал большой глоток вина и неспешно поднялся со стула. — А там, в Королевской Гавани, никто не знает нас в лицо, — продолжил он, поправляя воротник тёмно-красного кафтана. — Поэтому на словах я теперь - первый наследник Дорна. А ты так и останешься племянницей своей тётушки… Он бросил на неё короткий взгляд и усмехнулся: — Только теперь - любимой племянницей. Под внимательным взглядом Селесты он помял шею ладонью, разминая затёкшие мышцы после ночи без сна. — Понимаешь, о чём я? — пробормотал он уже тише. Селеста понимала слишком хорошо. Поэтому лишь коротко кивнула, не желая продолжать эту мысль вслух. Селеста поднялась вслед за ним, уже заранее догадываясь, чем всё закончится. И действительно - Дорейн направился к выходу с таким видом, будто таверна должна была благодарить его уже за одно присутствие. Она тяжело вздохнула и окликнула его: — Ты опять решил, что тебе всё бесплатно? Принц устало обернулся и тут же закатил глаза. — Боги… — протянул он с недовольной гримасой. — Еда у них посредственная, да и ночь была не особенно хороша. Селеста нахмурилась, но ничего не ответила. Она лишь молча проследила взглядом, как он спокойно выходит за дверь, будто всё вокруг ему давно задолжало. Тяжело вздохнув, Леди развернулась обратно к стойке и потянулась к скрытому в платье карману. Из тонкого кошелька, расшитого дорогими нитями, она достала несколько монет и оставила их на столе. После чего поспешно направилась следом за Дорейном, вновь выходя под тёплый свет улиц Звездопада. Жмурясь от яркого тёплого солнца, Дорейн вышел из таверны и глубоко вдохнул свежий утренний воздух. На его лице тут же появилась довольная улыбка - такая лёгкая и беззаботная, будто впереди его ждал не долгий путь и поручения семьи, а очередной праздник. — Ты мне должен, — пробормотала Селеста, выходя следом. Он лишь лениво кивнул, что-то невнятно проворчав себе под нос в ответ. Солнце поднималось всё выше. Раннее утро постепенно уступало место началу дня, и улицы Звездопада оживали всё сильнее. Людей стало заметно больше: кто-то спешил к порту, торговцы раскладывали товары, из открытых окон доносились голоса и запах горячей еды. Где-то смеялись дети, скрипели телеги, кричали чайки над морем. Но даже сквозь этот шум город не терял своего странного спокойствия. Так было всегда. Здесь жили размеренно, лениво, спокойно. Селеста мельком посмотрела на Дорейна, вспоминая слова тётушки и её настойчивый приказ. — Возвращаемся в замок? Дорейн повернулся к ней и тут же недовольно поморщился, словно сама мысль об этом его утомила. Он глубоко вдохнул, собираясь что-то ответить, но внезапно со стороны порта раздались громкие оклики. Несколько молодых парней - такие же шумные и беспечные, как сам принц, - махали ему руками, зовя к себе. Даже отсюда слышался их смех. Лицо Дорейна мгновенно просветлело. Он снова посмотрел на Селесту, уже с заметно более живым выражением. — Ничего ведь не случится, если я приду чуть позже? Селеста медленно закатила глаза. — Иди уже. Дорейн расплылся в широкой улыбке и тут же потянулся к ней. Прежде чем Селеста успела отстраниться, он схватил её за плечи, явно намереваясь поцеловать. Она недовольно упёрлась ладонями ему в грудь, пытаясь оттолкнуть, но Дорейн всё равно успел быстро мазнуть губами по её виску. — Дорейн!.. Он только низко рассмеялся в ответ. А затем почти сразу сорвался с места и быстрым шагом направился к товарищам, уже выкрикивая им что-то весёлое через улицу. Селеста осталась стоять посреди дороги. Тяжело вздохнув, она поправила растрепавшиеся волосы и покачала головой, провожая его взглядом. «Идиот», — раздражённо подумала она. Чтобы не стоять посреди улицы с растерянным видом привлекая к себе ещё больше внимания, Селеста неспешно двинулась вперёд, вновь растворяясь среди тёплых улочек поселения. Шум города постепенно успокаивал её. Может быть, стоило относиться ко всему так же легко, как это делал принц? Не задумываться слишком долго, не искать чего то скрытого, не позволять тревоге оседать внутри тяжёлым камнем. Будь она хоть немного беспечнее - жить наверняка стало бы проще. Но измениться так быстро, было невозможно. Селеста тихо вздохнула и попыталась прогнать мысли прочь, сосредоточившись на окружающих звуках. Вдалеке над портом громко кричали чайки, где-то ближе перекликались торговцы, а ещё дальше раздавался звон металла - должно быть, кузнецы уже начали свою работу. Она машинально коснулась кармана платья и почувствовала приятную тяжесть оставшихся монет. Значит, можно позволить себе немного отвлечься. Свернув с широкой дороги, Селеста вышла на небольшую рыночную улицу - одну из своих любимых. Здесь не продавали овощи или рыбу. Вместо этого под лёгкими навесами висели тончайшие ткани всех возможных цветов, поблёскивали украшения из золота и меди, а воздух был наполнен ароматами сладких масел, сушёных цветов и пряностей. Леди часто бывала здесь. Медленно проходя вдоль лавок, она лениво скользила взглядом по шелкам, бархату и расшитым шалям, пока вдруг не заметила знакомую фигуру. Неподалёку стояла девушка в струящемся светло-зелёном платье. Под лёгким капюшоном выбивались мягкие светло-русые пряди, чуть вьющиеся от влажного морского воздуха. С искренним восхищением, она рассматривала ткани, будто перед ней лежали самые драгоценные сокровища. Лицо Селесты сразу заметно оживилось. Тихо приблизившись со спины, она вытянула руку и внезапно схватила девушку за плечо, потянув на себя. Та испуганно вскрикнула и резко обернулась. Большие ярко-зелёные глаза распахнулись от неожиданности, а сама девушка тут же отступила назад, прижав ладонь к груди. Селеста не выдержала и мягко рассмеялась. Девушка нахмурилась, но без настоящей злости - скорее с привычным, почти беспомощным недовольством. — Селеста… Боги, сколько раз я просила не пугать меня так. Она часто заморгала, то глядя на подругу, то смущённо отводя взгляд в сторону. Но спустя пару мгновений даже сама не выдержала чужого смеха. Тихий, робкий смешок сорвался с её губ, и Найлия сразу прикрыла рот ладонью, будто стесняясь собственного веселья. — Перестань издеваться надо мной, — пробормотала она мягко. Селеста ласково улыбнулась и тут же взяла её под руку. — Я вовсе не издеваюсь над тобой, Найлия. Она потянулась к ближайшему прилавку и осторожно вытянула свёрток тонкой блестящей ткани, позволяя ей скользнуть между пальцев. — Опять выбираешь что-то для себя? Селеста бросила на подругу веселый, хитрый взгляд. — Иногда мне кажется, что твой гардероб роскошнее моего собственного. Найлия тут же смущённо улыбнулась. — Тебе кажется, — Промурчала она, робко отводя взгляд.  Она была дочерью обедневшего мелкого лорда, и уже несколько лет служила Селесте. Но даже несмотря на своё положение, Найлия была удивительно воспитанной, скромной и образованной девушкой. Именно поэтому Селеста дорожила ею куда сильнее, чем большинством - лицемерных, глупых, придворных леди. Найлия вновь повернулась к тканям, задумчиво касаясь их кончиками пальцев. Её внимание привлёк нежный светло-розовый бархат - почти бесцветный в утреннем свете. — Посмотри, какой красивый… — тихо произнесла она. — Разве нет? Селеста скептически повела носом. — Слишком бледно. Она лениво оглядела лавку выше и почти сразу заметила тончайшую сатиновую шаль, подвешенную над прилавком. Ярко-красная ткань вспыхивала на солнце, точно пламя. Селеста довольно улыбнулась и кивнула на неё. — Вот это - другое дело. Идеально. Из-за лавки показался сам торговец - высокий, тучный мужчина с аккуратно уложенными усами и дорогим светлым жилетом, натянутым на полный живот. Едва выйдя к прилавку, он сразу же обратил внимание на Найлию. — Моя прекрасная леди уже выбрала что-нибудь для себя? Голос его звучал необычно - с лёгким чужеземным акцентом, слишком чёткий и острый для местных жителей. Но следом его взгляд скользнул дальше, и заметив Селесту, мужчина расплылся в ещё более широкой улыбке. — О, доброе утро, миледи. Он тут же отступил чуть в сторону и широким жестом указал на свои товары. — Прошу, смотрите сколько пожелаете. Селеста и Найлия переглянулись, едва сдерживая улыбки. Найлия первой посмотрела на торговца и мягко покачала головой. — К сожалению, для себя я так ничего и не выбрала. Селеста тем временем уже не сводила глаз с ярко-красной шали. В голове она почти сразу представила, с каким платьем сможет её надеть. — Сколько за это? — спросила она, кивнув на шаль, и уже доставая кошелёк.  Торговец мгновенно оживился, проследив за взглядом Селесты. — Для леди Дейн.. цена, разумеется, будет приятной. Всего тридцать серебряных. Селеста медленно подняла на него взгляд из-под длинных тёмных ресниц. — Я леди Вейт, вообще-то. Она выдержала короткую паузу. — И почему-то эта цена совсем не кажется мне приятной. Торговец неловко улыбнулся и развёл руками. — Другому покупателю я бы продал её за пятьдесят. Селеста тихо хмыкнула и нахмурилась ещё сильнее. — Ну так и продавай другим. Она тут же взяла Найлию за руку и решительно потянула её прочь от лавки. Не прошло и пары секунд, как за их спинами послышался поспешный окрик: — Постойте! Постойте, миледи! Двадцать серебряных! Селеста сразу обернулась к Найлии с довольной улыбкой, и та тихо захихикала в ответ. Вернувшись к прилавку, Селеста отсчитала монеты и вложила их в ладонь торговца. Тот быстро спрятал серебро в карман, хотя по его лицу было явно видно - уступкой он остался не слишком доволен. Недовольно кряхтя, мужчина потянулся вверх и снял шаль с крюка. Яркая ткань мягко скользнула вниз, переливаясь на солнце глубоким алым цветом. Продолжая что-то бурчать себе под нос, торговец аккуратно завернул её в плотную бумагу и протянул Селесте. — Благодарю, — довольно улыбнулась она. Сжимая покупку в руке, девушки вновь двинулись дальше по извилистым светлым улицам. — Вообще-то, можно было попробоватьь уговорить его отдать нам ещё и тот бархат бесплатно, — задумчиво пробормотала Найлия. Селеста не выдержала и рассмеялась следом. — Нет, это уже через чур, даже для меня.

***

Длинные смуглые пальцы медленно скользили по отяжелевшим мокрым прядям, тщательно втирая душистое масло в тёмные волосы. Селеста смотрела на своё отражение в слегка помутневшем зеркале, то и дело ёрзая на стуле. Руки и спина уже начинали неприятно уставать от долгих однотипных движений. — И какой аромат тебе понравился больше всего? — пробубнила она, разглядывая через зеркало подругу за своей спиной. Найлия копошилась у огромного шифоньера и раскрытых сундуков на полу. Одни платья она аккуратно складывала внутрь, заботливо расправляя ткань пальцами, другие откладывала в сторону. Найлия пожала плечами, даже не взглянув на Селесту. — Любой. Но оставь мне лавандовый.  Селеста вздохнула, и пробежала взглядом по своим склянкам стоявшим на туалетном столике. — Как скажешь. Наклонив голову теперь леди взяла плотную сухую ткань, старательно промакивая тяжелые мокрые пряди.  Снова она глянула на Найлию, и заметила как она снова складывает очередное платье. — Ой, нет нет, только не клади этот ужас туда.  Найлия глянула на нее, а следом на платье. — Обычное, хорошее платье. Она задумалась выгнув бровь, но платье все же отложила на пол. — Ты всегда ходишь в таких. Селеста закатила глаза, и откинув уже мокрую ткань неспешно встала.  — В том то и дело, полсотни у меня таких платьев.  Пройдя сквозь свои небольшие покои, Селеста дошла до большой мягкой кровати. Без особых действий, она плюхнулась на мягкую поверхность. Тяжело вздохнув Селеста вытянулась вдоль всей постели. — Может быть ты всё же поможешь мне и хотя бы свои украшения разберёшь? — недовольно бурчала Найлия, перебирая ткани. — Мне ведь ещё и свои вещи собирать. Селеста в ответ лишь тихо фыркнула. — Я тебе доверяю. Разберёшь их сама. — лениво протянула она. — А что до времени… ты всё успеешь, я в тебя верю. Селеста тихо захихикала, ловя на себе неодобрительный взгляд подруги. — Так уверена? — хмыкнула Найлия, хитро улыбнувшись. — А я вот слышала совсем другое. И времени у нас как раз почти нет. Селеста тут же приподнялась на локтях, удивлённо распахнув глаза. — И где ты такое слышала? Найлия сразу отвела взгляд в сторону. Отвечать ей явно было нечего. На губах девушки появилась лишь мягкая, немного виноватая улыбка. Селеста сразу всё поняла. — Уфф, какой позор… — пробормотала она с нарочито недовольным видом, качнув головой. — Подслушивать разговоры её Светлости. И как тебя только земля носит? Найлия не выдержала и рассмеялась. — Позор? — переспросила она, чуть отворачиваясь и попутно складывая очередное платье. — И это говоришь мне ты? Селеста лишь усмехнулась в ответ и снова лениво растянулась на постели. Найлия сразу повернулась, и сжав губы оглядела подругу. — Ну а на самом деле, как там обстоят дела? Ты ведь встречалась с принцем не из за скуки.. Селеста повела плечами и отвела взгляд на лунный свет что лился из открытых разноцветных ставней. Он был тусклым, ведь все теплое освещение в покоях от факелов, поедало ночной мрак и холод. — Нет, разумеется нет. Я лишь выполняла приказ тетушки. Найлия выгнула бровь и отбросив платье подошла ближе. — И это я тоже знаю. — Буркнула она. — Что нибудь интересное то расскажешь?  Селеста покачала головой, даже не глядя на нее. — Ничего интересного.  Заметив резкую перемену в настроении подруги, Найлия тут же изменилась в лице. Она осторожно придвинулась ближе и села на край кровати рядом с Селестой, внимательно вглядываясь в её профиль. Селеста лениво закатила глаза. — Я же вижу, тебя что-то гложет, — тихо произнесла Найлия, мягко, осторожно. Селеста действительно была занята мыслями. Не тяжёлыми и не тревожными, скорее - тягучими, ненавязчивыми, такими, что не давали спокойно расслабиться. — Ничего особенного, — наконец ответила она после короткой паузы. — Просто… я не уверена в Дорейне. Как в человеке, на которого можно опереться. Найлия чуть удивлённо вскинула брови и, не раздумывая, юркнула ещё ближе, ложась рядом с ней. — Я думала, он тебе нравится. — Нравится, — тихо признала Селеста. И тут же, чуть тише добавила: — Но это другое. Он слишком ветреный. Несерьёзный. Слишком… развязный. Я не вижу в нём того, кто мог бы меня защитить. Найлия мягко протянула руку и обняла её, осторожно прижимаясь щекой к её плечу. — Принц, может, и не самый благодарный, и тем более не самый серьезный, — задумчиво произнесла она. — Но за тебя он, скорее всего, будет стоять горой. Селеста тихо выдохнула, чуть пожав плечами, не отвечая сразу. Мысли Селесты постепенно сменили направление, становясь более тяжёлыми и замкнутыми. Она вообще редко прислушивалась к чужим словам, а сейчас - особенно. Слова Найлии проходили мимо, не задерживаясь, оставляя после себя лишь глухую пустоту. Потому что в её голове уже сложился собственный, совсем иной образ. И он не совпадал ни с чьими убеждениями. Селеста неторопливо поднялась, мягко отстранив от себя Найлию. В тот же миг по её телу прошла короткая дрожь - холодный воздух из открытого окна легко скользнул по коже, заставив её вздрогнуть. Взгляд тут же потемнел, остановившись на распахнутых ставнях. — Закрой уже это чёртово окно. Ещё простудиться в дорогу мне не хватало.

***

Раскинувшись на большом резном кресле из тёмного дуба, Король неподвижно смотрел на карту, разложенную перед ним на низком столе. Тонкие свечи медленно догорали, наполняя покои слабым запахом горячего воска. Их неровный свет лениво скользил по выцветшему пергаменту, по очертаниям рек и гор, по маленьким фигуркам армий, расставленными осторожной рукой. В окружающем мраке они казались игрушечными - слишком светлыми и незначительными на фоне тяжёлых мыслей, что уже долгое время не оставляли разум Мейгора. Проведя ладонью по коротким волосам, Король устало выдохнул. Он уже почти не видел самой карты перед собой. Мысли его вновь возвращались к Орлиному Гнезду. К этой проклятой крепости, возвышавшейся среди холодных скал так, словно сами боги сделали её неприступной. Она преследовала Мейгора уже не первый день, въедаясь в сознание медленно и упрямо, подобно одному из тех неприятных призраков, что появляются поздними ночами и не дают спокойно сомкнуть глаз. Чем дольше он размышлял, тем сильнее беспокойство начинало сдавливать сердце. Даже с объединёнными силами королевской армии и поддержкой младших сыновей он всё ещё не понимал, как можно было сокрушить Арренов, Или хотя бы Баратеонов. Каждая новая мысль неизменно приводила его к одному и тому же тупику. Мейгор раздражённо отвёл взгляд в сторону, чувствуя, как внутри медленно нарастает мрачная тяжесть. Это неприятное ощущение постепенно скручивалось где-то глубоко под рёбрами, превращаясь в тяжёлый клубок злости, смятения и бессилия. Ему совершенно не нравилось это чувство. Король слишком давно не ощущал себя по-настоящему слабым. Разумеется, самым разумным сейчас было ждать. Выжидать, пока враги сами сделают первый шаг. Пока раскроются, нападут первыми или хотя бы допустят ошибку, которой можно будет воспользоваться. И всё же именно ожидание раздражало Мейгора сильнее всего. Он никогда не умел спокойно сидеть на месте. Особенно теперь. Проведя не так много времени на Железном Троне, Мейгор давно перестал доверять людям. Теперь ему начинало казаться, будто за каждой стеной, за каждой каменной колонной и за каждым почтительным поклоном скрывается очередная крыса, терпеливо ожидающая подходящего момента. Стоило ему ослабнуть - и они тут же покажут зубы. Эта мысль вызывала в нём лишь ещё большее раздражение, раздражение по отношению к самому себе. Медленно постукивая пальцами по деревянному подлокотнику, Король вновь опустил взгляд на карту. А если они вовсе не решатся на войну? Если поймут, что силы равны… и выберут куда более простой способ избавиться от него? Мысль об отравлении была мерзкой. Настолько мерзкой, что губы Мейгора дрогнули в холодной, почти презрительной усмешке. Конечно, подобная смерть навсегда опозорила бы Джейхериса и всех его союзников. Подослать убийцу или отравителя вместо честной войны - жалко даже для них. Хотя… Может быть людям уже было всё равно. Может быть жители Вестероса с радостью закроют глаза даже на столь подлую смерть своего короля, лишь бы избавиться от него. Будут праздновать, напиваться вином, поднимать кубки за Джейхериса и встречать нового правителя так, словно тот принёс им долгожданное спасение. От этой мысли лицо Мейгора лишь сильнее помрачнело. В последние месяцы обстановка становилась всё хуже. И пожалуй, сейчас она была одной из самых тяжёлых за всё время его правления. Король тяжело выдохнул и медленно откинулся на спинку кресла, запрокинув голову назад. Пустой усталый взгляд скользнул к расписному потолку, теряясь среди потемневших узоров и тусклого золота. Несколько долгих мгновений он просто смотрел вверх, словно пытался разглядеть там ответы, которых в действительности не существовало. Из распахнутого окна тянуло тёплым летним воздухом. Ночной ветер медленно колыхал тяжёлые занавеси, приносил с улиц Королевской Гавани приглушённые голоса, далёкий лай собак и едва различимый шум города, который даже глубокой ночью не погружался в полную тишину. Но всё это казалось Мейгору ужасно далёким. Внутри него давно уже не осталось никакого тепла. Лишь тяжёлая, вязкая стужа, медленно расползающаяся где-то глубоко. Он ненавидел это чувство. Ненавидел собственную тревогу, эту мерзкое предчувствие, что в последние дни начинала всё чаще пробираться ему под кожу. Она не отпускала его ни днём, ни ночью, медленно выматывая, лишая сна и превращая мысли в бесконечный мрачный круг. Сейчас, сидя в полумраке своих покоев, он уже мало походил на Короля Семи Королевств. Растрёпанные короткие волосы, тяжёлый уставший взгляд, небрежно распахнутый кафтан - скорее Мейгор напоминал измученного мелкого лорда, чья власть медленно ускользает сквозь пальцы вместе с остатками былой уверенности. Это беспокойство постепенно отражалось даже на его теле. Раньше он казался воплощением силы и величия, но теперь всё чаще сутулился. Серебряные волосы, некогда сиявшие золотым блеском, стали сухими и тусклыми, больше похожими на седину. Потеряв былую мощь, он казалось, утратил и самого себя. Внезапно тишину покоев нарушило несколько негромких ритмичных стуков о дверь. Мейгор медленно открыл глаза. Несколько секунд он молчал, лениво переводя взгляд в сторону входа, после чего хрипло проговорил: — Войдите. Дверь отворилась почти бесшумно. Неспешно, плавно, точно волна, в покои вошёл мужчина. Высокий, ухоженный, с аккуратно уложенными тёмными волосами и приятными, правильными чертами лица. Даже после спешки его вид оставался удивительно собранным - будто всегда слишком внимательно следил за тем, как выглядит перед другими людьми. Едва переступив порог, он сразу поклонился. Впрочем, без излишней церемонности. В руках его находилось несколько свитков писем, перевязанных тёмной лентой. Мейгор лениво скользнул по нему взглядом - от лица к одежде, затем к бумагам в его руках - и лишь после этого негромко произнёс: — Я ведь говорил принести всё утром. На губах десницы появилась слабая улыбка. — Последний ворон прилетел всего пару минут назад. От лорда Фаулера. — Он чуть повёл плечом. — Я сразу спустился с башен прямиком к вам, Ваше Величество. Мейгор тихо хмыкнул и отвёл взгляд в сторону, ничего не ответив. Лорд тем временем приблизился к столу и, придвинув одно из кресел чуть поодаль от короля, спокойно сел. Движения его были неторопливыми, уверенными, почти привычными - будто он уже давно чувствовал себя в этих покоях достаточно свободно. Развязав ленту, он начал вытаскивать письма одно за другим. Первым делом на стол лёг свёрток с печатью дома Фаулеров. Следом он достал другое письмо. — Лорд Уоррен Айронвуд… — начал он, но вдруг сделал короткую паузу и чуть нерешительно поднял взгляд на короля. — Сообщает, что общая пехота уже была отправлена по Принцеву Перевалу. Мейгор медленно перевёл на него глаза. Брови короля тут же заметно нахмурились. Причина его недовольства была слишком очевидна. Лорд сразу понял свою ошибку, хотя внешне почти не изменился. Лишь чуть выпрямился и поспешно взял в руки письмо Айронвуда, а затем и свёрток Фаулера. Печать на первом письме всё ещё оставалась нетронутой, только у Фаулера была слегка надломана. Мейгор тяжело выдохнул через нос. — Не припомню, чтобы позволял тебе читать мои письма. Он тут же приоткрыл рот, явно собираясь оправдаться. Но король лишь закатил глаза и перебил его раньше. — Даже если одно, Рейфорд. На этот раз голос Мейгора прозвучал твёрдо и резко. Рейфорд глупцом не был. Поэтому спорить не стал. Лишь коротко кивнул и продолжил раскладывать письма по столу уже молча. Мейгор не то чтобы действительно не доверял своему новому деснице. Он вообщем то никому не доверял. Но Рейфорд особенно не внушал спокойствия. Слишком молодой, слишком амбициозный, слишком внимательно следящий за происходящим вокруг. Такие люди всегда тянулись вверх быстрее остальных, а потому редко оставались по-настоящему преданными кому-либо, кроме самих себя. К тому же при дворе он появился совсем недавно. Лишь после победы при Росби Мейгор неожиданно проявил к нему почти неестественное благодушие, даровав титул десницы короля за помощь в битве. Рейфорд тем временем задумчиво посмотрел на карту. Тяжело вздохнув, он взял простой грифель и принялся что-то отмечать на пергаменте - проводить линии, заштриховывать отдельные участки земель, осторожно двигая рукой между фигурками армий. Но Мейгор уже почти не следил за его действиями. Сейчас его интересовало совершенно другое. Из всех писем лишь одно действительно имело значение. Письмо от принцессы Дерии Мартелл. Найдя среди свитков пергамент с золотистым клеймом копья, пронзающего солнце, Мейгор неторопливо вскрыл печать. Усталый взгляд быстро заскользил по строчкам. Чем дальше он читал, тем внимательнее становилось его лицо. Он молча впитывал каждую деталь, пытаясь разложить всё по местам среди бесконечного хаоса собственных мыслей. Наконец Мейгор опустил письмо на стол, нахмурившись. Рейфорд сразу поднял голову. Внимательно всмотревшись в лицо короля, он будто без слов понял, что теперь может взять письмо сам. Осторожно протянув руку, десница забрал пергамент и быстро пробежался глазами по строчкам следом за Мейгором. И почти сразу улыбнулся. — Всё ведь прекрасно. — Он поднял взгляд. — Представители домов при дворе — это более чем выгодно. У нас появится уверенность в преданности Дорна. Рейфорд отложил письмо на стол и неторопливо повёл рукой в воздухе, словно раскладывая собственные мысли по порядку. — К тому же это наверняка будут не глупцы, а люди, умеющие думать. Принцесса Дерия отправила собственного наследника. Сомневаюсь, что она доверила бы подобное какому-нибудь болвану. — Снова новые лица… — пробормотал король, отводя взгляд. Рейфорд уставился на него почти с искренним непониманием. — Не понимаю вашего недовольства. Мейгор вновь откинулся на спинку кресла. Устало махнув рукой, он прикрыл глаза. — Здесь не надо ничего понимать… На несколько секунд он замолчал, медленно сжимая пальцами переносицу. — Ладно.. В случае чего, станут новыми заложниками. Рейфорд едва не задохнулся от такого выражения. Тут же закатив глаза, сдерживая раздражение он выдохнул:  — Семеро, Ваше Величество… У стен слух лучше, чем у половины шпионов.. вы позволяете себе так говорить о наших союзниках… Покачав головой, Рейфорд вновь подался ближе к столу и осторожно подтянул карту в сторону короля. Грифель в его пальцах мягко царапнул пергамент. Кончиком он указал на обведённый ранее маршрут. — Войско выйдет через Принцев Перевал, — спокойно начал он. — Затем пройдёт по дорнийским маркам до Луговины. У Путеводной Иллифар встретит пехоту, а уже оттуда они двинутся через Королевский лес прямо к столице. Мейгор молча смотрел на карту. Несколько секунд его взгляд медленно скользил вдоль очерченных линий, будто он мысленно пытался провести войско этим путём самостоятельно, заранее выискивая слабые места и возможные проблемы. Наконец король коротко кивнул. Откинувшись на спинку кресла, он задумчиво пригладил волосы ладонью и вновь посмотрел на Рейфорда. — И куда мы отправим их после прибытия? Рейфорд почти сразу ответил: — Разумнее всего будет направить дорнийцев к Феллам. Если нам удастся удержать Фелвуд, то мы сможем выстроить хорошую оборону перед Штормовым Пределом. Произнеся это, он вновь ненадолго задумался, внимательно глядя на карту. — Хотя… — Рейфорд чуть прищурился. — Для начала всё же стоит встретиться с командующим войском. Принять их как союзников подобает именно здесь, в столице. А уже после, снабдив всем необходимым, можно будет отправить их к Феллам. Мейгор медленно кивнул. На этот раз спорить ему действительно было не с чем. Несколько секунд в покоях вновь стояла лишь тихая трескотня свечей. — А что насчёт принца? — наконец произнёс король. Рейфорд снова опустил взгляд к карте и ткнул грифелем в другую часть пергамента. — Мартелл со своей свитой отправится по Костяному Пути. После этого они пересядут на торговое судно и через море доберутся до Скорбящего Города. Брови Мейгора тут же нахмурились. Очевидно, подобный маршрут ему совершенно не понравился. — Значит, в Королевскую Гавань они будут добираться через Штормовые земли? — медленно уточнил он. — Не проще было отправить их вместе с основной пехотой? Рейфорд слегка пожал плечами. — Я тоже нахожу это не самым безопасным решением, Ваше Величество. Но маршрут выбирала сама принцесса Дерия. Мейгор раздражённо качнул головой и тяжело выдохнул через нос. — Глупость. Он отвёл взгляд в сторону, явно всё ещё обдумывая услышанное. — Если с ними что-нибудь случится по дороге, это будет не нашей виной. Рейфорд уверенно кивнул. — Разумеется. Мы лишь принимаем тех гостей, которых к нам отправили. Мейгор тяжело выдохнул и медленно поднялся с кресла. Тяжёлая ткань тёмного кафтана лениво качнулась вслед за его движением. Несколько секунд король просто стоял неподвижно, глядя куда-то мимо стола и разбросанных писем, словно мысли его вновь начали ускользать куда-то далеко. Рейфорд растерянно поднял на него взгляд. — Думаю, на сегодня достаточно, — негромко произнёс Мейгор. — Тебе уже пора. Рейфорд слегка вскинул брови. На мгновение его взгляд метнулся к оставшимся нераскрытыми письмам, всё ещё лежавшим на столе, после чего он вновь посмотрел на короля. — Я полагал, мы закончим с сообщениями остальных лордов. Мейгор нахмурился. — Позже. Остальное я прочту сам. Рейфорд едва заметно напрягся. Было видно, что он хочет что-то сказать - возможно оправдаться, возможно снова напомнить о своей работе - но Мейгор даже не дал ему открыть рот. — Я недостаточно ясно выразился? Голос его прозвучал спокойно, но в этой спокойной твёрдости было куда больше давления, чем в любом раздражённом крике. Рейфорд моментально поднялся со своего места и склонил голову. — Понимаю, мой король, — тихо отозвался он. Осторожно обойдя стол и полукруг расставленных кресел, Рейфорд направился к двери. Его шаги были тихими, беззвучными на фоне общей тишины покоев. Уже у самого выхода он остановился. Развернувшись, Рейфорд коротко поклонился и спокойно произнёс: — Доброй ночи, Ваше Величество. Мейгор лишь слабо кивнул в ответ. Спустя мгновение дверь за десницей тихо закрылась, и покои вновь погрузились в прежнюю тяжёлую тишину. Это тишина, более не нагоняла беспокойства. Скорее теперь, она становилась его единственным утешением в этом бескрайнем океане мыслей, где каждый шорох напоминал о том, что он предпочел бы забыть. Когда его ум был занят делами, казалось, все самое неприятное и страшное отступало на второй план, как тень, исчезающая при ярком свете. Медленно опустившись обратно в кресло, он подтянул к себе оставшиеся письма и начал вскрывать их одно за другим. Шелест старого пергамента вновь наполнил покои.  Одни сообщения были короткими и сухими - обычные доклады о передвижениях, запасах, людях и дорогах. Другие же, напротив, растягивались на несколько страниц, наполненных осторожными советами, скрытыми жалобами и слишком длинными рассуждениями лордов, желавших показаться полезнее, чем они были на самом деле. Мейгор читал всё. Молча, внимательно, почти не меняясь в лице. Иногда он делал короткие пометки на отдельных бумагах, иногда откладывал письма в сторону, а порой задерживал взгляд на какой-нибудь строчке чуть дольше обычного, мысленно возвращаясь к ней вновь. Тишину нарушал лишь слабый треск свечей да редкий скрип пера по бумаге. Время медленно утекало вперёд. Одна из последних свечей наконец дрогнула и погасла. Мрак в покоях сразу стал глубже. Но Мейгор даже не обратил на это внимания. Усталость постепенно наливала тяжестью веки, начинала неприятно тянуть шею и плечи, однако он всё равно продолжал сидеть за столом. Читал. Писал ответные письма. Снова перечитывал некоторые донесения, будто опасаясь упустить что-то значимое среди бесконечного потока слов. Как бы Мейгор ни пытался отвлечь себя делами, мысли о призраках прошлого всё равно возвращались. Иногда слишком резко. Иногда тихо и почти незаметно, медленно пробираясь в разум вместе с ночной тишиной. Он не знал, возможно ли вообще замолить собственные грехи. Не понимал, как успокоить души людей, чьи жизни когда-то были разрушены им самим. Порой в голове даже мелькала мысль сходить в септу. Остаться среди запаха воска и ладана, попросить у богов прощения… хотя бы попытаться. Но каждый раз эта мысль казалась ему настолько жалкой и глупой, что Мейгор тут же мысленно запирал её где-то глубоко внутри себя. Слишком поздно для молитв несуществующим богам. Последние свечи догорели. Тёплый ветер всё так же проникал через распахнутое окно, лениво колыхая тяжёлые занавеси, а за стенами замка давно погрузившаяся в ночь Королевская Гавань шумела уже куда тише прежнего. И как бы он ни сопротивлялся, сон всё-таки догнал его. Мейгор уснул прямо в кресле. Склонив голову набок, он так и остался сидеть вполоборота к столу, одной рукой машинально обхватив локоть другой. На столе рядом лежали раскрытые письма, исписанные пергаменты и изрисованная карта. Но тяжёлый разум короля в эту ночь был забит совсем другим. Ожиданием. Бесконечными размышлениями. Тревогой и усталостью, медленно оседающей где-то глубоко внутри. И потому привычные кошмары в этот раз так и не коснулись его сна.