Особняк с привидениями

Ся Лэян не очень хорошо ориентировался в городе, поэтому, покинув особняк семьи Гу, он не стал искать жильё далеко и выбрал ближайший бюджетный отель. Номера в таких отелях обычно скромные, и даже номер с кроватью king-size и балконом был небольшим. Когда Ся Лэян был здесь один, ему было очень удобно. Но когда пришёл Шан Тинчжи, пространство стало казаться более тесным. — Ты храпишь во сне? — спросил Ся Лэян, сидя у изголовья кровати и поправляя подушки. — Наверное, нет, — Шан Тинчжи лёг рядом с ним. Ся Лэян замер и удивленно спросил: — Что значит «наверное»? — Я никогда не спал с другими людьми, поэтому не знаю, — не задумываясь ответил мужчина. Однако после того, как он произнёс эти слова, в комнате повисла странная тишина. Он повернул голову и увидел, что парень с любопытством смотрит на него. — Что не так? — спросил Шан Тинчжи. — Так ты девственник? — тон Ся Лэяна был полон насмешки, он, казалось, совсем забыл, что сам тоже девственник. Шан Тинчжи: «...» — Как ты это понял? — спросил он. — Ты же сказал, что никогда не спал с другими людьми, — снова съязвил парень. — Тебе почти тридцать, разве это не печально? Шан Тинчжи: «...» — Ты сказал, что мне не везет с девушками, а оказывается, у тебя то же самое, — Ся Лэян с деланным сожалением покачал головой, а затем не удержался и ткнул пальцем в грудные мышцы Шан Тинчжи. — Для кого ты их тренируешь? На лбу мужчины вздулась вена. Он стиснул зубы, пытая сдержаться, и шлепнул нахала по руке. — Моя ситуация отличается от твоей. — И чем же? Шан Тинчжи сжал губы, не желая продолжать разговор. Он выключил прикроватный светильник и нахмурившись проворчал: — Ложись спать. Маленькая комната мгновенно погрузилась во тьму. Ся Лэян лёг на подушку и в темноте толкнул его локтем. — Не спи. Давай поболтаем? Шан Тинчжи никак не реагировал. Парень перевернулся к нему лицом и спросил: — Ты стесняешься? Он не мог видеть выражение лица Шан Тинчжи. И когда тот продолжил игнорировать его, снова толкнул его в плечо. — Ты так быстро уснул? Шан Тинчжи любил тишину и больше всего на свете не выносил, когда кто-то рядом с ним постоянно разговаривал. Именно поэтому он никогда не приходил на Новый год к родственникам — там всегда было много шумных детей, и их болтовня сводила его с ума. Сейчас ему казалось, что рядом находится такой же шумный ребёнок, и это лишь усиливало головную боль, вызванную лихорадкой. — Я сказал, спать, — строго произнес Шан Тинчжи. Из-за высокой температуры он чувствовал себя очень плохо. Почти инстинктивно он повернулся на бок и притянул к себе надоедливого парня. Через некоторое время головная боль действительно стала меньше. — Ладно, спать так спать. Но зачем ты меня обнимаешь? — Ся Лэян высунул свою лохматую голову из крепких объятий, и кончики его волос слегка пощекотали подбородок мужчины. Шан Тинчжи не двигался. Ему казалось, будто он обнимает мягкую и прохладную подушку, и весь дискомфорт, накопленный за день, исчез как по волшебству. Его тело полностью расслабилось, а жёсткий матрас словно превратился в пушистое облако из хлопка. Ему было настолько уютно, что он был готов лежать так вечно. — Эй, Шан Тинчжи? — Ся Лэян начал извиваться в его объятиях и чем сильнее он извивался, тем крепче тот его обнимал. Внезапно Ся Лэян почувствовал себя борющейся за жизнь соленой рыбой*, неспособной тряхнуть ни головой, ни хвостом, чтобы избавиться от больших рук, которые удерживали его. ***«солёная рыба» — метафора для человека, который не может выбраться из сложной ситуации и абсолютно беспомощен перед сложившимися обстоятельствами*** — Что с тобой не так? — Ся Лэян пытался отодвинуть верхнюю часть своего тела назад, опираясь на грудь Шан Тинчжи. Однако тот, похоже, решил, что его «когти» только мешают. Он схватил парня за запястья, а другой рукой притянул его к себе за талию и перевернул. В результате спина Ся Лэяна оказалась прижатой к груди мужчины. Без бесконечно царапающихся «когтей» Ся Лэяна обнимать его стало гораздо удобнее. Шан Тинчжи прислонил свой горячий лоб к шее парня. Его сознание постепенно отключилось, и он уснул. Теплое дыхание обдувало спину Ся Лэяна, ему было неудобно, и в то же время он чувствовал себя очень странно. Однако эта поза была гораздо лучше предыдущей, когда они лежали лицом друг к другу. Не в силах разжать руки Шан Тинчжи, он просто смирился, закрыл глаза и тоже начал проваливаться в сон. Если они переживут ночь без происшествий, он докажет Шан Тинчжи, что не обязательно жить в том «проклятом» доме. Ся Лэян иногда путешествовал с друзьями по разным странам, и самой большой проблемой, с которой они сталкивались в отелях, было отсутствие горячей воды. Он не верил, что в этом недорогом отеле может произойти что-то плохое. Сейчас нужно просто заснуть, а утром, открыв глаза, можно будет... Мысли Ся Лэяна начали путаться, и он медленно погрузился в сон. Во сне он ясно и убедительно доказывал своим родителям, что суеверия не имеют под собой никаких оснований. Все эти разговоры о проклятых домах и «избытке энергии ян» — полная чушь. Тррр! Тррр! Тррр! Внезапно раздался резкий сигнал тревоги, который был громче звона будильника. Ся Лэян с трудом разлепил глаза, решив, что уже наступило утро. Однако, взглянув сквозь щель между шторами, он понял, что за окном царит глубокая ночь. — Что происходит? — Он сел и потер глаза, в то время как Шан Тинчжи уже включил прикроватную лампу и встал. — Это пожарная тревога, быстро собирайся, — приказал он. Ся Лэян был в полном замешательстве и не мог поверить в происходящее. Всё казалось ему настолько нереальным, что он был уверен, что до сих пор видит сон. — Чего ты ещё ждёшь? — нахмурился Шан Тинчжи. Сигнал тревоги действовал на нервы, напоминая Ся Лэяню, что это реальность. Он поспешно натянул обувь и собрал свой рюкзак. Шан Тинчжи, заметив его медлительность, схватил его за руку и потащил к двери. В коридоре было уже много людей, спешащих к аварийному выходу. У Шан Тинчжи всё еще болела нога, и Ся Лэян поддерживал его при ходьбе. Он посмотрел на окружающий их хаос и вдруг в его голове возникла одна мысль. Он повернулся к мужчине и с подозрением спросил: — Это ты поджёг? Шан Тинчжи: «...» А как иначе объяснить, что в отеле так «удачно» случился пожар? — Я всё это время обнимал тебя. У меня не было времени, чтобы что-то поджигать. Вокруг них было много людей, спасающихся от пожара. Как только Шан Тинчжи произнёс эти слова, на них обратились несколько любопытных взглядов. Ся Лэян долго жил за границей и хорошо понимал, что означают такие взгляды. Когда они лежали в объятиях друг друга, он даже не задумывался об этом. Но теперь, оглядываясь назад, он вдруг подумал, что они вели себя немного... по-гейски. Шан Тинчжи всё ещё опирался на него, но Ся Лэян не сильно переживал о том, как они выглядят со стороны. В этой особой ситуации, если они будут действовать вместе, это будет безопаснее для них обоих. Они последовали за толпой к выходу и увидели, что перед отелем уже собралось много людей. Снаружи было невозможно определить, какая именно комната загорелась. Люди, стоявшие рядом, рассказывали, что кто-то курил во время игры в карты и случайно поджёг простыни, что и привело к срабатыванию пожарной сигнализации. Возгорание было небольшим, и те, кто играл в карты, смогли самостоятельно потушить огонь. После того как была установлена причина возгорания, постояльцы, под наблюдением персонала, вернулись в свои номера. Шан Тинчжи не двигался, пристально глядя на Ся Лэяна. Тот стоял на обочине дороги с глубоко задумчивым выражением лица, размышляя, стоит ли им возвращаться. — Это ведь просто совпадение, правда? — неуверенно спросил Ся Лэян. Он всё ещё не верил, что пожар как-то связан с «проклятьем» или чем-то подобным. — Ммм... Думай, как хочешь, — равнодушно ответил Шан Тинчжи. Ся Лэян глубоко задумался, чувствуя, что в этой истории есть что-то странное. Предположим, чисто гипотетически, что Шан Тинчжи действительно находится под влиянием некого «проклятья», значит любой, кто находится рядом с ним, может оказаться в опасности. Если они останутся в отеле, не подвергнут ли они всех остальных гостей гостиницы риску? Что же касалось фэн-шуй, старшее поколение всегда говорит, что лучше верить, чем не верить. Ся Лэян раньше был категорически не согласен с этим, но теперь, когда в отеле внезапно начался пожар, он начал сомневаться. Вероятность возникновения пожара была настолько мала, что это событие заставило его задуматься. Ночной ветерок, в котором смешались прохлада и свежесть, нежно ласкал кожу, даруя удивительное чувство облегчения. Ещё до того, как спуститься вниз, Шан Тинчжи заметил, что его температура, которая беспокоила его весь день, бесследно исчезла. Просто обнимать Ся Лэяня во время сна оказалось более эффективным, чем проживание в «проклятом» доме. Похоже, его родители были правы: Ся Лэян был не только оберегом от несчастий, но и настоящей «звездой удачи». Кто бы ни находился рядом с ним, того ждал успех и процветание. Шан Тинчжи украдкой бросил взгляд на парня, который стоя у дороги, задумчиво почесывал голову. Он подумал, что, если бы этот человек был девушкой, это было бы идеально. Хотя его характер немного раздражающий, но его внешность действительно симпатичная. — Давай всё-таки вернёмся, — сказал Ся Лэян, не зная, что Шан Тинчжи думает о всяких странных вещах. Он немного сомневался, но всё же решил, что не может рисковать чужими жизнями. — Обратно в отель? — спросил Шан Тинчжи, возвращая свои мысли в реальность. — Нет. Я имею в виду, давай вернемся в особняк Гу. Шан Тинчжи удивленно приподнял бровь. — Ты больше не боишься призраков? — Что за глупый вопрос, — Ся Лэян гордо расправил плечи. — Я никогда их не боялся. Шан Тинчжи поджал губы, сомневаясь, стоит ли говорить ему, что в «проклятом» доме действительно обитают привидения. Однако вскоре он решил, что даже если и скажет, то тот всё равно не поверит. К тому же, этот молодой господин наделён великой силой благословения, и даже если бы он столкнулся с призраком, это не оказало бы на него никакого влияния. Поэтому Шан Тинчжи промолчал. Ся Лэян оформил выписку из отеля, и они вызвали такси, чтобы вернуться в особняк Гу. Водитель постоянно поглядывал на них в зеркало заднего вида, вероятно, задаваясь вопросом, кто рискнет поехать в этот зловещий дом в такое время. Ночью особняк выглядел особенно загадочно. Хотя во дворе горели фонари, заливая пространство тёплым светом, Ся Лэян всё равно ощущал, что здесь словно существует невидимый барьер, отделяющий это место от мирной жизни окружающих домов. — Мне вот интересно, — заговорил Ся Лэян, поддерживая Шан Тинчжи и открывая железную дверь. — Это твоё проклятие и влияние года рождения, по сути, должны быть одинаковыми, верно? — Да, а что? — небрежно ответил Шан Тинчжи, удобно опираясь на плечо своего спутника. — По твоей теории, небесный дух Тайсуй*, управляющий каждым годом в цикле, в год рождения может принести неприятности. Но почему же со мной ничего не случилось в прошлом году? — спросил Ся Лэян. — И не пытайся меня обмануть тем, что Тайсуй просто не дотянулся до меня. ***Тайсуй — 太 (tài) — «великий», «главный», 岁 (suì) — «год»*** Шан Тинчжи не горел желанием объяснять принципы фэн-шуй человеку, который в них не верит. Ведь те, кто не верит, всё равно не поверят, и любые слова будут напрасными. Однако, вспомнив, как приятно было обнимать Ся Лэяня, Шан Тинчжи пересилил себя и начал терпеливо объяснять: — Если Тайсуй «сидит над головой», то есть оказывает влияние на человека, то даже если в жизни не происходит ничего хорошего, это не значит, что обязательно случится беда. С другой стороны, некоторые люди в свой год рождения наоборот удачливы, и с ними не происходит никаких неприятностей. Ся Лэян сначала подумал, что в этой фразе есть какой-то смысл, но потом понял, что что-то не так. Он остановился и, погружённый в раздумья, произнёс: — Твои слова — это полная чушь. У кого-то радость, у кого-то беда... Какое это имеет отношение к году рождения? Шан Тинчжи недовольно поморщился из-за слова «чушь», подумав, что он зря старается. Но человек в его объятиях был таким мягким и прохладным, и ему было так приятно прижиматься к нему. Впервые в жизни Шан Тинчжи проявил невиданное ранее терпение. — Всё это, в конце концов, вопрос вероятности. Некоторые факторы с бо́льшей вероятностью приводят к плохим событиям. Ся Лэян задумался. Выходит, их пребывание в отеле не обязательно должно было привести к неприятностям, просто вероятность такого исхода была выше. Он пытался найти научное объяснение этому явлению, но после долгих размышлений всё равно пришёл к выводу, что это какая-то ерунда. Увидев недоумение на лице парня, Шан Тинчжи решил пояснить: — Завтра будет полнолуние, магнитное поле Земли усилится, и вероятность возникновения различных неприятностей возрастёт ещё больше. Ся Лэян молча помог ему дойти до лифта, который находился рядом с боковой дверью гостиной. Он нажал кнопку с цифрой «2», после чего с сомнением посмотрел на мужчину и прямо спросил: — Ты считаешь меня трёхлетним ребёнком? Уголки губ Шан Тинчжи слегка дёрнулись. Ему было лень что-то ещё объяснять. Ся Лэян помог мужчине дойти до спальни. Когда он собирался уйти, тот неожиданно проявив доброту, сказал: — Если тебе будет страшно, приходи ко мне. Мы можем спать вместе. Шан Тинчжи признавал, что сказал это с эгоистичными мотивами. Он просто хотел обнимать Ся Лэяня во время сна, потому что так чувствовал себя гораздо комфортнее. Хотя, когда этот молодой господин бодрствует, его слова не всегда приятны, но когда он засыпает в его объятиях, то начинает сопеть и бормотать во сне, и это выглядит очень мило. Однако Ся Лэян не смог оценить добрые намерения Шан Тинчжи. Как он мог признаться, что боится? Он высокомерно задрал подбородок: — Мне страшно или тебе? Если боишься, так и скажи, я не буду смеяться. Его лицо выражало такое презрение, что для завершения образа ему не хватало только упереть руки в бока. «Прильнуть тёплым лицом к холодному за́ду»*... Да уж... Такой опыт был у Шан Тинчжи впервые. ***Эта идиома описывает ситуацию, когда кто-то проявляет искреннюю заботу, доброту или попытку сблизиться, но получает в ответ холодное, равнодушное или даже грубое отношение*** Он глубоко вдохнул, подавив поднимающийся в душе гнев, и бесстрастно сказал: — Если будешь бояться до такой степени, что не сможешь уснуть, не приходи ко мне. Ся Лэян и так уже еле держался от усталости. Для него сейчас не было ничего важнее сна, поэтому он не особо переживал о возможной бессоннице. Он уверенно заявил: — У меня для тебя есть только четыре иероглифа: Ин-Па-Сэ-Бо*. ***«英-帕-瑟-博» (Yīng pà sè bó) — это фонетическая имитация английского слова «im-poss-ible» (невозможно) с сильным китайским акцентом*** После того как Ся Лэян ушёл, Шан Тинчжи выключил свет и закрыл глаза, намереваясь уснуть. Однако вскоре в соседней комнате раздался грохот — без сомнения, это Ся Лэян передвигал мебель. Примерно через десять минут звуки прекратились. Но ещё через десять минут в дверь спальни Шан Тинчжи неожиданно постучали. Ся Лэян приоткрыл дверь, высунул голову и слегка смущённо спросил: — Мастер, мы можем спать вместе? Шан Тинчжи насмешливо фыркнул: — Ты хочешь съесть peach? (1) ------------------------ (1) Шан Тинчжи говорит часть фразы на китайском и концовку на английском. Фраза «你在想peach» (nǐ zài xiǎng peach) — это китайская интернет-мемная версия выражения «你在想屁吃» (nǐ zài xiǎng pì chī) дословно переводится как «Ты мечтаешь есть пердеж», что является грубым выражением, означающим «Размечтался» или «Мечтай дальше». Поскольку прямое использование этой фразы может показаться слишком резким, интернет-пользователи заменили часть фразы на английское слово «peach» (персик), которое по звучанию похоже на китайское слово «屁吃» (pì chī) — пердеж+есть. Таким образом, появилась более мягкая и забавная версия: «你在想peach».