Особняк с привидениями

У Шан Тинчжи снова поднялась температура. Хотите спросить его, что он сейчас чувствует? Сожаление. Очень сильное сожаление. Он мог дразнить кого угодно, но почему-то выбрал маленького предка* по фамилии Ся. Этот маленький предок категорически отказывается его обнимать, и вот уже два дня и две ночи Шан Тинчжи буквально горит от температуры. ***«маленький предок» 小祖宗 (xiǎo zǔzōng) — этот термин является игривым и иногда используется в адрес кого-то младшего, с намёком на его важность или капризность*** Шан Тинчжи — единственный ребёнок в семье. Не то чтобы он рос совсем уж избалованным (не до уровня «поднеси-подай»), но всё же привык к заботе и вниманию. Поэтому, теперь, столкнувшись с Ся Лэяном, который дулся на него, он оказался совершенно беспомощен и понятия не имел, как его успокоить. Все говорят, что импульсивность — это зло, и Шан Тинчжи сполна осознал эту истину. После двадцати лет он постепенно научился контролировать свой нрав. Однако фраза «отсоси мне» сработала, как зловещее заклинание, вмиг разрушив всё его самообладание. Если бы он вовремя остановился, то всё было бы не так плохо. Но теперь из-за его упрямства, Ся Лэян был очень зол. Вспоминая реакцию парня тем вечером, он безумно хотел найти нору поглубже и спрятаться там от всего мира. Он готов был поклясться, что никогда не воспринимал его как девушку. Но тот сидел перед ним, распахнув свои большие, блестящие глаза и, сердито глядя на него, кусал нижнюю губу, при этом явно наслаждаясь происходящем. Эта соблазнительная картина чуть было не заставила Шан Тинчжи тоже «отреагировать». Именно поэтому той ночью он не осмелился снова обнять Ся Лэяна. На следующее утро, как и следовало ожидать, температура снова поднялась. — Прости за вчерашнее, — хрипло сказал Шан Тинчжи. — Я просто не рассчитал силу. Хотя начало вышло не очень приятным, Шан Тинчжи был уверен, что в конце концов Ся Лэян всё же получил удовольствие. Сначала тот сопротивлялся, а потом просто зло смотрел на него, но его тело было честнее взгляда. Шан Тинчжи подумал, что если он первым сделает шаг к примирению, то парень обязательно смягчится, и тогда напряжённость между ними исчезнет. Но вместо этого тот возмущенно воскликнул: — Ты так сильно меня сжал! Я же просил тебя остановиться! — Кхм, кхм, — Шан Тинчжи неловко откашлялся, не осмеливаясь смотреть тому в глаза. — На самом деле я не собирался продолжать… Да уж, конечно! — Ты думаешь, я дурак? — зло сказал Ся Лэян. — Ты просто воспользовался тем, что я слабее тебя! Ну что ж. Молодой господин всё ещё в ярости. Поэтому и на второй вечер Шан Тинчжи тоже не осмеливался ничего предпринять, глядя на спящего рядом парня. На третий день он не выдержал. Он множество раз хотел схватить Ся Лэяна, который постоянно маячил перед ним, но гордость не позволила ему проявить эту слабость. Повздыхав полдня, Шан Тинчжи всё-таки решил позвонить Ся Тяньшуй. — Это я, — сказал он и, чувствуя, как головная боль нарастает, сразу перешёл к делу: — Что нравится твоему брату? — Что нравится Ян Яну? — переспросила Ся Тяньшуй, решив, что ослышалась. Она как раз была на совещании, и обычно Шан Тинчжи не беспокоил её. Увидев звонок, она быстро вышла из кабинета, чтобы ответить. И ради чего? Из-за какой-то ерунды! — Ммм, — мужчина не стал терять времени на объяснения. — Я его обидел. Как его задобрить? Ся Тяньшуй немного помолчала, с трудом сдерживая смех: — Это из-за того, что ты «плохо поработал»? Шан Тинчжи замер: — Что значит — «плохо поработал»? — Ну... мы и так всё знаем, — заговорщицки понизила голос Ся Тяньшуй. — Вы же уже переспали, да? Шан Тинчжи: «???» — Мой отец довольно консервативен. Когда дядя Шан рассказал ему об этом, у него чуть не случился сердечный приступ, — смеясь, сказала девушка. — Но не переживай, я на 100% поддерживаю вас. Шан Тинчжи почувствовал ещё бо́льшую головную боль. Он должен был предвидеть, что после того, как Тан Фэнъи расскажет всё его родителям, те обязательно передадут новости родителям Ся Лэяна, добавив пару лишних подробностей. Он глубоко вдохнул. Сейчас важнее всего было помириться с Ся Лэяном. Объяснения можно отложить. — Ну так что? Как его задобрить? — Знаешь, мой брат... — Ся Тяньшуй задумалась. —  На самом деле его легко смягчить, если ты просто притворишься жалким. Притвориться жалким?.. Шан Тинчжи совершенно не умел быть таким. — Однажды я сломала его лимитированную модельку, и он чуть не уничтожил всю мою помаду, — затараторила Ся Тяньшуй. — Тогда я сказала ему, что меня предала подруга, а мой парень был со мной только ради денег. Он моментально успокоился и начал меня утешать. Шан Тинчжи вспомнил, как несколько дней назад, когда Ся Лэян злился, на него свалился книжный шкаф. Парень сразу забыл о своей обиде и позволил ему обнять себя. Можно сказать, он должен быть благодарен тому шкафу. Закончив разговор, Шан Тинчжи задумался, как же ему «прикинуться жалким». Однако, промучившись весь вечер, он пришёл к выводу, что это сложнее, чем изучать фэн-шуй. Он с детства был тем самым «сыном маминой подруги». Отличная учёба, врождённый талант к фэн-шуй — всё это вызывало уважение старших. Его жизнь шла как по маслу, и он практически не сталкивался с трудностями. Но сейчас перед ним стояла самая сложная задача в жизни — как же задобрить «маленького императора» Ся? Вечером Ся Лэян, как обычно, залез под одеяло к Шан Тинчжи, но, совершенно не обращая на него внимания, продолжил смотреть сериал на iPad. Шан Тинчжи тоже лёг в кровать. Он всё еще не хотел этого делать, но и терпеть жар тоже больше не мог. Стиснув зубы, он повернулся к парню. — Ян Ян, я... мне кажется я больше не выдержу... Едва произнеся эти слова, он вспомнил дешёвые дорамы, где герой, умирая на руках у возлюбленной, выдавливает из зрителей слезу. — О, — равнодушно отозвался тот, не отрывая взгляда от экрана. Шан Тинчжи внутренне сопротивлялся, но продолжил свою актёрскую игру, делая вид, что плохо себя чувствует и прерывисто проговорил: — Только что, когда я принимал душ... я чуть... чуть не упал в ванной. Ся Лэян, услышав это, приподнял бровь и, повернув голову, посмотрел на него. Губы Шан Тинчжи были бледными, глаза безжизненными, и он действительно выглядел плохо. Парень поджал губы и спросил: — Тебе действительно так плохо? — Ммм… Шан Тинчжи не врал. Даже самый стойкий мужчина не может долго терпеть боль. Если бы ему не было так плохо, он бы не опустился до того, чтобы показать слабость перед Ся Лэяном. — Дай-ка я проверю, — парень приложил тыльную сторону ладони ко лбу мужчины. Тот действительно оказался очень горячим, что заставило его заволноваться. Он видел новости о людях, которые страдали от температуры до такой степени, что это повреждало их мозг. Если Шан Тинчжи продолжит так гореть, кто знает, может, и с его мозгом что-то случится. — Завтра мне нужно ехать, — слабо произнёс мужчина, — а с моим состоянием... Нужно было признать, что Ся Лэян снова смягчился. Он неловко спросил: — Ты собираешься завтра смотреть фэн-шуй? — Это не поводу фэн-шуй, — медленно сказал Шан Тинчжи. — Помнишь участок, который купила Первая муниципальная школа? Кладбище перенесли к подножью горы Лои, и завтра состоится церемония закладки фундамента. Владелец кладбища пригласил меня поприсутствовать. Как бы Ся Лэян не злился, он не хотел, чтобы это сказывалось на работе. Той ночью Шан Тинчжи и правда сжал его слишком сильно. Но, надо признать, позже его движения были настолько приятными, что Ся Лэян не продержался и пяти минут. Да, он был зол. Зол на то, что Шан Тинчжи сделал ему это против его воли... Но что еще больше его разозлило, так это то, что после того, как он «освободился», мужчина удивленно спросил: «Так быстро?» Удивление не было притворным. Оно было таким же искренним, как и блестящее эссе на вступительном экзамене, отражая истинные чувства на все 100%. Ся Лэян тоже мужчина. И такая реакция Шан Тинчжи взбесила его окончательно. Он собирался игнорировать его вечно. Но сейчас, глядя на его измождённый вид, злиться от чего-то не получалось. Он подвинулся чуть ближе, не отрывая взгляда от картинки на экране. — Я досмотрю эту серию и лягу спать. Шан Тинчжи не понял, что именно он имел в виду и, затаив дыхание, замер, боясь пошевелиться. — Ты меня не обнимешь? — Ся Лэян, видя, что тот не двигается, отложил iPad и сам прижался к нему. — И не думай, что я переживаю за тебя. Я просто боюсь, что папа будет меня ругать. Это был явный знак перемирия. Шан Тинчжи слегка улыбнулся, крепко обняв его за талию. Вскоре головокружение и чувство тяжести и правда стали постепенно отступать. — Спасибо, — прошептал он, прижимая свой лоб к лбу парня. — Не обнимай меня так сильно, — Ся Лэян почувствовал, как его щеки почему-то вспыхнули, и он попытался обвинить в этом Шан Тинчжи. — Ты меня сожжешь. Мужчина закрыл глаза и удовлетворённо сказал: — Скоро пройдет. Впервые за долгое время Шан Тинчжи хорошо выспался. На следующее утро, проснувшись, он увидел, что этот маленький предок, который любил поваляться в постели, все еще крепко спал. Обычно Шан Тинчжи вставал сразу же после пробуждения, но сегодня решил просто полежать в постели. Ся Лэян уютно устроился в его объятиях, свернувшись калачиком. Его густые длинные ресницы напоминали веер и слегка подрагивали при каждом движении глаз во сне. Прямой аккуратный нос, полные розовые губы, чуть приоткрытые, обнажали половину передних белых зубов, делая его похожим на маленького кролика. Такой милый… Шан Тинчжи, подперев голову рукой, расслабленно наблюдал за ним, и в памяти невольно всплывали разные сцены. Ся Лэян, одержимый призраком... Ся Лэян, испытывающий удовольствие в его руках... Стоп. В голове Шан Тинчжи внезапно вспыхнула яркая желтая сирена, и он резко пришел в себя. О чем он только что думал? Видимо, слишком долгое воздержание действительно может довести человека до безумия. Он быстро сел на кровати, собираясь встать, но тут Ся Лэян сонно пробормотал что-то невнятное. Люди такие странные, им всегда становится любопытно, когда кто-то говорит во сне. Шан Тинчжи наклонил голову, приблизился к парню и тихо спросил: — Что ты сказал? Тот пошевелил губами, и спустя долгое время промямлил — И… — Что «И»? — Шан Тинчжи наклонился еще ниже, почти касаясь его губ. — …соси… — На этот раз Ся Лэян наконец-то четко произнес: — Отсоси мне… Шан Тинчжи с мрачным выражением лица выпрямился, размышляя о том, насколько глубока одержимость этого парня. Ещё секунду назад он думал, какой Ся Лэян милый... А теперь даже в помине не видит никакой «милоты». Шан Тинчжи оттолкнул бормочущего во сне парня, и решительно встал с кровати. В любом случае он ни за что не стал бы сосать эту штуку. Никогда в жизни!