Особняк с привидениями

Когда Шан Тинчжи закончил изучать материалы и спустился со второго этажа в гостиную, он как раз увидел Ся Лэяна, который с напряжённым выражением лица смотрел на Ян Вэйтин. — О чём болтаете? — зажав под мышкой книгу он быстро прошёл мимо чайного столика и, не дожидаясь ответа, большими шагами направился к прихожей. Бросив книгу на тумбу у двери, он, надевая обувь, сообщил: — Я нашёл нужные мне материалы, так что ужинать здесь не будем. Обувшись, он выпрямился и оглянулся в сторону гостиной.  Ся Лэян даже не пошевелился, лишь смотрел на него с каким-то сложным выражением лица. — Ещё не закончили? — Шан Тинчжи взглянул на часы на запястье, затем добавил, обращаясь к Ся Лэяну: — Можешь приехать поболтать в выходные. — Да, конечно, — живо подхватила Ян Вэйтин. — Приводи Ян Яна почаще в гости. Шан Тинчжи знал, что мать всё ещё неправильно понимает отношения между ними, но ему было лень что-то объяснять. Он кивнул парню: — Идём. Тот тяжело вздохнул и, с мрачным выражением лица, последовал за ним. Они вышли к дороге. Шан Тинчжи не стал вызывать Тан Фэнъи, а сразу поймал такси. В машине он продолжил изучать старую книгу, даже не заметив, что Ся Лэян был непривычно молчалив. Вернувшись в особняк семьи Гу, Шан Тинчжи сразу направился в кабинет. Перед тем как закрыть дверь, он сказал: — Скоро придёт тётя, приготовит ужин. Ся Лэян продолжил подниматься по лестнице, будто вообще его не слышал. Не оборачиваясь, он вошёл в свою спальню на втором этаже и громко захлопнул дверь. Шан Тинчжи почувствовал, что что-то не так. Но он никогда не был человеком, сильно переживающим за настроение окружающих, поэтому лишь недоумённо пожал плечами, закрыл дверь кабинета и сел за рабочий стол. Пять минут спустя. Шан Тинчжи закрыл книгу. Определённо что-то было не так. С тех пор как они покинули дом его родителей, Ся Лэян не произнёс ни слова. Конечно он не был слишком болтлив, но иногда говорил раздражающие вещи. Сейчас он явно слышал его слова, но так ничего не ответил. Может, этот молодой господин просто капризничает? Вряд ли. Если только Шан Тинчжи сам не сделал бы что-то, что его разозлило, Ся Лэян никогда бы не обиделся без причины. Значит… оставался лишь один вариант. Поразмышляв еще пять минут, ему все-таки пришлось признать, что он снова рассердил Ся Лэяна. В характере Шан Тинчжи была присущая «образцовым детям» надменность. Ему было плевать, что о нём думают другие, и он никогда не пытался никому угодить. Поняв, что Ся Лэян, похоже, рассержен, его первой реакцией было оставить всё как есть. Но спустя ещё пять минут он решил, что так не пойдет. С этим маленьким предком лучше не шутить. Если тот снова не даст себя обнять ночью, то Шан Тинчжи опять заболеет. После последних пяти минут внутренней борьбы он вздохнул, отложил книгу и подошёл к двери спальни Ся Лэяна. Тук-тук-тук. Он постучал, но ответа не последовало. — Ся… Ян Ян? — мягко позвал он. — Чего? — раздался холодный голос из комнаты. Шан Тинчжи открыл дверь. На мгновение отвлёкшись на странную расстановку мебели, он посмотрел на парня, который, свернувшись калачиком на кровати, играл в телефон. — Ты злишься? Ся Лэян промолчал, не отрывая глаз от экрана. Шан Тинчжи не был дураком. Перед тем как он ушёл работать в кабинет, всё было в порядке. Ся Лэян стал странным после разговора с Ян Вэйтин — значит, она сказала что-то лишнее. — Моя мать кое-что не так поняла. Не стоит воспринимать ее слова всерьез, — он подошёл к кровати и сел рядом. — Не так поняла? — Ся Лэян слегка нахмурил брови. Как раз в этот момент игра на его телефоне закончилась, и он отложил его в сторону. — Сколько тебе лет? — спросил он. Шан Тинчжи на секунду замер, не понимая, к чему тот клонит, но всё же машинально ответил: — Двадцать девять. Парень скрестил ноги по-турецки, выпрямился и с недовольным видом продолжил: — Тебе почти тридцать, а ты до сих пор рассказываешь обо всём маме? Шан Тинчжи начал догадываться, что именно сказала Ян Вэйтин, и уже собирался объясниться, но Ся Лэян перебил его: — У меня что, нет права на личную жизнь? — ...Прости. Главное — сначала извиниться. — И как мне теперь смотреть ей в глаза? — Ся Лэян скрестил руки на груди. — Тебе, что, так приятно этим хвастаться? — ...Конечно нет, — терпеливо ответил Шан Тинчжи. — Это ты сам всем рассказал. — Что? — Тан Фэнъи, — мужчина слегка поджал губы. — Он работает на моих родителей. В голове Ся Лэяна промелькнули все моменты, связанные с Тан Фэнъи, и он вдруг вспомнил, как однажды при нём торговался с Шан Тинчжи... Тогда Шан Тинчжи настаивал на том, что ему всё привиделось — так вот почему! Он просто не хотел, чтобы помощник это слышал! Ся Лэян сразу почувствовал себя виноватым. Его пыл поутих, и он лишь сердито уставился на Шан Тинчжи: — Почему ты сразу не сказал? — Ты не дал мне шанса, — тот пожал плечами. — Кстати, раз мои родители в курсе, значит, и твоя семья тоже уже знает. — ЧТО?! — Ся Лэян вскинулся, и чувство неловкости, которое он испытал во время вопроса Ян Вэйтин, вернулось с новой силой. Он запинаясь спросил: — Ч-что теперь делать? Ты уже всё им объяснил? — Пока нет, — неохотно признал Шан Тинчжи. — Они теперь думают, что мы... пара. — Какая пара? — насторожился Ся Лэян. — Ну... что я твой парень, — Шан Тинчжи тактично опустил слова про гомосексуальные отношения. Но даже этого было достаточно, чтобы Ся Лэян чуть не подпрыгнул на кровати. — Мой парень?! — он вытаращил глаза. — Они с ума сошли?! Шан Тинчжи подумал, что он, в общем-то, неплохой вариант — стоит ли так категорично отказываться? Но вслух лишь лениво протянул: — Maybe. — Нет уж, — Ся Лэян с серьёзным видом схватил телефон и набрал Цзи Чжэнфан. Та как раз играла в маджонг и, ответив на звонок, выкрикнула: — Два круга! (1) — Мам, ты, случайно, не слышала какие-нибудь странные слухи? — Какие слухи? — Ну, что я и Шан... — Погоди! — внезапно повысила голос Цзи Чжэнфан. Ся Лэян уже затаил дыхание, ожидая, что мать сейчас скажет что-то важное, но в следующий момент в трубке раздался громкий возглас: — Ганг!.. Еще раз!.. Ганг на цветке! Стук костей маджонга по столу звучал, как барабанная дробь. Ся Лэян закатил глаза у и терпеливо ждал, пока мать закончит собирать выигрыш. Наконец, он продолжил: — Я и Шан Тинчжи не пара. Не воспринимайте нас неправильно, хорошо? — Ах, ты об этом? Да всё нормально, — Цзи Чжэнфан зажала телефон между ухом и плечом, одной рукой задвигая кости в автоматический стол. — Твой папа сначала немного переживал, но уже успокоился. — Что значит «успокоился»?! Мне же надо продолжить род Ся! — Ся Лэян был в ярости от того, что мать уделяла маджонгу больше внимания, чем ему. Ему хотелось пролезть через телефон и перевернуть этот стол. — Ну есть же ещё твоя сестра. Она может привести зятя в дом, — продолжила Цзи Чэнфан, обмениваясь взглядами с подругами. — Все знают, что я долго не могла забеременеть, пока семья Шан не нашла для нас дом с хорошим фэн-шуй. Только тогда родилась твоя сестра, а потом и ты. Ся Лэян сдвинул брови. А это-то как связано с возникшим недоразумением? — Наша семья разбогатела не без помощи Шанов. Так что… — она сделала паузу, перекладывая кости, — если вы с сяо Шаном вместе, это даже к лучшему. Будете поддерживать друг друга. Не дав сыну ответить, Цзи Чжэнфан положила трубку. Ся Лэян в ярости швырнул телефон, плюхнулся на кровать и раздражённо выдохнул. Ох, уж эти суеверные старики! И почему они становятся такими open, когда речь заходит о подобных вещах? ***open – открытыми, раскрепощенными. п/п: смотря сколько details, смотря какой fabric… прастите =D *** ***** Раньше Ся Лэян не задумывался об этом и спокойно спал в обнимку с Шан Тинчжи. В этом жутком проклятом доме быть в чьих-то объятиях было куда лучше, чем дрожать в одиночестве в углу. Но с тех пор, как старшие начали их «сводить», любой близкий контакт с ним вызывал у него неловкость. Особенно вспоминался тот случай, когда Шан Тинчжи помог ему «полетать на самолёте»*. Тогда ни один из них не был одержим, и теперь, оглядываясь назад, это казалось слишком странным. ***«летать на самолёте» (кит. сленг) — мастурбировать**** — Куда это лезет твоя рука? — Ся Лэян лежа спиной к Шан Тинчжи, нервно скинул его руку со своей талии. — Что не так? — мужчина слегка напряг запястье, высвободился из хватки и снова его обнял. — Если спишь, то спи. Почему ты всегда меня тискаешь? — Ся Лэян снова ухватился за его руку, но на этот раз тот держал крепко, и все попытки освободиться были тщетны. — Разве раньше мы так не спали? — Шан Тинчжи подпёр голову другой рукой, наблюдая, как Ся Лэян напрягся у него в объятиях. Это было по-своему забавно. — Раньше было раньше, а сейчас это сейчас, — парень повернул голову и недовольно посмотрел на него. — Сейчас о нас ходят нехорошие слухи, так что нам нужно быть осторожнее. Шан Тинчжи усмехнулся и приблизившись к его уху, намеренно понизил голос: — Я уже всё у тебя там потрогал. Какой смысл теперь стесняться? — Шан Тинчжи! — Ся Лэян резко вскочил и с убийственной серьёзностью посмотрел на него. — Соблюдай границы! — Ладно, ладно, — тот перестал шутить, схватил парня за руку и снова притянул к себе. — Перестань дурачиться, давай спать. — Эй, я же сказал — держи дистанцию! — Ммм… хорошо… — Так ты не просто болтай, а делай, что тебе говорят! Почему ты всё равно меня так крепко обнимаешь? — Понял… — Эй-эй! Ся Лэян в очередной раз убедился, что с этим мошенником вообще нет смысла спорить. ---------------- *Название главы «Не надо насильно сводить вместе» на китайском звучит как "不要拉郎配" (bù yào lā láng pèi) и может переводиться, как «Не сводить людей против их воли», «Не надо принуждать к отношениям». Это выражение критикует практику, когда людей пытаются искусственно свести вместе для романтических отношений или брака, игнорируя их чувства и желания. 不要 (bù yào) – «не надо», «не следует», 拉郎配 (lā láng pèi) – буквально означает «насильно стянуть жениха» (исторически могло относиться к принудительным бракам). Другая же нейросеть утверждает, что эта фраза переводится как «Не тяни пары», «Не своди насильно пары» и часто используется в интернет-сленге, особенно в фанфикшне и фандомах. Это просьба или возмущение против насильственного «сватовства» персонажей, особенно тех, кто не является парой в оригинальном произведении. (1) Традиционная минутка для душнил. В китайских новеллах часто упоминается маджонг. Чтобы вы в будущем при чтении примерно представляли, как эта игра выглядит, коротко о ней. Маджонг — настольная игра для 4 игроков, сочетающая стратегию, память и удачу. Возникла в Китае в XIX веке. Используется набор из 144 плиток (хотя в разных вариантах игры количество плиток может немного варьироваться). Плитки делятся на несколько типов: Молочные плитки: плитки с изображением бамбука, номиналом от 1 до 9. Плитки с символами: плитки с кругами, номиналом от 1 до 9. Китайские символы: плитки с китайскими иероглифами, номиналом от 1 до 9. Драконы (Dragons): Плитки, представляющие драконов, есть три типа: Красный дракон (紅), Белый дракон (白) и Зеленый дракон (緑). Цветы и сезоны (Flowers and Seasons): Это бонусные плитки, которые не входят в стандартные комбинации, но могут давать дополнительные очки. Ветви и ветвящиеся плитки: Специальные плитки, которые появляются в различных вариантах игры. Цель: собрать выигрышную комбинацию из 14 фишек. Игроки по очереди берут и сбрасывают фишки, пытаясь составить нужные комбинации. Стол для маджонга (часто автоматический, с вращающейся подставкой для фишек) может издавать характерные звуки при перемешивании костей. В центре, вот этом круге, перемешиваются игральные кубики, потом центр стола открывается, все кости сбрасываются туда. С помощью спец механизма внутри стола они перемешиваются и распределяются между игроками. Затем через отверстия в поверхности стола вылезают 4 ряда фишек. На Алиэспрессе видела цены до 300 с лишним тысяч рублей. Вдруг кому-то интересно (мне нет, но пришлось разбираться), вот что означают термины, которые выкрикивала мама Лэяна. «Два круга!» — это плитки с изображением двух кругов. Она либо вытянула эти костяшки, либо собиралась их использовать в игре. «Ганг! ... Еще раз! ... Ганг на цветке!» — Ганг (кан) означает закрытую комбинацию из четырёх одинаковых плиток. Ганг на цветке специальный термин, когда игрок делает ганг и при этом это приводит к образованию дополнительной выигрышной комбинации, называемой «цветком».