Особняк с привидениями

Однокурсника Ся Тяньшуй звали Сюй Чжижуо. Ся Лэян набрался смелости и связался с этим полицейским, пригласив его на обед в воскресенье. Ся Тяньшуй заранее сообщила Сюй Чжижуо об этом, и, так как тот был свободен от дежурства, он с радостью согласился. Вскоре наступила суббота. Шестидесятилетний юбилей Ся Гохуа был большим событием для Рейчана. Ся Лэян, который всё время торчал рядом с Шан Тинчжи и почти не следил за новостями, лишь когда они приехали в «Ship Hotel», осознал, насколько масштабным оказался этот праздник. Ассистенты и секретари Ся Гохуа суетились у входа в отель, а в банкетном зале, где были накрыты сотни столов, сотрудники его компании уже встречали гостей. Ся Лэян, будучи одним из хозяев торжества, тем не менее чувствовал себя гостем. Его проводили не за главный стол, а за соседний, предназначенный для приглашённых. — Шан ге, вы приехали! — Ся Тяньшуй, как раз проходившая между столами, кивнула Шан Тинчжи, а затем обратилась к брату: — Ты посиди тут с дядей Шаном и остальными. Ся Лэян нахмурился, посмотрел на сидевших за соседним столом родственников и недовольно спросил: — Ты что-то напутала с моим местом? — О чём ты вообще? — Ся Тяньшуй хлопнула его по плечу. — За этим столом сидят самые почётные гости нашей семьи. Как хозяин, ты должен их достойно принять. Её слова звучали настолько логично, что возразить было нечего. Ся Лэян недовольно уселся рядом с Шан Тинчжи. Банкет был организован с невероятным размахом: Ся Гохуа даже пригласил нескольких знаменитостей для выступлений. К середине праздника многие начали переходить от стола к столу. Тут собралось столько влиятельных бизнесменов, что упустить шанс завести полезные знакомства было бы глупо. Ранее, когда они ходили смотреть фэн-шуй Первой городской школы, Шан Тинчжи не афишировал статус Ся Лэяна. Но теперь Лю Дэфа, подойдя к их столу с бокалом в руке, сразу же заявил, что сын семьи Ся и впрямь выделяется среди других и его взгляд на вещи отличается от взгляда других молодых людей. — Кстати, — начал Лю Дэфа, предварительно осыпав их комплиментами, — строительство нашей новой школы уже началось. Мастер Чжан предложил установить во дворе перед общежитием колонны Пяти Элементов и диаграмму Багуа (1). Что вы думаете по этому поводу, господин Шан? На каждом мероприятии Шан Тинчжи сталкивался с людьми, которые пытались воспользоваться его услугами бесплатно. Анализ фэн-шуй — его работа и каждая консультация оплачивается отдельно. Но многие считают, что он ничего не потеряет, просто дав совет, поэтому это нельзя считать полноценной услугой и можно не платить. Это похоже на то, как юристы становятся бесплатными консультантами для своих родственников: отказать неудобно, а просить оплату и вовсе неловко. Шан Тинчжи уже собирался отделаться парой общих фраз, но Ся Лэян неожиданно перебил его: — Мастер Чжан... это тот самый Чжан Вэньлунь из школы «Сотворение звёзд»? — Именно он, — кивнул директор. — Городское руководство решило не отказываться от этого участка, так что мы пригласили его для улучшения фэн-шуй. — Но если вы уже наняли их, — Ся Лэян сделал паузу, — зачем тогда спрашивать наше мнение? В его голосе не было агрессии — лишь искреннее недоумение. Не понимая всех этих тонкостей, он напрямую высказал то, что думал, чем поставил Лю Дэфа в неловкое положение. Шан Тинчжи слегка сжал губы, скрывая улыбку, и сдержанно прокомментировал: — Я могу сказать вам лишь то же самое: лучше выбрать другое место. Не сумев добиться желаемого, Лю Дэфа поспешил сменить тему, чтобы сохранить лицо, и вскоре под благовидным предлогом удалился. — Почему они не слушают советы? — Ся Лэян, наевшийся до отвала, погладил свой округлившийся живот. Он лениво откинулся на спинку стула, держа в руке стакан с соком, и проводил взглядом удаляющегося директора школы. — Что, если действительно что-то случится? — Ты же не веришь в фэн-шуй — улыбнувшись заметил Шан Тинчжи. — Ну... — парень сделал глоток сока. — Теперь верю... чуть-чуть. На самом деле, после истории с женщиной-призраком он уже полностью поверил в мистику. Но признаваться в этом было неловко. Ведь тогда выходило, что он сам себе противоречит, поэтому он ответил уклончиво. Шан Тинчжи, давно изучивший его характер, не стал его разоблачать, лишь едва заметно улыбнулся. Банкет закончился, и гости стали разъезжаться. Шан Тинчжи собирался позвонить Тан Фэнъи и попросить его приехать за ними. Но так как особняк семьи Гу находился в той же стороне, что и дом родителей Ся Лэяна, Цзи Чжэнфан настояла на том, чтобы подвезти их. Отказаться было неудобно. Автомобиль Ся Гохуа был единственным Майбахом в Рейчане и значительно выделялся внушительными размерами и просторным салоном. Сам же хозяин машины к этому времени уже изрядно захмелел, и водителю с Шан Тинчжи пришлось помочь ему устроиться на заднем сиденье. Цзи Чжэнфан и Ся Лэян тоже сели сзади. Переднее пассажирское кресло оказалось свободным, поэтому Шан Тинчжи спокойно занял его. Обычно Ся Гохуа был человеком строгим и сдержанным, но в подпитии становился сентиментальным. Он без умолку рассказывал Шан Тинчжи о знакомстве с его родителями и о развитии бизнеса семьи Ся, стремясь поделиться каждой мелочью. Шан Тинчжи молча слушал, лишь изредка вставляя короткие замечания. На самом деле он и так всё это знал, но перебивать Ся Гохуа было невежливо. Когда речь зашла о будущем семьи Ся, голос Ся Гохуа зазвучал воодушевленно, словно прекрасное будущее уже наступило. Но через несколько фраз его настроение резко изменилось. Он с грустным вздохом похлопал сына по плечу: — Эх, вот почему ты у нас мальчик? Над головой Ся Лэяна появился вопросительный знак. Он тоже внимательно слушал отца и размышлял, как сможет применить себя в таком масштабном семейном деле. Поэтому неожиданное замечание о его поле поставило его в тупик — он никак не мог понять, к чему это. — Наша семья Ся достигла нынешних высот только благодаря наставлениям семьи Шан, — Ся Гохуа вдруг стал серьезным. — А семья Шан смогла укрепиться в Рейчане лишь благодаря тебе. — Что? — Ся Лэян ткнул пальцем в свой нос. — Благодаря мне?! — Ну конечно! Если бы ты тогда не... В этот момент Цзи Чжэнфан, сидевшая с другой стороны, резко прервала его: — Хватит уже! Опять напился и разболтался. Неужели не надоело? — А что такого? — недовольно отмахнулся Ся Гохуа, хлопнув себя по бедру. — Ты же моя жена, разве не хочешь меня слушать? — Какая разница, хочу я или нет? — Цзи Чжэнфан перегнулась через Ся Лэяна, чтобы посмотреть на мужа. — Сяо Шан здесь при чем? Зачем ему слушать твой бред? Шан Тинчжи оказался в затруднительном положении, не зная ответить или промолчать в такой ситуации. На самом деле он не хотел продолжать этот разговор, но Ся Гохуа всё же был старше по возрасту и к тому же отцом Ся Лэяна, поэтому он не мог никак возразить. — Конечно, сяо Шан хочет меня слушать, — Ся Гохуа пьяным взглядом уставился на Шан Тинчжи. — Правильно же я говорю, сяо Шан? — Ммм... — тот слегка повернул голову и неопределённо промычал. — Я искренне восхищаюсь сяо Шаном, — с чувством произнёс Ся Гохуа. — Я всегда мечтал, чтобы он стал зятем нашей семьи Ся. В голове Ся Лэяна внезапно возникла мысль: «Ся Тяньшуй и Шан Тинчжи?» — А вот ты, — Ся Гохуа вдруг грубо хлопнул сына по плечу, с видом человека, разочаровавшегося в собственном ребёнке. — Почему ты мужик? — Что полохого в том, что я мужчина? — Ся Лэян был совершенно сбит с толку. — Эй, Ся, хватит нести чушь, — раздражённо оборвала его Цзи Чжэнфан. — Ты же уже смирился. Дети счастливы, какая разница, мужчины они или нет? Ся Лэян вдруг вспомнил, что собирался всё прояснить. Он чуть не забыл о самом главном! — Погоди-погоди, — он поднял руку, прерывая готовящегося что-то сказать отца. — Ещё раз повторяю: мы с Шан Тинчжи не такие, как вы думаете. — Какие такие? — спросил Ся Гохуа. — Мы не пара! — чётко выговорил Ся Лэян. — У нас с ним чисто дружеские отношения. …Просто случился один маленький инцидент... — Какая ещё чистая дружба?! — Ся Гохуа вдруг принял начальственный тон, будто отчитывал подчинённого. — Я хочу, чтобы сяо Шан стал моим зятем! О какой чистоте ты говоришь? Уголки губ Ся Лэяна дёрнулись в раздражении. То его отец не мог смириться с отношениями двух мужчин, то настойчиво пытался свести его с Шан Тинчжи. Какого чёрта он вообще хочет? — Если он должен стать твоим зятем, разве у тебя нет моей сестры? — пробормотал Ся Лэян себе под нос. — Ах да, точно, вспомнил! — Ся Гохуа хлопнул себя по лбу. — Сяо Шан же помолвлен с Тяньшуй. Ся Лэян был потрясён. Он ляпнул это просто так, а тут такое… Решив, что отец слишком пьян, он с сомнением посмотрел на сидящего впереди мужчину: — Ты помолвлен с моей сестрой? Но Цзи Чжэнфан тут же перебила их: — Лао Ся, хватит нести ерунду! Тем временем Шан Тинчжи неестественно кашлянул — явно пытаясь сменить тему. Это лишь разожгло любопытство Ся Лэяна. Он вспомнил фотографию, которую видел у Шан Тинчжи дома. Он знал, что они были знакомы с детства, но совершенно этого не помнил. Шан Тинчжи как-то говорил, что «в годы, заканчивающиеся на 9», он сталкивается с плохими событиями. Значит, они пересекались, когда тому было 9 и 19 лет. Когда Шан Тинчжи было 9 лет, самому Ся Лэяну было всего 5, неудивительно, что он ничего не помнил. Но, когда Шан Тинчжи было 19, ему было уже 15, и он учился за границей. Он не помнил, чтобы они встречались в тот период. Ся Лэян уже решил, что отец не станет продолжать, и углубился в свои воспоминания, как вдруг Ся Гохуа, проигнорировав жену, пьяно заявил: — Когда сяо Шану было 9, и на него напал «ша»*, он пил твою детскую мочу! ***煞 (shà) – злой дух, несчастье, разрушительное влияние, негативное событие или состояние.*** Ся Лэян от неожиданности откинулся назад. Он резко повернулся к Шан Тинчжи и в шоке воскликнул: — Ты пил мою мочу?! Тот закрыл глаза и глубоко вдохнул. Самый страшный секрет его жизни, постыдное воспоминание, которое он больше всего хотел стереть из памяти, было так запросто выболтано пьяным стариком. Медленно открыв глаза, он уставился в пространство перед собой и процедил: — Одну каплю. Одна капля тоже считается. Ся Лэян был настолько потрясён этим фактом из прошлого, что несколько секунд не мог закрыть рот. Не веря в услышанное, он переспросил: — Ты серьёзно пил мою мочу?? Шан Тинчжи нахмурился и с раздражением подчеркнул: — Всего одну каплю! И то она была добавлена в лекарственный отвар! Ся Лэян наконец-то принял эту невероятную новость, покачал головой, цокая языком, и с сочувствием произнёс: — Как же тебе так не повезло-то… Шан Тинчжи молчал, излучая ледяную ауру. Цзи Чжэнфан поспешила сгладить ситуацию: — Прости, сяо Шан, мы же договорились никогда не вспоминать об этом. Но этот старый пьяница... Ся Лэян еле сдерживал смех. Раньше он считал, что Шан Тинчжи дважды воспользовался им, и это было ужасной несправедливостью. Но теперь, узнав, что тот пил его мочу, он почувствовал, что справедливость наконец-то восстановлена. Даже ложась спать, он всё ещё хихикал над этой историей. Шан Тинчжи демонстративно игнорировал его, но тот с упоением продолжал приставать с разговорами, в полной мере проявив талант профессионального надоеды. — Эй, скажи, как ты справлялся с периодом «ша», когда тебе было девятнадцать? — Ся Лэян подвинулся поближе к мужчине и, видя, что тот его игнорирует, привычно закинул на него ногу, привлекая внимание. — Я с тобой разговариваю. Шан Тинчжи по-прежнему молчал. Тогда парень приблизился к его уху и с насмешкой заявил: — Не побоюсь признаться тебе: я до сих пор девственник. Шан Тинчжи мрачно приподнял бровь и наконец снизошел до ответа: — И что? — Может, сходить приготовить тебе кружечку моей девственной мочи? — хихикнул Ся Лэян. — Гарантирую, что твой двадцать девятый год пройдет без проблем! На лбу Шан Тинчжи выступили вены. Он ледяным взглядом окинул прилипшего к нему парня и без всяких эмоций произнес: — Веришь или нет, но я могу сделать так, чтобы ты перестал быть девственником прямо сейчас… Ся Лэян на мгновение задумался, но быстро понял скрытый смысл этих слов. Послушно убрав ногу с Шан Тинчжи, он молча прикрыл руками свою задницу. ------------------------ * Глава называется «Не войдёт в одну дверь» Фраза «不进一家门» (bù jìn yī jiā mén) — это китайская идиома, которая дословно переводится как «не войдёшь в одни ворота» или «не в одной семье». Она означает, что люди с разными взглядами, привычками или характерами не могут быть вместе (например, в браке, дружбе или партнёрстве). Она подчёркивает, что, если люди слишком отличаются, им трудно ладить друг с другом. (1) Колонны Пяти Элементов — система 5 элементов (Дерево, Огонь, Земля, Металл, Вода), основа китайской философии. На практике: могут быть декоративными столбами с символикой элементов или их цветами (например, синий для Воды, красный для Огня). Диаграмма Багуа — 8 триграмм основа китайской философии, фэн-шуй и предсказательной системы «Ицзин» («Книга Перемен»). Каждая состоит из 3 линий (прерывистых или сплошных), отражающих взаимодействие Инь (--) и Ян (—). Обычно это круг или восьмиугольник с триграммами, часто выложенный на полу/земле с целью гармонизации пространства и защиты от негативной энергии.