Шкаф
19 мая 2025 г., 15:00
Неотвратимо, изо дня в день и минуту за минутой быть бок о бок друг с другом — не лучшее, что может случиться. Все эти бесконечные мелькания перед глазами, повышение вероятности поссориться из-за пущей ерунды, пропажа животрепещущего ожидания встречи… ничего хорошего, в общем. Да и скучать, говорят, считается полезным… Но как назло, именно в момент, когда хочется обсудить важное, озвучить хорошенько обдуманную просьбу да и просто увидеться спустя пару дней его пребывания в очередных полях, рабочие смены не совпадают. Ещё и работы опера привезли столько, что ступать по лаборатории приходится почти что как по минному полю.
Голова начинает гудеть, совпадения среди образцов всё никак не находятся… Объявив, что она сляжет прямо посреди лаборатории от нескончаемых файлов с камер городского видеонаблюдения и этих бессчётных коробок с буквально грязным бельём, если сейчас же не выпьет чашечку чая и не подкрепится чем-нибудь сладким, Жаровская со спокойной совестью удаляется в сторону буфета. Ещё и удивиться успевает, что Андрей, хоть и отобедавший совсем недавно, не увязывается следом за ней. Бросает вот только слегка ехидное:
— Чего, по дружку своему соскучилась? — но девушка, едва слышно прицокнув, решает ответом начальника не радовать.
Несколько месяцев в стенах ФЭС не проходят бесследно — Ломова Алиса застаёт ровно там, где и предполагала. С минимальными погрешностями если только — буквально-таки на пороге буфета, едва только успевшего занести ногу в святая святых.
— Привет, — развернувшись, тут же расплывается в довольной улыбке парень.
И пока нигде поблизости не появляется Галина Николаевна, всегда ратующая за образ серьёзной организации, или Власова, не терпящая телячьих нежностей у всех на виду, кто-нибудь из мужиков, не упустивший бы очередной возможности пусть и по-доброму, но всё же усмехнуться над милующейся молодёжью, или даже Валя, своей нежностью всё же прожёгшая бы в них дырку, Ломов действует. Решительно и наперёд зная, что сопротивления не получит. С чего бы Алисе выпутываться из его объятий да отказываться от поцелуя?
— Прости, я не перезвонила — думала, быстрее пересечься удастся, — пожимает плечиками Жаровская, утягивая избранника с прохода и заинтересованных взглядов.
— Я заходил, а в лабе пустота. Чёрный с лимоном?
— Угадал, — улыбаясь, кивает она, и уже тянется выставить на столешницу пару брендированных чашек. — Да мы с Андреем в гараже копались. У этого Зарюхина столько транспорта… Я это чёртово машинное масло, кажется, вечность потом с себя смывала! И, по-моему, оно всё же усилия мои превзошло, — отмечает с сомнением, чуть морщась и принюхиваясь к собственным рукам.
В пару шагов Ломов оказывается рядом, ловко перехватывает Алисины ладошки, отводя от её лица, заглядывает в тут же поднятые на него глаза и, с теплотой улыбнувшись, безо всяких принюхиваний и прочих проверок собственной уверенности, заключает:
— Ты просто нанюхалась, и тебя преследует этот запах. Сейчас цитрусом перебьём! — отмечает эксперт и, спешно коснувшись губами Алисиной щеки, за обещанным лимоном и удаляется.
Посетовав о том, что таки извели друзья-товарищи все ФЭСовские запасы мёда, Ломов разливает по чашкам кипяток, несказанно — и всё же на всякий случай с предельной осторожностью — радуется тому, что в кой-то веке в буфете можно побыть просто вдвоём, а следом устраивается на одном из стульев, с улыбкой наблюдая за тем, как Жаровская выставляет на стол пару вазочек — с пастилой и какими-то конфетами в цветастых фантиках.
— Толечка… — начинает Алиса с улыбкой, пройдясь ладошкой по его плечу — не то пылинки несуществующие смахивая, не то мелкие складки ровняя — и не спеша занять место рядом, — а ты ведь мне больше, чем друг?
Ловко развернувшись в её лёгких объятиях, парень с удовольствием растягивает губы в улыбке, оплетает руками Алисину талию, решительно и в то же время без принуждения притягивая девушку поближе к себе, и, как будто бы только ей одной отдавая стратегически-важное решение, объявляет:
— Надеюсь на это.
Светясь откуда-то изнутри, Алиса одаривает его лучезарной улыбкой. Оправив спавшие на лицо волосы, она осторожно выпархивает из сладостно-нежных объятий, обходит Толика, проскальзывая рукой по его спине, и, сопровождаемая вопросительно-тёплым взглядом, всё же занимает место рядом с прокрутившимся вокруг собственной оси избранником.
— Мне помощь твоя нужна.
— Выкладывай, — с готовностью кивает Ломов, привычно вытянувшись и будто бы приготовившись уже в следующую же секунду сорваться с места и броситься разбираться со всем миром ради неё. — Чем смогу… а не смогу — придумаем чего. Обязательно!
— Уверена, что сможешь, — без сомнения кивает Жаровская, рукой коснувшись его ладони. — Я просто немножко не рассчитала свои силы, — признаётся, как-то смущённо пожав плечами. — Понимаешь, у меня шкаф давно уже на ладан дышит. Ну, тот, который я предупреждала тебя не трогать, — напоминает девушка, будто бы на миг успев вернуться в первое их совместное утро.
— Это которому сто лет? Позавчера исполнилось, — смеётся парень, припоминая её же слова, и, конечно же, получает незамедлительный утвердительный кивок.
— Ну, вот я наконец решила разобраться с этим и заказала новый шкаф. И если я и смогу всё же собрать его в одиночку, то поднять уж точно не получится. Толь, я не говорю, что…
— Правильно сделала, что сказала, — не дав Жаровской продолжить чуть спутанную мысль, решительно заключает Толя. — И главное сразу, а не промучавшись сначала. Нечего одной шкафы тягать! Чего ты? — продолжает, подпустив побольше строгости. — Надорвёшься ведь. Не надо этого!
а потом ложки пропадают мешая честным трудягам к ночной смене готовиться.
— Куда это он? — проводив Игоря взглядом, любопытствует Жаровская, позволив себе сделать несколько шагов вглубь лаборатории без накидывания халата на плечи.
— За шаурмой! — не утаивает Толя, закатывая ящик с пробирками под стол. — Ты представляешь, битый час тут расписывал, какая она вкуснючая, и как давно он не наслаждался этим волшебством! Как будто это я виноват, что он выбрал отсматривать соцсети студентов-поваров, а они там каждое своё практическое занятие запечатляют со всех сторон, — делится парень, уже стягивая с себя халат. — Я готов!
— Отлично, — улыбнувшись, кивает Алиса. — Тогда поехали. И в магазин ещё по пути зайдём — вина купим.
Не так, чтобы Ломов оказывается против… даже вполне себе за — денёк был не самый простой, время ещё всё же не позднее, компания у них миниатюрно-уютная… и всё же он уточняет с наигранной серьёзностью и пробивающимся сквозь неё смешком:
— А ты думаешь, что без вина мы с инструкцией не справимся?
— Это не нам, а курице, — спокойно, почти что мимоходом отмечает Алиса, а Ломов тут же в непонимании хмурится и смотрит на возлюбленную так, будто она сейчас на полном серьёзе о плоскости Земли заявила или заикнулась о том, что дезоксирибонуклеиновая кислота теряет свою значимость в следственных действиях. Бред же!
— В смысле? — уточняет Толя, всё же надеясь, что после уймы проведённых исследований он попросту не до конца ещё переключился и что-то не так понял.
— Ну, в смысле курицу я у себя на балконе завела, — без малейшего намёка на усмешку и издевательство над не сводящим с неё глаз избранником, Жаровская как ни в чём не бывало принимается разъяснять ситуацию. Так спокойно ещё… впрочем, это объяснимо — не рядовое всё-таки событие, вечно возникающие одни и те же вопросы и уточнения… привыкла, в общем! — А что? Неплохое такое вложение. Затрат не так чтобы превеликое множество — зато и яйца свежие есть, и в мясе потом уверенной можно быть. Так вот, завела я, характеристики продавец хорошие давал, а она, зараза такая, алкашкой оказалась. Винца любит перед сном хлебнуть! Ты представляешь?! А не дам — орать будет, не заткнёшь.
Когда у Ломова глаза округляются уже до неприличности и достигают буквально-таки критических пределов, Алиса не то не выдерживает, не то сжаливается над парнем. Не чужой всё-таки Толя для неё человек. Звонко расхохотавшись, Жаровская спрашивает:
— Ты чего, серьёзно повёлся?! То-о-оля, — протягивает, в пару шагов оказавшись рядом и приободряюще оплетя руками его плечи. — Ну ты чего? Какая курица на балконе? Какое вино ей на ночь? Доверчивый ты мой, — с улыбкой и теплотой в голосе отмечает Алиса. — Пойдём уже.
— А вино? — осторожно уточняет Ломов, спустя пару шагов взметнув на подругу поспешный взгляд.
— Да просто курицу в вине с мёдом очень вкусно запекать, — на сей раз правдиво отзывается она в ответ. — Сам сегодня убедишься. Слушай, ну ты чего? Как можно было поверить в этот бред, который я несла? — беря Толю под руку и не скрывая веселья, спрашивает Жаровская. Тот в ответ лишь наигранно фыркает:
— Ничего я и не повёлся! Просто хотел досмотреть, как ты изображаешь серьёзного рассказчика, — уже не сдерживая улыбки, добавляет Ломов.
--
Налетев в дверях на Шустова, Алиса с трудом сдерживает улыбку. Ещё бы — бережно приобняв её, чтобы уж точно не свалилась от столкновения, Игорь делано ворчит и показательно хмурит брови, причитая что-то о том, что ходят тут всякие,--
На пороге Алисиной кухни Толик появляется с уже успевшей измяться подробнейшей инструкцией к шкафу, а ещё зачем-то с отвёрткой и разорванным мешочком с креплениями и всякими винтиками-заклёпками-держателями. Хорошо ещё стенку шкафа или уже распакованную полку с собой не тащит — так, просто. Показать там, спросить о высоте установки… и дело десятое, что устанавливать ещё негде. — Пока курица будет печься, думаю, уж с половиной сборки точно справимся, — отмечает Ломов. — Может, я пока начну, чтобы… — Нет, — почти что на полуслове обрывает избранника Жаровская. — Я тоже хочу поучаствовать. Когда ещё большой конструктор появится? Ты пока картошку лучше порежь. На дольки не очень большие. Противень в нижнем шкафчике у мойки. — Да, моя госпожа, — отзывается Толя, для большего поддержания роли ещё и поклонившись Алисе. Она улыбается, на него глядя, и противиться такому обращению совершенно не собирается. Не на людях ведь — чего стесняться? А Ломов тем временем продолжает своё импровизационное представление — оказавшись у подруги за спиной, он осторожно сжимает её ладошку, отнимая пальчики от ложки с мёдом, а когда через какой-то считанный миг разворачивает Алису к себе лицом, уже с совершенным удовольствием и не медля, касается губами её подслащённых подушечек пальцев. — Мы так не то, что шкаф не соберём, но и с ужином не справимся, — негромко говорит Жаровская. Но когда парень переводит на неё взгляд, не выпуская ладошки из руки, сама же тянется к нему с поцелуем.--
— Половина мая уже прошла, — отмечает Ломов, разрезая картофелину. — Может, на шашлыки вырвемся? — С нашими-то не совпадающими выходными? — Думаю, это вопрос решаемый, — отмечает парень каким-то слишком уж загадочным тоном. И пока Алиса не успевает резонные вопросы задать, сам продолжает: — Андрюха тут намекал, что в ближайшие пару недель — даже меньше — ему сменами нужно будет махнуться. Глядишь, как раз удачно у нас всё совпадёт. Но он пока точно не знает, — добавляет Ломов, разумно понимая, что сейчас это какая-то делёжка шкуры неубитого медведя получается, — всё зависит от того, на какую дату Оксанина мама билет возьмёт. Жаровская в ответ кивает. Мол, поживём — увидим, а загадывать пока что рано. А после задумывается, хорошенько решая взвесить собственное любопытство и тактичность, косится на избранника… и всё же не выдерживает: — Слушай, Толь, а правду говорят, что Холодов от жены к ней ушёл? — К Оксаниной маме? — решая поиздеваться, с плохо удерживаемой на лице серьёзностью переспрашивает парень. И буквально тут же получает несильный толчок в плечо и наполненное совершенным возмущением: — Да при чём тут мама?! Он правда из-за Оксаны жену бросил? — Брешут, — не сомневаясь и не задумываясь, на сей раз без растягивания времени отзывается Ломов. — Ты больше сплетен слушай, — «советует» он, на самом-то деле не ругая Алису. Понятное дело, что легко попрекать, когда больше знаешь, но некрасиво это как-то. Куда лучше знаниями поделиться. — От жены он в неизвестность ушёл. Практически в никуда, — разводит руками Толя и тут же добавляет: — но это ещё до моего появления в ФЭС было. Я уже с холостяком познакомился. А вот как между Андреем и Оксаной романтические отношения начали складываться… это всё на моих глазах происходило! Такие счастливые сразу… — улыбается Толя, мысленно в красках припоминая то время. — Почти как мы с тобой!
