Любит троицу

– Привет, друг дней моих суровых! Сядь, а то упадешь... Саша, у меня появился новый парень! Развалившись в кресле, Гоголь с телефоном в руках задумчиво накручивал косичку на палец. Как только он услышал ответ Пушкина, сразу же расхохотался во весь голос. – Нет, я не бросал Федора! Мы втроем… Как тройка лошадей! Образ лихо несущейся в снегах тройки так сильно понравился Николаю, что он на мгновение не вслушивался, что говорил ему друг. Но, резко опомнившись, он вернулся к главной нити разговора. – Нет, Саша, мы не как Володя, Лиля и Осип! – бросил Николай, поминая лихом «шведскую семью», о которой в среде общих знакомых ходили слухи и пересуды. – У них не отношения втроем, а вынужденный любовный треугольник! У нас все по-другому... В наших отношениях третий – не лишний! Лихо Николай закинул ноги на стол и еще сильнее откинулся на кресле. – Его зовут Сигма... Откуда ты знаешь?! Да, тот самый менеджер казино! Правда? Ты ему фальшивый паспорт делал? Я не знал про это! А почему польский? Гоголь узнал, что когда Сигма только присоединился к «Смерти Небожителей», Достоевский попросил подчиненного оформить ему фальшивые документы. Но вместо «Сигма-сан» Федор по ошибке отправил «Сигма-пан» – так Сигма и получил фальшивое польское гражданство. – Саша, ты же его видел! Как ты там говорил... Как гений чистой красоты! Прекрасен и душой, и телом. Краем глаза Николай посмотрел на дверь спальни, где безмятежно спал Сигма. – Конечно, мы придем в гости! Только непонятно пока, когда... Я уже соскучился по Наташе с твоими карапузами! Кстати, как они там? Дети Пушкина обожали Гоголя, а он был в восторге от маленьких копий закадычного друга. Он часто показывал им фокусы и приносил что-нибудь сладкое в качестве гостинцев. Никогда не приходил с пустыми руками! Иногда он приходил вместе с Достоевским. Отпрыски Пушкиных обожали, когда к ним в гости приходили «дядя Коля» и «дядя Федя», потому что у «дяди Феди» была «смешная шапка», а «дядя Коля» сам по себе был смешной (и, разумеется, без внимания не остались ни сапоги, ни цилиндр, ни косичка). – Ладно, что ты там хотел рассказать? – спросил Николай, услышав, что Пушкину пора идти. – Да ладно! Они думали, что приехала проверка и плясали перед ним на задних лапках, а это оказался вообще левый человек? Саш, это уморительная история!

***

Что может быть интимнее того, чтобы вдвоем катить тележку в супермаркете и вместе выбирать продукты? Сигма понял, что ничего. Идя с Гоголем по магазину, он то и дело поглядывал на людей, которые тоже пришли парами. Даже в бытовых вещах Николай был в своем репертуаре – дурачился, изображая крысу, складывая в тележку сыр для Федора и кудахтал в мясном отделе. Руки Гоголя то и дело складывали к продуктам всякие мелочи – конфеты, батончики и жвачки. – Кажется, по списку все купили... – объявил Сигма, пробежавшись глазами по заметке в телефоне. – Осталась бытовая химия! Список всего необходимого Сигма составил за минуту, а купил – за пятнадцать. – Неудивительно, что казино процветает... С таким-то менеджером! – Скажешь тоже… – смущенно отмахнулся Сигма. Ему часто говорили комплименты его работе и подчиненные, и клиенты, и даже конкуренты. Но оценка Гоголя и Достоевского была для Сигмы первостепенной. – Просто я люблю порядок. – В этом вы с Дос-куном похожи, – бросил Николай, по пути бросив в тележку еще пару упаковок со сладостями. – Оба помешанные на контроле педанты! Это не мое... Мне больше нравятся спонтанность и хаос! В подтверждение своих слов Гоголь взял из тележки четыре апельсина и ни с того ни с сего... Начал ими жонглировать! Покупатели, ставшие невольными свидетелями, восторженно зааплодировали и Сигма к ним присоединился. Благодарно поклонившись несколько раз, Николай вернул фрукты на место. Даже в хаосе есть порядок. И в порядке – хаос. – Николай... – позвал его Сигма, завернув в отдел бытовой химии. – Как вы с Федором делите обязанности? – Да все по очереди, – хмыкнул Гоголь. – Кроме готовки. Непроизвольно Николай поморщился – неприхотливость Федора в пище казалось ему дикой. Еда Достоевского казалась ему настолько постной и безвкусной, что он бы даже врагу такого не пожелал. И как он прожил столько лет на таких харчах? – Я очень люблю готовить... Но вот все остальное терпеть не могу! Поэтому всем остальным занимается Дос-кун. Сигме было сложно представить Федора за уборкой или стиркой. Или глажкой (хотя с утюгом в руке он представлял его поразительно легко). Не глядя, Гоголь положил в тележку упаковку стирального порошка и поехал дальше, но Сигма резко его остановил. – Николай, возьми вторую, – подсказал ему Сигма и кивнул на плакат с акцией «два по цене одного». Вот кто-кто, а Сигма всегда думал о целесообразности и выгоде! – Два по цене одного, Сигма-кун? – шепотом спросил Николай с хитрой улыбкой. – Мы с Дос-куном для тебя тоже шли в комплекте... Кстати, этот порошок отлично отстирывает пятна крови! О, Сигма прекрасно знал, каким способом Гоголь это выяснил! Думать об убийствах ему вовсе не хотелось, потому он решил вернуть прежнюю нить разговора. – А как мы будем делить обязанности? – Сигма-кун, оглянись вокруг! – воскликнул Николай, раскинув руки в стороны. – Посмотри, как быстро ты все организовал! Прошло всего пятнадцать минут, а мы уже закупились на неделю! Мы бы с Федором никогда так быстро не управились! – Мне было несложно, – улыбнулся Сигма. И впрямь, удачно все сложилось. Легким движением руки они повернули тележку и проехали на кассу. Не глядя Гоголь приложил банковскую карту – Сигма подумал, что, должно быть, с такой легкостью он тратил деньги Достоевского. – Ты ведь подумал, что я трачу деньги Дос-куна? Сигма обомлел. Насколько он знал, чтение мыслей не входило в список способностей Николая. Но теперь начал в этом сомневаться! – Не… Да. – Да у тебя на лице все написано, – рассмеялся Гоголь. – У нас с Дос-куном общий счет. Да, большая часть и правда деньги Федора.... Но и моя часть там тоже есть! К своему стыду, Сигма даже ни разу не задумывался над денежной стороной их начавшегося совместного проживания. А общий счет – это почти юридическое закрепление их отношений. Осталось только оформить друг на друг доверенность и переписать завещание... Хотя Сигма понятия не имел, есть ли оно у бессмертного Федора вообще! – А я бы мог… Тоже делать вклад в общий счет? – Конечно, Сигма-кун! Сигма подумал – теперь они точно партнеры. Партнеры по преступлениям... Злостные террористы завели себе совместный счет, чтобы покупать авокадо по акции! Нагрузившись пакетами, они медленно вышли из супермаркета. Внезапно глаз Николая за что-то зацепился и он заметно оживился. – Сигма-кун, пожалуйста, давай прокатимся в тележке! – Мы же не дети, Николай. – Ну, пожалуйста, давай хотя бы попробуем! Это весело! Как можно отказать этому просящему щенячьему взгляду? Вздохнув, Сигма поставил пакеты на землю и прикатил к Гоголю тележку, в которую тот с радостным визгом плюхнулся. Сначала не понимая, что Николай в этом нашел, Сигма прокатил его не слишком быстро. Но затем он вошел во вкус и побежал с такой скоростью, как будто всю жизнь этим занимался. Разогнавшись, Сигма запрыгнул на подставку, пока Гоголь радостно заулюлюкал и замахал руками. – Ву-ху-у-у! Не удержав баланс, Сигма рухнул в тележку прямо на Николая, из-за чего они постепенно начали сбавлять скорость. Завалившись друг на друга, они не могли остановиться смеяться. – Николай… – Да, дорогуша? – Как нам теперь отсюда вылезти?