Любит троицу

Едва сестры Гоголя улетели своим рейсом, Николай сразу же вернулся в колею свадебных приготовлений. До торжества оставалось всего ничего! А подготовить нужно многое. – Мы точно пришли туда, куда надо? – Сигма-кун, я тебя уверяю – это то, что нам нужно! Местный колумбийский ЛГБТ-центр встретил Гоголя и Сигму буйством красок – повсюду висели радужные флаги, а ярко одетые юноши и девушки переговаривались друг с другом на разных языках. – Буэнос диас, кто-нибудь говорит по-английски? – спросил Николай, вальяжно облокотившись об информационную стойку. Перед ними материализовался смуглый парень с длинными черными волосами и с сигаретой в зубах. Молодой человек увидел надпись «Be Gay Do Crime» на футболке Гоголя и от души рассмеялся. Почему-то Сигма почувствовал, что он точно сможет им помочь. – Меня зовут Хорхе, – широко улыбнувшись, представился юноша. – Чем могу помочь? – Очень приятно, – отозвался Сигма, протянув руку. – Меня зовут Сигма. – Николай. Все трое пожали друг другу руки. – Нам нужна помощь по крайне специфическому вопросу… – Что ж, у нас здесь только такими и занимаются. – Нам нужно найти священника. – Не проблема, – с энтузиазмом ответил мужчина. – У нас полно священников, готовых обвенчать однополые пары. Хорхе даже не представлял масштабов будущей задачи! – Все дело в том... – начал Сигма. – Мы в Колумбии, потому что здесь разрешены полигамные гей-браки. Сказать, что мужчина был в шоке – ничего не сказать. Ему нужно было время, чтобы переварить все, что он только что услышал, и соединить все части пазла воедино. – И вы все втроем верующие? – Нет-нет, – возразил Сигма. – Только наш... Партнер. – Получается, что вы оба атеисты? – Я не исповедую никакую религию, но мне близок синтоизм... – Я, скорее, агностик, – хмыкнул Гоголь. – Кто его знает, как там на самом деле? Национальные (да и расовые) различия тоже не прошли мимо внимательного взора мужчины. – Откуда вы родом? – Я – украинец, Сигма-кун – японец, а наш партнер – русский. Задумавшись, Хорхе затянулся сигаретой так сильно, словно хотел выкурить ее целиком за раз. – Давайте суммируем… То есть вы интернациональная полиаморная гей-триада с тремя разными религиозными воззрениями? Охренеть… Вас как будто на «Netflix» придумали. Так, допустим. К какой конфессии… – Ортодоксальное христианство. Одним фактом своего существования трио сводило мужчину с ума. – Мы понимаем, что Вы никогда с таким не сталкивались… – Ох, в этом можете не сомневаться! Я поспрашиваю, но ничего обещать не могу.

***

Спустя всего пару дней телефон Николая раздался радостной трелью. – Я нашел вам священника! – даже не поздоровавшись, выпалил Хорхе. – Лютеранин. Очень прогрессивный. Но есть один минус... Кажется, он немного не в себе. – То, что надо.

***

– Уже завтра... В вечер перед торжеством Гоголь, Достоевский и Сигма сидели на веранде колумбийского ресторана и наблюдали за вечерним городом. Переглянувшись между собой, Николай и Федор кивнули друг другу. Пора. – Сигма-кун, мы тут с Дос-куном посовещались… – начал Гоголь, засунув руку в нагрудный карман. – И решили подарить тебе вот это. Через стол Николай передал Сигме маленький прямоугольный сверток, перевязанный бантиком. – Еще один подарок? Что вы, не стоило… – Давай, Сигма-кун, открывай! Раскрыв упаковку, Сигма увидел красный колумбийский паспорт. Еще один? Снова этот цвет. Все его паспорта были красными – и японский, и польский, который Пушкин сделал ему по ошибке. Пролистнув пару страниц, Сигма на эмоциях закрыл рот рукой, чтобы не ахнуть от удивления слишком громко. То, что он держал в руках – дороже любой драгоценности. – Вы правда?... – начал Сигма, но остановился, потому что слезы подступали к его глазам. – Я даже не знаю, как вас за это благодарить... – Это меньшее, что мы могли для тебя сделать. Словами выразить всю глубину своей благодарности Сигма никогда бы не смог. – Спасибо вам… – Не за что, мистер Гоголь-Достоевский.