Неравный брак. Юпитер.

      По пути в тронный зал, где ее ждала встреча с женихом, Мелита изо всех сил старалась придать лицу отрешенное и равнодушное выражение, приличествующее принцессе, но судя по исполненным  тревоги взглядам, которые бросала на нее Дафна, выходило скверно. Лита уже не раз жалела, что природа не наделила ее ни холодной рассудительностью Амелии, ни обаятельной непосредственностью Минории, которые могли в любой ситуации без труда «держать лицо». Ей, как Рейане и Серенити, было свойственно куда более прямое выражение своих эмоций. Приблизившись к массивным дверям, ведущим в тронный зал, Мелита мрачно подумала, что, пожалуй, совет матушки опустить взгляд вниз и слегка склонить голову, как благовоспитанная девица, не лишен смысла – в этом случае жених хотя бы не заметит, как ее глаза сверкают от ярости. Припугнуть его было бы неплохо, но вызывать недовольство короля Лите не хотелось.       Двери распахнулись и Мелита, в сопровождении стайки фрейлин, которых она начала воспринимать как конвой, вошла в зал и заняла свое место рядом с королевой.       Ее нареченный был уже здесь и сейчас с самым почтительным видом стоял перед королем Герионом. Ее будущим мужем должен был стать этнарх Ио – Орион. Он происходил из древнего юпитерианского рода, мудро правившего от имени короля на Ио на протяжении нескольких поколений и не раз доказавшего свою преданность. Самого Ориона ей доводилось несколько раз видеть на балах, но кроме светских сплетен, Лита мало что о нем знала. Орион любил женщин, сорил деньгами, обожал шумные пиры и охоту, не раз участвовал в дуэлях – то есть обладал всеми доблестями, что так ценил Герион.       Внешность Ориона завоевала ему расположение многих юпитерианских дам – его отличали густые черные волосы, аккуратная борода, как дань моде, царившей при дворе, синие глаза и воинская выправка. Хотя, Лите помнилось, что он был несколько ниже ростом…       - Ваше высочество, - приветствовал ее Орион неожиданно приятным голосом.       Мелита ответила коротким кивком. К счастью, от нее никто и не ждал, что она начнет расточать ему любезности.       - Ваше высочество, позвольте принести вам и вашей семье эти скромные свадебные подарки, - Орион жестом указал на сундуки, которые внесли слуги. Мужчина начал откидывать их крышки одну за другой и в тронном зале раздался едва слышный восхищенный шепот придворных.       Свадебные подарки невесте были традицией и их количество и стоимость обычно определялось знатностью и богатством жениха. Семья Ориона хоть и была достаточно богата, но все же значительно уступала королевской, поэтому никто не ожидал от него чего-то особенного, однако ему удалось удивить весь двор и даже свою невесту.       - И откуда на Ио такая роскошь? – восхищенно пробормотал Аякс.       Лита бросила короткий взгляд на брата. Аякс был вторым и, пожалуй, самым любимым из детей Гериона, воплощая в себе идеал юпитерианского воина и мужчины. Брат был силен как бык, безрассудно смел и по-змеиному ловок в бою. Его обожали при дворе и в столице, молодые дворяне мечтали попасть в его свиту, а юпитерианские девы, от аристократок до простолюдинок видели в нем своего героя. Королева души не чаяла в сыне, а король сквозь пальцы смотрел на многочисленные кутежи и огромные траты, считая, что так и подобает себя вести молодому мужчине и наследному принцу. И хотя официального объявления не было, все знали, кого Герион считает своим наследником и преемником на троне.       Несмотря на искусно созданный и поддерживаемый образ храброго и прямодушного воина, Мелита хороша знала, что Аякс хитер и расчетлив. Брат умело очаровывал сторонников и искусно плел интриги против тех, в ком видел угрозу. Включая собственных братьев и сестру. Впрочем, сейчас он уже не считал Мелиту хоть сколько-нибудь опасной. Скорая свадьба должна была окончательно решить вопрос о статусе наследника в его пользу. Так что Аякс мог позволить себе быть слегка снисходительнее и любезнее чем обычно.       - Смотри-ка, как твой жених расстарался, - усмехнулся Аякс. – Из кожи вон лезет, чтобы выслужиться перед нашей семьей. Правда для дядюшки Агамеда больше бы подошла в качестве подарка новая тросточка, ты так не считаешь?       Мелите пришлось стиснуть зубы и призвать на помощь все свое самообладание, чтобы прямо в тронном зале не разбить брату нос. Агамед по сути заменил ей отца, которого она разочаровала самим фактом своего появления на свет вне очереди. Дядя был с ней неизменно добр и всегда находил время для игр или прогулок. Когда Мелита стала старше, он сам занялся ее обучением, отбирая учителей и определяя, что ей следует изучать. Именно благодаря Агамеду Мелита училась владеть оружием у лучших юпитерианских воинов, тактике и стратегии ее обучал он сам.       Агамед был умен, превосходно образован, прекрасно воспитан и пользовался большим уважением во всем Альянсе, но на Юпитере, при дворе собственного брата, где больше всего ценилась грубая физическая сила, он неизменно терпел глупые и злые, исполненные насмешки, уколы короля, который не упускал случая напомнить брату о его увечье. Аякс, который с самого детства во всем подражал отцу и старался получить его одобрение, быстро перенял эту привычку.       Но кое в чем Аякс был прав, Орион, вопреки традиции, приготовил подарки не только для невесты, но и для каждого члена королевской семьи: Агамеду он преподнес редкие свитки, королеве досталось изумительной красоты жемчужное ожерелье, королю золотая чаша для пиров, Аякс получил в подарок лук искусной работы (хотя Мелита не без легкого злорадства отметила, что брат был весьма посредственным стрелком), еще двум братьям –Телемаху и Гипериону, жених преподнес мечи, чьи ножны были богато украшены драгоценными камнями. Не забыл Орион и самого младшего из королевских сыновей – Иолаю достался короткий кинжал, который мальчик рассматривал, не скрывая восторга. Дары для этнараха Ио и правда были слишком роскошными.       - Ваше высочество, этот подарок для вас, - с этими словами Орион протянул Мелите маленькую скромную шкатулку.       Лита, несколько растерявшись, приняла подношение. Шкатулка была деревянной, очень простой, лишенной всяких украшений, и резко контрастировала с роскошными подарками для остальных членов королевской семьи. Но стоило ей открыть крышку, как Мелита восхищенно ахнула – внутри оказались серьги дивной красоты. Каждая из них была выполнена в форме небольшой розы и изготовлена с таким мастерством, что создавала полную иллюзию будто это живой цветок. Если присмотреться, то на нежных лепестках можно было рассмотреть едва заметные прожилки и застывшие капельки бриллиантовой росы.       - Благодарю вас, господин Орион, - тихо произнесла Лита, подняв взгляд на жениха.  – Они прекрасны.       - Я рад, что сумел вас порадовать, принцесса, - ответил Орион, слегка поклонившись.       Странно, этнарх Ио запомнился ей как шумный и неотесанный тип, не брезгующий сальными шутками и сомнительными комплиментами для дам, но сегодня его словно подменили. На смену грубости пришли изящные манеры и умение держать себя. Сейчас Лита могла получше рассмотреть своего нареченного. Орион был без сомнений привлекательным мужчиной: скуластое выразительное лицо, полные губы, на которых играла легкая усмешка, умные и внимательные синие глаза. Несмотря на то, что он был в два раза старше Мелиты, она не могла не признать, что этнарх не зря пользовался таким успехом у придворных дам. Однако что-то в его облике оставляло ощущение чего-то неправильного, словно, элемент в мозаике, занимающий не свое место.       Мелита благожелательно улыбнулась жениху, чем, кажется, привела его в замешательство. Что ж, он прибыл ко двору специально, чтобы до свадьбы суметь узнать ее получше, так почему бы не предоставить ему такую возможность и дать насладиться ее обществом в полной мере.

***

      Оказавшись, наконец, в одиночестве, мужчина, которого все принимали за Ориона, облегченно выдохнул. Что ж, пока все идет по плану, но расслабляться нельзя. Мужчина подошел к зеркалу, в отражении которого, хмурый лорд Нефрит покачал головой. Амелия предупредила его, что стоит опасаться зеркал и любых других отражающих поверхностей, а в остальном на чары медальона можно положиться, все окружающие будут видеть в нем этнарха Ио, но все равно ощущение было странное.       Но куда больше его беспокоило то, что происходило при королевском дворе Юпитера. Даже без рассказов принцесс, было видно, что Аякс не самый приятный тип, в то же время пользующийся бесконечным доверием короля. Мелита же была не похожа сама на себя: во время их встреч на балах, в окружении подруг она всегда была веселой, уверенной и полной жизни, здесь же, при дворе собственного отца, казалась подавленной и скованной. Видеть Литу такой было больно.       Нефриту хотелось открыться ей, успокоить, заверить, что он поможет, но риск был слишком велик и потому придется следовать плану и изображать Ориона. Лорд вздохнул и, отвернувшись от зеркала, решил осмотреться. Что ж, жаловаться ему было не на что, покои были роскошными. Всюду сверкала позолота, стену украшали гобелены со сценами охоты и пиров, огромная кровать под изумрудно-зеленым балдахином манила отдохнуть, а хрустальный графин был наполнен превосходным венерианским вином.       - Может Герион и не самый лучший король, но в отсутствии гостеприимства его не упрекнешь, -пробормотал Нефрит, сделав глоток.       В то же мгновение раздался стук, двери покоев распахнулись и на пороге показалась хорошенькая служанка.       - Господин, - девушка поклонилась, так что Нефрит имел возможность оценить весьма женственную фигуру, - могу я вам чем-нибудь помочь? Подать ужин? Или, может быть, прикажете приготовить ванную?       - Да, пожалуй, ванна была бы кстати - нарочито бодро ответил Нефрит, не вполне уверенный, что эта милая девушка не является подосланной шпионкой.       Девушка отправилась в ванную комнату и, через некоторое время, оттуда вновь донесся ее голос:       - Все готово, господин.       Когда Нефрит вошел, его ждала большая ванная, наполненная горячей водой, от которой шел легкий пар и доносились ароматы масел и каких-то притираний. Служанка стояла чуть в стороне, но, взглянув на нее, Нефрит едва не убежал назад в комнату. Девушка сняла верхнюю блузку и осталась в одной нижней тонкой сорочке, которая только подчеркивала соблазнительность ее изгибов.       - Господин, позвольте вам помочь…       - Нет! – решительно воспротивился Нефрит. – Спасибо, но я справлюсь сам! Не хочу вас утруждать, - с этими словами, Нефрит аккуратно подхватил под локоток опешившую девицу и, деликатно, но настойчиво выставил за дверь вместе с вещами. Нет, Орион, конечно, предупредил его о своей любвеобильности и соответствующей репутации, но всему же должен быть предел!       Возможно, такая нехарактерная для него сдержанность покажется подозрительной, но с другой стороны, готовиться к свадьбе с принцессой и затевать сомнительную интрижку со служанкой тоже не выглядит верхом благоразумия. Всегда можно сослаться на то, что он решил, будто это такая проверка и захотел проявить себя с лучшей стороны. Если конечно вообще это было спланировано, а не глупая служанка по собственной воле попыталась его соблазнить.       Нефрит устало потер глаза. Да, вот так и становятся параноиками. Скажи ему кто, еще две недели назад, что он сам будет шарахаться от хорошенькой девушки, ни за что бы не поверил! Но если он хочет помочь Лите, то придется держать баланс. Слишком уж высоки были ставки.

***

      Как только официальная часть была закончена, Лита поспешно ускользнула в сад, надеясь побыть в тишине и спокойно поразмыслить. Следом за ней отправилась Дафна, но против ее компании Мелита не имела возражений – из всех фрейлин ее матери она была самой скромной и мягкой, никогда не интересовалась светскими сплетнями и не пыталась шпионить за ней, донося королеве о любых нарушениях этикета.       Углубляясь все дальше в сад, Мелита наконец дошла до своего любимого места. Здесь рос старый раскидистый дуб, на котором она нередко пряталась от учителей или, когда просто хотела побыть в одиночестве. Вот и сейчас, сбросив туфли и подобрав юбки, Лита ловко взобралась наверх и устроилась на крепкой ветке, надежно скрытая листвой.       - Ох, ваше высочество… -только горестно вздохнула Дафна, впрочем не пытаясь убедить ее спуститься. Фрейлина была достаточно умна и хорошо знала характер принцессы, чтобы знать, что это бесполезно.       Прислонившись к стволу, Лита устало прикрыла глаза и на несколько секунд постаралась выбросить все мысли из головы: она прислушалась к беззаботному пению птиц, шелесту ветра в ветвях и на несколько мгновений ощутила себя свободной. С самого детства она находила убежище на этом дубе, который уже тогда был огромен. Именно сюда она прибежала в тот день, когда впервые по-настоящему осознала, что никогда не сможет добиться от отца той же доли любви, что получают братья и именно здесь Агамед рассказал ей почему.       Мелита, обдирая руки и ломая ногти, упрямо карабкалась вверх, не обращая внимания на крики служанок, которых отправили ее искать. Закусив губу, она упрямо поднималась все выше, пока, наконец, не добралась до широкой ветки, на которой можно было устроиться, не боясь соскользнуть вниз. И только здесь, устало привалившись к стволу, она позволила себе разрыдаться.       Сегодня они в очередной раз подрались с Аяксом и, несмотря на то, что брат уже обогнал ее в росте и силе, ей в этот раз все же удалось взять над ним верх. Довольная победой, она собиралась оттащить заносчивого братца через весь дворец к дядюшке, чтобы Аякс перед ним извинился за свои мерзкие шуточки и ехидные подначки. С тех пор как отец стал все больше выделять его и называть будущим королем, брат стал еще невыносимее, чем прежде. Но когда она волокла его через двор, на глазах у всех слуг, кто-то поспешил доложить обо всем королю.       Она не успела дойти до кабинета Агамеда, как встретила в коридоре разъяренного Гериона.       - Отпусти принца, сейчас же, - холодно приказал отец.       - Но он же…       - Это приказ твоего короля, - Герион всегда был вспыльчив и криклив и оттого эта тихая ледяная злость испугала Мелиту до дрожи. Она покорно отпустила Аякса.       - А теперь проси у принца прощения, -продолжил король.       - Нет! – вскинулась Лита. – Ведь он же…       - Хватит! – наконец не выдержав, рявкнул Герион. – Мне не важно, что он сделал! Ты не смеешь так обращаться со своим братом и твоим будущим королем! Проси прощения или следующие полгода проведешь на Ганимеде!       Мелита потрясенно отшатнулась: на Ганимед отправляли в ссылку особо провинившихся аристократов. Хуже была только ссылка на Каллисто, где держали государственных преступников.       Повернувшись к брату, Мелита бесцветным голосом произнесла:       - Прошу меня простить, ваше высочество.       - Иди, - не дожидаясь ответа Аякса, велел король.       Развернувшись Лита побрела прочь. Она словно погрузилась в какое-то оцепенение, краем сознания отмечая доносившееся до нее крики отца, который отчитывал Аякса за то, что тот показал себя слабаком и позволил себя скрутить.       Придя в себя, Лита поняла, что оказалась в королевском саду и, пока ее никто не увидел, бросилась со всех ног к любимому дереву в поисках защиты и уединения. Здесь ее и нашел Агамед.       - Лита, я был бы тебе очень благодарен, если бы ты спустилась. Говорить с тобой, запрокинув голову, немного неудобно.       Через несколько мгновений зашуршала листва и Лита, ловко спрыгнув, приземлилась рядом с дядей.       - Как ты узнал, что я здесь?       - Это мой долг при дворе твоего отца – все знать, - просто ответил Агамед.       - Почему он меня ненавидит? Что я сделала не так?       Агамед вздохнул и Мелита подумала, что сейчас дядя начнет ее убеждать, что это не так, что она ошибается, но его ответ ее удивил.       - Не всегда отношение людей к нам определяют наши поступки. Герион не ненавидит тебя, а боится.       - Меня? –Лита так изумилась, что даже забыла о слезах, которые продолжала вытирать украдкой.       - Ты помнишь, с чего начиналось правление твоего отца? – вместо ответа спросил Агамед.       Мелита задумалась на некоторое время, а потом нерешительно протянула:       - Я не понима… Или ты говоришь про мятеж амазонок?       О мятеже Лита знала не так много: старшая сестра Гериона Ипполита подняла мятеж против собственного брата в попытке захватить трон. Ее поддержали амазонки, безоговорочно преданные лично ей, как командующей, а также многие влиятельные семьи. Королевство фактически раскололось надвое. Все это пришлось на ранние годы Мелиты, так что она ничего из тех событий помнить не могла. Впрочем, ей рассказывали, что однажды дошло до того, что амазонки осадили замок, где в это время скрывалась королева с детьми, но к счастью, своевременное прибытие войск ее отца их спасло.       - Да, я имею в виду мятеж Ипполиты, – подтвердил Агамед, после чего, неловко поднявшись, он протянул руку племяннице и предложил: - Идем, я хочу кое-что тебе показать.       Но Лита упрямо замотала головой. Ей становилось невыносимо при одной мысли о том, что придется идти через весь двор и по коридорам дворца с заплаканным лицом и побитым видом. Слишком много унижений для одного дня.       - Лита, ты не сможешь здесь прятаться вечно.       - Не могу, - согласилась Лита, - но могу отправиться к Серенити или к кому-нибудь из девочек…       - Нет, не можешь, - голос Агамеда вдруг утратил мягкость и в нем послышались стальные нотки. – Юпитер- твой дом, твое королевство. Неужели ты позволишь одному малолетнему мерзавцу и моему брату, выгнать тебя из собственного королевства? Позволишь так просто запугать себя?       Скажи ей это кто-нибудь другой, Мелита бы только огрызнулась, но дядя был тем человеком, чьим мнением она бесконечно дорожила. Кроме того, уж кто-кто, а Агамед на собственном горьком опыте знал, что такое многие годы сносить насмешки и пренебрежение брата и его многочисленных придворных прихлебателей.       Лита приняла протянутую руку и поднялась на ноги. Достав платок, Агамед словно маленькой, утер ей лицо от слез.       - Вот, так–то лучше, - улыбнулся он. – Теперь идем.       Лита отправилась следом за дядей, гордо вскинув подбородок  и расправив плечами.       Проходя через двор и шагая по галереям дворца, она упрямо держала голову и не обращала внимания на любопытные взгляды слуг и придворных, брошенные украдкой. Но стоило ей оказаться за надежными дверями дядюшкиного кабинета, как она облегченно выдохнула.       Агамед подошел к письменному столу и, выдвинув ящик, начал что-то искать. Спустя несколько мгновений он протянул удивленной Лите миниатюру на которой была изображена прекрасная девушка с надменным взглядом и лукавой улыбкой.       В ответ на вопросительный взгляд племянницы, Агамед пояснил:       - Это Ипполита. Пожалуй, едва ли не единственное ее изображение, которое уцелело. Все остальные Герион либо приказал уничтожить, либо убрать подальше с глаз долой.       - Но, я все равно не понимаю, - нахмурилась Мелита, продолжая рассматривать портрет, - причем здесь я?       - Вы похожи, -просто ответил Агамед. – Не только внешне, хотя сходство определенно есть и с годами, я думаю, оно усилится. Похожи ваши характеры. Ипполита тоже любила свободу и нередко позволяла себе пренебрегать скучным дворцовым этикетом и правилами. Она старше нас, и если бы она была воином Юпитера, то смогла бы наследовать трон. Но когда стало понятно, что силы у нее нет, родители, чтобы залечить ее уязвленное самолюбие, сделали ее генералом амазонок.       - Герион очень ее любил, - после паузы тихо продолжил Агамед. – Ни одной женщиной он так не восхищался. Он гордился ею и стремился подражать. Тем больнее для него стало ее предательство.       - Но я ведь не она, - с горечью и  отчаянием прошептала Мелита.       - Я знаю, - мягко ответил Агамед, обняв девочку, - но люди не всегда поступают логично, тем более, когда боятся. А твой отец видит в тебе ее воплощение и больше всего боится, что эта история повторится вновь.       - А что стало с Ипполитой после мятежа? – спросила Лита.       - Ее отправили на Каллисто в пожизненную ссылку, -ровным тоном ответил Агамед.