Эхо далёкого берега

—Полагаю, Вы вдоволь насладились этим спектаклем. Они снова в капитанской каюте. Авантюрин отмечает, что фигура Рацио появляется в ней слишком часто. Заканчивается это обычно плохо. И не без помощи капитана: он то и дело идёт на провокации. Это всё просто сублимация. —Док, разве это был не твой план? — Капитан лениво потянулся в кресле. Аристократ не захотел садиться. —Но чья инициатива? — Учёный исправил. — Ваше поведение во время бури, еле заметная подготовка корабля к шторму, тайные указания команде, уклон от курса. Мне стоит продолжать список? Авантюрин подпёр подбородок ладонью, скучно водя пальцами другой руки по золотистым узорам на одежде. —Это всё, конечно, увлекательно, но док, — Он вновь взглянул на него, — Напомню, что план придумал ты. Как и наличие проверки. Рацио скрестил руки. —Нет. —Нет? — Тот улыбнулся. —Вы относились ко мне с подозрением. К тому же пиратам ещё в начале не понравилось, что меня "не испытали". Она была лишь вопросом времени. Авантюрин развёл руки в стороны. —Ты не член команды, так что это не обязательно. Ты лишь пассажир. Достаточно того, что ты не идёшь на конфликт и не приносишь неприятности, а остальное уже за мной. Воцарилась тишина. Учёный склонил голову набок: —Поэтому я здесь. —О, да? А мне казалось, что ты всё же хотел исправить оценку. Рацио делает шаг ближе и, не сводя глаз с блондина, уже почти родной интонацией высказывает свои наблюдения: —Извольте, картёжник, изъяснить точно свои намерения, сэкономив заодно мне время. Проверка и впрямь не нужна, тем не менее, я знал, что в итоге Вы её проведёте. —Ого, почему же? —Первый аспект. Сравним истину с ложью. Для начала поделитесь, почему Вы её провели и что Вы искали среди моих вещей. Пират уже не так расслаблен, как прежде, но он умело скрывал этот факт. Сейчас стоит быть осторожным. Он усмехается: —Ты рылся в моих, я рылся в твоих: теперь мы в расчёте. — Рацио скептически поднимает бровь, но Авантюрин будто не замечает. — Ты ищешь смысл там, где его нет. —Вы не ответили на первый вопрос. —Ах да, — он откинулся на спинку кресла, — впрочем, ответ такой же. Мне захотелось увидеть твою реакцию, только и всего. Нужно было дать тебе этот чёртов лист лично. Какова потеря, а? Прежде чем Рацио успел открыть рот, Авантюрин продолжил: —Тебе ли жаловаться? Этот план выгоден больше тебе, нежели мне. Для меня приятный бонус: я увидел тебя в действии, прочитал твой план и теперь могу строить прогнозы. —Знаете, почему я знал, что, несмотря на вышесказанное, Вы всё же проведёте её? —Удиви меня. —Сейчас Вы лгали мне. Авантюрин не меняется в лице. Вместо удивления или оправданий, он высказывает разочарование: —Думал, ты профессиональнее. Док, сейчас я так и не услышал причину, а только получил обвинение. Рацио не ведётся. —В начале плавания намеренно избегаете меня и игнорируете моё присутствие. Из-за этого при мне команда ведёт себя как обычно: без страха перед Вами. После Вы "невзначай" делаете меня лекарем, хотя я был бы полезнее в других областях. И последнее: из всех возможных проверок Вы выбрали ту, в которой мне придётся спасать жизнь Бутхилла — одновременно того, кого все уважают и того, кто относится ко мне с бо́льшим подозрением... Улыбка у Авантюрина натянутая, но он не перебивает. —...Мотивация всех трёх случаев: команда начнёт ко мне относиться сверхположительно, несмотря на мое происхождение и стиль жизни. Однако к чему такие рискованные действия, если в откровенной дружбе с пиратами я не заинтересован, а оставаться на этом корабле после миссии не планирую? И не думайте лгать мне "искренними побуждениями". Вы — тот, кто в этом океане заинтересован в выгоде больше всех. Так и скажите — хотите подкупить меня? Авгин выдерживает паузу. Должно быть, он и правда недооценил доктора. А как тот всё разложил по полочкам! Оказывается, он умеет не только уравнения решать. Он почувствовал, как в груди поднимается волнение — не тревожное, а возбуждённое, то самое, когда на кону стоит что-то важное. Любимое ощущение в игорных домах и во время погонь. Скуку будто рукой сняло, и он подаётся вперёд, ловя волну интереса. —Ха-ха-ха, Рацио! — Капитан всё же встаёт, — Разве мы не напарники? Как думаешь, почему вместо ответственного Опала и дипломатичной Топаз отправили пирата? Профессор мнётся и не решается гадать: —Без понятия. Хотя разница в их росте была заметной, Авантюрина это не смущало. Его аура и уверенность в собственном превосходстве не позволяли считать его человеком второго плана. —Так я скажу. Я — пропуск к переговорам. Ставка неприлично большая, вероятность выигрыша маленькая. Необходим кто-то особенно удачливый, тот, кто пойдёт ва-банк ради победы. Нет возможности повернуть назад. Всё или ничего. —Вы... — тон Веритаса становится резким, — снова говорите об удаче, которой не существует. Признайте свои достоинства и недостатки, не прикрываясь вероятностями. Капитан сокращает расстояние между ними, а тот машинально делает шаг назад. Украшения издают насмешливый звон. —Отвечая на твой вопрос, скажу — это инвестиция. Я надеялся, что ты оценишь вклад, который я внёс ради твоего спокойного пребывания тут. — Аристократ стоит на месте, не желая показывать, что контроль постепенно рушится, — Рацио, все вокруг используют. Я использую тебя ради миссии, ты меня — ради возвращения к своей нормальной учёной жизни. Я не веду дела в убыток. Надеюсь, ты не разочаруешь меня. Рацио подозрительно щурится. Неужели такая огромная организация, как КММ, также свято верила в цепочку следствий? Рацио знал, как это работает: всё завязано на простых случайностях, но люди так любят вешать ярлыки и переоценивать обстоятельства, думая, что достаточно умны для объяснения неизведанного. Неужели перед ним взрослый человек? Авантюрин догадывается о мыслях человека напротив. Рацио чеканит слова холодным тоном: —Вы ожидали, что Я доверюсь Вам? Будто из ниоткуда появляется револьвер и блондин умело вытряхивает все пули, кроме одной. —Похоже, мне придётся показать тебе, как будет проходить наше сотрудничество. Он грубо всунул револьвер в руку собеседника, одним движением раскрутил барабан и приставил дуло к своей груди. Рацио мгновенно теряется. Он пытается отдернуть руку или хотя бы изменить прицел, но капитан не даёт этого сделать, а возвращает всё в аккурат то же место, в упор. Чужие пальцы поверх собственных положены на курок. —Жизнь — это рулетка... Авантюрин улыбнулся. Произошёл первый холостой. Доктор теряет дар речи и снова безуспешно пытается отдернуть руку. В глазах цвета яркого заката читается плохо скрываемый страх. Если бы капитан мог, он бы запечатлел это в картинах. Второй щелчок. В воцарившейся тишине он прозвучал особенно громко. Рацио чувствует, как чужие пальцы твёрдо и без промедления надавливают на его собственные потные. Он чувствует этот чёртов курок и ничего не может с этим поделать. Третий холостой. —...из которой я всегда выхожу единственным победителем. Авантюрин всё также улыбался. Он освобождает руки доктора и тот случайно роняет револьвер. При падении на пол механизм сработал от удара — произошёл отчётливый хлопок. Пуля проскочила мимо капитана и влетела в деревянную стену. Рацио отшатывается и вылетает вон из каюты.

***

Пенакония — островное государство, во главе которого стоят различные кланы. Житьё здесь дорогое — особенно заядлые люди продавали свои дома и драгоценности, только чтобы попробовать здешнюю жизнь на вкус. Часовщик отправил многим фракциям приглашения, чтобы те поборолись за его наследие. Этим и воспользовалась КММ. В Пенаконии нынче мутно: ходят всякие слухи, касающиеся этого наследия. Однако власть не дремлет и держит порядок: большинство граждан и туристов не о чём не подозревают и с нетерпением ожидают Фестиваля Гармонии. Несмотря на то, что пираты преследовались по всему миру, Штормовой Рейк причалил к порту. Всё решается нужными бумагами и таким влиятельным покровителем, как КММ. Имелись особые условия: кроме капитана и учёного никто не мог покидать порт и ближний к нему район. Достаточно удобно, чтобы избежать проблем, но не обрекать команду на голод. Одетый лучше, чем следовало бы для человека с его репутацией, Авантюрин ступил на сушу неторопливо. Учёный — с ним. Они показали документы и зарегистрировались в журнале. Бутхилл с ними сойти не мог — он был в розыске и не относился к команде, потому вёл свою игру, продумывая план. Осталось только заселиться в отель, потому Рацио и Авантюрин временно разделились. Как оказалось, КММ и правда поручилась за него: место представителя Гильдии Эрудитов осталось за ним. Рацио предполагал, что после того громкого случая ему нашли замену. Однако, видимо, он давно был целью Яшмы из отдела. Была ли их встреча с Авантюрином вообще случайной? Тем не менее, тот уже активно находил себе "друзей". Рацио увидел, как пират о чём-то беседовал с Безымянными. С его позиции ничего не было слышно, зато было видно. Судя по всему, госпожа Химеко была инициатором диалога. Вскоре подошли и представители Семьи: Воскресенье и его сестра-певица Зарянка. Когда напарники наконец встретились в номере, пират первым начал диалог: —Док, чего такой хмурый? —Вы опоздали на четыре минуты и шестнадцать секунд. Надеюсь, Вы разгадывали тайну падения Акивили. В противном случае я бы посоветовал не связываться с Безымянными. —Не веришь, что я хочу с ними подружиться? Я бы и тебе посоветовал обзавестись связями. — В голосе слышится насмешка. Рацио не теряет возможности съязвить: —За время плавания я оценил, что Вы подразумеваете под словом "дружба". Интересный факт: у павлина аттини самый противный голос в мире, а Ваше перо на треуголке как раз-таки павлинье. — Авантюрин прищурился, — И этого павлина знатно общипали. У Вас конфисковали багаж, я прав? Тот с тяжёлым вздохом согласился: —Верно. Воскресенье осторожен. Как всегда. Забрал все мои подарки и камень. Рацио нахмурился. Без опорного камня их миссия находилась под огромной угрозой. —И как без него обычный пират планирует вернуть целый остров под влияние КММ? —Спокойствие, док. Семья боится Корпорацию, а у меня всегда есть козыри. —Какой у Вас план? —План? — Пират улыбнулся. — Ещё не время раскрывать карты. —Вы вновь уклоняетесь от ответа. Любое сотрудничество требует доверия. Авантюрин удивляется: —Ого, так ты мне доверяешь? Рацио медлит: —Зависит от Вашего поведения. —Значит, не доверяешь. Друзья — главное оружие авгинов, профессор. — Он оборачивается к нему спиной. — Дай-ка подумать. Экспресс и Сад воспоминаний уже в игре. Банда уничтожения уничтожилась, Рыцари Красоты не ответили, а что до ребят из Таверны... Он моментально осекается. —К слову, я встретил Ахерон, рейнджера. Мне нужно узнать больше информации о ней, не её ли искал Бутхилл? Он оборачивается и видит, что доктора в номере уже не было. —Ох, со мной так неприятно? Что же, придётся мне снова работать в одиночку.