Glimpse of Us

Огромный зал сиял роскошью: мраморный пол отражал свет массивных люстр, золотая отделка стен напоминала о величии элиты, а в воздухе витал аромат дорогого вина и специй. Повсюду раздавался гул голосов — представители высших каст обсуждали важные вопросы, заключали сделки, планировали будущее этого мира. Здесь, в центре власти, решались судьбы тысяч людей. Энн стояла у балюстрады второго этажа, наблюдая за собравшимися. Ее взгляд был холоден и отстранен, как у истинного правителя. Она видела перед собой не людей, а шахматные фигуры — каждый здесь имел свое место, свою функцию. Большинство лиц казались ей скучными, предсказуемыми. Те же разговоры, те же амбиции, те же лживые улыбки. Рядом стояли Вики и Дженио — ее неизменные спутники. Вики с легкой улыбкой слушала очередного богача, рассказывающего о своих успехах, а Дженио, лениво потягивая вино, окинул зал любопытным взглядом. Он всегда наблюдал, всегда знал больше, чем говорил. Энн равнодушно отвернулась, но в следующую секунду ее тело застыло. В толпе, среди нарядных гостей, она увидела знакомый силуэт. Алис. Она не изменилась, и в то же время была другой. Изящное платье подчеркивало ее хрупкость, а в глазах светилось нечто, что Энн никогда не могла понять — мягкость, теплота, сострадание. Она разговаривала с кем-то, чуть улыбалась, жестом подчеркивала свою мысль. Такой чужой, такой недосягаемой… Энн почувствовала, как сжимается горло. Воспоминания нахлынули внезапно: детские игры, их бесконечные разговоры, клятвы никогда не предавать друг друга… и ссора, что все разрушила. Вики заметила перемену в лице подруги и чуть склонила голову. — Ты в порядке? — спросила она тихо. Энн не ответила. В этот момент Алис повернула голову в ее сторону. Их взгляды встретились. Алис тут же отвела глаза, демонстративно показывая свое нежелание общаться с Энн. Однако это не вызвало в ней раздражения — напротив, лишь подогрело ее интерес. На губах появилась легкая усмешка. Энн сделала глоток вина и снова повернулась к своим друзьям, будто ничего не произошло. — Ну что ж, — лениво протянул Дженио, внимательно наблюдая за ней. — Ты снова выглядишь так, будто готова либо убить, либо поцеловать кого-то. — Не выдавай всех моих секретов, — усмехнулась Энн, накручивая прядь волос на палец. — Я думала, ты уже давно оставила это в прошлом, — тихо заметила Вики, поднимая бокал. — Но, видимо, прошлое не настолько мертво, как ты хочешь. — Прошлое мертво, — безразлично ответила Энн. — Просто иногда оно становится слишком навязчивым. — А что ты собираешься делать? — поинтересовался Дженио, качая бокал с вином. Энн снова скользнула взглядом по залу, но Алис больше не смотрела в ее сторону. — Посмотрим. Вечер незаметно вступил в свои права, и атмосфера приема стала менее официальной, более расслабленной. Гости двигались по залу, бокалы наполнялись, музыка звучала мягче, а разговоры становились непринужденнее. Энн спустилась вниз, грациозно ступая по мраморным ступеням. В строгом черном костюме, идеально сидящем на ее фигуре, и на каблуках, она выглядела безупречно, ее холодное величие словно раздвигало толпу. Она обменивалась приветствиями, короткими кивками признавая знакомых, но ее внимание было приковано к одному человеку. Алис. Длинное платье, простое, но элегантное, ниспадало мягкими складками, а каблуки придавали ей еще больше изящества. Она не замечала приближающуюся Энн, продолжая беседу с кем-то из гостей. Энн подошла со спины, легко, почти неощутимо, поймала Алис за запястье. Та вздрогнула, замерла, но не успела даже обернуться, как услышала тихий, уверенный голос: — Потанцуем? — в голосе Энн звучала улыбка. Алис напряглась, собираясь отказать, но, почувствовав на себе взгляды окружающих, лишь сжала губы и медленно кивнула. — Отлично, — довольно произнесла Энн, с легкостью переплетая их пальцы, прежде чем увлечь Алис в центр зала. Музыка сменилась на более медленную, плавную. Энн притянула Алис ближе, её руки уверенно легли на талию девушки. Алис напряглась, её спина выпрямилась, а губы сжались в тонкую линию. Она не смотрела на Энн, лишь скользнула взглядом по толпе, словно ища выход. — Странно снова видеть тебя здесь, — негромко сказала Энн, глядя прямо в лицо Алис. — Столько лет… А кажется, будто вчера. Алис не ответила. Она смотрела в сторону, следила за тем, как скользят по паркету их ноги, стараясь не встречаться с Энн взглядом. — Ты всегда так молчалива? — с усмешкой продолжила Энн, немного сжимая её талию. — Или это только в моем присутствии? — Просто танцуй, — тихо ответила Алис, всё так же избегая взгляда. На балконе, чуть выше, Дженио и Вики наблюдали за происходящим. Дженио вздохнул и покачал головой. — Она и правда не умеет отпускать, да? — заметил он, делая глоток вина. — Это уже становится жалко, — кивнула Вики, опираясь на перила. — Бедная Алис. — Думаешь, сегодня что-то изменится? — Нет. И Энн тоже так думает. Но это не мешает ей продолжать пытаться. Энн сохраняла на лице привычную маску невозмутимости, но внутри начинало закипать раздражение. Холодный игнор Алис, ее демонстративное безразличие – все это выводило Энн из себя. Она привыкла, что люди либо боятся ее, либо пытаются заслужить ее расположение. Но Алис? Алис не боялась. Она просто хотела уйти. Энн чуть сильнее сжала ее талию, заставляя их движения стать более четкими, контролируемыми. Затем, склонившись чуть ближе, она скользнула губами к уху Алис и тихо прошептала: — Ты слышала о той казни в вашем районе? Говорят, зрелище было… запоминающимся. Она сказала это почти ласково, с легкой усмешкой, словно обсуждала погоду. Алис мгновенно напряглась, ее спина выпрямилась еще больше. Она замерла на мгновение, словно осмысливая слова Энн, а затем медленно подняла на нее взгляд. В глазах больше не было спокойствия — только внезапная, искренняя растерянность. — Что… — выдохнула она, но не закончила. Энн внимательно смотрела на нее, изучая мельчайшие изменения в выражении лица. Страх? Гнев? Может быть, это заставит ее наконец отреагировать? Но Алис лишь крепче сжала губы, отвела взгляд и продолжила танцевать, как ни в чем не бывало. Энн снова раздражалась. Она чуть сильнее сжала талию Алис и, продолжая кружить с ней в танце, заставила ее наклониться. Однако, придерживая за талию, сама наклонилась к её лицу и, едва заметно улыбнувшись, негромко произнесла: — Ты ведь понимаешь, что не сможешь избегать меня бесконечно? — её голос был легким, почти игривым. — Не стоит забывать, насколько велика моя власть. Алис лишь холодно посмотрела ей в глаза, сохраняя гордость при себе. В ее взгляде не было ни страха, ни гнева — только ледяное спокойствие. — Власть не делает тебя неприкасаемой, Энн. И она точно не заставит меня уважать тебя, — спокойно ответила Алис. После окончания танца Алис поспешила уйти. Энн, наблюдая за ней, медленно направилась следом. Когда Алис вышла на террасу, останавливаясь у колонны, Энн приблизилась и негромко произнесла: — Ты так и не сказала ни слова. Боялась, что разговор затянется? Алис вздохнула и, не глядя на Энн, ответила: — Я просто не хочу этого разговора. — Ты уверена? — Энн сделала шаг ближе. — Убегая, ты только подтверждаешь, что он необходим. Алис сжала руки в кулаки, но ничего не ответила. Энн лишь усмехнулась и, не дождавшись реакции, развернулась и ушла обратно в зал, оставив Алис в задумчивости. Энн, с холодной грацией поднимаясь по мраморным ступеням, вернулась к своим друзьям. Вики и Дженио обменялись взглядами и тихо хихикали, едва заметно качая головами. Энн, поправляя пиджак, нахмурилась, не понимая причины их веселья. Она взяла со стоящего рядом столика бокал вина и сделала небольшой глоток, вопросительно глядя на своих спутников. — Что? — наконец спросила она, переводя взгляд с одного на другого. — О, ничего, совсем ничего, — протянул Дженио, сжимая губы, чтобы не рассмеяться. — Просто твоя попытка… как бы это сказать… вернуть расположение Алис выглядела, мягко говоря, жалко. Энн медленно моргнула, держа бокал в пальцах, а затем прищурилась. — Жалко? — её голос был мягким, но в нем скользнуло опасное напряжение. — Ну, знаешь, — вмешалась Вики, чуть склонив голову, — есть что-то… неловкое в том, как ты цепляешься за неё. Это даже не игра в охотника и добычу, это… — Бессмысленное упорство? — подсказал Дженио, приподнимая брови. — Скорее, отчаянная попытка воскресить то, что давно умерло, — уточнила Вики, не сводя с Энн внимательного взгляда. Энн закатила глаза и залпом осушила бокал, не удостаивая их ответом. Она провела пальцем по краю бокала, задумчиво наблюдая, как тонкая грань отражает свет люстр. — Вы оба невыносимы, — наконец сказала она. — А ты предсказуема, дорогая, — ухмыльнулся Дженио, беря свой бокал. — Всё ещё считаешь, что если будешь достаточно давить, люди согнутся под тобой? — Обычно так и бывает, — сухо ответила Энн. — Но не с ней, — заметила Вики, наклоняясь ближе. — Алис не та, кого можно сломать. Ты ведь знаешь это лучше нас. Энн молча смотрела в глубину своего пустого бокала. Её челюсть была напряжена, но лицо оставалось бесстрастным. В какой-то момент она медленно вдохнула и отвела взгляд. — Власть всегда побеждает, — тихо сказала она, но даже в её голосе не было прежней уверенности. Дженио ухмыльнулся и поднял бокал. — Ну что ж, пожелаем тебе удачи в этом, Энн. Она тебе понадобится. Вечер подходил к концу. Гости постепенно разъезжались, обменявшись последними любезностями и заверениями в верности друг другу. Просторный зал медленно пустел, оставляя после себя лишь отголоски смеха, приглушённый звон бокалов и лёгкий аромат дорогого вина. Энн осталась одна. Она стояла у высокого окна, глядя в ночь. В её осанке всё ещё читалась привычная гордость, но что-то в ней изменилось — будто напряжённые линии её тела слегка размылись. Как только за последним гостем закрылась дверь, холодная маска, которую она носила весь вечер, дала трещину. Она проводила взглядом Алис. Та шла к своей машине, грациозно ступая по каменной дорожке. В последний момент она обернулась, но не в сторону Энн, а просто в ночь. Взгляд её был отстранённым, сосредоточенным на чём-то далёком. Затем она села в машину, и та мягко тронулась с места, растворяясь в темноте. Энн осталась стоять у окна, пока свет фар не исчез за поворотом. Она сжала челюсти, ощутив, как внутри что-то болезненно сжалось. Только когда тишина окончательно воцарилась, она развернулась и медленно зашагала прочь. Она ступала по пустым коридорам своего особняка. Тёмные стены, позолоченные узоры, приглушённый свет ламп — всё это казалось ей до странного давящим. Коридоры, в которых всегда звучали голоса и шаги, теперь отдавали гулкой тишиной. Добравшись до дверей своей спальни, Энн на секунду замерла, затем распахнула их и шагнула внутрь. Служанка, стоявшая в углу, вопросительно посмотрела на неё, но Энн лишь коротко сказала: — Не беспокой меня. Дверь мягко закрылась, оставляя её наедине с самой собой. Она устало сбросила пиджак на стул, не заботясь о порядке, и села на край огромной кровати. Несколько секунд просто сидела, глядя в пустоту, а затем, наконец, позволила себе расслабиться. Тяжесть вечера навалилась на неё с удвоенной силой. Она медленно откинулась назад, закрывая глаза. В темноте её спальни не было ни власти, ни масок. Только глухая, неизменная тишина. Энн глубоко вдохнула, но это не принесло облегчения. Перед глазами вновь возник образ Алис — её отстранённый взгляд, холодное выражение лица, лёгкое напряжение в плечах, когда она вынуждена была находиться рядом. "Я же сделала всё правильно", — пронеслось в голове. — "Почему этого недостаточно?" Но ответа не было. Лишь отголоски шагов, растворяющиеся в ночи, и пустота внутри, которую власть никогда не сможет заполнить.