Дети империй: лед, интриги и любовь

Через тридцать минут автомобиль подъехал к CORT INN St.-Petersburg Hotel & Conference Center. Девушки попрощались с водителем, оставив ему чаевые в приложении, и зашли в здание. Показав браслеты девушке на ресепшене, фигуристки прошли к лифту. — У тебя такой просторный номер! — восхищенно воскликнула Таисия. — Какой достался, — прозвучало грубо. Нина прикусила язык. Обида на лучшую подругу терзала сердце. Шестое чувство просило ее разобраться в ситуации. Малинина заткнула его. Она обязательно поговорит с Ярцевой потом, если они встретятся до олимпиады. Нина проводила девушку в гостиную, а сама ушла в другую комнату. Вернулась Малинина с двумя бокалами и бутылкой дорогого вина — тоже, к слову, подарок лучшей (а лучшей ли?) подруги. — Ого, — младшая фигуристка удивленно уставилась на напиток. — Ты не похожа на дочку простых ученых, — засмеялась. Она взяла бокал и слегка покачала им, вызывая движение напитка. — Я не особо разбираюсь, но слышала, что это вино вошло в десятку самых дорогих. — Вот как, — Нина и сама не особо разбиралась. Родители не разрешали им с сестрой пробовать спиртное. Она вообще до шестнадцати лет считала, что станет пьяницей, если выпьет хотя бы один бокал самого слабого алкоголя. Даша до сих пор не была ни на одной вечеринке. Все ее встречи с подругами проходили исключительно в доме Малининых. Нина порой задавалась вопросом, как ее идеально правильная сестра могла дружить с тусовщицей Лизой. Это вино вошло в десятку самых дорогих… «Она сказала, что эта бутылка обошлась их семье копейками». «Она всегда так говорила». Она — Мирослава Ярцева. Та, кого Нина знала почти всю жизнь, с кем делилась своими секретами. Та, кто показал ей мир. Та, кто променял ее дружбу на лживую улыбку князя Московского. «А считала ли Мира меня подругой? Или это была игра? Когда игрушка надоела, она избавилась от нее… то есть от меня». Стоп. На сегодняшний вечер приглашали только тех, кто поднимался на международный пьедестал. Тогда… — Что ты делала в Зимнем? Таисию словно ледяной водой окатило. Лицо потемнело, взгляд устремился куда-то в пол. Девушка отпила вино, думая над ответом. В какой-то момент она хотела рассказать все, как есть. Ярцева ей никак не мешала. Они находились в разных категориях. Но ей заплатили немаленькую сумму, и партнер не узнает о этом разговоре… — Мой партнер в парном дворянин второго поколения. Нескольким таким семьям, которые как-нибудь выделились лично перед Его Величеством, приходят приглашения, — глоток вина. — Моей мечтой с детства было попасть на бал в Зимний дворец! А Льву пришли два билета… он сказал, что даст мне второй, если я хорошо обслужу его, — на глазах появились слезы. — Я не могла упустить этот шанс! Другого просто могло не быть! — Я… — Нина не знала, что сказать. Слова застряли в горле. — Все нормально, — всхлипнула Тася. Бокал выскользнул из руки, к счастью, она успела его поймать, вино вылилось на платье. Девушка поставила бокал на столик и достала салфетки из сумочки, принявшись оттирать пятно. — Стой! — Малинина перехватила чужую руку. — Хуже сделаешь. Я сейчас принесу одежду, а платье мы постираем. Емельянова коротко кивнула. Когда старшая выбежала в другую комнату, она высыпала в вино Нины снотворное. Малинина отключилась довольно скоро. Таисия вышла на балкон. Странно, она совершенно не чувствовала мук совести. Телефон в кармане пижамных штанов завибрировал. Неизвестный: Молодец. Ярцева заблокировала её? Вы: Да. Я её тоже.

***

Вечер. На улице стемнело. На крыше сталинки сидели двое. Их освещал только свет двух маленьких ламп, выполненных в стиле керосинок. — Твои родители ненавидят дворян, так? — младшая девочка кивнула. — И они разрешили тебе поехать поступать в самый дворянский институт Англии, так? — снова кивок. — Прости за мой французский, конечно, но что за хуйня блять?! — Я идеальна во всем, — спокойный ответ. — Представь, лица дворянок, когда их обойдет обычная девчонка. Со стороны старшей раздался смешок. — Не спорю, — пауза. Старшая поправила волосы и застегнула кофту. — Но, будь осторожна с такой самооценкой. В Кембридже не любят зазнайство. — Мои слова — чистейшая правда. Как и то, что я обрету бессмертие! — Я бы не радовалась на твоем месте, смотреть, как умирают близкие, ну такое себе, — девушка села и взяла термос. — И вам придется чаще переезжать, менять имена и фамилии, — она ощутила на себе недовольный взгляд. — Я просто хочу сказать, что грезы твоих родителей об эликсире бессмертия странная. Младшая промолчала. Временами родители действительно вели себя странно. Особенно эта странность проявлялась в отношении к ее сестре. Они буквально контролировали почти каждый её шаг. Не разрешали гулять с девочками из группы или уезжать в другой район без предупреждения. Вот на бал в Петрограде отпустили с подозрительной легкостью, только попросили звонить время от времени.

***

Романовы — не просто титулы, власть, величие, богатства. Романовы — многолетняя история. Романовы — ответственность. Романовы — семья, каждый член которой вписал свое имя в историю собственной кровью. Их с детства учат скрывать свои эмоции на публике. Чтобы не случилось: оставайся спокойным; улыбнись, если потребуется; слабость не показывай. Телефон завибрировал от нового уведомления. Нужного среди них не было. На сердце было не спокойно. Хотелось наплевать на все правила этикета и сбежать. Запереться в покоях, а лучше — выйти на лед и выплеснуть на нем скопившиеся эмоции. Вы: Ты доехала? Сообщение, отправленное час назад, осталось непрочитанным. Вы: Нин, если на балу что-то произошло, только скажи! Я разберусь, ты знаешь! Малинина не заходила в мессенджер с начала бала, что было для нее несвойственно. Обычно девушка заходит в сеть хотя бы каждый час для поддержки связи с родителями, но прошло уже более четырех часов. «Вдруг с ней что-то случилось? Если та девчонка что сделала?» Телефон все же пришлось убрать и взять с подноса закуску. Привычно натянула улыбку и кивнула проходящим мимо дворянам. «Михаил Юрьевич никогда не ошибался в людях… а я даже не знаю, куда Нина вызвала такси!» Конечно, она могла узнать: один звонок и спецслужбы страны подготовят для нее детализацию звонков и заказов любого гражданина страны. Но на это нужно время, которого у нее нет… — Мира! — из тяжелых мыслей девушку вырвал голос Ани. — Сейчас белый танец объявят! — Приглашай Марка! — улыбнулась Саша. — В-вы! — возмутиться не получилось. Все же довочки правы, пора бы проявить инициативу… и станцевать больше одного танца. Она гордо расправила плечи и направилась к фигуристу. — Марк Валерьевич, — легкая улыбка. Императрица объявляет о Белом танце, зал заполняет почти синхронное. — Позвольте пригласить Вас на танец. Они танцуют, как танцевали десятки раз на ночных улицах городов их необъятной страны. Рядом с ним все проблемы отходят на второй план. И даже удивленно-недовольные взгляды братьев её не волнуют. Белый танец — редкий момент, когда танцуют все собравшиеся на балу. Евгения Медведева и Юдзуру кружились через две пары от них. Анна Щербакова пригласила Евгения Семененко, а Александра Трусова — Макара Игнатова. Уважаемые столицы пребывали в приятных компаниях Гатчины и Казани. Оболенские… Артура и Эдварда «похитили» на танец молодые олицетворения. Музыка закончилась. Финальные поклоны дам и кавалеров друг другу. Император объявляет о скором завершении бала. «Наконец-то», — Мирослава тихо выскальзывает из зала и выходит на улицу. На террасе никого нет. Ночь. Прохладно немного. На душе неспокойно. Чат загружается почему-то очень долго. Наверное, с интернетом что-то. Непрочитанными висят сообщений десять. На первом же она замирает, хмурится, читает каждое слово, трет глаза. Верить в реальность не хочется. Разбить бы телефон, швырнуть его куда-нибудь в сад, лучше — в замерзший фонтан. Прикусывает губу, делает глубокий вдох, выдыхает. Изо рта вылетает белый пар. Становится холодно, Ярцева возвращается во дворец. — Коля, пожалуйста, передай отцу, что я в своих покоях. и скажи, чтобы не беспокоили. Гвардеец отдал честь. Девушка направилась к лестнице, чувствуя на себе взволнованный взгляд.