Диагноз "Афродита"

      Мешки под глазами достигали уже уровня колен, и Милена безэмоционально посмотрела в зеркало на них, а затем покопалась в косметичке и достала корректор и нежно-розовые румяна. С этими синяками нужно было бороться однозначно, а тем более сегодня, когда через полчаса ей уже выходить из дома, чтобы успеть доехать до одного из ведущих государственных университетов к началу конференции.       Мероприятие подразумевало под собой своего рода торжественную встречу, на которой следовало бы выглядеть соответствующе. Для этого пришлось после тяжелого субботнего гуляния по барам в честь дня рождения Александра, поднять себя в воскресенье и пойти на поиски чего-то подходящего случаю. Милена долго думала над платьем, наподобие тех, что увидела на фотографиях с прошлого года у некоторых женщин из числа организаторов и преподавателей, но из-за резко ухудшившейся погоды выбор все-таки остановила на красивом шоколадном комбинезоне, где сверху он выглядел, как жакет, и переходил в классические, достаточно широкие, брюки. Вниз она надела белую рубашку, чтобы вырез декольте не бросался в глаза.       Зацепив волосы «крабиком», она взяла сумочку и вышла из дома. Как назло, туфли на небольшом каблуке, которые она докупила к костюму, начали натирать спустя десять шагов, и Милена поняла, что этот день дастся ей с трудом.       Игнорируя дискомфорт с равнодушным лицом, девушка поспешила к метро, представляя, как эта пятница совсем скоро кончится и можно будет сделать небольшую передышку. Она и не заметила, как, не поступив в этом году никуда и не начав учебу, все равно попала в ловушку недосыпов.       По дороге читая книгу, Милена чуть было не проехала нужную станцию и выскочила из вагона в аккурат перед закрытием дверей. Она уже привыкла к городской суете и количеству незнакомых людей, которые теперь окружали ее везде. Постепенно ее обостренные чувства притупились, и, если она ощущала от людей негатив, то не реагировала так остро, как раньше. Это помогало сохранять спокойствие и не нервничать почем зря. А нервничать сегодня ей еще предстояло.       Уже на территории университета девушка посмотрела на время — она успевала. У входа она заметила Елисея Алексеевича в темно-синем костюме и Савву в черном, ожидавших ее.       — Доброе утро, прошу прощения, я заставила себя ждать? — уточнила она на всякий случай, потому как в голове царил хаос, она вполне могла забыть о чем-то важном, и уже смирилась.       — Доброе, — протянул Стравинский, лениво зевая, что придавало его образу еще больше расхлябанности.       Он напоминал безумного ученого, которого вывели в свет и заставили прилично одеться.       — Доброе, нет, вы вовремя, — успокоил Елисей Алексеевич, окинув ее взглядом. — Волнуетесь?       — Не мне выступать с докладами, поэтому… — постаралась искренне улыбнуться Милена, но ее перебили.       — Вы хорошо потрудились для организации неофициальной части. Если все пройдет гладко, это будет большой успех для нас всех, — Елисей Алексеевич пригласил ее зайти в здание первой. — Вы же знаете, что сегодня мы продемонстрируем не только наше лицо, но и возможности перед другими спонсорами.       — Хотите сказать, что таким образом каждый год определенная компания получает возможность показать свое великолепие на фоне других? — удивилась Милена, пока они отмечались у охраны.       Да если бы ей сказали об этом, она бы уже от волнения нервный срыв словила!       — Конечно, я не упоминал? — улыбнулся мужчина, когда они проследовали по коридору к лестнице. — Хоть, я вижу, вы и не знали, по вашим отчетам видно, что ваш план хорош. Достойно. Думаю, можете рассчитывать на премию.       — Вау, — ее лицо вытянулось от восторга. — Спасибо! Теперь я точно буду держать кулачки, чтобы все прошло благополучно.       — А я? Я могу рассчитывать на премию? — вклинился между ними до этого отстававший Савва.       — За какие заслуги? — скептически поднял брови Ворон.       — Перед отечественной наукой, за сохранение бизнеса, ну, и за красивые глаза тоже не повредит, — подмигнул он, на что получил тычок указательным пальцем в лоб с такой силой, что ему пришлось отклониться назад. — Как грубо!       Коридоры полнились студентами, которые готовились кто к предстоящим парам, кто к конференции. Некоторые, особо внимательные, обращали внимание на гостей и здоровались.       Актовый зал, расположенный на пятом этаже, обладал внушительными размерами. Милена, впечатленная увиденным масштабом, восторженно разглядывала обстановку. Она впервые оказалась в стенах высшего учебного заведения, так еще и никогда не видела вживую такие красивые лектории. В одном конце помещения находилась сцена с трибуной, а перед ней ввысь поднимались комфортные ряды кресел, почти полностью заполненные слушателями. Выступающих в списке значилось не настолько много, а значит остальные пришли зрителями.       Для специальных гостей университета были выделены первые ряды, поближе к ораторам. До начала оставались считанные минуты, поэтому Елисей Алексеевич и его сопровождающие сразу прошли к своим местам. Университетские работники, заведующие мероприятием, оперативно сориентировали их, и Милена окинула взглядом своих соседей. Ее сердце испуганно екнуло, ударившись о ребра. В этот момент их соседи поднялись со своих мест.       — Здравствуйте, рады видеть вас, — поприветствовал их Тарас, с необъяснимым азартом глядя на Елисея Алексеевича.       Он выглядел так же официально и сдержанно в своем классическом бордовом костюме и черной сорочке. Рядом с Ушатовым стояли двое: крепкий мужчина суровой наружности в черном костюме, внимательно осмотревший новоприбывших цепким острым взглядом, и невысокая огненно-рыжая девушка с зализанным пучком и чувственными алыми губами. Ее красивую фигуру подчеркивало темно-бордовое платье-жакет — в цвет костюма ее руководителя — до середины бедра. Милена невольно засмотрелась на незнакомку, восхищаясь ее красотой.       — В прошлый раз я вас не представил, — Елисей Алексеевич указал на Милену. — Милена, это руководитель «АрмФарм» — Тарас Анатольевич Ушатов. Верная Милена Владимировна — мой секретарь. С Кариной вы знакомы, — кивнул рыжей девушке Елисей Алексеевич, и Милену будто разрядом тока прошибло от осознания. Тем временем Ворон ответил наконец блондину. — Мы тоже рады встрече.       Так вот, кто такая Карина, которую, по идее, она знала, однако была лишь наслышана. Стараясь не подать вида, Милена посмотрела на Тараса Анатольевича, и тот протянул ей руку для рукопожатия. Девушка пожала его ладонь, надеясь, что ее нервозность никто не заметил.       — Приятно познакомиться, — Ушатов удержал ее руку дольше положенного и заглянул в глаза. — У нас, кстати, всегда есть открытые вакансии. Поднатореешь у них и добро пожаловать к нам.       От его выпада Милена напряглась каждой клеточкой своего тела и услышала шумный вдох и покашливание со стороны Елисея Алексеевича. Тарас Анатольевич в свою очередь, казалось, был доволен чужим негодованием. Он, точно младший брат, в любой момент готовый задирать старшего, оставался безнаказанным.       «А что, если…» — Милена вдруг вспомнила услышанную от Анастасии сплетню о внебрачном отпрыске Ворона-старшего и серьезно посмотрела в лицо главы «АрмФарм».       Но нет, его черты и отдаленно не походили на Алексея Николаевича — невероятность их родства даже без генетического теста была очевидна. Хотя такое развитие событий стало бы громкой сенсацией, а девушка даже не пыталась бы отскрести свою челюсть с пола.       — Как здорово, что в «Стандарт-Фарм» лучшие условия труда на рынке, — засмеялся Савва, аккуратно беря Милену за запястье и поворачивая его немного в свою сторону, вынуждая Тараса Анатольевича отпустить ее. — Милка, сколько времени? — и, увидев, что под рукавом ничего нет, наигранно расстроился. — Вот же, ты не носишь часики.       Милена даже не сразу поняла, что часы правши обычно носят на другой руке.       — Надеюсь, тебя тепло приняли в коллективе, — карие глаза Карины спокойно взирали на нее, а губы медленно растянулись в вежливой улыбке.       — Да, спасибо, — Милена ответила ей, но слова благодарности адресовала Савве, подняв на него взгляд, и тот подмигнул ей.       После этого их мельком поприветствовали и другие представители разных компаний, но, чтобы не задерживать никого, все ограничились лишь кивками. Заняв свое место между Стравинским и Вороном, Милена сжала руки в замок, пытаясь унять адреналиновую дрожь в пальцах, а вместе с тем ощутила, как туфли наконец перестали натирать. Кто бы мог подумать, что только за одно утро она переживет столько стресса.       На сцену вышла девушка и начала конференцию. Перед Миленой временно не стояло никаких задач, поэтому она могла расслабиться на пару часов. Савва же подался чуть вперед и внимательно слушал все, что вещали в микрофон.       Сначала представили основных спонсоров, посетивших сие мероприятие, а затем начали демонстрацию научных работ выдающихся студентов, претендующих на стажировку в присутствующих компаниях. Особенно девушке запомнилась статья об отправке посланий в прошлое с помощью технологий искусственного интеллекта. Эта тема, отдаленно связанная с путешествиями во времени, завораживала. Наверное, люди узнают о возможности общаться с другими временными линиями, когда сами получат сообщение из будущего. Неужели, это вообще возможно? Верилось с трудом.       В обсуждении каждого выступления участвовали представители организаций из первых рядов, поэтому понадобилось не меньше трех часов с перерывом для того, чтобы выслушать всех. Хоть в течение этого времени затрагивалось много интересных тем, к концу конференции Милена готова была уснуть от недостатка кислорода и головной боли. Она потерла виски и тяжело вздохнула, когда один из преподавателей в заключительной речи объявил о том, что результаты будут оглашены на вечернем мероприятии, куда приглашены все номинанты, их научные руководители и, конечно же, представители отрасли.       После мероприятия они вернулись в офис. Савва устроился в кабинете Елисея Алексеевича. Хоть его основное рабочее место находилось в исследовательской лаборатории, в офисе для него нашлись дела, которые требовали его внимания, поэтому периодически он носился по коридорам, заглядывая то в один отдел, то в другой. Его неиссякаемой энергии хватало, чтобы подарить улыбку и глупые шутки всем и каждому, из-за чего настроение, царившее между рядами рабочих столов, постоянно повышалось. Он был точно лампочка, освещавшая каждому его путь, так что Елисею Алексеевичу все-таки пришлось выйти из своего кабинета и за ухо увести этого баламута к себе. Милена не могла не засмеяться. Даже усталость и головная боль смягчались, отступая на второй план.       Банкет планировался к семи вечера. К этому времени офис уже опустел, Савва вышел с работы вместе со всеми, гонимый прочь рутиной и бухтением из разряда «как вы только сидите здесь целыми днями». Ему легче найти на подземном паркинге Ивана и чесать языком с ним, чем провести лишние десять минут в стенах бизнес-центра под пристальным наблюдением Ворона-младшего, который никак не мог отключить режим строгого начальника.       Милена только и успела услышать его громогласные возмущения, эхом отдававшиеся по всем помещениям, когда дверь за ним закрылась. Девушка покачала головой, собирая в сумку необходимые вещи, чтобы, как в прошлый раз, не возвращаться в самый неподходящий момент.       — Вы готовы? Идемте, — позвал Елисей Алексеевич, закрыв свой кабинет. — Не стоит радушным хозяевам опаздывать.       Они направились к лифтам, и девушка по дороге сняла очки, укладывая их в чехол. В новых туфлях снова заныли ступни. Милена уже представляла, как через пару часов вернется домой и босиком пройдется по холодному полу. Это самое заветное, что она желала осуществить сегодня.       В пустом лифте она повернулась к зеркалу и мельком осмотрела себя, достала из сумки масло для губ и нанесла немного на обветренную кожу. В этот момент, она вдруг ощутила, как заколка в волосах ослабла, и тугой жгут волос плавно раскрутился, ниспадая ей на спину. Она удивленно коснулась затылка и заметила в отражении, что ее «крабик» перекочевал в руку Елисея. Мужчина задумчиво смотрел на ее длинные волосы, а заколку убрал в свою сумку. В кабине резко стало нечем дышать, а щек коснулся жар. Видимо, макияж был лучшей маскировкой для ее эмоций, в ином случае ее лицо напоминало бы спелый помидор.       Милена невозмутимо закрутила колпачок тюбика:       — Так лучше?       — Да, — он посмотрел ей в глаза через зеркало.       Двери открылись, и Елисей вышел в холл первого этажа. Девушка последовала за ним, параллельно приводя мысли в порядок. В груди отчего-то затрепетали испуг и волнение, и Милена пятерней причесала волосы назад.       Дорога до пристани заняла всего полчаса, и, как раз, чтобы успеть удостовериться, что все подготовлено, их автомобиль припарковался недалеко от места встречи.       — Я пока проверю все, — выйдя на улицу, Милена обратилась к руководителю. — Вам спешить необязательно.       — Хорошо, — кивнул тот, оставаясь около авто вместе с Саввой и Иваном.       Оставив их, девушка прошла через парковку, вдоль улицы и спустилась к причалу, где уже пришвартовался средних размеров теплоход. Именно на идею аренды речного судна натолкнула ее Мария, случайно упомянув комплексный вариант. Провести ужин на воде действительно было хорошей идеей: на судне располагался ресторан, у которого имелись музыканты, готовые сыграть свои сеты для молодежи. Этот вариант с первых слов понравился и Елисею Алексеевичу.       Милена с предвкушением ждала этого дня, ведь сама никогда раньше не каталась по центральной реке города, так еще и вечером. В этом мероприятии крылась романтическая составляющая, которую хотелось познать сполна, если уж жизнь давала такой шанс.       Ее встретил капитан и тепло поприветствовал, пропуская на борт, где к Милене вышла девушка, управляющая ресторана. Она проводила ее в зал для гостей. Интерьер соответствовал фотографиям с сайта бронирования: стены, почти полностью стеклянные, открывали прекрасный вид на город, посреди зала кое-где высились белые колонны, оборудованные светом, который включался с наступлением темноты.       — Мы разложили на каждое место именные открытки, так что все должны равномерно разместиться, — улыбнулась женщина, показывая накрытые длинные столы вдоль стен зала, благодаря чему освобождалось много пространства для перемещения.       — Прекрасно, — Милена была довольна своей работой и решила сфотографировать это красивое помещение, чтобы выложить уже привычный пост в мессенджер.       Постепенно смеркалось, а когда стемнеет окончательно, мегаполис откроется гостям в прекрасном виде, так что девушке не терпелось скорее увидеть это. Еще полгода назад она и мечтать о подобном не смела.       Ко времени начали собираться приглашенные, сотрудники включили фоном приятную музыку, и Милена на входе встречала каждого вместе с капитаном, дежурно улыбаясь, как представитель «Стандарт-Фарм». Елисей и Савва в это время в зале общались с коллегами по цеху.       Когда все прибывшие отметились в списке, капитан по громкой связи поприветствовал пассажиров и пожелал приятно провести вечер, ознакомив с маршрутом поездки. Тем временем один из представителей научной комиссии вышел перед гостями на сцену и пригласил занять всех свои места за столами с радостным обсуждением находя свои имена.       С приветственной речью выступил Елисей Алексеевич, в общих чертах рассказав о важности происходящего, о необходимости работать в команде, несмотря на то что все принадлежали к разным организациям, и что собравшиеся, так или иначе, все работали на благо человечества, а значит и цель у всех общая. Поблагодарив за присутствие, он вернул микрофон обратно мужчине, который вещал до этого, и вернулся за общий стол, сев рядом с Миленой.       Савва, с другой стороны от нее, наклонился к ней и усмехнулся:       — Важный какой, а?       — Мне стоит промолчать, чтобы не обидеть тебя ответом? — отозвался, все прекрасно слышавший, Елисей.       Милена подавила смешок и отвлеклась на сцену, где начали обсуждать результаты конференции. Насколько девушка поняла, с работами конкурсантов заранее ознакомились представители спонсоров, коим, к примеру, являлся Савва, и отобрали для себя интересные для внедрения в собственные производства, а значит, именно эти студенты имели возможность получить место для прохождения практики у них. Каждое награждение сопровождалось не просто вручением грамоты или диплома, но и возможностью работать в известных компаниях, что открывало дорогу в будущее молодым специалистам. В этом были заинтересованы обе стороны. К слову, студентка, читавшая еще утром доклад о переписке с прошлым по средствам ИИ, получила явное одобрение «АрмФарм» и с восторженной улыбкой поблагодарила Тараса Анатольевича со сцены.       Вечер сопровождался подачей закусок, а после окончания формальностей и подведения итогов подали горячее.       — Милка, ты организатор от бога, — заметил Савва, пробуя блюдо. — Если я когда-нибудь женюсь, я найму тебя для организации свадьбы!       — А где же твоя шутка про то, что ты женат на работе? — улыбнулся уголком губ Елисей. — А значит, свадьбы не будет.       — Тихо, ты ревнуешь и мешаешь делать комплименты, — отмахнулся он.       Милена повернулась к Стравинскому и похлопала по плечу:       — Любой каприз за ваши деньги.       — Ах, — он схватился за сердце и драматично закатил глаза. — Это что — камень в огород моего финансового положения? — а потом с несвойственной ему манерностью заправил несуществующую прядь волос за ухо. — Зато у меня богатый внутренний мир.       Милена, конечно, не имела ничего такого в виду и только посмеялась, посмотрев на руководителя и случайно встретившись с ним взглядом. Он улыбался почти незаметно, его выдавали ямочки на щеках. У нее в горле встал ком, и девушка взяла в руки стакан с лимонадом, дабы отвлечься.       За столом кипели разговоры, все наконец расслабились, а тихая музыка сменилась зажигательными современными композициями, приглашая студентов и тех, кто не стеснялся, выйти из-за своих тарелок.       Атмосфера располагала, кто-то и правда вставал из-за столов, желая подышать воздухом на палубе, кто-то прилип к окнам, рассматривая городские пейзажи, но в целом на лицах Милена не замечала негатива. Она по-настоящему гордилась своей небольшой победой. Савва быстро испарился куда-то, Ворон общался с какими-то мужчинами в таких же строгих костюмах, что и он, сидевшими напротив, а в кармане комбинезона Милены завибрировал телефон.       «Выйди на палубу переговорить», — значилось в мессенджере от куратора.       Девушка не ожидала получить от него сообщение, тем более что в списке гостей его не значилось. Как он мог быть здесь? Она скрыла экран телефона от потенциального угла обзора Елисея, а потом поднялась, привлекая его внимание.       — Подышу, — неловко бросила она, хотя вовсе и не обязана была оправдываться.       Она постаралась уйти непринужденной походкой, будто бы вовсе не нервничала, и лишь мельком заметила на себе ненавязчивый взгляд со стороны Карины, что сидела неподалеку от них и качнула головой.       На палубе оказалось безлюдно. Если кто-то туда выходил, то почти сразу заходили обратно — оно и понятно, осенний ветер на воде пробирал до костей, и Милена обняла себя за плечи. Ей показалось, что ее лицо на контрасте температур обожгло холодом. Не обращая на это внимание, она прошла вдоль ограждения к корме, где стеклянные стены заканчивались, а посторонний не мог ничего увидеть. Но и там никого не оказалось.       Милена достала телефон, перепроверяя сообщение, вдруг у нее уже на фоне недосыпа галлюцинации начались, однако просьба встретиться все еще висела в диалоге. Позади она услышала шаги и хотела обернуться, но не успела. Что-то грубое и влажное прижалось к ее лицу. Она дернулась, выронив телефон, а ее спина уперлась в чью-то грудь. Будто стальные тиски, чужие сильные руки сдавили ее, не давая ни вырваться, ни закричать. Сладковатый химический запах ударил в ноздри, вызывая спазм в горле, и Милена попыталась задержать дыхание. Каблук ее туфли с силой вонзился в чужой ботинок, но это не возымело эффекта. Пульс бил ей по ушам грохотом тысячи гроз, и девушка отчаянно забилась в хватке, локтями пытаясь попасть в человека сзади. Легкие горели адским пламенем, требуя глотнуть кислорода, и, не выдержав, Милена судорожно вдохнула. Зрение подернулось маревом, а голова, болевшая весь день, казалось, взорвалась миллиардами мелких осколков черепа, пронзивших мозг. Еще один неосознанный вдох, и мышцы предали ее, ослабев, веки отяжелели, закрывая сознанию хоть какой-то обзор. Последние отголоски трезвого ума отдали концы, и Милена отключилась, не додумав о том, что так и не увидела вблизи ночной комплекс небоскребов.