Девять жизней

Аэропорт — самолёт — снова автомобиль… И Белый дом, где их встречали едва ли не с красной ковровой дорожкой. Только когда Брок перешагнул порог, до него дошло, что журналисты же! Тут будет пресса! Бля… Он засветится, как та лягушка, проглотившая фонарик из гирлянды — он видел такое фото. Но что-то менять было уже поздно. Вот тебе и агент двух сверхсекретных служб. «Это потому что ты кошка дурацкая!» — напомнил внутренний голос в очень знакомой тональности. Нужно будет попросить Роллинза свалить из головы и не срать больше туда. Потому как совесть и другие подобные эмоции Брок предпочитал выслушивать мягким голосом маменьки, а не обсираться от неожиданности. На его удачу, сам он высших чиновников государства интересовал мало, к тому же за Роджерсом оказалось очень удобно прятаться — ширина суперсолдатских плеч позволяла. Да и Роджерс почти сразу понял, отчего его «плюс один» постоянно за спину прячется, и сам стал прикрывать Брока от камер всякий раз перед вспышкой. Когда с формальностями было покончено, экскурсия проведена, все руки пожаты, а фотографии для прессы сделаны, президент приказал проводить гостей в столовую и подать ланч. Несмотря на расписанное по минутам время президента Эллиса, два часа на бессмысленную, с точки зрения Брока, болтовню у него нашлись. А кормили в Маленькой Италии лучше. — Вот уж не думал, что такое вообще возможно, — добродушно улыбнулся президент, похлопал Стива по плечам, словно пытался убедиться в его реальности. — А теперь рассказывайте, как так вышло, что герой Америки пришёл просить помощи в полицейский участок и вообще Америка не в курсе того, что герой жив-здоров? — Я сам не понимаю, как так получилось, — развёл руками Стив и только что ресничками не взмахнул. Тоже мне, святая невинность! — И… я не герой, мистер президент. Я просто выполнял свой долг перед страной. — А вот страна, я смотрю, не справляется, — нахмурился президент Эллис, обжёг Брока тяжёлым взглядом и продолжил расспрашивать, при каких условиях Стив очнулся, что сделала организация для его реабилитации и удобства освоения нового непонятного мира. Стив ничего не скрывал, а местами умело сгущал краски, выставляя Фьюри чуть ли не злом во плоти, обидевшим маленького несчастного суперсолдата, не накормившего, не обогревшего нормально, выпнувшего с базы без денег, документов и нормального человеческого и технологического сопровождения. — Хорошо хоть поселили к порядочному вменяемому человеку, а не в какой-нибудь мотель сунули, — напоследок горестно вздохнул Стив. Брок настолько офигел от этого спектакля одного актёра, что едва сообразил приосаниться: мол, да, он порядочный и вменяемый, патриот и хороший человек, а не какая-то там кошка дурацкая. Президент едва не пенился от негодования. Казалось, Роджерс спокойно мог объявить Фьюри дьяволопоклонником и обронить невзначай, что директор ЩИТа на завтрак поедает белокурых младенцев, и доказательств с него никто бы требовать не стал. Это же Роджерс! Такие, как он, не лгут! Не интригуют в свою пользу, а наоборот, всё делают только для других! — Возмутительное отношение! — президент стукнул кулаком по подлокотнику своего кресла. — Скажите, мистер президент, а этот ЩИТ — государственное агентство? — спросил Роджерс. Брок чуть не изобразил фейспалм. Конечно, нет! Он вообще был уверен, что Эллис слышит об этой конторе впервые в жизни. Но Эллис слышал, это было видно по тому, как президент скривился, словно сжевал половину лимона разом. — Частная организация, но достаточно влиятельная, чтобы с ней считались. — Мне сказали, что я один из её основателей, но я такого не припомню, — сообщил Стив. — Похоже на попытку придать себе авторитета за мой счёт. — В истоках организации стояли мисс Картер и Говард Старк, — потёр переносицу президент. — Деньги и изобретения Старка в своё время укрепили позиции ЩИТа, а имя Капитана Америка, ваш портрет среди основателей лишь добавили доверия. «Мы ведь шли рука об руку!» — процитировал президент явно чьи-то слова. — А если я рядом с борделем каждое утро проходил, то можно и там меня соучредителем ставить? — хмыкнул Стив. В этот момент Брок просто обожал его! — Агент Картер была очень целеустремлённой дамой, — продолжил Стив. — Она использовала как ступеньки наверх и меня, и Говарда. Я её не осуждаю, в те времена женщинам крайне трудно было построить достойную карьеру. — Почему была? — удивился президент. — Миссис Картер ещё жива, сейчас находится в одном из лучших пансионов для престарелых. Иногда впадает в маразм, но вполне бодра и активна. — Надо будет её навестить, — неискренне улыбнулся Стив. Брок не представлял себе Роджерса рядом с бодрой и активной маразматичкой из далёкого прошлого и очень сильно надеялся, что тому хватит эгоизма остаться дома и не ходить с визитом в дом престарелых. Прошлое должно оставаться там, где рухнула в ледяную воду Валькирия. — Я распоряжусь, чтобы вам сообщили адрес, — пообещал президент. — Знаете, Капитан, я ваш огромный поклонник. На вашей истории, вашем подвиге воспитано три поколения американцев. Вы оказали огромное влияние на представление нашей великой нации о самой себе. Лицо Роджерса как-то поскучнело, что несказанно радовало Брока. Как же он надеялся, что Капитан Америка не окажется мальчиком с плаката, а будет нормальным живым человеком, без эдакого налёта героизма. Так и получилось. Кого бы там из Роджерса ни лепила пропаганда, на деле тот был абсолютно другим и совершенно не любил слушать восхваления в честь себя. — Не знаю, пишут ли об этом в книгах, — сказал он, — но в момент полёта на Валькирии я был в звании сержанта пехоты, сэр. Капитан Америка — это просто позывной. Сценический псевдоним. — В книгах очень о многом не писали, Капитан, — улыбнулся президент. — Но сделайте мне приятно, позвольте называть вас именно так, и, поверьте, новое звание не заставит себя долго ждать. — Если я продолжу службу, — теперь уже настал черёд кривиться Роджерсу. — Я пока ещё не знаю, чем хочу заниматься. — Понимаю вас, — благожелательно сказал президент. — Война для вас ещё не закончилась. Вам нужны отдых и время. По его лицу было видно, что он о чём-то хотел попросить, но не решался, всё же Капитан Америка не был рядовым гражданином и ему так просто не прикажешь. А потому Стив пришёл на помощь президенту. — Можно небольшую просьбу, сэр? — Да-да, конечно, — кивнул Эллис. Просьба Роджерса явно открывала ему возможность встречной просьбы. — Вы же знаете, в каком году я родился — и это создаёт проблемы в банковской сфере и с получением водительских прав. Каждый раз доказывать на кассе в супермаркете, что я не подделал документ, нет ни желания, ни моральных сил. Можно это как-то решить? Президент прищурился. — Думаю, уже сегодня вечером это перестанет быть проблемой, Капитан. Новости ушли в эфир. Брок нахмурился. Может, это и решит проблему в магазинах. Но не в банках и не с правами. — И директор Фьюри. Он намеренно пытался меня дезинформировать, — вбил очередной гвоздь в крышку гроба одноглазого Роджерс. — Убрать я его не могу, — с сожалением развёл руками президент Эллис. — Однако повлиять и кое-где поприжать — да. Но можно тогда и вас попросить, Капитан? Сущая безделица… моя дочь… Ещё полчаса Брок со Стивом слушали, какая Аманда прекрасная малышка и насколько она пошла в отца практически во всех своих увлечениях. В том числе и влюблённостью в одного героя. Брок сам с собой поспорил, что Эллис предложит устроить свидание «малышки» и Капитана. А потом и вовсе попытается сосватать Роджерсу свою дочь. Ох, не знает президент, что Кэп голубее итальянского неба. А может, ему и не надо знать? Нервы целее будут. — Вы могли бы оставить для неё именной автограф? И Брок, и Стив облегчённо выдохнули, почти синхронно. — И прочитать лекцию о Второй мировой в её классе, — добавил Эллис. Школьница, понял Брок, который в упор не помнил возраст президентской дочки. — Да, конечно, — тут же закивал Роджерс. Вот уж работать нравственным ориентиром ему случалось не в первый раз. Всё лучше, чем сопровождать дочерей, сестёр, матерей или иных родственниц влиятельных политиков ради каких-то потребностей армии. В этот раз нужда прижала уже его самого, так что пришлось бы соглашаться и на свидания в том числе. Однако обошлось. — Мистер Рамлоу, — внезапно обратился к Броку президент. — Я рад, что вы оказались таким умным, понимающим и смелым человеком. — Был бы умным, вообще бы во всё это не полез, а делал так, как приказало командование, — не сдержался Брок, почти сразу пожалев о своём чересчур длинном языке. Но Эллис лишь добродушно рассмеялся и покачал головой. — Вы поступили как истинный американец и теперь вправе просить награду. Брок уставился на него как баран на новые ворота. Покосился на Роджерса. Награду? С какого хера-то? — Брок помогал бескорыстно, — вступился за него Стив, явно готовый снова прикрыть собой, как это было с камерами. — Социализировал, знакомил с новой реальностью, тратил свои средства, потому что он такой же солдат, как и я. Без второго или третьего дна. — Понимаю, — кивнул президент и протянул Броку руку. И тот пожал её под вспышками камер особо допущенных журналистов. Или это была пресс-служба Белого дома? Без разницы. Теперь-то «такому же солдату» точно полный и безоговорочный пиздец. Хотя тихо похоронить Брока уже не получится даже у Пирса, особенно если вопросы начнёт задавать Роджерс. Но если тот узнает о Гидре и служению её идеалам… — Дурацкая кошка, — пробормотал Брок. Нужно было остаться дома и наблюдать за этой исторической встречей по телевизору. Роджерс — большой мальчик и сам прекрасно справился же, зачем ему понадобилось сопровождение? Но этот вопрос Брок задаст ему дома. Если они доберутся до него живыми.