Девять жизней

— Нафиг ты потащил меня с собой? — впрямую спросил Брок, когда они вернулись в его квартиру, переоделись в домашнее и наконец пожрали. До того Брок спрашивать не хотел и крепился: слишком в большом раздрае был. — С тобой мне спокойнее, — развёл руками Стив, устраиваясь на диване. — Я не знаю этого мира и этих людей. — Да ты и меня толком не знаешь, — скривился Брок. — Я достаточно неплохо разбираюсь в людях, и мне всё равно с тобой спокойнее, — рассмеялся Стив. — Вряд ли ты ешь котят на ужин, я бы заметил. — Это же дети! — возмутился Брок. Стив улыбнулся, хлопнул рядом с собой по дивану. — Ты хороший человек, только суетный и абсолютно безбашенный. Роллинз прав. В вашем тандеме голова — это он, а ты руки и сердце. — Я генератор идей, а он тормоз, — огрызнулся Брок, но сел рядом с Роджерсом. — Меня твоя отмазка не удовлетворила. Ты мог пойти и один. — Мог, но не захотел, — ухмыльнулся тот, окинув Брока внимательным взглядом. — Тебе пошили такой отличный костюм, чем не повод его выгулять? Ты не думай, я не идиот, понимаю, что, скорее всего, здорово подставил тебя, но, опять же, Брок, тебя заметили. Ни Фьюри, ни кто-то другой так просто с доски теперь тебя не скинет. — Увидим, — буркнул Брок. — У нас в работе без пиздюлей как без конфеток. Найдут за что насыпать. Что будешь делать дальше? — Работать. Фьюри что-то вещал про мировой порядок, — начал было Стив, но, увидев, как вытянулось лицо Брока, рассмеялся. — Я не рвусь встать в строй, но это единственное, что у меня получается достаточно хорошо. Пока нет ни документов, ни денег, надо же как-то зарабатывать. Не портреты же на Брайтоне рисовать за пару баксов. Так и для этого у меня нет инструментов. — Портреты сейчас рисуют в Центральном парке за полтинник, — буркнул Брок. — А про мировой порядок вроде Гидра в твои времена орала? — Все режимы похожи друг на друга в той или иной мере. — Стив заложил руки за голову и откинулся назад. — Власть развращает, пьянит и ослепляет. А директор Фьюри и так слеп на один глаз. — Я б ему и второй выбил, — заявил Брок. Его настораживало, что и Пирс, и Фьюри молчат. — Тогда ему на замену придёт кто-то другой. И не факт, что он будет лучше. Я мало кого знаю в ЩИТе, успел пересечься только вот с тобой и агентом Коулсоном. И он меня, признаться честно, пугает. — Потому что он фанатик, — заявил Брок, привалившись к плечу Роджерса. — Но я думаю, что он фальшивый фанатик. Прикидывается. Коулсон хитрожопый до невозможности. Не смотри, что он выглядит как клерк средней руки — нормативы он сдаёт на одном уровне с моей командой и допуски у него высокие. — Очень опасный персонаж, — согласился с ним Стив, придвинувшись ещё ближе. — И очень непростой. Вот его бы в руководители, но не пойдёт. В тени ему удобнее. — Я же говорю — хитрожопый, — заметил Брок. — Но тебя он будет только использовать. Он всех использует. — Пусть, — фыркнул Стив. — Меня кто только не использовал. Однако пропаганда и все эти фильмы про Капитана Америку умалчивали о главном — у меня характер говно, и с ним придётся считаться. Как и с упрямством. — Говнеца я в тебе не заметил, — заявил Брок. — К тому же мяконьких только ленивый не ебёт. Это как-то иначе называется. Помесь медоеда с дикобразом? Сволочь с принципами? — Сволочь с принципами? А хорошо звучит! Надо запомнить и использовать. Насчёт характера… — Стив ткнул Брока пальцем в бок. — Ты не вставал против меня, чтобы с ним знакомиться. — Палома Рамлоу дураков не рожала, — ответил Брок. — А припиздь к делу не относится. — Посмотрим, что и как дальше будет. Сомневаюсь, что Фьюри оставит меня в покое. Раз уж он сунул меня к тебе на ПМЖ, возьмёшь тренироваться с вами? Слишком многое я проспал, — вздохнул Стив. — Примерно дофига и революцию в военном деле, — согласился Брок. — Возьму, конечно. Но ты учти, я демонстративно поскандалю и поупираюсь, чтобы не просрать репутацию. — Можешь даже мне в лицо попытаться дать, — рассмеялся Стив. — Но заранее предупреждаю о провальности данного мероприятия. — Не зарекайся, — усмехнулся Брок. — Сила в нашем деле ещё не всё, Кэп. А денег тебе дадут, не сомневайся. — А кто тебе сказал, что я только силой беру? — подмигнул ему Стив и заскользил взглядом по перевитым мышцами рукам Брока. — Ну, уговоров я за тобой не заметил, — подмигнул ему тот. Стив облизал губы и даже качнулся вперёд, но в последний момент сдержал себя и отстранился. — В уговорах не особо силён. Но могу попытаться. — Уговори меня, — позволил Брок и шало улыбнулся. Дурак он, что ли, отказываться от шанса, что сам идёт в руки? Было интересно, как Роджерс с такими-то замашками и явным голодом в глазах выживал в то время. И сейчас подобные связи в армии не особо поощряются, а в его время легко можно было оказаться в сумасшедшем доме. Даже символу Америки такое бы не спустили — тем более символу Америки. — Я жду, — подмигнул Брок и облизнулся. Роджерс глухо выругался, гневно свёл брови у переносицы, словно споря сам с собой, и поцеловал Брока неожиданно мягко, даже ласково, пробуя его губы на вкус, прося разрешения без слов, уговаривая пропустить дальше. Так нежно Брока ещё никто никогда не целовал. Не просил разрешения поцелуем. Разумеется, он позволил. Разомкнул губы, коснулся языком языка. И тут же оказался подхвачен бурей по имени Стив Роджерс, прижат к дивану, распят под тяжёлым, неправдоподобно горячим телом, неожиданно твёрдым, словно кожу Роджерсу натягивали на гранитное основание, не оставив ничего человеческого. Брок растёкся под ним в желе, однако член налился твёрдостью. Никогда, никогда ещё его так не накрывало! Роджерс слепо шарил руками по его телу, мял, словно тесто для пасты, вылизывал рот, тёрся таким же твёрдым, как и он сам, членом о бедро Брока. — В спальню, — прохрипел тот. — Стив, в спальню! И для доходчивости укусил его за плечо сквозь футболку. Вряд ли Роджерс сильно соображал, что делает, потому как поднялся он вместе с Броком, словно здоровый мужик совсем нисколько не весит и, продолжая вылизывать его шею, рванул в нужном направлении. Хорошо хоть дверь закрыта не была, вряд ли она бы смогла остановить этого носорога. Броку уже приходилось видеть, как Роджерс проламывал стены — не хотелось, чтобы подобная участь постигла и его дом. Кровать крякнула, когда Стив уронил Брока на кровать, снова крякнула, когда он вновь навалился на него сверху, не давая даже возможности раздеться, но выстояла. — Это будет нечто, — сказал Брок и рванул со Стива футболку. Тот вытряхнул Брока из одежды за одно движение и снова распял, только уже на кровати, прижался всем собой, заполошно, тяжело дыша и потираясь текущим членом о член. — Сильный, красивый. Люблю таких, — в губы Броку выдохнул Стив, кое-как фокусируя взгляд. — Правила? — Говорю «стоп» — останавливаешься, — только и смог выдавить Брок, у которого все мозги уже стекли в мошонку. Роджерс кивнул и скользнул ниже, заинтересованно проследил языком цепочку мелких шрамов на груди, вылизал тёмные горошинки сосков, обвёл кубики пресса и наконец добрался до средоточия удовольствия — бодро приветствующего его члена, разом насадившись на него ртом до горла. Брок ахнул от неожиданности и жара чужого рта. Он думал, Стив будет нерешительным. Куда там! Тот сосал так, словно только об этом и мечтал с момента разморозки. Хотя кто знает, как часто перепадало этому здоровяку в его-то нелёгкое время? Сосал Стив с самоотдачей лучшего работника борделя и притом определённо точно сам тащился от собственных действий, потому что так с Броком ещё никто не стонал. — Меняемся! — велел Брок, чувствуя, что вот-вот кончит. А он сам почти ничего не попробовал! Чтобы переключиться, Стиву потребовались почти бесконечные пять секунд. Он откатился в сторону и завис, пялясь в белый потолок в попытке проморгаться и собрать в кучу растекающиеся мысли. А член при этом стоял так, что больно делалось, да и тело горело. Брок одним рывком стянул с него штаны вместе с бельём, на несколько сладостных мгновений прижался носом к тяжелым безволосым яйцам, полной грудью вдыхая пьянящий аромат, и насадился ртом на крупный текущий член, заглотив его как полгода не кормленый удав. — Иисусе… — прохрипел Стив, комкая одеяло. Его бёдра дрожали, грудь ходила ходуном, язык то и дело облизывал пересыхающие губы. Брок с полным самозабвением лизал и сосал, гладил горячие каменные бёдра, ласкал яйца и неторопливо продвигался под них. Как же ему повезло! Роджерс легко развёл ноги, соглашаясь разом на всё, лишь выдохнул тяжело: — Побольше смазки. — Под подушкой, — на мгновение прервавшись, сказал Брок, совсем ошалевший от счастья. Ему дадут! Ему даст сам Роджерс! Сунув ладонь под подушку, Стив нашарил небольшой флакон, точно такой же, как он видел на тех сайтах, что показывал Брок — простая смазка без ароматизаторов и других ухищрений. Для первого раза — самое то. Это уже потом можно пробовать новое и самому уговаривать на эксперименты. — Ты пробовал? — спросил Брок, заполучив смазку и принявшись гладить очень тугую и нежную дырку. — Да… всего несколько раз… У нас… было не так много времени… и возможностей, — тяжело дыша, признался Стив, уронил ладонь на затылок Броку, вплёл пальцы в вихор на его макушке. — Ну тогда я покажу тебе небо в алмазах! — самонадеянно заявил тот.